Мы всегда будем вместе...

Оделся быстро, на завтрак тратить время не стал, просто взял с собой деньги и отправился в другой торговый центр. Искал долго. В итоге не выдержал: сел в кафе и заказал себе нормальной еды. Вдруг услышал оклик и обернулся. Между столиками, махая рукой, уже пробиралась Сакура. В руках у неё было столько покупок, что пакетами задевало людей, которые недовольно следили взглядом за девушкой. Я отодвинул ей стул и пригласил сесть. Она поставила пакеты рядом со столом. Я подал ей кофе, она с благодарностью кивнула. - Привет, Саске. Ты здесь какими судьбами? - Привет, подарок ищу. - О, и я тоже. Вспомнила, что сестра приезжает. Да и себе не мешало бы чего-нибудь к новому году купить. А ты кому ищешь? - Брату. Голову сломал, а ничего не нашёл. - А что он любит? Я задумался. Если сказать Сакуре, что, или кого именно он любит, то она в обморок упадёт. - Не знаю точно. Вино, кино… - И домино, - фыркнула Сакура, - ты с ним живёшь или я? - Ты его плохо знаешь. Вот с президентом жила? - Нет. - Это примерно так же. - Это многое проясняет! Ладно, Учиха, помогу тебе по доброте душевной, с тебя причитается. - Без проблем, если подарок будет хорошим. - Обижаешь! Мы просидели около получаса. Потом она, торжественно вручив мне столько пакетов, сколько помещались мне в руки, воспрянув силами, потащила меня по торговому центру. Я чувствовал себя чихуахуа на поводке, когда она тащила меня вперёд. Звук её каблуков стал действовать мне на нервы уже через два этажа просмотренных магазинов. В итоге руки у меня отваливались так, словно я мешки грузил. Выдав что-то вроде «Мужики – слабый народ», Сакура подвела меня к магазину ювелирных изделий. Я чуть наглостью не поперхнулся: неужели она таскала меня три часа, чтобы показать запонки? В разговоре с миловидной девушкой я не участвовал. С видимым сочувствием две другие дамочки забрали у меня сумки и предложили сесть в кресло. Я даже не возражал. Через пятнадцать минут, Сакура, довольная до неприличия, села рядом и положила мне на колени толстенный каталог. Я пришёл в восторг: три закладки отмечали нужные картинки, на которых были изображены дорогие часы. После того, как все картинки появились перед нами в виде коробочек с настоящими экземплярами, выбор был сделан немедленно. Отсутствием денег я не страдал, и елейно улыбающиеся девушки проводили меня, как дорогого гостя. Причём, очень дорого. Сакура еле отняла пакеты у восторженных продавщиц. Судя по их громким восторгам, они были потрясены какими-то туфлями. Я благодарил её, пока нам не встретился Киба, который увёл её в сторону кино. А я пошёл домой. Пешком. Брат вернулся, уже когда солнце опускалось над горизонтом. Я как раз сидел у окна и читал книгу, наслаждаясь тем, как же хорошо сложился день по всем показателям. - Добрый вечер. Как день прошёл? - Отлично. - Чем занимался? - В торговый центр ездил. Встретил там Сакуру. Весело было. А ты? - Тоже прилично. Слушай, ты есть хочешь? - Нет. Я в кафе пообедал. - Вот и отлично. А то я так устал, что мне совсем не до готовки. - Понятно, - разочарованно протянул я. Похоже, у меня уже зависимость. Стоило ему поздороваться, как внизу живота появилось томное желание. Он кинул на меня проницательный взгляд и снял с себя пиджак. Расслабив галстук, сел в кресло и стал читать газету. Я снова вернулся к книге. Когда читать без света лампы стало невозможно, я захлопнул пухлый томик фантастики и потянулся. Брат последовал моему примеру. Я поднялся и пошёл на кухню. Взял из холодильника стакан сока и выпил. Из гостиной послышался голос: Саске, принеси мне вина, пожалуйста. - Хорошо, нии-сан. Взяв из бара фужер и налив в него вино, я вернулся и протянул его брату. - Спасибо. И, не успел я отойти, как меня крепко сжали стальные объятия. Я почти упал на кресло. Поцелуй в шею был тонок и контрастен. Теперь я чувствовал себя увереннее. Закинул ноги на подлокотники и повернулся так, чтобы было удобнее. Брат снизу смотрел на меня. Пальцы свободной руки он переместил мне на шею, а ту, в которой был зажат бокал, поднёс