О том, как сходят с ума

POV Рики В первую секунду этой странной встречи я готова была поклясться, что моё сердце сейчас непременно выскочит из груди, без лишних хлопот минуя преграду из костей и плоти. Ноги отказывались слушаться, как и мгновенно отнявшийся язык. Я могла только смотреть. Смотреть на нежное, будто окутанное сиянием бледное лицо с россыпью рыжих веснушек на щеках, чуть колышущиеся светло-рыжие кудри, ниспадающие на белые фарфоровые плечи, и тонкую, почти неразличимую улыбку чётко очерченных мягких губ… А ещё глаза. Такие огромные печальные и прекрасные глаза цвета солнца. Она была словно нимфа из старых-старых народных преданий. Эльф, фея…. Да кто угодно! Только не человек. - Здравствуй, - спокойно сказала она, вызвав тем самым дрожь по всему моему телу. – Наконец-то мы встретились. Я нервно сглотнула, не веря ни одному из своих чувств, оставаясь верной только всё больше растущему от шока страху, сильнее и сильнее захватывавшему мой разум. - Ты… - отмерев от звука её вполне реального голоса, дрожа прошептала я и напряжённо взглянула обратно на ту что покоилась под толстым слоем льда, прежде чем снова перевести глаза обратно на возникшую из пустоты девицу. – Как же… это? Будто совершенно не слыша, что я говорю, рыжая сделала шаг в мою сторону, затем ещё, мягко ступая босыми ступнями по промёрзшей земле, неумолимо приближаясь с каждой секундой всё ближе и ближе, пока я, не зная, что делать, в первобытном страхе пятилась назад, пытаясь избежать чуть более тесной встречи с незнакомкой. Но в тот момент, когда мои ноги упёрлись пятками в огромный кусок льда за моей спиной, я поняла, что попытка убраться подальше потерпела сокрушительную и неотвратимую неудачу. - О, Господи, - словно мантру шептала я, периодически то тоскливо поглядывая на мельтешащий перед глазами выход, то на девушку. – Господи… О, господи… И в тот момент, когда незнакомка с золотыми глазами, словно глядевшими прямо мне в душу, подошла ко мне на расстояние вытянутых рук, я, не выдержав напора раздирающих меня эмоций, в слабой попытке защиты хотела её оттолкнуть, крепко зажмурив глаза и выбросив вперёд руки с громким, отдавшимся эхом от гулких сводов: - Не приближайся! Но какого же было моё удивление, когда я через пару мгновений поняла, что мои руки, вместо горячей плоти живого существа наткнулись на абсолютную пустоту. Но стоило мне в недоумении нерешительно приоткрыть глаза и взглянуть перед собой, все сомнения и догадки, появившиеся у меня в голове как-то сразу отпали – передо мной несомненно стояло нечто бестелесное, что никак не могло быть чем-то реальным. Об этом говорили сами за себя по локоть утонувшие в её грудной клетке мои же собственные руки. - О-о-о… - слабо протянула я, чувствуя, как через руки струиться невесомое тепло и тут же одёргивая их от шатенки, всё это время не сводящей с меня внимательного взгляда. - Не бойся, - сказала она, похоже вовсе не заметив того, что я только что сделала. – Я не причиню тебе зла. - Ты… Ты… - не в силах справиться с мешающимися в голове мыслями, нервно выдохнула я, а затем, всё же совладав со словами, сказала: - Это ты меня с Хлоей сюда перенесла? Краткий кивок и тут меня, как будто бы, вдруг осенило внезапным осознанием, пришедшем в голову вместе с воспоминанием о словах Тигровой Лилии: - Постой… - тяжело дыша и не сводя со своей собеседницы глаз, сказала я, а затем, чуть более увереннее добавила: - Дай догадаюсь: это ведь тебя видела Лилия. Ты хотела со мной поговорить. Миримэ лучезарно улыбнулась. - Верно, - слетел ответ с розоватых бледных губ. - Но… почему я? – всё ещё с опаской глядя на неё, спросила я, а затем, хотев себя как-то успокоить, более весело