Круги на воде

Туатал стоял позади своего нового хозяина, брата герцогини. Он уже две недели сопровождал его всюду, был что-то вроде секретаря. Подай, принеси, положи, запиши… хорошо, хоть не отсоси или подставься. К подножию холма, где стоял Стальной замок, прибывали те, кого передали по вире, люди, ведьмы, ведьмаки. Ведь земли-то никто не отдавал, их быстро разобрали по другим Ковенам, а жителей выставили. Вот и добирались потихоньку переселенцы, кто с тачками, кто на телегах, кто просто с узлами. Встретив самых первых, Лиссая поморщилась и велела брату сначала откормить их, разместить, и только потом требовать положенную десятину. И каждый раз, видя владеющих магией, Туаталу становилось горько, и мерзкий знак на груди, казалось, впивался сильнее. Впервые он жалел, что обладал настолько сильным даром, что его пришлось запирать. Будь он средних способностей, все обошлось бы только принесением магической вассальной клятвы. А теперь придется или зарабатывать доверие новых хозяев, доказав преданность и лояльность, или ходить всю жизнь половиной самого себя. Теперь Туатал носился следом за хозяином, распределяя, направляя, размещая. Удивлялся выносливости лорда Рондара. Успевал выполнять все его распоряжения. Уставал так, что вечерами падал на кровать в крохотной, выделенной специально для него комнатке. Казалось, все потихоньку наладилось, уже отправил в горы двух его подруг по несчастью, время от времени проверял, как живется Кату во дворце, ее пристроили в штат слуг леди Эрики. И только стучался в груди запертый дар. Сейчас он, вместе с хозяином принимал очередную партию переселенцев, на этот раз довольно специфическую. Это были молодые юноши, воспитанники школы гладиаторов, и, разумеется, среди них не было ни владеющих даром, ни свободных. Туатал смотрел на ровный строй гладиаторов и что-то ему не нравилось. То ли бегающие глаза одного из десятников, то ли излишне бесстрастные мальчишки в строю, то ли ненужно болтливый сотник. Навязчивое ощущение неправильности разбилось и осыпалось осколками, когда один из мальчишек вдруг рывком послал вперед короткое копье, направляя его в грудь лорду Рондару. Ведьмак отчетливо понял, чем грозит такой поступок всем остальным. Гладиаторов убьют, не задумываясь, над выжившими носителями дара снова пронесется карающий смерч в виде герцогини, и от Ковена останется только воспоминание. Он видел, как медленно летит копье, как меняется настороженное спокойствие в глазах гвардейцев, как подбирается лорд, понимая все. Туатал метнулся вперед, принимая в свое тело добрый кусок стали. И время потекло привычными каплями. От удара его отбросило на хозяина, небо кувыркнулось, неожиданно оказавшись совсем не там, где положено, а потом наступила темнота, только острая колющая боль еще ощущалась сквозь угасающее сознание. Очнулся он поздно. На груди ощущалась тугая повязка, дышать было немного трудно, но в целом, он чувствовал себя сравнительно неплохо. Туатал огляделся в поисках воды, нашел стакан у кровати, потянулся. И остановил руку, когда ее опередила тонкая девичья, с браслетом ограничителя. Кату тревожно глянула на парня, подала ему воды. - Как вы, мой лорд? Туатал прислушался к себе и с удивлением ответил: - Нормально… - и спохватился, – а почему лорд? - Как же! Вы умирали, и лорд Рондар напоил вас своей кровью. Теперь вы вошли в Род младшим родичем, так сказала герцогиня. - Великая Тьма… - прошептал Туатал и, тут только до него дошло, что привычной боли от запертой магии нет. Он откинулся на подушки, произошедшее стоило осмыслить. Кто убрал «паука»? Герцогиня? Лорд Рондар? Или он сам исчез, растворился под действием их крови? И что теперь будет с ним? Туатал прикрыл глаза, в том, что его бывшие соплеменники в большинстве своем назовут предателем, он не сомневался, что некоторые посчитают в лучшем случае любовником, тоже. Скрипнула дверь, ведьмак открыл глаза, судорожно попытался сесть, соскользнул, снова сел. У кровати стояла мрачная герцогиня и смотрела на парня нечитаемым взглядом. - Зачем? Туатал сглотнул и честно ответил: - Если бы он убил вашего брата, то вы бы уничтожили всех. - Так. Я не буду оспаривать решение Рондара. Если он счел тебя достойным войти в Род младшим, пусть так и