к губам. - Я устал, но для тебя у меня всегда будет время. Хочешь вина? Я взял из его рук бокал и сделал первый глоток. Второй глоток я отдал ему в поцелуе, возвращая то, что он делал со мной вчера. - Ты быстро учишься. Мой мальчик, - в перерывах между поцелуями шептал он. - У меня хороший учитель, - отвечал я, смело лаская губы медленными движениями. Ещё один глоток вина, один на двоих, и я почувствовал знакомую лёгкую хмарь в голове. Развеялась она только ночью, после того, как Итачи последний раз скользнул по спине языком, слизывая мелкие бисеринки пота. Даже после того, как он больше не мог удовлетворять желания, он продолжал целовать меня, пока я не лёг прямо на его бёдра, забываясь в спасительном сне. И снова меня никто не разбудил. Проснулся я сам, примерно в полдень, почувствовав презренное желание живота. Позвонил Наруто и предложил пойти в развлекательный центр. Так сказать, проводить старый год за стаканчиком виски, любимым напитком Наруто, или ещё чем-нибудь, что душе угодно. Я с лёгкостью согласился, тем более что такой шанс выпадал редко: чтобы даже Шикамару согласился пойти. Встретились все вместе у развлекательного центра. Зашли в бар на первом этаже у выхода, сели за большой удобный столик, чтобы не церемониться, заказали сразу бутылку виски и текилы. Виски Наруто прикончил сразу. С текилой легко справились Нейджи и Шикамару. Я как раз допивал стакан виски, который мне из всей бутылки достался. Потом Наруто и Ли понесло. Следом за двумя бутылками пошли коктейли. А когда Удзумаки предложил взять стандартную бутылочку саке, Шикамару набрал номер Сакуры. Оказалось, что они совершенно случайно прогуливались с подругами рядом. Стоило группе разъярённых девушек нарушить наше скромное уединение, как Наруто мигом протрезвел. Но это его не спасло от заслуженного подзатыльника со стороны Тен-Тен по просьбе скромной Хинаты. Да и самому Нейджи досталось от девушки. Сакура Кибу чуть ли не за уши оттащила, а Шикамару даже и не потрудился противостоять Темари. Естественно, самой громкой была встреча Карин с Суйгецу. Ему ещё пришлось Ли тащить. Я остался один. Посидев около получаса, я решил, что оставаться дольше здесь бессмысленно. И тут, стоило мне направиться к выходу, как мне почудился знакомый голос. Правда, я слышал его всего раз, но надолго запомнил тот дикий крик, вырвавшийся из телефонной трубки, утром. - Итачи, не делай такое лицо! Я же знаю, что ты никогда на меня не обижаешься. - Дейдара, успокойся. Всё в порядке, особенно если ты слезешь с меня. - Куда же я уйду? – голос был весёлым и пьяным. Я заинтересованно остановился. Знакомый голос не замедлил ответить. - К Сасори. - Эй-эй, ты на меня его не сваливай. Иначе опять тебе понадобиться уходить, а кто его потащит домой? Конечно, Сасори! - Сасори! – послышался тот же пьяный голос, - Ты настоящий друг! -Отпусти меня! Задушишь! Я ухмыльнулся. Пусть лучше он этого Сасори душит, чем моего Итачи. Стоп, моего? Я, правда, это сейчас подумал? Хотя, разве я не имею на это права? Только я решил, что пора уходить, как какой-то «не особо культурный» парень споткнулся и полетел на меня. Я даже икнуть не успел, как оказался прижатым к полу со зверски ноющей головой и ощущением тяжести. Та самая тяжесть, громко чертыхаясь, стала медленно подниматься. Я так и лежал на полу, пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Поднявшись с пола и отряхнув штаны, я посмотрел на того, кто стал виновником этого происшествия. Парень был явно в неадеквате. Глазки разбегались в кучу, и он с трудом заставил себя сфокусировать их на мне. Его поросячьи «зеркала души» прошлись от моих волос и остановились на рубашке. Я ожидал чего-то вроде «извини» или «простите, пожалуйста», но не свинячьего визга с совершенно неправильной постановкой речи и оценкой ситуации в целом: Э, я из-за тебя абсент пролил. Я поперхнулся языком. И что я должен ответить в таком случае, если меня так нагло провоцируют. Ками-сама, лишь бы Итачи не услышал возни! - Вы споткнулись и упали, - тихо прошипел я. - Ты кому это… е-п