О том, как сходят с ума

В тот момент, когда слова Джека в пронзительной ясности вонзились в слух присутствующих, все замерли, осознавая. У каждого на лице читалось что-то своё: будь то ужас вселенского масштаба, тихое удивление или откровенное недоверие к сказанному. Но все однозначно сходились в одном – то что происходящее с нами было гораздо, гораздо сложней, чем мы думали, чем вообще могли себе вообразить в самых немыслимых догадках. И чтобы во всём этом разобраться надо было как-минимум успокоиться, и не суетясь обдумать ситуацию, что, по правде говоря, у ребят так ни разу и не вышло, учитывая насколько все были потрясены и озадачены случившимся. Но теперь время на отговорки и пустые разговоры прошло, и пора бы было что-то решать прямо сейчас, чтобы наконец всё уладить и вернуть Неверленд к прежнему облику. Если, конечно, уже не стало слишком поздно… - Что значит твоё «Не Крюк»? – с сомнением обратился Питер к Духу Морозов. – А кто тогда? Джек, смерив Духа Озорства пристальным взглядом, молчал, а потом, собравшись с духом, всё же решил ответить, тем самым нарушая напряжение, словно бы искры электричества витавшее вокруг. - Скажем так… Я его знал, - сказал Джек, и отвернув взгляд в сторону, уже тише произнёс: - Когда-то. - И кто же это? – дрожащим голоском вклинился в разговор Сми, которого явно волновало, что за бес обосновался на Весёлом Роджере вместо его пусть и несколько чудаковатого, но всё же привычного в своей эксцентричности капитана. Пэн же, сведя тёмные брови на переносице в уже привычном для всех не особо довольном выражении, прожёг приятеля недружелюбным взором, ожидая, когда тот скажет ещё хоть что-то, но напрасно. Дух Морозов лишь холодно хмыкнув на эту попытку шатена вытянуть из него информацию, остался равнодушен к злобному взгляду, отреагировав на него более, чем спокойно, ровным и как никогда ледяным голосом ответив на немой вопрос, ясно читавшийся на лице Духа Детства: - Если ты ждешь о меня пояснений, то, вынужден тебя разочаровать – их не будет. - Ребята, - робко вклинилась Фредерика в опять возобновляющуюся перебранку, решая остановить её заранее, пока та не переросла в нечто более неприятное. – Давайте обсудим это спокойно и без лишних эмоций… - Слушай, ты… - не слыша голоса брюнетки, грубо схватил парня за рубашку Пэн. - Мы тут застряли без сил и без всякого плана, чтобы всё это разрешить. Если что-то знаешь – говори! - Ребята! – более жёстко окликнула тех Лилия, мягко говоря, озадаченная обстановкой, которая уже стала для этих троих нормальным порядком вещей. Мгновение – и Джек, тратя и без того драгоценные крупицы сил, обращается во вьюгу, выскальзывая из цепких рук Питера и вновь материализуясь в другом конце комнаты. - Ты думаешь, что всё это так просто, Питер?! – крикнул он. – Ошибаешься. Ты и половины не знаешь о том, что было! - И что же я должен знать?! - Того, кто бросил тебе вызов, не победить. Ни тебе, ни нам всем взятым. Пэн, ошарашенно взглянул на бывшего друга, но всё же сохранив в лице жёсткость и что-то похожее на уверенность, произнёс: - Я спасу своих друзей, чего бы мне это ни стоило. И мне плевать Крюк это или кто-то другой! - И как ты это себе представляешь? – едко выдал блондин в ответ, а затем добавил то, что говорить явно не следовало: – Да ты даже на метр сейчас не взлетишь! Никто даже толком даже не успел понять, как вся ситуация накалилась до предела, выходя из-под контроля. Как налились долго