First of the Gang to Die

Yeah, I feel like a force of nature can make you sing like a bird released. Да, я чувствую, что сила природы может заставить тебя петь, как вольную птицу.

First of the Gang to Die Quarantuno Force of Nature Джерард с нескрываемым счастьем наблюдал за парнем, который ворочался и что-то бормотал во сне. Всё чаще можно было расслышать обрывки его слов. Дон по-прежнему был в залитой кровью одежде, но при этом всё равно лежал на кровати и читал "Маску Красной смерти", скрестив ноги и зажав сигару между средним и указательными пальцами. Было всего четыре часа утра, и, сколько бы он ни пытался, он не мог уснуть. Таблетки от бессонницы, судя по всему, не возымели никакого эффекта, да и в любом случае бодрствовать было намного лучше. Люди в доме, все защитники и их жёны, болтали, спали, ели, играли в карты, пили, курили, и Джерард слышал их всех, слышал смену охраны, выкрики ставок и споры о покрасочной работе в гостиной комнате дома Боба. Он действительно сожалел о своём чересчур оберегающем поведении, забирая охранников от семей на столь долгое время и так часто, но вместе с тем считал, что это абсолютно необходимо, если всё это было направлено на защиту Фрэнка. Он не выдержит, если на шатена вновь нападут, особенно после того, как последний инцидент произошёл прямо там, в ванной. Айеро больше ею не пользовался - отныне он ходил только в ту, что была в коридоре. Джерард Уэй всегда гордился тем, чем многие доны не занимаются. И этим чем-то были драки. Когда большинство мужчин достигали статуса capa crimini, они практически запирались в своих домах и купались в роскоши, заваленные слугами, а также позволяли своим людям умирать за них. Однако Джерард сейчас серьёзно подумывал о восстановлении того образа жизни, который приобрёл его отец, для того, чтобы присматривать и заботиться о муже, и о том, что, может, стоит начать больше работать над встречами, коалициями и рейдами, то есть воздержаться от фактического участия в них и просто планировать преступления. Естественно, он пока никому не сообщал о своих размышлениях. Он всё так же обожал этот прилив адреналина, выброс эндорфинов, когда он убивал, ранил, мучил, калечил - это было то удивительное чувство, что придавало ему сил, заставляло чувствовать его, блять, неудержимым, на самой вершине мира. Мужчина не думал, что сможет так легко отказаться от подобного наркотика, когда ещё даже не переступил этот дикий рубеж в тридцать лет. Ход его мыслей прервало тихое хныканье с другой стороны кровати. Фрэнк что-то заговорил во сне, как делал и чуть раньше, но тогда это в основном была какая-то бессмыслица, невнятное бормотание. Однако сейчас он образовывал нормальные слова, словно с кем-то разговаривал. - О… Джеймс… пожалуйста… Джерард отчасти разозлился и отчасти расстроился от того, что его муж выстанывал имя бывшего - не говоря уже об оскорбляющем как дерьмо - жениха… ну или он так думал. - Пожалуйста, прекрати, - тихо промычал он. Одна рука Фрэнка лежала на животе, а бёдра чуть дёргались. - О, нет, Джеймс, я не хочу, прошу, не заставляй меня… Уэй уже собирался разбудить мужа, когда тот замолчал, расслабился на постели и продолжил мило сопеть, негромко мурлыча, прямо как кот, что очень нравилось лежащему рядом с ним брюнету. Его грудь поднималась и опускалась в такт ровному дыханию. Джерард вновь почувствовал себя непринуждённо, пока всё начиналось заново. - Я клянусь, что не флиртовал с ним, Джеймс, - убеждал он во сне, и голос парня становился всё выше и ближе к слезам. - Я клянусь, что мы просто говорили… Гангстер понял, что Айеро имел в виду воскресенье, когда они впервые встретились, на скачках, и что под "ним", с которым Фрэнк не флиртовал - и он действительно не флиртовал - скрывался не кто иной, как Джерард. - Но это не так, - продолжил он умолять, соединив брови и надув губы в самой покорной, кроткой манере, - и я не хочу этого делать, пожалуйста, Джеймс, больно, мне больно… - Малыш, - быстро сказал Джерард, не желая больше ничего слышать, тряся мужа за руку. - Любимый, проснись, тебе снится кошмар, милый, пожалуйста, проснись. Фрэнк зевнул и приоткрыл глаза, подозрительно вглядываясь в мужчину, после чего вздрогнул и сразу же пришёл в себя. - Джи? - Он слабо