Просто закрой глаза

— Круцио! Какой-то треск и комнату освещает зелёный луч. Крик, стон и мольба о помощи. Всё это давно смешалось. В какую-то кашу. В единое целое. В этом помещении всё гнилое. Всё покрыто какой-то плесенью. Всё горячее, как раскалённое железо. Неверный шаг. Неправильный рывок. И ты тоже сгораешь, оставляя память этим стенам. Нет другого выхода. А он даже не знал, что его заведут в эти четыре стены. Посадят на этот чёрный кожаный стул с непонятными узорами. Драко не знал, что попадёт в место, из которого нет выхода ему. В место, где всё такое чисто-грязное. От которого его будет тошнить. А его могло бы здесь не быть! Он же мог просто отказаться от этой неожиданной поездки домой. Он мог бы отказаться и сейчас стоять на сцене вместе с несносной и так им ненавистной Грейнджер. Но он выбрал другой вариант. Казавшийся более приемлемым. Казавшийся. — Итак, — прошипел голос слева от него, и все люди, присутствующие здесь, обратили внимание на хозяина этого сборища. — Я рад, что столько чистокровных семей откликнулось на моё предложение. И сегодня я, Лорд Волан-де-Морт, приветствую вас всех здесь, друзья! От его тона Малфоя передёрнуло. То жарко, то холодно. Казалось, что у этой комнатушки стены постепенно сдвигаются, а воздух откачивают. Хотелось убежать. Спрятаться. Даже очнуться и оказаться на сцене с этой гриффиндорской зазнайкой. Интересно: она сильно будет на него кричать? Может, ударит? А может, включит гордость и больше и слова ему не скажет? Это было бы смешно. Гермиона Грейнджер, которая и часа просидеть на месте не может, будет игнорировать его. Драко Малфоя. Человека, которого всегда учили быть сдержанным. Это будет весело. Даже забавно. И опять этот жуткий голос выводит его из раздумий. Малфой не слушает его речи. Просто смотрит в одну точку. Даже не пытается уловить потерянную нить разговора. Ему достаточно отрывков, чтобы вникнуть. Грязнокровки, чистота, Поттер, Хогвартс… Всё ясно, как божий день. Было бы, если бы его не притащили сюда, молчав до последнего. Нарцисса знала, что сын так просто не пойдёт в логово Лорда, поэтому и решила всё обставить. А он не догадался! У него даже в голове этого не было. А что было? Нежная забота родителей, которые позвали его домой так неожиданно? Грейнджер, которую он хотел видеть в последнюю очередь? Может, толпа, что ждала его выступления? Что? Ничего. Абсолютно ничего. Пустота. Которая преследует и сейчас. В эту минуту. В школу Малфой вернулся ближе к рассвету и с меткой. Он не мог уйти раньше. Ему не было это дозволено. Только по приказу. Только тогда, когда ему разрешил этот ублюдок! Этот кретин, что трепал всем нервы несколько часов. Сейчас хотелось завалиться в кровать и проспать до обеда. В сон клонило ужасно, поэтому, не удосужившись дойти до комнаты, он свалился прямо на диван в гостиной. Драко устало прикрыл глаза и чуть приспустил тугой галстук. Нужен отдых. Срочно. Вот только мысли кишели в его голове. Всё, начиная от первого взгляда