сдерживаемой злобой и ненавистью страшно потемневшие радужки Пэна, в неудержимом гневе выхватившего кинжал из ножен и бросившегося на застывшего в нескольких метрах Джека, который не делал ни единой попытки чтобы отразить внезапную атаку. - Не надо! – отчаянно выкрикнула Рики, попытавшись схватить Питера за рубашку, но лишь поймав в руки пустоту. - Остановись! – вторила ей Лилия, но поздно. В комнате послышался глухой звук вонзаемого во что-то кинжала и Фредерика, принцесса и Сми, невольно застыли с шокировано распахнутыми в немом крике ртами, предполагая самое худшее, однако… Пэн, зло рыкнув, резко выдернул лезвие, вонзившееся аккурат в нескольких сантиметрах от шеи блондина в дерево, без единого слова убирая то обратно в самодельные ножны, и отходя на шаг назад, тем самым давая увидеть шок, читавшийся на лице Духа Морозов, не ожидавшего того, что Питер сумеет взять себя в руки. Но не смотря на слепой гнев, обуявший его разум, он успел. В последний момент. Джек с силой сжал зубы от раздражения и бессильной ярости, хотя крикнуть что-то Духу Детства, но тут же умолк, взглянув на странно тихого Пэна, который с минуту как-то странно посмотрев на бывшего приятеля, обошёл его, явно намереваясь уйти из комнаты. - Питер! – окликнула Фредерика его у самого порога своей комнаты. Но тот, даже не обернувшись, задержался у входа лишь на миг, а затем скрылся за пологом длинной лохматой шкуры. Девушка, некоторое время непонимающе поглазев на густой мех некогда могучего зверя, задушено выдохнув, наверное, в точности, как и Пэн мгновение назад бездумно бросилась бы на Джека, если бы не вовремя удержавшая её за плечо Лилия. - Какого чёрта ты творишь?! – в сердцах крикнула она, пытаясь вырваться из рук принцессы индейцев и еле сдерживая слёзы ярости. Не получив на это никакого ответа, та с удивлением посмотрела в закрытые подрагивающими веками лазурные глаза, силясь понять, когда же всё это закончится и что, чёрт побери, тут вообще происходит. И спустя минуту, поняв, что никаких слов она от Духа Морозов больше не дождётся, Рики аккуратно высвободилась из рук растерянной подруги и, борясь с нестерпимым желанием залепить Джеку звонкую затрещину, подошла ближе, открыто глядя на него: - Зачем ты это сказал?! - в её голосе слышалось разочарование. И не дождавшись на это ответа, да и особо не желая слышать его, бросилась вслед за Питером. - Ох, да тут, оказывается, тоже совсем не весело… - прошептал Сми, обескураженный увиденным. И в чём-то он был прав. Теперь веселье казалось лишь несбыточной мечтой. Как бы прискорбно это ни было. Потому что ужасу прошлого суждено было повториться вместе с ЕГО возвращением. Его… Того кого, он знал точно, нельзя так просто победить. *Начало Flashback* *Примерно сто пятьдесят лет назад. Несколько дней спустя после встречи Кая с чудищем на холме* Прошло ещё какое-то время. День, два, а, может, и целые недели с тех пор, как в Дереве Висельника стало на семь человек больше. Настоящая банда Пропащих Мальчишек с Питером во главе, веселившегося каждый день вместе со всеми своими друзьями в чудесных просторах небывалой страны. Со всеми, кроме одного, так незаметно отдалившегося от них. Подолгу пропадавшего где-то далеко в глубинах леса погружённого в вечную зиму и теперь лишь изредка ночевавшего в их убежище после одного неприятного происшествия со случайно устроенным им снегопадом внутри Дерева. И теперь, чувствуя некую вину из-за случившегося меж ним и