мать за… - Потрясающий диалог! Желаю продолжить самому. Естественно, уйти мне не дали. Я вовремя успел заметить руку, которая так некрасиво сжалась в кулаке, и отклониться в сторону. Рука мазанула в воздухе, издав свистящий звук у самого уха. Её владелец неуклюже грохнулся вперёд, но почти сразу же поднялся. У меня не было ни малейшего желания драться в баре, потому я просто уходил из-под ударов раз за разом. Один раз мне повезло меньше, и удар пришёлся в область солнечного сплетения. Согнувшись пополам от боли, я издал некое подобие хрипа. Но почти сразу же распрямился, потому что парень явно вознамерился повторить удар. Я увернулся и тут к своему ужасу услышал голос за высоченной перегородкой, скрывавшей столик. - По-моему, там драка. Итачи, пошли, посмотрим? - А я? - А ты сиди, пьяней. Ещё один удар я даже не почувствовал. Вернее почувствовал, но позже. Боль буквально пригвоздила меня к месту. Я охнул и закашлялся, почувствовав на губах привкус собственной крови. Времени оставалось категорически мало. Среди общей суетни, где, казалось, никто кроме бармена не обращал на нас внимания, я особенно отчётливо слышал, как отодвигаются два стула. На размышления у меня оставалось не больше секунды, я резко вскочил и потащил своего «соперника» на улицу. Он принялся орать, но я упрямо не обращал на него внимания. Единственное, что сейчас имело для меня значение, так это то, что в здании за спиной оставался Итачи. Драться у меня больше не было ни сил ни желания. Остановив поток ругательств, я сказал: Послушайте, у меня нет времени. Давайте я сейчас заплачу вам за бутылку абсента, а вы просто уйдёте? - Чего? Да ты вообще понимаешь, что говоришь, щенок? Ты мне такой день испортил! Да я тебя… Новый удар готовился прямо под дых. Но, не успел я подготовить защиту, как рука подвыпившего парня остановилась. И тут же была заломлена ему за спину. Я посмотрел назад и мысленно чертыхнулся. Дважды. Руку парня без видимых усилий держал парень лет двадцати. На нём была куртка, распахнутая на груди. Сквозь ворот виднелся край синей рубашки. На шее болтался шарф, а в ярко-алых волосах блестел иней. Его лицо было спокойно и уверенно, словно заламывал руки другим людям он каждый день и порядком утомился делать это. За его спиной, сверкая в мою сторону яркими искрами ярости, стоял Итачи… Если бы не откровенный страх за его реакцию, я бы восхитился тем, как величественно он выглядел. Словно благородный чёрный ворон с лоснящимися жизнью и тьмой крыльями, он гордо возвышался над своими городскими соплеменниками. Вот и сейчас, здесь, я буквально чувствовал, как тает снег за спиной, встречаясь с чёрным огнём его проклято-грешных глаз. Его пальто было тоже на половину распахнуто, словно он накинул его в спешке. Хотя, пожалуй, именно так дело и обстояло. Облачка пара вместе с дыханием слетали с его губ. Мне хотелось только уйти из-под его взгляда, но я точно знал, что именно этого себе сейчас позволить я не могу. И тут, словно прочитав мои мысли, он перевёл взгляд сначала вниз по моему лицу. Взгляд нежно кольнул мои губы и перешёл на того, кого сейчас держал парень с волосами, до безумия яркими, горящими. Я смотрел со странной смесью восторга и недоумения, как ветер подхватывает огненно-красные локоны и волосы цвета воронова крыла, и кидает их в разные стороны, нежно бросая то на их лица, то на поток холодного инея в воздухе. Он был так ласков, словно прекрасно понимал, какое же это наслаждение касаться их волос, да, именно волос обоих, разных, но особенно прекрасных. - Итачи, что мне с ним делать? – поинтересовался красноволосый. - Всё, что заблагорассудится. - Даже отпустить? - Как пожелаешь, - голос холоден и бесстрастен. - Тогда ладно. Парень поднял руки, словно собирался сдаться. Тот пьянчуга, которого он держал, встал и резко обернулся. Похоже, он совсем ничего не смыслил в том, как драгоценно каждое их движение. - А вы его… ик… дружки? Маленький ублюдок! Следующий его удар остановил уже Итачи. Внешне он был абсолютно спокоен, почти так же, как и его друг. Только