добавила: - Не думаю, что это самый лучший выбор. В помещении раздался лёгкий шальной смех Миримэ, разлетевшийся повсюду нежной трелью серебристого колокольчика, на миг оживляя погруженную в полумрак пещеру и наполняя её совершенно невозможным тут, в этом промёрзлом одиноком месте, теплом. - Дорогая Фредерика, мой выбор был сделан уже давно, и он не оспорим, - произнесла она, продолжая всё так же улыбаться, - Иначе, как думаешь, ты оказалась здесь на Острове детства? Я с минуту прибывала в некотором ступоре от её слов, медленно, крупица за крупицей обрабатывая то, что только что услышала, не веря в возникшую в голове безумную мысль. - Боже… - ахнула я, шокированная этой новостью. – Так это из-за тебя я…? О, Боже! - Хлоя перенесла тебя сюда по моей просьбе. Прости что это стало стало для тебя такой неожиданностью. - «Неожиданностью»?! – возмущённо выдала я, на секунду забыв с кем разговариваю. - Да я чуть не свихнулась в первые три дня! Ничего себе «неожиданность»! Миримэ, спокойно выслушав мои недовольные тирады праведного гнева, вновь рассмеялась хрустальным смехом, отчего мне сразу стало жутко неловко и даже чуточку стыдно. - А ты довольно смешная, - прошептала она сквозь смех. – Прости. Так было нужно. - Для чего? - Чтобы ты помогла Духам Неверленда. Я, опешив, недоверчиво взглянула на свою собеседницу, так, словно она сказала самую глупую фразу на свете. - Я? Да, я тут самая слабая. Даже летать толком не могу, ни на что не напоровшись по дороге, не то что сражаться! – покачала я головой, усмехнувшись. – Какая уж там помощь… - О, Фредерика, всё гораздо легче. Тебе просто нужно верить. Верить в них. - «Вера, надежда, чудо»? – слабо прошептала я, присаживаюсь на край холодной глыбы. - Да уж, спасибо, сослужили они мне службу… До сих пор расплачиваюсь. - Но ведь ты должна знать, что если ты не поверишь, то… - Я пытаюсь! – резко перебила я её, срываясь на истеричный вскрик, - Пытаюсь верить! Но что стоит моя вера, когда я не могу поверить даже в себя?! Шатенка, глубоко вздохнув, тихонько присела рядом со мной, мягко, почти невесомо коснувшись моей сжатой в кулак руки, тактично пытаясь успокоить исходящим от её призрачного прикосновения теплом. - Что тебя тревожит? Что не дает вере проникнуть в твоё сердце? - вслушиваясь в моё неспоконое дыхание, спросила она. Душу удавкой захлестнула печаль, утягивавшая куда-то на самое дно сознания, где царил мрак. Где раз за разом, словно бесконечное кино, повторялся момент моей самой непростительной ошибки… «Я забуду. Забуду тебя, Питер Пэн, и больше никогда не вспомню о твоём существовании!» Где я раз за разом спрашивала себя «Зачем?»… И не находила ответа. - Питер, верно? – вдруг спросила она, словно угадывая мои мысли, хотя, возможно, что так оно и было. Я, не ответив на это и словечком, молча уткнулась взглядом в пол. Признавать свои промахи всегда было тяжело, но этот... Я ведь сделала это намеренно. Так глупо и по-детски разозлившись на Пэна, словно бы он был всему виной. И всё же на краткий миг, мне казалось, что эти жестокие слова были правильными, а учитывая вспыхнувшую в груди пожаром злобу, то и подавно. Но ведь это было не так, и всем этим я сделала только хуже. - Из-за меня… он не может летать из-за меня, - опустошённо прошептала я совсем не слышно, не отрывая взгляда от невидимой точки и подтягивая руками колени к груди. – И он так изменился… Внимательно выслушав, девушка посмотрела на меня понимающим взглядом, своим тихим, похожим на шуршание свежей травы, голосом, говоря: - Да, грусть, тоска и обида очернили его сердце и помутили разум, делая его беспомощным. Но пожалуйста не злись в ответ на его злость и не принимай необдуманных решений. Ему