будет. Спи. - Простите, миледи… а тот мальчик… он где? Что с ним? - Пока жив, - уронила Лиссая. Пока… слишком хорошо Туатал знал, что это значит… *** Маленькая камера. Узкий топчан с тонким матрацем. Лучше, чем подвалы Ковена, не сравнить даже с карцером школы, но Киану все равно. Зачем комфорт мертвецу? Тем более, что он никогда его и не знал. За его двадцать лет сначала была каморка под крышей замка лорда-ведьмака, потом казарма, теперь камера. Никаких отличий. Он лежал, свернувшись клубком, и просто вспоминал. Маму, днем прячущую от него глаза, а ночью порочно развратную, опьяненную афродизиаками. Маленькую сестренку, с тоненькими льняными косичками, прыгающими по спине, когда она смешно топает на руки старшему брату. И снова мама, безумие во взгляде, когда она уже не выходит из состояния похоти, пока не угасает от бесконечных оргазмов. И снова сестра, уже повзрослевшая, плачущая, когда он отрывает маленькую и отдает в руки новым родителям. На беду их всех, мама была носителем редкого дара, такие как она, рождались раз в тысячу лет и умирали очень быстро. Она могла делиться своей магией во время оргазма, и чем сильнее было испытываемое удовольствие, тем больше получал партнер. Вот и опаивали ее, постоянно поддерживая в возбуждении. Так уж вышло, что Дарующие были только женщинами, так что он не был ценностью для хозяина мамы, только якорем для нее. А сестренка, слава Тьме родилась «пустой». Эта беременность окончательно подорвала здоровье мамы - она умерла, не увидев свою дочь даже пятилетней. И тогда его позвал к себе хозяин и предложил продать себя в обмен на удочерение сестры. Или рабыней сделают ее. Киан не раздумывал ни минуты. Вот так Элара ушла к бездетной паре, принявшей ее как родную, а Киан в школу гладиаторов. И очень быстро понял, что жить он там будет недолго и умрет на потеху другим. До воспитанников новости доходили редко и мало, но десять дней назад их неожиданно собрали и отправили в Стальной Дом. А вчера ночью Киана разбудил один из десятников и тихо приказал убить лорда Рондара, а если он этого не сделает, то умрет сестра и ее новые родители. Почему, зачем, парень не знал, но одна только мысль, что смерть грозит маленькой, перевесила все остальное. Вот и метнул Киан копье в цель. И промахнулся. Вернее попал, да не в того. За ним не приходили долгих два дня. Кормили, но смотрели, как на пустое место. Киану было все равно. И когда в дверях появились стражники, только молча встал и равнодушно протянул руки. Длинный коридор, серый… будто ведущий в бесконечность. Казалось, он будет идти так вечно, пока в конце не встретит своего палача. Киан просто шел, бездумно, безразлично. До тех пор, пока в допросной не увидел сестренку, прикованную к стене. И все равнодушие, как рукой сняло. Он рванул к Эларе, упал перед ней на колени, не замечая, что обдирает их в кровь, прижал к себе и только шептал: - Прости, прости меня… Потому что понял: к палачу он пойдет не один. - Ты понимаешь, что подписал приговор и ей тоже? - Да… если можете, пощадите ее… - Есть маленькая возможность отработать. Чьи-то пальцы ухватили за волосы, потянули. Он встретился взглядом с ледяными глазами герцогини и опустил ресницы. - Ты станешь личным рабом Туатала, раз уж он вошел в Род. - А сестра? – вырвалось у Киана. - Будет жить в одном из закрытых поселений. Вместе с родителями. Вот и стоял Киан теперь на коленях у кровати, дожидаясь своего господина. Обнаженное тело била мелкая дрожь, то ли от страха, то ли просто замерз, уже стемнело, а нового хозяина все не было. И когда колени уже онемели, скрипнула дверь. Господином оказался тот самый парень, что принял на себя его копье. Юноша опустил голову, не зная, как его приветствовать. И то, что это ведьмак пугало. Знал он таких раньше, хорошего от них, пока не было. - Встань, – поморщился Туатал, крайне недовольный его присутствием вообще и в качестве личного раба, в частности. Дождался, пока паренек встанет, продолжил, – возьмешь одежду у старшего, спать будешь вон там, на ночь будешь расстилать у стены постель. От тебя требуется: чистота в комнате, в купальне, завтрак утром, будешь приводить одежду в порядок, остальное по приказу. Сейчас иди, пусть тебе выдадут все, что положено. - Как прикажете, господин, – склонил