глаза, резко потемневшие от ярости, выражали ту степень, до которой он дошёл. Тёмные волны гнева исходили из-под его кожи и расползались по воздуху. - Сасори, уведи Саске, пожалуйста, - звериный рык, не меньше. - Конечно. Без вопросов. Парень по имени Сасори с напускным энтузиазмом взял меня за руку и начал трясти её. - Ты Саске? - Да. - Акасуна но Сасори, друг Итачи. - Очень приятно. Я видел ваши работы. - Да? Надеюсь, что они произвели на тебя нужное впечатление. Пошли лучше в бар. Там Дейдара уже на стены лезет, наверное. Мы снова зашли в бар. Я почувствовал резкий контраст между холодом на улице и жарой в помещении. Он отозвался неприятной болью где-то в рёбрах. Я закашлялся, и Сасори остановился, с тревогой глядя на меня. - Ты как, в порядке? Держишься? - Да. Без проблем. Мы подошли к столику, отгороженному от других высокой перегородкой. Я потому не сразу заметил их, что с того места, где мы сидели, их видно не было. На столике уже стояло несколько бутылок кальвадоса и пустых стаканов из-под абсента и текилы. За столом сидел молодой парень примерно одного с Сасори года. У него были светлые, чистые, как снег, волосы. Они были почти такими же длинными, как у Итачи, собраны в хвост на затылке. Только одна прядь выбилась из-под хвоста и закрывала один глаз. Кстати, глаза у него тоже были красивые, ярко-голубого цвета. Вообще, он больше походил на девушку, чем на парня. Он, даже в таком состоянии, двигался с некоторой грацией, пальцы, сжимающие бокал, у него были тонкие и длинные. Увидев меня, его глаза округлились от удивления. - О, Сасори, а кто это у нас? - Любимая головная боль Итачи, Саске. - Саске? Привет! А я Дейдара Тсукури. Садись. Я сел на свободное место. Мне было довольно неловко, учитывая то, при каких обстоятельствах мы познакомились с ними. Я скромно присел на самом краю диванчика. Сасори сел с другой стороны и, прикрыв глаза так, словно только что пробежал марафон, взял в руки высокий бокал с какой-то жидкостью золотистого цвета. Воцарилось молчание, неловкое, пожалуй, только для меня. Остальные чувствовали себя вполне комфортно, по крайней мере, старались это демонстрировать. Развеялась тишина, только когда вернулся Итачи. Кинув на меня быстрый взгляд, он сказал негромко, но так, чтобы как минимум Сасори услышал: Саске, у тебя рубашка мокрая, пошли со мной в ванную комнату. - Э, да, пошли. Действительно, на рубашке расцветало большое мокрое пятно от абсента. Стоило мне войти в небольшую комнату, в которой была широкая тумба с умывальником и зеркало, как замок с характерным щелчком захлопнулся. - Нии-сан, что такое? – замешательство сквозило в моём голосе. Мне не ответили. Вместо этого, он резко схватил меня за затылок и привлёк к себе, языком грубо раздвигая мне губы. Я ещё не успел осмыслить ситуацию, в которой оказался, а язык уже отвечал на смелые ласки со стороны Итачи. Казалось, его нисколько не заботила обстановка, в которой мы оказались. Одна его рука скользнула по талии и резко прижала меня к себе. Я чувствовал, как под его рубашкой, похожей на мою, ходуном ходит его грудь, как его буквально трясёт от ярости или, что вероятнее, от возбуждения. Вторая рука уже судорожно расстёгивала мне рубашку. Я задыхался от подавляющего все остатки разума поцелуя, когда он вдруг отпустил мои губы. Его язык провёл влажную дорожку от подбородка до губы. Почувствовав невесомое прикосновение к коже, я легко застонал и выгнулся назад. Его губы тут же захватили мои. И мгновенно я почувствовал на чувствительных рецепторах языка жёсткий привкус, который внёс в остросюжетную гамму вкуса максимум вожделения. Только спустя несколько секунду я понял, что этот острый аромат был запахом моей крови. - Нии-сан, может, позже? – задыхаясь от желания, которое уже успело захватить меня, произнёс я в перерывах между обжигающими поцелуями. - Ни за что. Я и так уже на пределе. Больше мне не дали и слова сказать. Губы уже ныли от грубости прикосновений, язык без устали скользил по его влажному языку. Становилось жарко. Температура организма резко