улыбнулся и обнял его за шею. - Ты вернулся! - Да, я вернулся, - ответил дон, крепче прижимая руки к спине парня и задевая чувствительные места на его теле, отчего Фрэнк шатко вздыхал, - ты спал, когда я пришёл, и мне не хотелось тебя будить, но ты просто… эм… говорил во сне. - Ой, - выдавил он в ответ, не зная, как разрешить ситуацию. - Прости. - Всё нормально, милый, ты не должен извиняться, - мужчина попытался рассмеяться, чтобы разрушить повисшее напряжение, но получился лишь какой-то очень нервный смешок, - я не возражаю. Но на самом деле он возражал, где-то, в самой глубине его совести, он действительно переживал о том, что во сне говорил Фрэнк. Эти слова взволновали его, и тот факт, что он слышал тихие мольбы и просьбы о помощи парня, заставил его почувствовать себя виноватым и пристыженным за то, что не спас его раньше, не добрался до него вовремя. Больше всего на свете он мечтал о том, чтобы он нашёл Айеро в двадцать один год (и, следовательно, парню было бы шестнадцать) и чтобы они уже тогда могли встречаться, не израненные своими бывшими любовниками. - Что я… эм… сказал? - нервно покусывая губу, спросил Фрэнк. - Ты говорил о Джеймсе, дорогой, - спокойно сказал Джерард, наблюдая за тем, как лицо его кролика сморщилось от произнесённого имени. - Ты сказал, что не хочешь этого и что тебе больно. Фрэнк выглядел так, словно вот-вот сломается; всё его тело слегка подрагивало, а глаза были печальными и влажными. Уэй успел пожалеть, что всё-таки разбудил его, не говоря уже о том, что рассказал, что парень ссылался во сне на кое-кого из своего прошлого. От вида начинающего шмыгать носом и тихо плакать шатена живот Джерарда свело от сожаления к мужу. - Ох, малыш, мне жаль, - заворковал Джерард, крепко его обнимая и целуя в щёку, - я не хотел тебя расстроить. Прости меня, пожалуйста, крольчонок, я ненавижу видеть тебя плачущим. - Он вечно удерживал меня, пока я не сделаю, чего он хочет, - он всхлипнул, чувствуя тёплую и отчасти сырую от слёз рубашку на плече мужчины, - и он щёлкал своей зажигалкой прямо рядом со мной. Босс закрыл глаза и ещё крепче стиснул в объятиях парня, как будто больше никуда его не отпустит, впиваясь ногтями в голую спину своего измученного возлюбленного, бедолагу, которому Джеймс причинил самую жестокую боль из всех возможных. Он даже не мог придумать, что сказать в ответ. - Милый, мне и в самом деле очень жаль. Я ненавижу этого человека больше, чем всё остальное на этой планете, - честно произнёс Джерард, - и хотел бы я оставить его в живых подольше, чтобы убить намного худшими способами. Айеро кивнул и оторвался от плеча дона, глубоко дыша и вытирая лицо тыльной стороной руки. Гангстер протянул ему шёлковый платок. - Спасибо, - ломаным голосом ответил Фрэнк, вставая с постели, чтобы переодеться в простую рубашку и брюки. - Где ты был? - Ну, - начал Джерард, прислонившись к одному из столбиков кровати и положив руки на плечи Фрэнка, когда тот вернулся. - На самом деле совсем недавно я убивал группу молодёжи. - Детей? - пискнул Айеро, напрягаясь, но практически тут же расслабляясь от поцелуев, покрывавших его голову. - Ты убил детей? - Нет. Я убил подростков. - Он закрыл глаза и спрятал лицо в волосы мужа, вдыхая сладкий аромат, что разносился от него. - Подростков-насильников. Он заметил, как Фрэнк вздрогнул и затрясся на секунду, как осиновый лист на ветру, после чего всё же успокоился. Он по-прежнему ненавидел слышать это слово. - Ну а лидеру я просто вырезал "Д А У" на руке, так что с ним всё должно быть нормально, - безразлично пробормотал Джерард, махнув рукой. - Если же он умер от потери крови, то это чертовски позорно. - "Д А У"? - полюбопытствовал Фрэнк, играя с покалеченными, отчасти уродливыми руками мужа, лежащими у него на коленях. - Что значит "А"? - Моё второе имя, это же очевидно. - Он фыркнул, делая вид, что он возмущён. - Уж вряд ли это моя девичья фамилия, Фрэнк. - Правда? - Он возбуждённо повернулся и встал на кровати на колени. - Какое твоё второе имя? - Я тебе его не скажу. Лицо парня вытянулось. - Почему нет? - Это ужасное имя. - Дон нахмурился. - Я не знаю, почему мне дали самое ужасное имя в мире. - А мне кажется, что Джерард - красивое имя, - сказал Фрэнк, широко улыбаясь. - Да