Гарри Поттер и поиски Святого Грааля

— Драко! Драко, очнись! – Панси потрясла друга за плечо. – Тебя парализовало что ли? Малфой потряс головой, приходя в себя. - Вы что, не поняли?! – он оглядел сокурсников, которые недоуменно смотрели на него. – Поттер в замке! Никуда он не уходил, просто на время спрятался, — узрев непонимание на лицах старых и новых друзей, слизеринец вздохнул. – Последнее предложение в его записи, идиоты! Зачем Поттеру вообще что-то писать на обратной стороне своей «гневной» записки? — Он в Тайной Комнате! – воскликнула Гермиона. – Он действительно в ней! Гарри хочет, чтобы мы с ним встретились там! — Вопрос в другом: где эта комната и как мы туда попадем? – Блейз как всегда, не мог стоять в стороне от дела. Услышав его вопрос, Рон поперхнулся и широко раскрытыми глазами воззрился на итальянца: — Ты серьезно? — А что? – не понял Блейз. – Хотите сказать, что вы в курсе, где находится это мифическое помещение? – увидев, как рыжий отвел взгляд, до Забини, наконец, дошло: — ВЫ ЗНАЕТЕ?! — Не пойму, что тебя удивляет, Блейз, — обратилась к слизеринцу Гермиона. – Мы что, на разных курсах все это время учились? Или второй год обучения ты благополучно проспал? — Стоп-стоп-стоп! – Забини поднял руки. – Ты хочешь сказать, что слухи про то, что Поттер спас Джинни Уизли и вытащил ее из Тайной Комнаты, вовсе не были слухами?! – остальные ученики были ошарашены не менее чем черноволосый слизеринец. — Ничего не понимаю, — Рон беспомощно взглянул на Гермиону. – То есть, про то, как мы втроем на первом курсе отправились спасать философский камень, знают все, а про личные покои Салазара Слизерина до сих пор лишь слухи ходят? — Ну да, — вмешалась Панси. – Драко рассказал лишь про то, что Поттер освободил их домового эльфа и спас Джинни, которая была вовсе не в Тайной Комнате, а в одном из заброшенных классов Хогвартса. — О, я подозреваю, про то, что Гарри спасался от василиска, натравленного на него Сами-Знаете-Кем, сплетен и вовсе не было, — саркастично выдал Рон. — ВАСИЛИСКА?! Ребята напрочь забыли про Драко, который, срывающимся голосом, и выдал этот вопль. Грэг едва успел удержать белобрысого старосту Слизерина от позорного падения на пол. — Ты сказал: «василиска»? – у Малфоя дрожали колени, и он с облегчением оперся на плечо верзилы. — Ну да, — Рон пожал плечами, хотя воспоминания о том дне порой вызывали в нем панику. – Я думал, что ты знаешь: раз о Тайной Комнате так быстро догадался. — Гарри говорил о ней, — сознался Малфой. – Но о василиске ни словом не упоминал… Блин, чего мы тут стоим?! – спохватился слизеринец. – Надо найти Поттера, пока он Основателей не возродил – с него станется! — Накинь хотя бы мантию и – бежим! – Блейз втолкнул лучшего друга обратно в его комнату. Пару минут спустя… Ребята неслись по лестнице, не обращая внимания на тех, кто шел им навстречу. Ученики разных курсов и факультетов были просто-напросто сметены напором слизеринцев и гриффиндорцев, которые мчались на выручку другу. А Гарри Поттер, несомненно, был их другом: для кого-то стал им, для кого-то всегда им оставался. Влетев в Туалет Плаксы Миртл, новоприобретенные друзья и союзники резко остановились. — Рон, ты хочешь сказать, что Салазар сделал свои тайные покои в туалете? – изумлению Блейза не было предела. Он хотел еще что-то добавить, но Симус крепко сжал его руку и Забини покладисто заткнулся. — Возможно, когда он создавал Тайную Комнату, туалета