подскакивала. Я даже не успел заметить, как он стащил с плеч рубашку, причём мою и свою. Свою я зашвырнул подальше. Вслед за ней капитулировали штаны и остатки нижнего белья. Мысли о стыде даже не беспокоили меня. Губы Итачи скользнули вниз по шее, оставив у ключицы тёмное пятнышко. Клеймо, знак того, что я принадлежу ему. Итачи стал ненавящево толкать меня назад. Почувствовав за спиной тумбу, я выгнулся всем телом, чтобы не упасть. Похоже, моему мучителю это понравилось, судя по тому, как хаотично его руки скользили по спине до самых бёдер. Я чувствовал волнующее возбуждение и ежесекундно вздрагивал. Он с силой обхватил меня за бёдра и посадил на тумбу. - Аники, что ты… Вопрос я задать не успел. Он с силой толкнулся, и я не сдержал крика, когда почувствовал резкую вспышку наслаждения в области паха. Мне пришлось обхватить его за шею, чтобы не упасть назад. Почувствовав первую обжигающую волну, я, словно жадный путник в пустыне, с силой раздвинул его губы и скользнул языком в тёплую область рта. Каждое движение обжигало страстью и болью. Эти два острых чувства так тесно переплелись между собой, что я не понимал, где кончается одно и начинается другое. Это было похоже на бесконечную пытку, Итачи страстный, сильный, как никогда доставлял мне максимум удовольствия, близкого к болевому. Тело содрогалось от судорог, кожа буквально пылала под его пальцами. Кажется, он даже оставлял синяки на мои запястьях, когда с силой соединял их у меня над головой. Я подчинялся любой прихоти Итачи, чувствуя то колоссальное вожделение, когда в глазах искры рассыпались тёплыми слезами. Мне хотелось только чувствовать ещё больше, ещё сильнее прижиматься к нему, ласкать губы. То и дело со рта срывались неудержимые стоны удовольствия. Я с силой толкался на встречу каждому его движению, чувствуя, как внутри расползается лава. Итачи кончил и опустил голову мне на плечо. Его волосы коснулись моей груди. Но я не мог остановиться. Тело пылало, а стоны переросли во всхлипы. Низ живота превратился в один источник боли. - Нии-сан, пожалуйста. Я больше не выдержу. Он не ответил. Только отпустил мои бёдра и почти сполз вниз, опустившись на колени. Его язык судорожным движением провёл по всей длине возбужденного до предела члена, и я вскрикнул. Ожидание уже стало болезненным. - Мой Саске. Ты ведь хочешь? - Да. Пожалуйста. - Ещё? - Умоляю. - Самый лучший брат. Он нежно, почти лениво опустил головку себе в рот. Чувствуя на коже бархатное тепло его рта и слегка шершавый язык, я с рыком запустил пальцы ему в волосы и толкнулся вперёд. Это не могло продолжаться вечно. Я никогда не испытывал такого животного желания. Хотелось не давать, не дарить, не показывать, а только забирать. Хватать губами ледяной воздух, держать пальцами чёрные волосы, вбирать те ощущения, которые мне так благосклонно позволили испытывать. Наконец я, выгибаясь назад, кончил, и устало отклонился. Итачи слизал последние капли с головки и поднялся. Мне казалось, что меня опустошили, развеяли по ветру и кинули во тьму. Но тёплый, ласкающий поцелуй снова вернул меня к действительности, где я охотно отвечал на все его движения языком. - Нии-сан, что с тобой сегодня? - Я просто взбесился, когда увидел того урода. Опять ты даже и не подумал позвать меня. - Ты же был занят. - Для тебя у меня всегда будет время. Я думал, что ты запомнил это? - Теперь запомнил. Минут через десять дверь в туалет открылась, и я выполз, по-другому не скажешь, вместе с братом из комнаты. Кажется, никто даже и не заметил того, что только что происходило. Только внимательный взгляд Сасори вдруг напомнил мне, что стоило бы и покраснеть. Но парень так быстро отвёл глаза, что я не успел заметить в них весёлых искорок. Теперь скромность, которая на полчаса забилась в угол, выползла и на правах блюстителя законов заставила меня скромно присесть на краю диванчика, где все с таким удобством расположились. Итачи был спокоен, едва ли не равнодушен, как всегда. По нему и не скажешь, что полчаса назад он затащил своего… любовника в общественный туалет и с