не это имя, а второе. Оно просто… ужасающе. Я не знаю, что заставило родителей выбрать его, - сказал он, вздыхая, притягивая парня к себе на колени и заползая на кровать чуть дальше. - Однажды Майкл рассказал о нём кому-то, и тогда я его ударил. - Сколько тебе было лет? - Он уже почти что хихикал, но в то же время ему казалось, что это очень уж банальная атака от Джерарда - просто ударить кого-то. - Где-то восемь или около того. Конечно. Нынешний Уэй никогда бы так не сделал, а вот Уэй-ребёнок - запросто. Отлично. - Пожааааалуйста, скажи мне, - заскулил Айеро, дёргая мужа за пояс безо всякой задней мысли, - мы ведь замужем. - Ты мне не говорил своего второго имени. - Энтони, - спокойно признался он, всё ещё улыбаясь. - В честь отца моей мамы. - Ясно. - Джерард поднял бровь. - А Фрэнк в честь кого? - Моего папы. - Он был каким-то мужчиной великого подвига и стана? - Не знаю. - Фрэнк пожал плечами. - Никогда его не видел. - Оу, - приглушённым тоном сказал мужчина, - прости. Ты, должно быть, думаешь, что я совершенно нечувствителен. - Нет, я так не думаю, - беспечно ответил шатен, не напрягаясь из-за темы разговора. - Я совсем не против. Да мне плевать, в общем-то. Можешь спрашивать, сколько угодно. - Он снова улыбнулся. - А теперь ты скажешь мне своё второе имя? Джерард прикусил зубами губу и поморщился. - Артур. В ту минуту, когда Джерард произнёс его, Фрэнк чуть не сломал ребро в тринадцатый раз от смеха. По щекам парня стекали слёзы, а сам он схватился за живот в истерике, и это действие привело к тому, что он свалился с кровати, визжа и счастливо заливаясь смехом, пока катался по полу. Уэй же просто закатил глаза и всё-таки не сдержал улыбки от подобной сцены. - Не так уж и смешно, - отметил он, помогая Фрэнку встать с пола, - это ведь просто имя. - Я знаю, но… ты весь из себя такой бандит и гангстер… а потом… АРТУР! - выкрикнул он, вновь падая с края и уже рыдая от смеха. - О Господи, Джерард… - Да, да, моё второе имя чертовски забавное, мы поняли, - сказал он, пытаясь заглушить собственный смех и поднимая мужа во второй раз. - И, если ты ещё раз упадёшь, я тебе не буду помогать. Фрэнк в последний раз хихикнул и залез обратно на колени косо улыбающемуся мужчине. - Теперь счастлив? - Очень, - ответил он, прижавшись губами к губам брюнета на краткий миг, даже не двигая ими, а просто сидел, прицепившись ко рту Джерарда. Он отстранился примерно на пару сантиметров, всё так же находясь на уровне "губы-лоб" с мужчиной. - Ты помнишь про обещание загладить свою вину передо мной позже? - Предложение всё ещё в силе, - промурлыкал Джерард голосом, в котором явно присутствовала похоть. - Если, конечно, моё второе имя не отбивает твой интерес до такой степени, что ты не хочешь целовать меня. - Конечно нет, - ответил Фрэнк и вновь соединил их губы. Парень самозабвенно и нежно целовал дона, когда понял, что тот ему не отвечал. - Почему ты ничего не делаешь? - Я хочу посмотреть, что ты сделаешь со мной. - Джерард ухмыльнулся, показывая все свои зубы. - Так как всегда разжигаю страсть именно я, то сегодня предлагаю начать тебе. Ну, точнее сегодня утром. - Сделать… с тобой? - пискнул Фрэнк, немного нервничая. Причём не беспокоясь, а… определённо точно нервничая. - То есть… быть… - он громко сглотнул, - доминантом? - Да, - подтвердил он, проведя пальцами по голому бедру мужа, - или есть какая-то проблема с этим, сладкий? - Что ты хочешь, чтобы я сделал? - спросил он, нервничая всё сильнее с каждым новым словом дона. В прошлом он удовлетворял мужчин всех рангов мафиозной системы и был просто лучшим любовником, которого только могли попросить. Но сейчас он хотел угодить Джерарду, показать, что он исключительного его. Раньше он никогда не должен был думать о том, чтобы иметь близость с кем-то. - Всё на твоё усмотрение, дорогой. - Он видел, как Айеро напрягался всё больше, и поэтому решил успокоить его, предложить небольшую сделку. - Я могу потом продолжить, если хочешь, но сначала я хочу, чтобы ты сделал что-нибудь мне. Ведь именно я всегда нападаю на тебя, - сказал он со смехом. Фрэнк закусил губу, размышляя. - Я могу сделать… всё, что захочу? - В пределах разумного. Если соберёшься оторвать мне член или что-то в этом роде, тогда, будь