просто больно. И он пытается заглушить эту боль, причиняя её окружающим, - и потом, переместив руку мне на плечо и обжигая то успокаивающим невесомым жаром, произнесла: - Но даже теперь, когда от него прежнего почти не осталось и следа, ты нужна ему намного сильнее, чем ты можешь себе представить. Поверь я это вижу. - Разве? – усмехнулась я. – Тогда к чему было это чёртово «Уходи»?! Миримэ тяжко вздохнула, на миг изменившись в лице, по которому проскользнула тень глубокой многовековой тоски, которую избороздили шрамы прошедших лет. - Хороший вопрос, Фредерика. И я даже знаю на него ответ. - И каков он? Её огромные солнечные глаза наполнила печаль и словно бы не хотя дала ответ, от которого всё внутри меня разом похолодело: - Дух Детства не может познать истинной любви. Что?... - Откуда тебе знать?! – вскочив на ноги, не веря воскликнула я. - Поверь, я знаю. Потому что сама была им когда-то. Я в удивлении распахнула глаза, подавившись собственными словами. - Ч-что? – шокировано выдавила я из себя. - Оу, Фредерика, ты ведь не думала, что Джек и Питер были единственными хранителями Неверленда? – улыбнулась она. Это как раз-таки определённо не укладывалось у меня в голове. - То есть, ты была хранительницей? - Не только я, - пояснила она. - Вместе со мной был мой друг - Дух Морозов. Я замялась, прежде чем озвучить вопрос. - И… как так получилось, что вы больше не те, кем были? В тишине прозвучал короткий вздох. - Я ведь говорила, что Дух Детства не может любить по определению, - в голосе девушки проскользнула тоска. - Это касается обоих стражей. - Что это значит? Рыжие волосы Миримэ и её лёгкое белоснежное платье, ниспадавшее вниз каскадом нежных складок, колыхнулись от незримого ветра, а глаза блеснули ярким светом, на миг искажая её очертания, и делая тело бывшей хранительницы полупрозрачным. - Так получилось, что нас обоих сгубила запретная и не известная для нас любовь, которая ею и не являлась вовсе. И вот как я расплатилась за то, что попыталась это доказать,- сказала она, касаясь ладонью льда, в котором было навеки заключено её тело. – Но я не жалею. - Значит ты… мертва? – озвучила я ту мысль, которой страшилась. Она тонко улыбнулась одним лишь взглядом. - Не совсем. Я скорее сплю, - оправила та, глядя на своё собственное лицо, скрытое под толстым морозным слоем - Но мой сон настолько глубок, что похож на смерть. Сон, схожий с самой смертью… Как же сильно это напоминает ту детскую сказку о принцессе, надкусившей отравленное злой королевой яблоко. Вот только Миримэ не Белоснежка, и, кто знает, есть ли на свете тот самый прекрасный принц, что пробудит её от вечных грёз, в плену которых та находится наверняка не один десяток лет. Как же хочется сказать, что мне жаль, но ведь… ведь это ничем ей не поможет. - А он? – испытывая искреннее сочувствие девушке, невольно слетел вопрос с моих губ. – Что стало с ним? Духом Морозов? - Его участь… - боль. Боль и только она теперь плескалась в янтарных глазах, - гораздо хуже моей. - Что может быть хуже? – удивилась я, глядя на глыбу льда и в непонимании переглядываясь с пожимающей плечами феей. Но прежде чем та успела мне ответить, всё вокруг зарябило, затряслось, отчего я, не удержавшись на ногах рухнула на колени, ощущая, как страшно заломило всё тело, а в ушах набатом стучит собственная кровь. - Наше с тобой время почти истекло, милая Фредерика, - вовсе не замечая изменений, спокойно произнесла Миримэ, постепенно начиная исчезать, становясь полупрозрачной, – Я многое хотела тебе рассказать, а времени осталось лишь на то, чтобы предупредить тебя и твоих друзей об опасности. - Опасности? – опешила я, с трудом вглядываясь в исчезающую девушку – Какой