такой умопомрачительной страстью заставлял того кричать, что голос стал потихоньку садиться. Сейчас он больше походил на статую в расслабленном состоянии. Спокойный, уверенный, надёжный. Такой, каким и должен быть всегда. Кроме тех моментов, когда я захочу видеть его другим. Похоже, я становлюсь собственником. Его друзья, похоже, ничего не заметили. Или талантливо сделали вид. По крайней мере, Сасори разглядывал меня так, словно я был картиной Айвазовского. Потом он покосился на Итачи, и на его губах расцвела самая заигрывающая улыбка. Больше всего меня удивлял Дейдара. Если смотреть на него издалека, то казалось, будто ты видишь перед собой девушку, настолько утончёнными и ласкающими были его движения, мимика, даже голос. Вблизи становилось ясно, что это парень. Но это обстоятельство нисколько не уменьшало его женственности. Совсем наоборот, длинные волосы золотистого цвета до поясницы завязаны сзади в хвост. Одна прядь выпущена и прикрывает глаз. Глаза, кстати, у него тоже были красивые: голубой, насыщенный оттенок, длинные ресницы, и взгляд, который, казалось, прожигал голубым огнём. Даже руки у него были, как у девушки: аккуратные коготки, тонкие кисти. А его поведение? Когда он обнял Сасори самым наглым образом и с весьма недвусмысленным намерением приближался к его лицу, я молчал, но когда он фривольно закинул ногу Итачи на колено, я готов был взорваться от злости. И только мягкое поглаживание моего колена под столом привело меня в относительное спокойствие. Я непонимающе посмотрел на Итачи. Он ответил мне таким взглядом, что я смущёно отвернулся. Было такое чувство, что мы снова вернулись на полчаса назад, в комнату с умывальником и самой удобной, по моему мнению, тумбой для занятия сексом. Они с Сасори вообще не обращали внимания на поползновения в свою сторону. Итачи выглядел совершенно спокойным, равнодушным, но его пальцы почти всё время, пока мы сидели в баре, скользили по моему колену, не давая сосредоточиться на мыслях или разговоре. Иногда, когда Сасори или Дейдара что-нибудь спрашивали меня, он, словно провоцируя меня, буквально вцеплялся ногтями мне в колено, отчего я едва ли был способен выговорить хоть слово. В конце концов, когда вместо ответа на вопрос Сасори, я что-то невнятно булькнул, красноволосый мягко пожурил аники. - Может, ты прекратишь его мучить? Он ведь и слова в твоём присутствии сказать не может! Итачи пожал плечами, нагло ухмыльнулся и отпустил моё колено. Только я почувствовал облегчение, как он резко схватил меня за талию и подтянул к себе, посадив на колени. Я покрылся пунцовой краской, и первые десять минут даже не смотрел на его друзей. А когда поднял взгляд, то увидел, что Сасори нагло улыбается. А Дейдара просто не обращает на нас внимания. Я почти взмолился: нии-сан, пожалуйста, отпусти меня. - Саске, если ты не перестанешь вырываться, мне придётся заставить тебя замолчать вот так. – Мимолётный поцелуй обжёг губы, оставив привкус алкоголя - А если ты ещё и будешь с кем-нибудь флиртовать, я не выдержу, и возьму тебя прямо здесь. Чувствуя в его голосе непосредственную угрозу, и точно зная, что он привык выполнять свои обещания, я покорно остался сидеть на месте. Его рука по-хозяйски легла мне на бедро. В разговорах я больше не участвовал. Дейдара и Сасори спорили о том, каким способом лучше наносить мазки на картину. Сасори начал возражать и, поглощенный спором, совершенно перестал замечать то, что Дейдара уже успел закинуть одну ногу ему на бедро. Я отвернулся, смущаясь одновременно и своему и их положению. Было совершенно очевидно, что Дейдара просто так Сасори не отпустит. А последний, хоть и изображал бездушного манекена, но его ладонь почти случайно легла к блондину на талию и стала поглаживать. Я хохотнул, и Итачи непонимающе посмотрел на меня. Я пожал плечами. Словно разозлившись, он мягко коснулся губами моего плеча и чуть сильней сдавил колено. Я и не думал, что могу быть таким счастливым. Я часто видел, как брат общается с другими людьми. Обычно он был так холоден, закрыт, неразговорчив, что