здесь не было и в помине, — огрызнулся рыжик, осматривая краны раковин. – Вот тут, — он указал на обычный медный краник, с вырезанной на нем змейкой. — И что дальше? – выдохнула Гермиона, еле отдышавшаяся от бега. – Нужен змееуст, а где мы его найдем? — Комната откроется только если попросить на парселтанге? – спросил Блейз. Рон кивнул. – Так зачем тогда мы сюда неслись, как стадо взбешенных гиппогрифов, если кроме Поттера войти сюда никто не может?! – разозлился Забини. — Гермиона, а что нужно произнести? – от такого непривычно тихого и обреченного голоса Малфоя-младшего, Гермиона странно всхлипнула, но ответила: — Не знаю, Драко, меня здесь тогда не было. Все переглянулись: было понятно, что если не знает Грейнджер, то Поттеру, да им всем – окончательный и бесповоротный конец. — «Откройся», — прозвучало в тишине, и ребята повернули головы в сторону Рональда Уизли, который и произнес это слово. – Надо сказать: «откройся». Поверьте, я тогда тут был. — Но никто из нас не может говорить на парселтанге, иначе… — и Блейз умолк, услышав голос лучшего друга. — Ссссейайхашшшнссссе, — Драко вцепился руками в раковину и смотрел на змейку застывшим взглядом. Когда раздался скрежет и шум, Рон едва успел дернуть слизеринца на себя. — Какого Мерлина, Уиз… — Малфой не успел договорить, ибо раковина завертелась и опустилась вниз, открывая проход. — Драко, ты знаешь парселтанг?! – Панси с благоговением уставилась на него. — Нет, — невесело усмехнулся Малфой. – Просто Гарри научил меня паре фраз – я его попросил. — Надо идти, вернее, катиться вниз, — Блейз только что не подпрыгивал от предвкушения приключений. Драко в очередной раз подумал, что Шляпа отправила его друга не на тот факультет: Гриффиндор подошел бы ему как нельзя кстати. — Метлы! – голос Рона отвлек любопытствующих учеников от созерцания темного провала на месте раковины. — Что «метлы»? – Панси посмотрела на старосту Гриффиндора. — Нам нужны метлы, иначе мы оттуда не выберемся, — пояснил Уизли. – В прошлый раз мы летели, уцепившись за хвост Фоукса, но не факт, что и в этот раз он придет к нам на помощь. — Ох ты ж… Они еще и на фениксе директора летали! – присвистнул Блейз. – Распределите меня в Гриффиндор: я тоже хочу экстрима! — Да-а-а, — протянула Панси. – Подумай Шляпа еще пару минут и на Гриффиндоре образовался бы Золотой Квартет, — девушка озвучила то, о чем Драко думал пару мгновений назад. Блейз негодующе фыркнул и с напускным безразличием повернулся к Симусу. На самом деле, это была самая страшная тайна Блейза Забини: он действительно мог попасть в Гриффиндор, но Шляпа предложила ему выбор и итальянец, так же, как и когда-то Поттер, факультет выбрал себе сам. Блейз очень не хотел расставаться с Панси и Драко, поэтому его выбор был очевиден. Пока Забини делал вид, что дуется на друзей, Гермиона и Грэг призвали метлы и теперь ребята распределяли кому и с кем лететь: Гойл с гриффиндоркой решили лететь вместе, Рон любезно пригласил Панси, Симус терпеливо ждал пока Блейз «вернется на землю», а Драко должен был лететь один: Поттера-то надо было вытаскивать. — Вперед! – убедившись, что все оседлали метлы, Рон ринулся вниз. Этот полет был для Драко одним из самых жутких в его жизни: труба изгибалась в самых неожиданных местах, было узко и противно пахло, свет от «Люмоса» не сильно помогал: темно было, хоть глаз выколи. Хорошо хоть, что полет был недолгим: спустя несколько мгновений, ребята