ещё опасности? - Истину ничто не скроет, - произнесла загадочно шатенка, глядя прямо мне в глаза. - Помни об этом. Её мягкая, теперь уже вполне реальная рука легла мне на голову, нежно и как-то по-матерински ласково погладив по волосам, и когда от её силуэта осталось лишь небольшое белёсое пятно, в воздухе звонко послышалось: - Береги себя,... Рики. *** Секунда – и я, тяжело дыша, чуть ли не задыхаясь, вскакиваю из положения «лёжа» в положение «сидя» на широкой, накрытой шкурой постели, широко раскрыв глаза и абсолютно не понимая, что чёрт возьми тут вообще происходит, поскольку ещё мгновение назад вокруг меня возвышались оледеневшие своды многовековой пещеры. Но теперь же перед глазами в своей привычной мне обстановке стаяла просторная гостиная убежища, мягко освещённая светом огня из камина и кое-где пробивающимися внутрь тусклыми солнечными бликами. - Оу-у! - приложив руку ко лбу простонала я, невнятно проворчав: - Как же мне надоели все эти фокусы, будь они неладны. Рядом послышался звук чьих-то шагов и вот уже в следующее мгновения, Тигровая Лилия, Питер и Джек стояли в паре метров от постели, смотря на меня ошарашенными глазами в которых помимо этого мне виделось ничем не скрытое беспокойство. Хотя, наверное, это вполне естественная реакция на моё внезапное исчезновение. - Кажется, я невольно заставила всех поволноваться, - улыбнулась я, свесив ноги вниз. Но только было я собралась продолжить свои извинения, как ко мне вдруг подскочила принцесса индейцев, к моему огромному удивлению заключив меня в объятья и выдав вздох облегчения. - Хэй, со мной всё в порядке! – сказала я, когда та отстранилась от меня, всё ещё нервно продолжая сжимать ладоням мои плечи. Меня же не было всего ничего! - "В порядке"? Рики, ты… - та, сбилась с речи, пытаясь договорить. – Ты внезапно… - Да, знаю, я внезапно перенеслась на вершину холма. Знаю. К слову сказать, это и для меня стало сюрпризом, - невольно перебила её я. Улыбнувшись ободряющей улыбкой, я наконец заметила в каком ступоре стояли мои друзья, глядя на меня так, словно бы произошло нечто страшное и непоправимое. Это слегка напрягало, даже немного пугало, и я, не совсем понимая почему в родных глазах было столько неподдельного беспокойства, аккуратно спросила: – Что такое? Джек, до этого стоявший чуть поодаль, сделал шаг вперёд, встав рядом с Лилией и спокойно посмотрев мне в глаза, произнёс, привычно прижав к груди, как я заметила, вновь ослабшую фею, которая вновь была погружена в объятья болезненного сна: - Потому что, Рики, ты никуда не исчезала отсюда. Сказать, что была удивлена, значило бы не сказать ровным счётом ничего. В эту секунду жутко захотелось себя хорошенько ущипнуть, чтобы увериться что точно не сплю. Впрочем, раздававшиеся снаружи звонкие и громкие раскаты грома и непрекращающийся шум ливня своим присутствием ясно давали понять, что я слишком далека от такой желанной и сказочной страны грёз, где всё было гораздо более радужней, чем на самом деле. - Но... но как же..? Я ведь была там... - растерянно выдавила я, всё равно настаивая на своём. - Там, на вершине, вместе с Хлоей... Честно. Принцесса, успокаивающе положив мне на лоб свою тёплую аккуратную ладошку, лишь покачала головой. - Джек прав. Ты… Внезапно лишилась сознания, почти не дышала, - сказала она, - Мы тщетно пытались тебя разбудить, но ничего не вышло. Я, нервно рассмеявшись на это, накрыла грудь напротив быстро бьющегося сердца ладонью, вслушиваясь в его бешеный ритм, который определённо говорил о том, что я всё ещё была жива и вроде пока что оставалась в здравом уме, хоть и верилось в последнее с наиогромнейшим трудом. Особенно после того сна, который казался настолько