голову Киан. Так и началась его новая жизнь. Все по кругу… утреннее омовение господина, завтрак, помочь с одеждой, уборка, чистка, мытье бассейна, подготовка к вечеру, между делом тренировка, чтобы тело не забыло навыки, вечер, спать… Постоянное напряжение выматывало больше, чем когда-то жизнь в школе: Киан каждый день ждал, что господин воспользуется не только его услугами, но и телом. Дни шли, сменяя друг друга, похожие как горошины. Киан расправил постель, встряхнул подушку и вздрогнул на неурочный стук двери. В комнату входил хозяин и… тот, кого должен был убить. - Принеси нам вина, мяса и хлеба. И что-нибудь еще, мы голодные, как стая гарпий, – устало приказал Туатал. Все последние дни он с Рондаром ездил по Стальному треугольнику, проверяя, как разместили переселенцев и буквально вымотались. Бесконечная дорога, бесконечные деревни, бесконечные исхудалые лица. Все сливалось в такой же бесконечный поток дней, одинаково нудных и скучных. Проблемы новых жителей были настолько похожи, что иногда ребятам казалось, что они ходят по кругу, каждый раз заходя в одну и ту же деревню. К тому же все чаще их встречали сообщениями, что некоторые из людей не дождались, умерли от неизвестной болезни. Лишь одна встреча порадовала Рондара, в небольшом городке он встретил даму Турид, странную сердобольную ведьму, которая когда-то помогла ему. После принесения обычной магической клятвы подчинения новому Дому, женщина рассказала Тени и ведьмаку, что люди стали умирать. И что новая хворь не затрагивает носителей дара, каким бы крохотным он ни был. Это тревожило и Рондар отправил вести сестре. Людей всегда больше, чем одаренных, и зависит от них многое, хоть и живут намного меньше. Правда, была во всем этом и неожиданно приятная сторона: за последнее время Туатал сдружился с Рондаром. Из отношений хозяин-подчиненый, они постепенно переросли сначала в нейтральные, после того покушения, а сейчас и в нечто большее. Еще не друзья, ну уже и не враги. Вот и пригласил Туатал Рондара посидеть вечером у камина с бокалом вина, просто так, отдохнуть, тем более что к ужину они сегодня опоздали. Заглянули по пути на кухню, попросили упаковать им с собой мяса, фруктов и пару бутылок вина и поднялись наверх. Привыкший в своей комнате вести себя вольно, ведьмак плюхнулся на кресло и махнул Тени на другое. Взял бокал с вином, кусок мяса и с наслаждением впился в него зубами. - И все же я бы им отправил еще пару штук коров, – проговорил, торопливо жуя и запивая, чтобы быстрее проглотить. - Куда? – не менее голодный Ронни так же жадно поедал свой кусок, облизывая сок с пальцев. - А последним фермерам, ну у которых пятеро детей… - Где старшая дочь ведьма? Отправь, а она тебе понравилась? - Кто? Девушка? Туатал подумал, ведьмочка была вполне аппетитная, где нужно кругленькая и дар не слабый. Жениться на ней он бы не стал, а взять любовницей было бы неплохо. А если она еще и ребенка родит, можно его признать. Как-то было принято плодить как можно больше детей, чтобы хоть кто-нибудь унаследовал дар. - Нравится, – кивнул, вспомнив яркие вишневые губы и темно-карие лукавые глаза девушки. - А что не забрал тогда? - Можно? – удивился Туатал. - Конечно, отправь за ней пару гвардейцев, – Ронни говорил, исподтишка наблюдая за ведьмаком, хотелось узнать, как тот отнесется к такому предложению. – Нет, сам завтра съезжу. Если согласится, возьму сюда. Рондар усмехнулся, а парень-то непрост, другой бы послал отряд, привез по приказу и не спросил, хочет ли девушка или нет. Если так дальше будет, из него не только хороший помощник вырастет, но и друг не хуже. Тень покосился на раба, наливающего вина в его бокал, раньше как-то незамеченного, ну ходит и ходит. А тут, то ли от усталости, то ли от того, что давно никого не было, то ли еще почему, но юноша неожиданно показался вполне привлекательным. Другое дело, что не хотелось брать в постель того, кто не может отказать. Ронни скользнул взглядом по красивой линии губ, длинным ресницам, стройному телу с тонкой талией и крепкими ягодицами, их так и хотелось ощутить под руками… ну и вообще, уложить на прохладных простынях и любоваться. И не только. Неожиданно для самого себя, Ронни понял, что у него появилась новая цель.