Лунный Ангел

      Три года спустя.       Ветер пробегает по светлым волосам молодого человека, весело ероша их. Играет с зеленым шарфом стоящего рядом брюнета. Затем слегка колышет лепестки лежащих на земле, покрытой белом покрывалом зимы, цветов. Блондин наклонился и стер с надгробья снег. Теплая рука коснулась ледяной. — Снова ты перчатки не надел, — тихо проворчал Поттер, согревая дыханием замерзшие тонкие пальцы в своих ладонях. — Не могу найти, — слегка улыбнувшись, произнес Малфой и коснулся губами щеки темноволосого юноши. — Интересно, что сказал бы про нас отец, — задумчиво протянул он, переводя взгляд на могилу. — Сказал бы: сын, мистер Поттер — хорошая партия для тебя. Как никак Герой всей Магической Британии. Это поможет нашему роду снова выбиться в свет, — вдохновенно вещал Гарри, пытаясь подражать голосу Люциуса. Драко усмехнулся. — Вполне возможно. Но актер ты никакой. Брюнет несильно толкнул любимого. — Хочу домой, — опустив голову, пробормотал блондин. — Пойдем, — сказал Гарри, обнимая парня за плечи. Хлопок аппарации разорвал морозный воздух, и через несколько мгновений никого уже не было, лишь ветер играл с тонкими белыми лепестками ромашек на мраморном надгробье.

***

      Четыре месяца и шесть дней спустя. — Ты помнишь какой сегодня день? — поинтересовался Гарри. — Нет. — Драко, прекрати, — недовольно поморщился брюнет, на что Малфой закатил глаза. — Ладно-ладно, Поттер, — вздохнул светловолосый юноша, — Сегодня третья годовщина у Рудса и твоей ненаглядной Уизли. — Драко! — Все-все, — поднял руки вейла в знак того, что сдается, — Годовщина Джинни и Джона. Доволен? — Ага, — широко улыбнулся Гарри. Внутри все потеплело от этой улыбки.       «Черт, как же хочется поцеловать этого идиота...» — промелькнула мысль, заставляя подняться на ноги и подойти ближе к темноволосому юноше. — Знаешь, Поттер, ты такой придурок, — насмешливо протянул Драко в приоткрытые губы напротив. — На себя посмотри, — буркнул Герой, но не обиделся. За столько лет привыкаешь к постоянным насмешкам — Малфой без них жить не может. Нежные прикосновения губ к губам. Ласковые движения языков, сплетающихся друг с другом. Болезненные, но такие необходимые укусы, и плевать, что после них все опухнет. Пальцы в волосах. Крылья носа трепещут. Нехватка кислорода обжигает легкие. Прерывистое дыхание. Грудь у обоих тяжело вздымается. Серые глаза потемнели, превращаясь в ночь. Зеленые покрываются едва заметными синими узорами, словно небо в траву упало. Золотистые руки на талии, на плечах и спине. Они везде, куда могут дотянуться и дотронуться. Скользят по лопаткам, обводят мышцы и спускаются вниз, сжимая мягкую плоть и вырывая стон. На что Драко больно кусает покрасневшее ухо напротив, принуждая его обладателя зашипеть сквозь плотно сжатые зубы и запрокинуть голову, оголяя шею. Ухмылка расползлась на тонких губах. Язык прошелся по коже, заставляя Героя задрожать и с шумом втянуть воздух. Зарычав, светловолосый юноша резко дернул на нем рубашку в сторону. Пуговицы полетели на пол, с легким стуком рассыпаясь по всей комнате. Следом за ними полетела и белая рубашка, мятой тряпкой путаясь под ногами. Пальцы следуют дальше, останавливаясь на ремне брюк. Быстрое движение, и ремень падает на диван. Брюнет почувствовав ладони, находящиеся на своей возбужденности, застонал и, схватив светлые волосы на затылке, приблизил ближе лицо любимого. Укус в верхнюю губу. Блондин уткнулся носом в плечо Гарри. Тот целует белую кожу на шее, слегка царапая ее зубами. А затем стягивает с него серую футболку, откидывая ее куда-то. Кожа к коже. Вздохи смешиваются в поцелуе. Еще через пару мгновений рядом с ремнем приземляются две пары брюк, а около одной ножки стола теперь находится нижнее белье и два смешных носка в маленький милый цветочек. — Поттер, мне всегда нравились твои носочки, — глупо захихикал вейла, снимая с ног свои обычные, черные носки и отправляя их к другим. Брюнет покраснел и отвернулся. Блондин лишь усмехнулся, впиваясь пальцами в его ребра. Темноволосый юноша дернулся и сделал шаг вперед, но запутался в валяющихся на полу вещах и полетел на парня, сбивая его с ног. Слава Мерлину, что никто не упал, так как Герой успел подхватить любимого, крепко прижимая его к себе. Тот тяжело дышал, вцепившись пальцами в плечи Гарри. — Поттер, почему ты постоянно все делаешь через задницу? — поинтересовался Драко, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. — Прости, — виновато запуская руки в спутавшиеся светлые волосы, прошептал Гарри. — И вообще, я замерз, — пробормотал блондин, ежась от прохлады пола. Брюнет ничего не ответил, лишь неожиданно лег на спину, из-за чего прижимающийся к нему парень оказался сидящим у него на бедрах и упираящимся животом в его стоящий член. Эти действия расписали бледные щеки румянцем. Светловолосый юноша наклонился и уткнулся красным лицом в шею ошарашенного Поттера. — Драко, ты чего? — удивленно прошептал парень, касаясь ниточек шрамов на белых лопатках. — Заткнись, — буркнул Малфой. — Ты что, до сих пор стесняешься меня? — приподняв брови, выдохнул темноволосый юноша. — Да, черт побери. Потому что я не могу привыкнуть к этому. И… — румянец стал расползаться дальше, заполняя уши и шею, — Все это время мы занимались этим только ночью… — Гарри почувствовал, как блондин напрягся, — Да и, вообще... Я терпеть не могу свое тело. Слишком белое, какое-то блеклое. Сложен вовсе как-то неправильно. Хилый. А в такой позе… — он не договорил, нервно кусая губы. — Ты дурак, — рассмеялся Поттер, — У тебя хорошее, красивое тело. И оно мне нравится. Ты не хилый и, тем более, не блеклый. Но не это главное. Почему ты не говорил об этом раньше? Мы с тобой уже три года вместе, — медленно переворачивая любимого на спину, с улыбкой протянул темноволосый юноша. Драко смотрел на него, широко раскрыв глаза. Брюнет, не дождавшись ответа, поднял его, невольно принуждая обхватить себя ногами за талию. Поднявшись, он сделал несколько шагов и опустил вейлу на диван. Затем лег рядом и крепко его обнял. — Я люблю тебя, — прошептал Гарри, утыкаясь носом в белобрысую макушку, — Люблю твои губы, — нежный поцелуй в висок, — Ресницы и волосы, — ладони ласково дотрагиваются до обнаженной кожи на спине, — Люблю твои пальцы, — прикосновение к тонким рубцам на лопатках, — И эти твои шрамы, твою кожу, — усмешка тронула губы темноволосого юноши, — И твои постоянные насмешки, — успевшие уже побледнеть щеки снова покраснели, — Но особенно приятно видеть, как ты смущаешься. Это очень мило, — смешок и следующий после него тычок под ребра. — Ау… Хотя к этому я тоже уже привык, мой ангел, — улыбнулся парень и ненадолго замолчал, — Я просто хочу, чтобы ты был рядом. Хочу, чтобы разделял мои чувства. Одни крылья на двоих, помнишь? Чтобы вместе, мы, держась за руку, смогли с тобой взлететь…