не отличим от реальности, что я действительно поверила в тот холод и тьму, что меня окружали. И тот незримое преисполненное надеждой сияние, исходящее от НЕЁ… Духа Детства. Ох, чувствуется мне, что это был не единственный раз, когда я видела настолько живые и неописуемо диковинные грёзы, посланные отчаявшимися одинокими духами. - Так... - протянула я наконец. – И как долго я была в таком... Эм... состоянии? Мой блуждающий взгляд внезапно наткнулся на стоящего позади Духа Веселья, вновь отстранёно молчавшего, и лишь тихо смотревшего на меня со стороны. Рыжие волосы растрепались пуще прежнего, в карих глазах зарила тревога и кажется промелькнуло нечто похожее на тихую радость, когда наши взгляды на миг встретились. Однако это длилось лишь миг, после чего, Питер видимо опомнившись отвёл взгляд на ближайшую стену, всем своим видом изображая что его это совершенно не касается. - Несколько долгих часов, - вырвал меня из моих рассуждений ответ Лилии, которая потом более внимательней вглядевшись в моё задумчивое лицо спросила: - Ты сказала, что что-то увидела? Так? - Ну… вроде, да, - копаясь в воспоминаниях сказала я, И тут в голове всплыло имя... – Миримэ, - прошептала я, а потом взглянула на подругу, говоря: - Эта она хотела со мной говорить, Лилия. Вмиг на лицах троицы друзей вспыхнуло недоумение, но уже спустя мгновение Джек, будто что-то вспомнив, хотел что-то сказать, как его прервал громкий, похожий на грохот, стук, доносящийся откуда-то снаружи. Все мгновенно замерли, вслушиваясь в шум неспокойной дикой природы за пределами убежища и вновь слыша какие-то отчаянные и громкие стуки, будто ломившийся к нам некто, спасался бегством от стаи голодных разъярённых волков, словно бы это был вопрос жизни и смерти - попасть внутрь Дерева Висельника. - Не к добру это, - нахмурив брови, прошептала Лилия, выхватив из-за пояса свой увесистый кинжал и мгновенно оказываясь на ногах с ловкостью кошки. - Пойду взгляну на нашего незваного гостя, - внезапно обжёг мой слух голос Питера, до этого молча стоявшего позади и лишь глядевшего странно пустым взглядом, а когда за ним уже двинулись Ледяной вместе с принцессой, грозно зыркнул на них, останавливая. – Ждёте здесь. И не говоря ничего, мигом скрылся на лестнице винтом поднимающейся к основному входу в убежище пропащих мальчишек, пока Тигровая и Джек, переглянувшись лишь пожали плечами, и, не споря с бывшим мрачнее чем обычно Духом Озорства, остались внизу, присев на постель по разные стороны от меня, не переговариваясь. Но не прошло и минуты, как перед нами во всей красе появился тот, чьё появление здесь было не просто чем-то нереальным, а даже выходило за рамки всякой логики. Да, тот, кого сейчас держал за шкирку Пэн, приставив нож к затылку, определённо вписывался в это определение. И это был Сми. Конец POV Рики. *** В полумраке просторной каюты на борту «Весёлого Роджера» стояла абсолютная, почти не нарушаемая ничем тишина. Лишь изредка снаружи доносился шум бившихся о борта судна неспокойных синих волн, пенившихся и словно что-то неслышно нашёптывавших своими неразличимыми шипящими голосами. Голосами, напевавшими никем не понятую доселе песнь моря, в которую жадно вслушивался сидевший перед окном в высоком обитом дорогим бархатом резном кресле сам хозяин корабля со сверкающими колючим холодком глазами. С минуту, другую посмотрев на простирающуюся по другую сторону стекла бушующую стихию, низвергавшую потоки воды на многострадальный Остров Детства, мужчина задумчиво отвёл взгляд в сторону стола, над которым в десятке сантиметров застыл единственный источник света в каюте – гладкая прозрачная сфера, отбрасывающая повсюду холодные фиолетово-голубые