приземлились. — Дальше идем пешком, — сообщил Рон. – Надеюсь, что дорогу я не забыл, — мрачно пошутил он. Четыре слизеринца и трое гриффиндорцев шли по темному тоннелю, освещая путь светом от палочек, под ногами что-то хлюпало, да и облепленные илом стены, с которых периодически капало, не внушали особого доверия. Драко трясло: «Как двенадцатилетний мальчишка мог спокойно здесь идти? Тут же на каждом шагу чуть ли не надпись: «Дальше пойдешь – сразу умрешь»! Эх, не герой я, не герой… А это что еще такое»?! — Блин! – завопил Блейз, словно подслушав мысли друга. – Что это за фигня?! — Косточки, — со смешком пояснил Уизли. – Обычные такие, обглоданные. Не суетись, Забини, они не человеческие, но они значат, что мы почти пришли. Они прошли еще несколько метров, как вдруг Рон резко остановился, будто натолкнувшись на невидимую преграду: — Блин, я думал, что она давным-давно сгнила! Драко поднял палочку повыше и при свете «Люмоса» оглядел какую-то груду камней. — Куча камней должна была сгнить? Уизли, ты что-то путаешь! — Это не камни, — сдавленным голосом отозвался рыжий гриффиндорец. – Это шкура василиска. Я надеялся, что она за эти годы превратилась в прах. Малфой-младший увидел, как Панси уронила палочку и как, обычно хладнокровная девушка, дрожащим голосом произнесла: — Ш-шкура василиска? Вы здесь были, когда вам едва исполнилось двенадцать лет? — Мне было тринадцать, — хмыкнул Рон. – Но да, мы тут были. К Драко вернулся голос: — Да, в нем же метров двадцать! – слизеринец попятился. – Поттер – больной! Вы оба больные на всю голову! – он повернулся к Рону. Тот нахмурился: — В плену у этой твари была моя сестра: мы не могли поступить иначе. И не моя вина, что из-за Локонса произошел обвал, и Гарри вынужден был идти один. — Да я не об этом, Уизли! – Драко бросило в дрожь. – Почему вы ничего не сказали преподавателям, а пошли сюда с этим чокнутым профессором? – последнее слово Малфой произнес как оскорбление. — Ну, мы подумали, что он все-таки преподаватель ЗОТС, — промямлил Рон, — и лучшая кандидатура на борьбу с чем-то темным и неизвестным, — рыжик и сам понимал, что теперь это звучит глупо, но что было ждать от напуганных двенадцатилетних мальчишек. — То есть, — пришедшая в себя Панси решила подвести черту разговору, — вы решили попросить помощи именно у того учителя, которого вы же весь год высмеивали и справедливо считали некомпетентным? Вы отправились черт знает куда, совершенно не представляя, что вас там ждет, никого при этом не предупредив и не оставив даже записки, где искать ваши потенциальные трупики? Рональд Уизли, я все правильно поняла?! — Даже Гермиона так на нас тогда не орала, — доверительно поведал Рон Гойлу, но нашел в себе мужество взглянуть в глаза разъяренной слизеринке. – Мы знали, что тут василиск: нам подсказала Гермиона. Драко в очередной раз окаменел: — Поттер знал? — Да знал-знал, — гриффиндорке надоело прикидываться немой. – Не знал он лишь о том, что встретит здесь Волдеморта, а так… — КОГО?! – прогремел дружный хор голосов и Грейнджер, впервые в жизни, пожалела, что на территории Хогвартса нельзя аппарировать. — Забавная история, — попытался выгородить подругу Рон. – Она настолько интересна, что, пожалуй, ее вам расскажет сам Гарри. Попытка не удалась. — Ну, уж нет, Уизли, я хочу знать, к какому монстру в глотку я направляюсь, — Драко взмахнул палочкой: «LumosMaxima». – Давай, быстро и внятно изложи нам правду. Рон