***

— Джон, как думаешь, Гарри с Драко придут? — Конечно, родная. Кого ты еще позвала?..

***

— Поттер, — простонал Драко, выгибаясь от прошившего тело удовольствия, — Если ты сейчас же не остановишься, то мы вряд ли сегодня успеем к Рудсам. — Будет не очень хорошо, если ты не кончишь, правда? — насмешливо протянул брюнет, лизнув возбужденную плоть и вырывая новый стон с тонких губ. — Так дай мне это сделать, — прошипел вейла, — Или я тебя ударю. Гарри лишь усмехнулся на эту угрозу, но ладонь, крепко сжимающую член у основания, все-таки убрал. Пальцы скользят наверх, рождая все новые и новые стоны. Герой, явно издеваясь, делал все очень медленно и тягуче, мучая своими действиями лежащего перед ним юношу. Мир раскололся на части, будто зеркало, осыпающееся острыми осколками после брошенного в него камня. Все цвета слились в один белый сияющий комок, который через несколько мгновений тоже взорвался, разбрасывая в разные стороны яркие лучики. Нежный шепот и сухие, слегка потрескавшиеся губы на шее возвращают обратно, заставляя блаженно улыбнуться и потонуть в теплых объятьях.

***

      Неделю спустя.       Смех рассыпался по комнате, дробясь о стены и потолок. Пятеро магов сидели за большим общим столом гостиной дома Забини и, попивая чай, рассказывали друг другу разные забавные истории. — Кстати, Джек, — весело протянул смуглый юноша, потягивая кофе из кружки, — Ты уже много раз пытаешься нам рассказать, как вы с Сэмом познакомились. Последний был месяц назад, — выразительно посмотрев на парня, добавил он. — Я бы с радостью, — ответил рыжий, — Только Сэм сказал, что убьет меня, если я вам расскажу. Все присутствующие маги обратили свои взгляды на светловолосого мужчину, от чего он покраснел и поджал губы. — И не надо так на меня смотреть, — произнес блондин, — Это слишком личная информация. — Но мы же теперь семья, — широко улыбнулся Блейз, — И мы имееем право знать. — То есть ты хочешь сказать, что история про носящего милые носки Поттера, не несет личный характер? — приподняв бровь, поинтересовался Малфой. — Драко, — прошипел брюнет, заливаясь краской, — Хватит уже. Я же знаю, что ты мне таким образом мстишь. — О, ну-ка, Гарри, рассказывай, что за повод? — подобрался Забини, сверкнув любопытными карими глазами. — Неделю назад у Джона и Джинни была годовщина, — начал рассказывать брюнет, — И они пригласили нас к себе. Сначала все было, как обычно и ничего не предвещало беды. Мы вышли в сад и, прогуливаясь по прекрасным снежным дорожкам, разговаривали о всякой ерунде. Прошло некоторое время, и между мной и Драко завязался спор. Рудсы шли впереди и как-то даже не обращали на нас внимания. В общем, мы подрались. И так получилось, что мы упали в какую-то глубокую болотную яму, где вымазались в непонтной жиже. Вы бы видели, какой Драко был красивый, — усмехнулся юноша, — Волосы все черные и слипшиеся, одежда мокрая, лицо перекосило от злости… — он замолчал, следя за реакцией слушателей, губы которых медленно расползались в улыбки, — Но самое главное, сзади него стоял напуганный садовый гном. И как только Драко начал на меня орать, он пнул его. Парни засмеялись. — Честно говоря, это было неожиданно даже для меня, — добавил Поттер, — Ни разу не видел, чтобы садовые гномы кого-то пинали. — Между прочим, это было очень больно, — сказал Драко, сложив руки на груди. — А что было дальше? — отсмеявшись, спросил рыжеволосый юноша. — Потом Драко захотел его проклясть, расчленить и сжечь. Но сколько бы он за ним не гонялся — все напрасно. Тот только осыпал его различными ругательствами. В итоге: мы кое-как оттуда вылезли, а он, — Гарри указал на вейлу, — пять дней со мной не разговаривал. — Забавно, — наклонил голову к плечу улыбающийся Блейз, — Но давайте не переводить тему, — он направил взгляд на Бакера. — Хорошо, — выдохнул