остальными мальчишками конфликта, чуть было не переросшего в масштабную ссору, Питер искал его по всему острову, после того, как Дух Морозов, донельзя расстроенный, улетел прочь. - Эй! – спустя столько времени обнаружив того сидящим на скале у песчаного косы Полуночной Бухты, позвал того Пэн. – Наконец отыскал. Куда пропал, Кай? - Привет, Питер, - отвлекаясь от своих размышлений, грустно улыбнулся другу, севшему на соседнюю скалу, Кай. Дух Веселья, деловито сев по-турецки, скрестил на груди руки, и внимательно взглянул на парнишку, что, казалось, стал ещё бледнее за эти прошедшие дни. - Слушай, возвращайся уже. Подумаешь, слегка насугробил в убежище. Мальчишки уже обо всём забыли! – начал уговаривать того Питер. На это Кай лишь грустно рассмеялся, и взглянув в безграничный простор голубого неба, сказал. - Нет. Не сейчас. - Да, ладно тебе… - начал было отмахиваться Пэн, как тут же получил довольно жёсткий ответ: - Нет, Питер! Я могу вам навредить, сам того не желая. Хочешь превратится в ледяную статую на веки вечные? Обескураженно пару раз моргнув, Питер, конечно, понял, что такая перспектива его никаким боком не прельщала, и, более того, слегка пугала. Но, ведь Кай – это Кай. Его лучший друг… Он никому не причинит вреда, а, следовательно, и бояться его не стоит. - Но не всё же так плохо, верно? – ободряюще улыбнулся шатен. Брюнет лишь угрюмо вздохнул. - Ты даже не представляешь насколько всё ужасно. - Но ведь ты же тренируешься…. - Тренировки никак не помогают! – прозвучало отчаянное из уст мальчика. - А с каждым днём становится всё хуже! Рыжий парень, хмыкнув на это, решительно положил руку на плечо парнишки и, вовремя удержав себя от того, чтобы отдёрнуть руку в ту же секунду от исходящего от приятеля обжигающего холода, искренне улыбнулся почти потерявшему надежду другу, говоря: - Успокойся, дружище. Не забывай – у тебя есть я, Лилия и Пропащие мальчишки. Может мы и ссоримся, как же иначе – мы же друзья – но всё равно готовы прийти друг к другу на выручку. - Не думаю, что ваша помощь что-то изменит… - угрюмо пробурчал Кай, зло дунув на одиноко росший прямо из расщелины в скале цветок, тут же покрывшийся толстой ледяной корочкой, как и вся скала и песок под ней. С неким внутренним напряжением пронаблюдав за сим довольно пугающим действом и мысленно уговорив себя не поддаваться липкому чувству страха, Питер, кое-как совладав с дрогнувшим голосом, утешительно сказал: - Хэй, я же помог тебе раз, помогу и ещё, если потребуется. Ты ведь мне веришь? Аккуратно убрав со своего плеча дрожащую от холода руку проказника, Кай с надеждой взглянул на Пэна. - Конечно, Питер. Конечно верю. - Ну, вот. Это уже другое дело! – озорно рассмеялся Питер Пэн, - Летим домой, - и Дух Проказ тут же быстро взмыл в небо, дожидаясь, когда к нему присоединиться приятель. Хотев последовать за другом и уже готовясь взлететь, Кай спрыгнул со скалы на тёплый сыпучий песок пляжа, как вдруг почувствовал толкнувший его резкий порыв ледяного ветра, растрепавшего и без того взлохмаченные чёрные волосы. Не понимая откуда вдруг взялся этот ветер, Дух Метелей невольно бросил взгляд на скрытую за облаками снежную вершину холма. Там, где обитало нечто, знавшее об Неверленде всё… - Кай, ты там скоро? – вырвал его из воспоминаний о чудище, ожидавший его в воздухе Питер. - Да… Уже лечу, - неотрывно глядя на холм, поколебавшись мгновение ответил брюнет. Скоро он обязательно всё выяснит. Очень скоро.