страдальчески вздохнул: — Ладно. Когда мы втроем оказались у этой шкуры, Локонс хитростью забрал мою палочку и попытался наложить на нас проклятие Забвения, но, ты же помнишь, Малфой, как реагировала на заклинания моя сломанная палочка. В общем, потолок обрушился, и мы с Гарри оказались по разные стороны завала. Он крикнул мне, что пойдет один и дал мне час, за который я смог сдвинуть несколько глыб, чтобы Гарри и Джинни смогли пройти. Вернулся Гарри весь в крови, с моей сестрой, с мечом в руках и с Фоуксом в сопровождении, — Рон говорил так быстро, как только мог, но все слушали его, открыв рты. – Нас четверых вынес на себе феникс. Позже Гарри рассказал, что ему пришлось драться с василиском, которого вызвал Сами-Знаете-Кто – Фоукс выклевал змею глаза и Гарри мог смотреть на Короля Змей. Из Распределяющей Шляпы, которую принес все тот же Фоукс, выпал меч Гриффиндора и именно этим мечом Гарри нанес василиску смертельный удар, правда, при этом был ранен, напоровшись на один из клыков змея, — рыжик потер переносицу, всем своим видом показывая, что устал. – Может, мы уже пойдем? — А Темный Лорд откуда взялся? – тихо произнес Гойл. — Все потом, — отмахнулась Гермиона. – Малфой вроде как хотел лишь знать, что его драгоценной шкурке ничего не угрожает. Теперь он знает, что Король Змей мертв, а Волдеморта, поверьте, там точно нет. Драко не нашелся, что ответить. Ребята миновали исполинскую шкуру и, миновав еще несколько поворотов, остановились перед гладкой стеной, на которой были вырезаны две свившиеся в кольца змеи с изумрудами вместо глаз. — Дерзай, Малфой, — произнес Рон. – Их тоже надо попросить открыть дверь. Драко вновь воспроизвел те шипящие звуки, которым его научил Гарри, и змеи разделились, образовав в стене щель, после чего стены плавно скользнули в стороны. * * * Бывшие недруги стояли на пороге тускло освещенной комнаты и оглядывались по сторонам: колонны, обвитые каменными змеями, внушали ужас, а из-за длинных теней казалось, что кто-то притаился в этом зеленоватом сумраке. — Дальше-то что? – хриплым шепотом спросила Панси. У девушки явно сдавали нервы, но, как истинная слизеринка, она старалась не показывать свой страх. – Куда идем? — Не сказал бы, что у нас огромный выбор, — негромко высказался Блейз, указывая палочкой на проход между колоннами. – Тут только один путь. Ребята двинулись вперед, подсвечивая дорогу светом «Люмоса», пока вдруг звонкий голос не нарушил тишину: — СТОЯТЬ! Гриффиндорцы и слизеринцы поначалу опешили, но потом разглядели кем был тот маг, который наставил на них палочку: — Гарри! — Гарри! — Поттер! Герой всея Британии махнул рукой, призывая друзей замолчать, и все увидели, что палочка Гарри Поттера была направлена не на кого-нибудь, а на Драко Малфоя. — Гарри, ты чего? – даже Рон офигел от увиденного зрелища. – Это же твой драгоценный Малфой! — Замолчи, Рон, — Поттер даже не собирался опускать палочку, а Драко подумал, что смерть от руки любимого не столь плоха, как «Авада Кедавра», доносящаяся из безгубого рта бывшего повелителя. — Поттер, ты свихнулся?! – Панси, Грэг и Блейз начали приближаться к Малфою. – Не настолько же он перед тобой провинился? — Идиоты! – терпение у Гарри подошло к концу. – Посмотрите на рукав его мантии! — Ящерица! – воскликнул Гойл, и, несмотря на свои габариты, резво сжал рептилию в руке. – И что? Гарри затрясло: — Ничего, блин! Прошу любить и жаловать: это – ваш предатель-анимаг!