Лорда, заканчивая громким прибытием в гостиную через камин, который по неизвестной причине оказался открыт. Но об этом он тоже подумает. Потом. Когда всё уляжется. — Малфой? — он услышал какое-то сонное бурчание рядом, но даже не открыл глаза. Он её, кажется, разбудил. И она тоже сейчас не будет давать ему спать? Он уверен, что и она от него не отстанет. В шесть утра же самое лучшее время, чтобы кого-то отчитывать и заваливать вопросами? Чтобы сильнее давить на мозг. Который и так сейчас взорвётся. От переизбытка информации. Тьфу! Хочется просто начать всё с нового листа. Его душа настолько чёрствая, запутанная и грязная, что аж тошнит. От себя тошнит! А тут ещё это: — И где ты был? Она точно издевается! Измывается похуже его самого когда-то, если уж на то прошло. — Грейнджер, только не начинай. Я устал и хочу отдохнуть, — он наконец открыл глаза и посмотрел на неё. Волосы растрёпаны, глаза красные после сна. Она вся скукожилась и потирала глазки. На лице осталась чуть размазанная тушь. Спальные серые штаны, такая же серая кофта. Её можно было бы даже назвать милой. Наверное. Откуда ему знать? Откуда ему вообще знать какая девушка выглядит милой, а какая как последняя блядь? Никогда не приходилось сравнивать. А тут пришлось. Кажется, это не первое новое рвение и чувство, которое она пробудила в нём. — Давай ты будешь читать свои нотации завтра? Иди спать. Ты, наверное, тоже устала. Он видел, как она поджала губы, хотя что-то сказать ещё, но так и не решилась. Гермиона присела рядом с ним и что-то пробурчала. Видимо что-то обидное, но он не расслышал. Да и ему было неинтересно. Плевать на то, что она может сказать. Сегодня он простит это. Сейчас у него просто нет сил, чтобы сорить или отвечать. Просто отвечать. — Иди спать в комнату. — Беспокоишься? — он всё же смог что-то из себя выдавить. Нехотя, но смог. — Нет, — рыкнула она и схватила какую-то книгу в толстом переплёте со столика, — не засну и хотела бы почитать. А ты мне мешаешь. — У меня нет сил, чтобы куда-то идти. Если что-то не нравится — вали. Он опять прикрыл глаза. Он не собирался уступать эту территорию. Это было уже что-то вроде игры. И в этой игре он не мог проиграть. Рано или поздно она уйдёт, не выдержав его присутствия рядом. Он уверен. Но он не знает её. Совсем не знает. Хотя нет. Он знает, что сейчас её взгляд перемещается со строк к его лицу. Изучает его, пытается что-то разглядеть. А потом медленно спускается ниже. Окидывает приспущенный галстучик. Чувствовал. Он чувствовал этот изучающий взгляд. Только не понимал: ей он интересен или просто выживает его отсюда? Но тем не менее, он засыпает и сам не замечает, как она тихо встаёт. Берёт подушку, плед. И помогает ему удобнее устроиться. Она сама этого как-то не замечает. Всё происходит как в тумане. И понимание того, что она так о нём пеклась придёт через пару минут. Но тогда она уже будет лежать на кровати в своей комнате. Читать книгу, даже не понимая её смысла. И понимать. Он все же победил.