мужчина, сдаваясь, — Но я не хочу этого слышать, — и он, поднявшись, направился в кухню. — Это было очень давно. С тех пор уже прошло лет семь, — дождавшись, когда блондин выйдет, начал рассказывать Колс, — После того, как группа «Dragons» была уничтожена, меня отправили к Сэму…       …Хочется вырываться. Две тени грубо держат его за руки — сопротивление бесполезно. Они ведут его куда-то по темному коридору, тускло освещенному изредка попадающимися на пути факелами. Хочется плакать. Маму убили. Ее больше нет. Отец умер еще десять лет назад. Он остался один. Сирота. Никто ему не поможет. А друзей постигла та же участь. Хочется кричать. Перед его носом открылась металлическая, побитая временем дверь. Он даже не успел заметить, что находится внутри, как его уже кинули туда. Швырнули, как ненужную вещь в старую кладовку. Хочется горько усмехнуться. Тут рыжеволосый юноша увидел. Пыльная захламленная комната с кучей ненужной ерунды. В углу стояло освещенное ярким светом лампы зеркало в золотой оправе, потемневшей от грязи. А рядом с ним стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, с крепким телосложением, светловолосый, с легкой щетиной на лице, довольно молодой, но было кое-что такое, что заставило рыжего замереть на месте и удивленно распахнуть глаза. Мужчина был одет в белое платье. Да, в платье. Можно даже сказать, неплохое и весьма красивое. Его украшал большой нежно-розовый горошек. Хотелось смеяться. Особенно глядя на лицо этого мужчины.       Он не ожидал, что кто-то может войти в его «покои». Просто нельзя. А тут появился какой-то пацан с растрепанной рыжей шевелюрой и обнаружил его в не очень подходящее время, но в очень интересной ситуации. Да, он нацепил на себя женское платье. Он ничего не мог с собой поделать. Это было его странное и болезненное увлечение, которое он скрывал ото всех. Даже презирал и, в какой-то степени, ненавидел себя за это. В голове не укладывалось — как такое могло произойти?.. Все это началось с простого наблюдения. Он смотрел на девушек, женщин и любовался ими. Их красотой и ухоженностью. Он словно видел скрывающуюся в теле душу, смог заметить свет. У каждой представительницы прекрасного пола он был свой. И это еще больше увлекало его. Ему было интересно замечать все тонкости и мелочи. Разнообразные прически, платья, юбки, блузки, туфли, косметика, духи. Это было необычно. Да, парни тоже имели свои одеколоны, туфли, рубашки, даже прически, но так, как это делали женщины… Его затянуло. Сколько бы он не пытался избавиться от своего ненормального увлечения — все напрасно. Он словно разделился на двоих личностей, одна из которых являлось более женственной и прекрасной, романтичной натурой. Вторая же была замкнутой, грубой и не подпускающей к себе никого, озлобленной частью души… Так и они познакомились. Постепенно они стали понимать друг друга. Сэм осторожно впускал его к себе в душу, медленно раскрываясь перед ним. В итоге: нашлось то, что смогло окончательно их сплотить. Джек имел хороший актерский талант. Вместе они разыгрывали спектакль. Никто об этом не знал. Все принимали их игру за действительное. Бакеру сначала не понравилась идея со слишком жестоким обращением к своему работнику. Однако тот был совсем не против. Он говорил, что смесь из боли и подчинения добавляло ему какое-то острое ощущение в жизни. А то, что они все лишь актеры создавало особый привкус. И это ему нравилось. Впрочем, как и Сэму...       Повисла тишина, через несколько мгновений разорвавшаяся от смеха. Сэм, сидящий на кухне, вздрогнул и покраснел. — Так это же нормально, Сэмми, — крикнул Забини, поднимаясь со стула и направляясь к блондину. — Ребят, вы только не называйте его девчонкой — это его жутко выбешивает, — прошептал Джек, когда брюнет скрылся в другой комнате, и тихонечко засмеялся.