блики. - Так, так, так, - поглаживая хромовую гладкую поверхность крюка, прошептал Джеймс, глядя в недра ледяного шара. – Значит, взялись в конце концов за ум. Славно. Внутри сферы, легко парящей над столешницей, еле-видно покачиваясь из стороны в сторону, мелькнули лица троих друзей, что-то увлечённо и бурно обсуждающих за столом в убежище пропащих мальчишек. О, ему, несомненно, приносило огромное удовольствие наблюдать в каком отчаянье были все те, кто до недавнего времени доставляли одно лишь беспокойства. Сколько безысходности, невидимой нитью, оплетающей его невинные жертвы, видел он сейчас в их глазах, сколько слабости и беспомощности... И сквозь это, словно сладкий мёд своей тягучей сладостью пробирался аромат триумфа. Пока что ещё не самой главной, но такой важной победы в этом незримом сражении. По его лицу про скользила тень злорадной усмешки. Он чувствовал. Он знал. Уже совсем скоро. - Да. Скоро. Осталось совсем немного потерпеть, - прошептал он, любуясь тем, как мучаются в неведенье Духи Неверленда. – Теперь мне уже ничто не помешает исполнить предначертанное. В порыве особого прилива вдохновлённости от полученного результата, тот тянет руку к шару, почти касаясь того кончиками пальцев, как вдруг тот вспыхивает ярчайшей вспышкой, сменяя картинку на иную. Вмиг пропадает полумрак разрушенного убежища, сменяясь чем-то белоснежно ярким и холодным, отдающим запахом свежей душистой хвои, обжигающим пальцы игривым морозным метром. До боли знакомым… - Нет… - не веря шепчет пират, смотря вмиг изменившимися алыми радужками вглубь сферы. – невозможно. Высокий пик холма, окружённый снегом, вольным ветром и белёсыми, окутывающими всё словно молочный туман, облаками, в которых терялись одинокие, танцующие в воздухе снежинки. И эта нахальная девчонка, стоящая перед высоким провалом пещеры, в которую не должна была попасть. Ни за что и никогда. Впрочем, он догадывался, кто именно привёл новую гостью Неверленда в это, брошенное всеми богами мира, место и что этот некто замышлял… Да, он, конечно знал, о ЕЁ намерениях, иначе и быть не может. И это, честно сказать, его даже позабавило. - Вот как, – усмехнулся тот, наблюдая за тем, как Фредерика скрывается во тьме глубокого горного провала в обществе феи, а затем, задумчиво произнёс будто бы обращаясь к некому знакомому только ему одному собеседнику: - Вздумала мне помешать, да? А ты не меняешься даже спустя века… Его глубокие размышления вмиг обрывает громкий стук в дверь, и в капитанскую каюту тут же грубо вваливается один из матросов «Весёлого Роджера». Крюк, смерив того колким взглядом медленно поднялся с кресла, внимательно наблюдая за страшащимся его человеком, в каком-то суеверном ужасе отступающим на шаг и даже на секунду теряя дар речи. - По какому поводу меня тревожат? Что за дело, не требующее отлагательств? – холодным тоном прошипел Крюк, оставаясь довольным произведённым на матроса эффектом. - К-капитан, Сми он… - заикаясь и дрожа начал было пират, но был остановлен изящным взмахом руки. - Сбежал? Я в курсе, ибо как не мне лучше всего знать, что твориться на моём же корабле. Матрос, сглотнул, тихонько перешагивая с ноги на ногу. Ежовый, колючий и, совершенно отличающийся от прежнего, взгляд капитана не давал успокоится громко и чётко звенящей в голове тревоге, заставляя постоянно ждать подвоха. - Прикажете д-… догнать? – запнувшись, спросил тот. На лице Крюка мелькнуло искреннее замешательство, а затем в его чертах проявилась нота снисхождения. - Зачем? Этот жалкий трус вернётся ко мне, сам того не ведая, - усмехнулся тот, снова заглядывая в переливающуюся сферу, где уже мельтешил сам старпом, кое-как ковыляя среди мёртвого леса, несясь сквозь