Глава 13. "Ревность"
6 августа 2014 г., 16:02
Солнце только что скрылось за краем горизонта. Воздух был еще горячим, но скоро ночной ветерок должен был принести долгожданную прохладу. В это время просыпаются все ночные животные, в том числе и львы.
Шрам встал, зевнул, вытянул передние лапы и потянулся. Прошло уже достаточно много времени с того злополучного дня, когда младший принц саванны обзавелся шрамом через весь глаз и окончательно расстался с мечтой превзойти старшего брата и наследника престола – Муфасу. Также в тот день Шрам сменил имя и окончательно разочаровался в своем отце – Короле Льве Ахади. Теперь, из родных у него остались лишь его мать, королева Уру, и подруга – Сараби.
А кстати, где Сараби? Время раннее, она еще не должна уйти на охоту. В это время львицы лишь собираются за добычей. Неплохо было бы повидать возлюбленную – они не общались уже несколько дней. Ночью Сараби, одна из лучших охотниц прайда, старалась, не покладая лап, чтобы обеспечить едой все их немаленькое львиное семейство, а днем она отдыхала – почти все время спала. И теперь, когда выдалась возможность, почему бы не перемолвиться с ней словечком, не помурлыкать немного вместе?
Шрам поспешил к выходу из пещеры. По каменной тропке он спустился вниз, к подножию Скалы Славы. Там и обнаружились львицы, готовящиеся к охоте. Вот Наанда весело болтает с Нзури, а здесь Сарафина точит когти о толстую ветку дерева, сломленную недавней бурей. В центре кружка охотниц обнаружилась Уру, явно раздающая указания. Все здесь, все знакомы и известны, но где же Сараби?
Темношерстной львицы нигде не было. Это несколько удивило Шрама – не могла же она отправиться на охоту одна, не дожидаясь остальных. А если она не на охоте, то где же?
-Добрый вечер, Така! Я вижу, ты наконец-то поправился и стал выходить из пещеры? – приветствовала его Уру.
-И ты здравствуй, мама. Послушай, я же просил тебя называть меня Шрамом. Я не хочу больше зваться Такой, это имя осталось в прошлом. Лучше скажи мне, ты не видела Сараби? Я повсюду ищу её, но нигде не нахожу. Не подскажешь, где она может быть?
Королева прайда лишь горестно вздохнула. И что ей делать с таким упрямым сыном? Вбил себе в голову какую-то ерунду, имя себе вздумал менять, Одна надежда – может Сараби его образумит?
-Я сама жду Сараби, чтобы отправиться на охоту. Но и я её не видела. Вообще-то я полагала, что она с тобой, но теперь вижу, что ошиблась. Впрочем, подожди немного, Сараби – очень ответственная львица, уверена, она вот-во т появится.
И правда, Сараби появилась в следующее же мгновение, выйдя из-за скалы. А рядом с ней шел… Муфаса! Лев и львица о чем-то весело болтали, смеялись. Судя по всему, общество Муфасы совсем не раздражало Сараби, но даже наоборот – было ей приятно. Это ужасно не понравилось Шраму, и как только эти двое приблизились, лев напустил на себя безразличный вид и с наигранной ленцой протянул:
-Так-та-ак. Ну надо же! И кто у нас тут? Мой брат и моя подруга! Вместе! Надо сказать, вы чудесно смотритесь! Прямо два голубка! Ах, я бы даже заплакал от восхищения, да что-то не плачется. Ну и как вы изволили провести время в компании Сараби, ваше высочество? – голос младшего принца звучал насмешливо, а слова «ваше высочество» он произнес с откровенной издевкой.
-Така! Ты все неправильно понял! Я объясню. Мы просто гуляли! – ответила слегка смущенная Сараби.
-Мы? – переспросил Шрам.
-Ну, то есть я. Я решила пройтись и размяться перед охотой, а потом я встретила Муфасу, и мы вернулись сюда. – Поправилась львица.
-Мы? – снова уточнил лев.
-Да, мы! – Решительно встрял Муфаса – Мы. Я и Сараби. А ты что же, что-то имеешь против? – с вызовом спросил старший принц.
-Кто? Я? Против?! Ох, ну что вы! Как вы могли такое подумать! – театрально воскликнул Шрам – Моя подруга и мой брат гуляют вместе! Что я могу иметь против? Как я могу возражать? Что вы - что вы! Я абсолютно, совершенно, всеми лапами «за»!
Произнеся это, Шрам повернулся к брату и подруге спиной и, высоко задрав хвост, направился прочь.
В воздухе повисло напряженное молчание. Уру и остальные львицы смотрели Сараби и Муфасу. Старший принц смотрел в землю, а Сараби отвернулась, боясь посмотреть в глаза своей королеве и подругам.