***

- Пожалуй, на сегодня хватит. Ты хорошо потрудился, Кай, - присев на заледенелую травинку, сказала фея. Кай же, услышав от феи такой ответ, устало повалившись на подогретую солнцем полянку, изнеможённо потянулся, глядя в чистую голубизну неба, посреди которого лениво плавало, словно глубоководная рыба, яркое светило. Сегодня был один из самых жарких дней, что весьма упрощал задачу в тренировках – случайный излишек льда, намороженный в пылу занятия мгновенно таял, не причиняя вреда ни в чём не повинным травам и цветам. - Сегодня так хорошо, - приятно нежась в солнечных лучах, удовлетворённо сказал Кай. - К сожалению, не могу сказать того же. Для феи зимы такая духота губительна, - грустно улыбнулась она. - Зато в такую погоду я точно никого не заморожу, - рассмеялся Кай, с горечью понимая, что в этой шутке есть доля горькой правды. Дух Метели, послушав Питера всё-таки вернулся обратно в убежище. И даже более того – был встречен с радостью и многочисленными восторженными просьбами ребятни, как-нибудь наколдовать ещё снега, чтобы слепить целого снеговика или даже покататься на санках. Казалось преграда, что возникла меж ним и всеми остальными рухнула в одночасье – утренние сюрпризы с возникающей по всему дому изморозью перестали встречаться колкими словами, обеды и совместные ужины проходили во всё той же весёлой кутерьме, как и раньше и Кай теперь стал её неотъемлемой частью. Всё было хорошо, но… Дух проказ, в мечтах протянул руку к нежной ромашке, хотев вдохнуть её лёгкий аромат. Но поднеся её к лицу, лишь удручённо выдохнул – меж пальцев оказалась лишь очередная ледышка. …его дар всё так же не давал ему покоя. - Хлоя, - устремляя взгляд на виднеющиеся вдалеке облака, скрывающие за собой снежные шапки холмов Неверленда, вдруг позвал фею тот. - Да, Кай? - А кто ещё живёт на острове, кроме фей, пиратов, русалок и индейцев? - Хм, не знаю даже… А ты видел кого-то ещё? – слегка постучав пальчиком по нижней губе, полюбопытствовала кроха. Кай, с минуту колеблясь, задумчиво свёл брови на переносице, всё так же глядя куда-то вверх. - Нет, – наконец ответил он, поднимаясь на ноги с такой маняще-тёплой полянки. – Никого. - Уходишь? – глядя как тот уже уверенно взлетает вверх в сильных потоках метели, спросила та. - Да. До встречи, Хлоя. И отсалютовав своей маленькой подруге, помчался прочь от Зимнего Леса, что теперь с высоты птичьего полёта казался крошечной белой точкой, посреди многоцветного, пышущего красками лета ландшафта, держа путь обратно в Дерево Висельника, краем глаза рассматривая величественные холмы сказочного острова. Хм… С Питером он договорился поохотится после обеда, так что он ещё вполне успевал полюбоваться ледяными красотами снежных вершин. Да и к тому же чем не повод ещё раз встретиться с этим неведомым чудищем, кем бы оно ни было? И, не долго колеблясь, сменил маршрут, взлетая всё выше и выше под самые облака, где в своей дикой свободе правила вьюга. И вокруг, как в крошечном королевстве ледяных фей всегда была зима. Время года, что он всегда так любил. И вновь его встречают безмолвно стоящие в сугробах синие ели, окутанные лёгкими шубами из снега и украшенные крупными, полными орешков, шишками. Вновь в лицо бьёт могучий ветер, завывающий в ушах громче оголодавшего волка. Вот оно - царство льда и снега, которым он так грезил, казавшееся ему тем местом, где его силы никому и ничему не причинят вреда. Ах, если бы так было не только здесь, но и везде…. Так через минут пятнадцать-двадцать он настиг своей цели – небольшого каменного уступа в горе перед широко разинутой пастью чёрной пещеры. И хоть мысленно он уже начал себя корить за столь откровенную беспечность этого поступка, а сам покрылся крупными мурашками от страха, отступать теперь уже было поздно. И собрав в кулак остатки