цепкие ветви куда глаза глядят. – И приведёт ко мне моих врагов. *** POV Рики - Мистер Сми?! – разом воскликнули все мы, удивлённые таким внезапным появлением именно этого человека. Напуганный до чёртиков, мокрый до нитки, низенький толстячок похоже даже и не думал вырываться из агрессивного захвата Питера Пэна, глядя на нас с какой-то надеждой, и неведомым страхом, источник которого, нам был неизвестен. - Говори, зачем пришёл сюда, - недвусмысленно надавив кончиком кинжала на шею старпома, прошипел Пэн. Он в самом деле изменился. - Питер! – возмущённо произнесла Лилия, вскочив с кровати. – Он же не сопротивляется. Вечно весёлый и непоседливый Дух Озорства. - Его капитан схватил всю мою команду и держит в плену!.. – упрямо прорычал он, но внезапно встретившись со мной глазами, внезапно умолк, посмотрев на меня несколько иначе. Которого я знала. С секунду я наблюдала, как в теперь уже остывших, обесцвеченных карих глазах отражается растерянность и бесконечная усталость. И это продолжалось вплоть до того момента, пока тот не отвел лицо в сторону, нехотя отпуская несчастного пирата, будто прислушиваясь к словам принцессы. Сми же, обретя свободу от железного захвата Духа Веселья, опасливо взглянул на нас, но до того, как кто-либо заговорил, быстро стащил со своей головы полосатую шляпу и, прижав ту к груди, неуклюже бухнулся на колени и дрожащим голосом взмолился: - Прошу… пожалуйста, помогите! - «Помогите?» – от этой фразы шатена аж перекосило. – Крюк решил над нами поиздеваться что ли?! - Нет, послушайте, - вдруг вцепившись обеими рукой в штанину Питера, продолжал истерично просить Сми. – Вы не понимаете, что на самом деле происходит! - Нет, эта вяленная вобла точно нарывается, устроил тут настоящий спектакль! – не слушая, что говорит старпом, всё более мрачно говорил Пэн, а затем, взяв того за грудки, прошипел толстяку в лицо: - Живо выкладывай что задумал твой капитан, если жизнь дорога! Я и сама не поняла в какой момент сумела преодолеть расстояние, разделявшее меня и Духа Детства и оказаться буквально полуметре от него. Успокаивающе положив свою руку ему на плечо, я мягко сжала ткань, сквозь неё тихонько поглаживая кожу, а, потом, стараясь говорить как можно медленнее и тише, произнесла: - Он не лжёт. Взгляни как он напуган. Так же, как и все мы. Как только эти слова неслышным эхом разнеслись по комнате, я почувствовала, как через пальцы прошла еле-заметная дрожь, принадлежащая Пэну. Тот, на миг чуть повернув голову в мою сторону, бросил на меня короткий взгляд, а потом, скрепя сердце вновь отпустил ошарашенного Сми, но кинжал всё ещё крепко был зажат в ладони. - И что же происходит? – наконец вступил в разговор Джек. - Капитан… - начал говорить толстячок, оправив красующиеся на переносице очки и вновь водрузив на голову шапку. – Он изменился, словно бы стал совершенно другим человеком. А всё из-за этого проклятого… кулона! Все озадаченно переглянулись между собой, не понимая о чём говорит старпом в таком суеверном ужасе. Все, кроме Джека. - Вот оно что... – напряжённо прошептал он вполголоса, скорее себе, чем нам. - А ты похоже знаешь о чём он, - уловив это выражение на лице Духа Метели, сказал Питер. – Выкладывай. Ледяной Джек, с минуту задумчиво посверлил взглядом пустоту, будто собирая по крупицам информацию со всех уголков своего сознания, перерывая давно забытое и отброшенное прочь. И наконец найдя ответ. - Если вкратце, то опасения Сми на счёт капитана правдивы. - В смысле? – одновременно задали вопрос я и Лилия. Но как бы все не пытались себя настроить, ответ Джека во много раз превзошёл все наши опасения и ожидания… - Потому что это не Крюк. И вправду...«Истину ничто не скроет».