***

Малфой проснулся уже ближе к вечеру. Шея затекла, а спину ломило так, что он чувствовал себя стариком. Вся одежда помята, лицо усталое, такое же дряхлое. Зато он выспался! Есть что-то хорошее. Хоть что-то. А ещё он не замёрз. Дрова в камине всё ещё тихо потрескивали и создавали в комнате уютную и спокойную атмосферу. Он мог поклясться, что Грейнджер была здесь недавно. Но не мог же камин сам гореть длительное время? Не мог! Значит, она видела его спящим? Интересно, долго любовалась? Час, два. Почему-то жутко хотелось верить, что она смотрела на него, а не брезгливо отводила взгляд. Аж до мозга костей он хотел, чтобы это было так. И что-то так тихо отдавало в черепной коробке, что так и было. Но Малфои не прислушиваются к своему разуму. Кажется, он вообще живёт отдельно от этой части своей сущности. Если можно было бы выбирать, Драко бы и вовсе избавился от таких вещей, как разум или совесть. Зачем они? Только постоянно напоминают о правилах и мешают свободно жить. Вечно твердят что-то. Указывают, направляют. А он просто ненавидел, когда ему указывают. Он — это он. Они — это они. И пусть засунут своё мнение и идеи далеко в пучину своего самолюбия. Своей чертовской правильности и занудства. Его это бесит. А если его что-то бесит, то он это игнорирует. Он — это он. Они — это они. А ещё есть она. Такая верная. Но верная не как друг, а как… Энциклопедия. И его она тоже бесит. Просто берёт и бесит. Не может объяснить причину. Она такая — ар-р — это просто не описать. Хоть убейся. Хоть выпрыгни из окна — не понять. Она была такой идеальной. Она всегда обходила его. Всегда. Во всём. И что больше его раздражало? Её победы над ним. Или её стремление залезть в каждую щель. Он уже этого не знает. Уже? А когда-то знал? Почему в последнее время мнение о ней меняется? Кусками. Местами. Мгновениями. Ему хочется иногда думать о том, что нет между ними никакой вражды. Может, он надеется, что мысль о чистой и доброй Грейнджер, которая рядом, сможет спасти его? Драко встал с этого неудобного и скрипучего дивана (интересно, а когда он стал так скрипеть?). Он сделал несколько шагов, пока не увидел записку на столике. Шаг. Рывок. И он читает её. Малфой! Я не стала тебя тревожить и сказала профессорам, что ты приболел. Та же причина и на твоё отсутствие вечером. Я оставила тебе еды на столе. Если хочешь — поешь. Гермиона. Какая забота. Первая мысль, что посетила его в следующую минуту. Он перевёл взгляд на тарелку с выпечкой и чашку кофе. Как он раньше не заметил и не почувствовал этого аромата? И почему еда всё ещё горячая? Значит — она всё же была здесь. Хотя доказательств и не нужно было. Вздохнув, Драко взял чашку и сделал несколько глотков. Горло неприятно защипало. Горячий. Мог бы догадаться! Конечно, на мгновение в голове промелькнула мысль, что Грейнджер могла положить туда яд. И не один! Но эти сомнения быстро растворились. Она же пресвятая гриффиндорка. И об этом просто не могло быть и речи. — Малфой! — в комнату влетел Блейз, яростно жестикулируя руками. — Какого чёрта ты вчера не явился?! Мы всю школу перерыли. Снейп рвал и метал, а Грейнджер чуть со сцены не упала от волнения. — Забини! Сядь и слушай, если уж ты каким-то образом без пароля сюда попал. — Мне твоя соседка поведала, — он усмехнулся и присел на диван. — Конечно, под угрозой! Эх, давай, рассказывай.

***

— Гермиона, с тобой всё хорошо? — спросила её Полумна, когда девушки покидали библиотеку. — Ты какая-то уставшая и странная. Что-то случилось? — Всё хорошо, Луна, — улыбнулась Гермиона. Хотя как улыбнулась. Это было больше похоже на гримасу отвращения или показа полной неприязни. Но никак не приветливая улыбка. Никак не то, что она хотела сделать. А то, что у неё сейчас внутри. — Ты мне врёшь, — немного резко сказала светловолосая, но потом искренне улыбнулась и остановилась. — Но я не буду тебя расспрашивать. Мне надо идти. До встречи, Гермиона. — Пока. Гриффиндорка выдохнула и, развернувшись, направилась в сторону башни. Башни старост. Их башни. Интересно, а Малфой уже проснулся? Наверное, да. Время перевалило за десять. А вернулся он не так и рано. Значит… Когда она вообще стала о нём думать? Беспокоиться? Заботиться? Зачем она принесла ему еду, укрыла? А ответа-то не было. Даже для неё не было. Гермиона с минуту потопталась возле входа в комнату, но потом резко открыла дверь — наверное, это было слишком резко, потому что парни обернулись на неё — и вошла. Она застыла в дверях, оглядываясь. Но потом, опустив глаза в пол, направилась к себе в комнату. И чувствовала. Она кожей чувствовала его взгляд на спине. Почему его, а не Забини? Почему она знала, что это он? Просто. Просто знала и всё тут! Просто вопрос. Просто нет ответа.