своего самообладания, Кай громко и чётко прокричал в глубь пещеры: - Добрый день! Услышав в ответ звонкий отголосок собственного голоса, раз за разом отразившегося от стен, он долгие мгновения ждал ответа, в любую секунду готовый сбежать, если что. - Не советую так кричать, если ты, конечно, не жаждешь окончить свои дни, будучи погребённым под десятиметровым сугробом, - наконец донёсся до мальчика ироничный рык. Именно рык, так как назвать это голосом, язык как-то не поворачивался. - Оу... – опасливо косясь на нависшие над самым входом сугробы и острые сосульки, выдал Кай. - Пришёл-таки… Не ожидал, - добавил некто. – И что же тебя сюда привело? - Эм… Любопытство, наверно, - присев на камень у входа, нерешительно сказал парень. – Да и мне просто тут нравится. Здесь… красиво. Но каково же было его удивление, когда существо, насмешливо фыркнув, ответило: - Я бы сказал по-другому: здесь просто нет никого, кого бы ты мог ранить. Парнишка нервно выдохнул, широко распахнув глаза от шока. Перед глазами сразу же встала картина произошедшей недавно разборки с ребятами по поводу устроенного им в убежище незапланированного снегопада и приятелей, что в ужасе убегали от него боясь обледенеть. Вспомнив об этом и чуть поёжившись, Кай бросил полный удивления взгляд в кромешную темноту обиталища его нового знакомого, и прежде чем мальчишка успел спросить, тот ответил: - Запомни раз и навсегда – не смей мне врать. Я знаю всё, что происходит на этом проклятом острове. После этого на какое-то время повисло томительное, давящее Каю на нервы, молчание. И, борясь с огромнейшим желанием что-то сказать, тот сидел, словно на иголках, ожидая, когда заговорит его весьма странный и нелюдимый собеседник. - Повторю ещё раз: Что тебя сюда привело, мальчишка? Кай, невольно вздрогнув от проскользнувшей в голосе незнакомца стали, решительно ответил: - Я… Я был одарен даром повелевать морозом. Но совершенно не знаю, как с ним совладать. И почему-то мне кажется, что ты знаешь то, что не знают феи, знаешь, почему мои силы мне не подчиняются, в отличие от Питера. Ведь ты сам сказал, что тебе известно всё. - Хм… - задумчиво произнёс тот. - Ответ на твой вопрос прост – ты слаб. А твой друг…. Он другой. Просто другой. Услышав такой ответ, Кай в задумчивости сверлил глазами одинокие сугробы. Слаб, значит… Что ж, это для него не новость. Но тогда почему внутри всё так и ноет, так и рвёт душу от невыносимо гадкого и ненавистного ему чувства зависти?.. Совершенно не заметив перемен в собственном взгляде, Дух Морозов, ощущая, как в груди вдруг кольнуло нечто острое и очень холодное, сам того не желая бросил злобный, горящий голубым огнём, взгляд в пустоту, и тут же на мгновение что-то ярко сверкнуло и он, вновь придя в себя и испугавшись яркой вспышки, поспешно закрылся руками в попытке защититься. А когда открыл глаза, в ступоре застыл на месте, глядя на обледенелые пеньки – то что осталось от несчастных елей, мирно росших недалеко от пещеры. Закрыв дрожащей рукой, распахнутый от тихого ужаса рот, Кай убито плюхнулся обратно на камень. Зависть? К Питеру? Его другу? Нет! Не бывать этому! Видя со стороны терзания юного Духа Метелей, чудище хитро сверкнув во тьме кроваво-алыми глазами, довольно услужливо предложило сочащимся сладостью манящим голосом: - Если хочешь, я могу кое в чём тебе помочь. - Благодарю, но я итак уже узнал, то что хотел, - взяв себя в руки, ответил мальчик и смело направившись к краю уступа, добавил, - Не смею больше беспокоить. Прощай. Но только было Кай собрался покинуть своего внезапного страшного знакомого, как вдруг услышал веское из-за спины: - Ты же сам пришёл ко мне узнать, как побороть этот недуг. Я же, отнёсся благосклонно к твоей просьбе и уже подумывал тебе посодействовать в этом. А так как меня уже давно