добр, воздержись. Парень кивнул и на секунду задумался, продумывая план миссии по "нападению". Он годами создавал и держал настолько соблазнительный и невинный образ, насколько они были возможны, чтобы привлечь внимание другого мужчины, заставить его задыхаться и потеть лишь от одного взгляда на Айеро. Фрэнк усовершенствовал этот образ чуть приоткрытым ртом, смиренно глядя на Джерарда расширившимися карими глазами, рассматривая и не упуская ни единой детали мужчины, поглощая всё его существо. Затем он забрался на его бёдра и поцеловал гангстера одновременно страстно и нежно, как если бы он выплачивал какой-то долг, возвращал услугу. Он запутался пальцами в волосах цвета вороного крыла и шире открыл рот. Поцелуи становились всё более пылкими и влажными. Фрэнк время от времени прикусывал губу мужа и посасывал её так, как алкоголик приникал бы к священному напитку. Джерард застонал и закрыл глаза, когда его возлюбленный начал медленно потираться о его промежность, отчего брюки босса вдруг стали слишком узкими и неудобными. - Агх, Фрэнк, - простонал он, впившись ногтями в бок парня, - о Боже… Айеро отстранился и принялся оглядывать мужа во второй раз: губы слегка припухли и покраснели, рубашка смялась до ужаса. А сам Уэй уже тяжело дышал, и выпуклость в его штанах говорила всё за него. - Ммм, Джи, - так же простонал Фрэнк, скользя пальцем по чёрной рубашке, в которую был одет брюнет, и расстёгивая каждую пуговицу, пока не дошёл до середины, - мне так горячо, из-за тебя я чувствую такой жар. - И это правда: Джерард здесь не единственный, кто немного возбуждался. - Сделаешь кое-что для меня? Уэй кивнул. - Мои штаны невыносимо узкие, - продолжил парень, прогнувшись в позвоночнике так, что наклонился назад. По его шее и ключицам стекали капельки пота. - А эта рубашка жутко неудобная. - Он поднял глаза и закусил пухлую губу. - Снимешь их с меня? Джерард никак не ожидал этого - этого ошеломляющего количества сексуальности, с которым он едва мог справиться, этого эротического изображения перед ним, какого-то великолепного произведения искусства, на которое можно было смотреть только ему. Да он едва мог дышать, не то что ответить. Когда мужчина не начал моментально срывать одежду с Фрэнка, тот выпятил нижнюю губу. Глаза парня блестели и искрились от переполнявшего его желания. - Разве ты не хочешь меня? - спросил он мягким шёпотом. - Разве ты не хочешь меня так же, как я хочу тебя? - А ты хочешь меня? - спокойно прорычал Джерард, вливаясь в этот грязный разговор, независимо от того, насколько смущающим он был. От этих фраз становилось лишь лучше. - Как сильно ты хочешь меня? - Мммх, очень сильно, - ответил он, прикусив нижнюю губу едва ли не до крови. - Из-за тебя мне хочется делать плохие вещи… Фрэнк расстегнул пуговицу брюк и опустил собачку молнии вниз, немного поёрзал, из-за чего штаны оказались на уровне колен, когда он опустился на них. Потом он медленно, ох, как, чёрт возьми, медленно, запустил руку в трусы и взял в руку член, вскинув бёдра. - О Джерард, - протянул он, сжав эрекцию, с которой уже вовсю стекала смазка, - я хочу, чтобы ты был внутри меня, Джи, ты нужен мне… - Айеро начал дрочить, чувствуя себя совершенно глупым, но в то же время почему-то побеждающим. Он обхватил член чуть сильнее и, достигнув оргазма, кончил, сотрясаясь всем телом и не сдерживая громкого стона. Дёрнув бёдрами напоследок ещё пару раз, он достал руку из трусов. Парень протянул свою конечность, испачканную тёплой и густой спермой, Джерарду, который, не отрываясь, следил за каждым его движением с открытым ртом. - Хочешь облизать мои пальцы? - как никогда невинно и сладко спросил Фрэнк, на чьём лице появилась извечная милая улыбочка. Не говоря ни слова, мужчина взял его руку и обхватил губами каждый палец Айеро, проглатывая всю сперму, что была на них, и чувствуя её солёный привкус, а затем отпустил её обратно. Джерард провёл языком по нижней губе на случай, если он вдруг упустил хоть одну каплю. - Ну и? - радостно спросил Фрэнк, слегка подпрыгивая на кровати и вовсю улыбаясь. - Как я тебе? Понравилось? Я был хорош? Но Джерард мог только сидеть и с благоговением смотреть на парня. Определённо точно это были одни из лучших и самых интересных полчаса в его жизни.