-Муфаса. Иди-ка к отцу, пусть он займет тебя делами, а то я вижу, у тебя слишком много свободного времени. Сараби, идем. Мы тебя уже заждались. Когда тебе в следующий раз захочется пошляться где-то, не забудь предупредить меня или ту, кто будет главной в отряде в тот момент. А сейчас – вперед. – Жестко скомандовала Уру.
* * *
-Так она тебя кинула? Значит, променяла тебя на твоего брата, да? Уа-ха-ха-ха! Вот умора! – Банзай повалился на спину, держась лапами за живот и громко, отвратительно расхохотался. Его смех был пронзительным, визгливым, с подвываниями и похрюкиваниями.
-Заткнись! – рявкнул Шрам – Захлопни свою вонючую пасть, жалкий трупоед! – тяжелая лапа опустилась на макушку хохочущей гиене.
-Успокойся, не кипятись. Спусти пар, приятель! – равнодушно посоветовала Шензи, разглядывая свою лапу.
Шрам и трио гиен сидели у пяти камней, в одном из своих излюбленных мест для встречи. Молодой принц только что поделился с союзниками своим горем. Но вместо участия услышал лишь смех.
-Да, - глубоко вдохнув и выдохнув, ответил лев, - Ты права, Шензи. На идиотов не обижаются. Нет, она вовсе меня не бросала! Она просто…. Просто….
-Проводила время с твоим братом, а не с тобой! – услужливо подсказал Банзай.
-Спасибо, Банзай! Ты так умен! Прямо не знаю, что бы я без тебя делал! – прошипел Шрам.
-Пустяки! Не стоит благодарности! – надулся от гордости Банзай.
-Эта глупая гиена вообще в курсе, что такое сарказм? – поинтересовался в пустоту младший принц.
-Не уверена. Вполне возможно, что нет. Хотя он не настолько глуп, как кажется. – Ответила Шензи, - Но давай вернемся к нашим гну, то есть к твоим брату и подружке. Значит, они гуляют вместе, а ты в стороне, так что ли получается?
-Угу. Сколько раз вы все еще собираетесь это повторить? – проворчал лев.
-Ладно-ладно, остынь. Больше не буду. И что ты теперь собираешься с этим делать? – спросила гиена.
-Именно для того, чтобы узнать, что мне делать я и рассказываю это вам! Или от несвежей пищи у вас мозги протухли? – язвительно поинтересовался Шрам.
-А ты пробовал поговорить со своей подружкой? Спросить её, почему она гуляет с ним, а не с тобой? Может, ты просто все не так понял? Ты ревнуешь, это нормально. Но ревность – палка о двух концах. Иногда самкам правда приятно, когда их ревнуют. Это воспринимается ими, как проявление чувств. Но коль их избранник чересчур ревнив – это уже плохо. Так что постарайся сдерживать свой темперамент. Кстати, этим ты выгодно отличишься от Муфасы. Он-то не умеет сохранять спокойствие, верно я говорю?
-Пожалуй, ты права. Я как-то об этом не подумал, - смущенно признался Шрам.
-Вот. Видишь? Когда она вернется, потолкуй с ней. Глядишь, все и прояснится.
-Да-а. Дело говоришь. Слушай-ка! У меня идея! Шензи, проследите с Банзаем и Эдом за Муфасой, да проверьте, вдруг он тайком встречается с Сараби уже не первый раз.
-Как скажешь, босс. Вот это я понимаю – трезвое мышление. Эй, вы, блохастые задницы, ну-ка хватит ржать, пошли дело делать! – Гиена вскочила, взмахнула коротким лохматым хвостом, и вместе с дружками скрылась в высокой траве.
* * *
-Така? Така, постой!
-Ну что тебе? – Шрам неохотно развернулся. Сараби подскочила к возлюбленному. Она как раз недавно вернулась с охоты, и теперь весь прайд трапезничал. Ахади, как глава прайда, ел первым. Муфаса, как наследник престола – вторым. Потом насыщались Така и Уру и уж в последнюю очередь остальные львицы и львята.
-Послушай, Така, милый, ты не сердись за утреннее, ладно? Я на полном серьезе говорю тебе – ничего непростительного не было. Просто Муфаса встретился мне на обратном пути и дошел до Скалы со мной. Вот и все. Поверь мне, прошу! – Сараби потерлась щекой о грудь Шрама.
-Это точно? – неуверенно спросил младший принц. Нежность подруги его обезоружила.
-Совершенно. Не сомневайся, дорогой. Верь мне.
Шрам лизнул подругу в щеку. Та прижалась своим телом к его. Парочка счастливо замурчала. Возложив подбородок на макушку Сараби, Шрам подумал:
«Пока я поверю тебе. На этот раз. Но посмотрим, что расскажут мне гиены. Очень надеюсь, у них будут добрые вести».