пожирает эта чёртова скука, то это не такая уж плохая идея. Или же ты предпочитаешь всё так же бессильно дожидаться того момента, когда вокруг тебя не останется ничего, кроме одинокой ледяной пустыни? Голос чудища зачаровывал, словно бы нечто протянуло ему руку помощи. Руку, которая в любой момент могла либо вознести его в рай, либо затянуть куда-то в неизвестные пучины отчаянья. И хоть Кай в самом деле не испытывал к этому существу неприязни, сомнение, чуть затрепыхавшееся внутри, всё-таки заставило его насторожиться, ведь, как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И если всё так, как он думает, то какая же будет плата за сию услугу? - Так ты принимаешь моё предложение? – вкрадчиво поинтересовался некто через мгновенье. Что ж раз уж иного выхода нет, то он готов рискнуть. - Да. Принимаю, Чудище осклабило пасть в хищном оскале, тихо радуясь своему триумфу. Оно ждало так долго. Так долго. И вот, наконец, в его уже давно расставленные сети угодила первая за сотни лет невинная жертва. - Чудесно. И ловушка захлопнулась…

***

*Около трёх-четырёх дней спустя. Убежище пропащих мальчишек* - Представляешь, Кай, вчера мы одержали одну из блестящих побед над этим ненормальным Крюком. Теперь ему ещё месяц придётся чинить эту свою дырявую посудину! – как всегда весело рассказывал Пэн другу, после одной из их совместных охот, сидя на ветке Дерева Висельника. Дух Морозов, сидя на соседней ветви, слушая приятеля лишь краем уха, глядел в небо, думая о чём-то своём: - Ага. – Жалко, конечно, что мы ещё долго не увидим этого прохвоста, скрывающегося в Скале Черепа, ну да ничего. Хотя я почти уверен в том, что Джеймс Крюк не заставит себя долго ждать и напакостит раньше, чем его «Весёлый Роджер» окажется на плаву. - Ага… - снова рассеянно ответил тому Кай, на что Пэн, скрестив на груди руки, досадливо фыркнул. - «Ага»? И это всё, что ты можешь сказать? – недовольно выдал Пэн с подозрением уставившись на парня, что обычно был невероятно серьёзен, чего, конечно, не скажешь о его теперешнем мечтательном состоянии. – Ты меня вообще слушаешь? Предупреждаю, если ответишь «ага» - я тебе врежу. Кай, рассмеявшись лёгким звонким смехом на это шуточное заявление, довольно улыбнулся. - Да, слушаю я тебя, Питер, слушаю. Просто… я вот думал: скоро у Тигровой Лилии день рожденья... На лице Духа Проказ тут же возникла хитрая ухмылочка, и тот, перелетев на ту же ветку что и Кай, присел на неё прямо перед приятелем и деловито поинтересовался, состроив заговорщицкий вид: - Кажется кое-кто хочет сделать подарок подружке? - Вовсе нет! – тут же краснея до самых кончиков острых ушек, возмутился Дух Метелей. – Кому вообще нужны эти девчонки?.. - Тогда откуда такой мечтательный вид? Влюбился, да? – продолжая дразнить того, не сдавался парнишка, улёгшись в воздухе, словно в гамаке. - Твои провокации на меня не подействуют, бе-бе-бе, - оттянув нижнее веко правого глаза и показав язык, ответил тем же Кай и снова устремив взор в небо, сделал вид что ничего и никого не замечает. - Значит, всё-таки влюбился, - философски заключил Пэн и уже в следующую секунду с весёлым смехом уворачивался от крупных снежных кругляшей, что так щедро пускал в него рассвирепевший Дух Морозов. Когда же, наконец, все силы на взаимное раздражение друг друга были исчерпаны, а минутные разборки были отложены до лучших (или худших) времён, Питер, внимательно уставившись на разлёгшегося на ветке брюнета и чуть почесав подбородок, сказал: - А знаешь, кажется в последнее время ты стал лучше контролировать свои морозные фокусы. - Да? И в правду, – удивился Кай и уже более тихо добавил: – Похоже тренировки всё-таки привнесли свои плоды. - Вот видишь! Я же говорил, что всё образумится, - показывая большой палец, улыбнулся Пэн, переглянувшись с севшей на его