мне становилось неловко. Я словно смотрел на него чужими глазами и просто не верил, что это тот самый брат, который дома всегда ласков и нежен. Сейчас Итачи был расслаблен и спокоен, было видно, что он позволяет себе такое только в компании друзей. Но даже с ними он не был максимально искренен, таким он был только со мной, и мне безумно нравилось то ощущение исключительности. Особенно после того, что я думал, будто я ему совершенно не нужен. - Я выйду на секундочку, - совершенно отчаявшийся Дейдара, пошатываясь, попытался выбраться из-за стола. Видимо, ему надоело пытаться вынудить Сасори хоть к каким-то действиям. Он встал из-за стола и поправил волосы, чтобы не закрывали обзор. Сасори абсолютно равнодушно посмотрел на него. И тут Дейдару кто-то схватил чуть выше локтя. Это оказался ещё один пьяный парень. На вид ему было лет двадцать пять. Степень его кондиции уже не определялась. Второй рукой он обхватил талию Дейдары и сказал развязно: Эй, малышка, не хочешь пойти со мной прогуляться? Дейдара как-то сдавленно пискнул. Я видел, что ему стало, по меньшей мере, неуютно, а если сказать правду, то страшно. Я рванулся, чтобы помочь ему, но Итачи меня легко придержал. Я непонимающе посмотрел на него, он взглядом указал на Сасори. Спокойно, медленно, он сделал ещё один глоток из высокого бокала. А ситуация Дейдары уже принимала неожиданный и весьма неприятный оборот. - Ты что, придурок? Я парень! Советую тебе ручки убрать. - Парень? Красавчик. Ну, неужели ты думаешь, что из-за этого ты мне меньше понравишься? Пошли. Парень потянул Дейдару за собой. Тот попытался сопротивляться, но у него это плохо получалось. Когда ручища сдавила его кисть, он тихо вскрикнул. В этот момент я посмотрел на Сасори. Он вытер губы салфеткой и положил её на стол. Встал он со спокойствием и величием, отвечающими моему представлению о его фигуре, и постучал пальцами по плечу того идиота, который уже пытался увести Дейдару. Двухметровая детина обернулся и посмотрел на красноволосого. Сасори был чуть ниже самого парня, но со стороны это было и вовсе незаметно. В его фигуре чувствовалась сила и величие, каких я не замечал в нём раньше. Вообще, когда он схватил того парня, который накинулся на меня, я успел удивиться тому, как легко он с ним справился. Словно проделывал такое каждый день. А сейчас стало понятно, что он и в самом деле уже не в первый раз так спокойно помогает своему другу избавиться от проблем. - Чего тебе? – грубо поинтересовался пьяный парень, отпуская Дейдару. Удар, резкий, отточенный, пришёлся парню в живот. Он согнулся от боли и попытался что-то сказать. Я расслышал только какие-то ругательства и несущественные обещания, когда Сасори резко распрямил его ударом кулака в скулу. Парень отлетел назад и шлёпнулся на пол. Сасори вытер ладони друг о друга и отвернулся. В этот момент здоровяк поднялся и с утробным криком понёсся на обладателя ярко-алых волос. Тот и глазом не моргнул, только резко перекинул того через плечо и добавил последний штрих ударом локтя в живот. Приблизив своё лицо с аристократичными чертами вплотную к морде согнувшегося от боли урода, он мягко, спокойно сказал: Ещё раз подойдёшь к этому красавчику, тебе будет ещё хуже. Ты меня понял? Не понять парень просто не мог. Он ретировался так быстро, насколько позволяли травмы. Сасори обернулся к Дейдаре, который скромно стоял в стороне. - Пошли, а то вдруг ещё кто-то попробует тебя «пригласить». Они вернулись тоже только через полчаса. Итачи, когда они ушли, словно уже понимал, что они задержатся надолго. Он накинулся на меня с поцелуями, причём такими бесстыдными, что я не мог сдержать стонов, рвущихся из лёгких. Благо он вовремя их останавливал, буквально затыкая мне рот своим языком. Когда вернулся блондин и рыжий, мы посидели ещё полчасика и пошли по домам. Парами. Я очень удивился, а вот Итачи отреагировал на это вполне спокойно. Впрочем, думал я о той странной парочке только до того момента, когда входная дверь не закрылась, и, сорвавшийся с цепи Итачи не пригвоздил меня к стене.