***

      Три дня спустя.       Площадь Гримо 12. — О чем задумался? — поинтересовался Гарри, уже около десяти минут наблюдающий за любимым, уставившимся в одну точку. — А? — повернул голову блондин, — Да, думаю о матери, — произнес он и вздохнул, — Ты же знаешь, что у нее появился ухажер. — Драко, не переживай, — улыбнулся Поттер и присел рядом с вейлой, — Он не сделает ей ничего плохого. — Надеюсь.

***

— Мисс Блэк, прошу вас сходите со мной поужинать, — просил молодой мужчина с густыми волнистыми волосами, шагающий рядом с Нарциссой. Она держала в руках белую розу с заботливо обрезанным шипами. — Я же уже сказала вам, Андреано, я не могу, — грустно улыбнулась женщина. — Но почему? — воскликнул Андреано, — У вас кто-то есть? Вы женаты? — Я вдова, — спокойно произнесла блондинка. — Простите, мисс Блэк, — побледнев, прошептал итальянец и быстро ушел, легко затерявшись в многолюдной толпе. — Почему ты его отвергаешь? — насмешливо протянула Мэри, — Он же тебе нравится, — она подняла свою трехлетнюю дочь на руки. — Я не знаю, дорогая, — глядя куда-то вдаль, проговорила Нарцисса, — У меня ощущение, что я предаю Люциуса. — Перестань, — серьезно посмотрела на нее девушка, — Помнишь, что Драко сказал? Люциус сделал это ради тебя. Я не думаю, что ты таким образом предашь его. Тем более, — она усмехнулась, — Андреано мучается. У него горячий нрав, как и у всех итальянцев, но душа — ранимая. Ему больно от твоих отказов, Нарцисса. Светловолосая женщина задумалась. — Может, ты и права, — уголки ее губ приподнялись в легкой полуулыбке, — Я поужинаю с ним сегодня.

***

— Ты какой-то задумчивый в последнее время, мой ангел. Все хорошо? — Да, Гарри, все в порядке. Так, пустяки…

***

      Месяц спустя. — Драко, ты где? — поинтересовался брюнет, входя в дом на площади Гримо и снимая верхнюю одежду. — Ты дома? Ответом ему послужила тишина.       «Снова на работе задержался?..» — промелькнула мысль в голове у Гарри. Он прошел в их общую спальню и завалился на кровать.       «Да, сумасшедший сегодня денек выдался, — думал парень, глядя в белеющие пятно потолка, — Ладно, даже не смотря на то, как я устал, Драко все равно меня убьет, если я сейчас же не встану и не разденусь» С трудом поднявшись на ноги, темноволосый юноша потянулся и стянул с себя грязный, весь пропахший потом свитер, кинув его на пол. Со звоном упали очки. Наклонившись, чтобы их поднять, Гарри вдруг заметил небольшой помятый листочек, одиноко лежащий около прикроватного столика. Надев очки, брюнет уставился в быстро написанные и оттого немного неровные строчки.

«Я думал все это время над тем, что останется от моего рода. Ведь я теперь последний Малфой. Смешно, правда? Прости, Поттер, но я ухожу. Мне нужен наследник, а ты, к сожалению, не можешь мне его дать. Будет лучше, если мы не пересечемся больше, поэтому я уезжаю из Британии. Д.М.»

Конец первой части.