плечо Динь-Динь. – А ты сомневался. Как там, кстати, Хлоя поживает? Кай, поёжившись от этого вопроса, взглянул в сторону и, как только мог состроил самое невинное выражение лица, отвечая: - Э… Нормально. Всё как обычно. - Так, ну ладно. Пора бы в самом деле поискать подарок нашей принцессе. А то её кровожадный отец, то бишь Вождь, самолично снимет с нас скальп. Если, конечно, этого не сделает раньше Её Королевское Высочество, - оборвал его Питер, влетая в ствол их общего убежища. - Да уж. Это точно, - натянуто улыбнулся Кай, с неким сожалением подумав о том, что уже довольно давно не виделся с крохой Хлоей…

***

*Пару дня спустя. На холме* - Получилось! – в восторге глядя на сотворённую им изо льда небольшую модель замка, сказал парнишка, глядя в тёмный провал пещеры. – Взгляни! Из тьмы на него взглянули два зловещих алых глаза. - Я вижу. Похоже, что у тебя стало неплохо получаться творить вещи, - хмыкнул он. – А что на счёт урагана? Кай, до этого тщетно пытаясь обратить в ничто наколдованное, немного ошарашенно обернулся к собеседнику. - Ураган? А-а…. Зачем он мне нужен? – с подозрением спросил мальчик, устраивая на своей ладони мини-копию снежного смерча. – Я последовал твоим советам и научился его делать, но лишь совсем крошечный, так как это может навредить окружающим. А мне бы этого не хотелось. Чудище досадливо рыкнуло, но ничего на это не ответило, лишь с какой-то только ему известной завистью глядя на маленький вихрь, вращающийся посреди узкой белой ладони Духа Метели. И вдруг его тёмные рассуждения отвлёк внезапный вопрос: - Знаешь, меня уже давно интересует кое-что… - Что же именно? - Почему о тебе никто не знает? – сомкнув пальцы на мини-ураганчике и тем самым обратив его в горстку снега, спросил парень. – Почему живёшь здесь, в этом вечном холоде вдали от всех остальных? Незнакомец, промолчав несколько томительных мгновений, тихо и даже как-то надломлено усмехнулся словам мальчишки. - Были времена – моё имя было известно даже в том огромном и необъятном Большом Мире. Хотя это и было очень и очень давно… - Тебя знали люди? Правда? – удивился Кай. - Правда. Вот только… Моё время давно прошло, - горько прозвучало из темноты. – Люди забыли обо мне, и я ушёл сюда в эту спасительную тишину одиночества, наблюдая отсюда за сменой времён, этим неспешным ходом времени, что на этом проклятом Богом острове течёт неимоверно медленно, будто идёт черепашьим шагом, а то и ещё медленней. - А ты никогда не думал спуститься вниз? – поразмыслив, спросил брюнет. – Думаю твои знания были бы весьма полезны всем на острове. Ты стольким вещам меня обучил за такое короткое время – а ведь даже феи мороза ничего не могли сделать. Что думаешь? - Я бы с радостью, дорогой мой Кай, - в темноте обители некто блеснули острые зубы, обнажённые в зверином оскале. – Одно только «но». - Какое? - Я не выношу солнце. Под его лучами я сгорю за считанные минуты. Таково моё проклятье… - А-а… Вот почему ты не выходишь из пещеры… - задумчиво протянул Кай, - Но… Стоп! Проклятье? Может феи помогут? Его знакомый только тяжело вздохнул, а затем громоподобно рассмеялся. - Увы, но это не выход. Феи ничего для меня не сделают. Уже ничего. - Я могу поговорить с Лордом Милори… - Не смей! Не говори ему ничего! – внезапно зло зарычал собеседник, громко клацнув острыми клыками, а потом заметив испуг на лице Духа Морозов, будто исправляя свою оплошность, более спокойно сказал. – Я не хочу, чтобы меня беспокоили. Твоего общества вполне достаточно. - Но я же хочу помочь… - ошарашенно прошептал мальчишка. - Ступай. Мне нужно отдохнуть, - прервал того, незнакомец. - Ну… Как скажешь. Хорошего тебе дня, - улыбнулся на это брюнет, понимая, что спорить со столь вспыльчивым собеседником глупое занятие. – До завтра. И помахав на прощанье рукой, мгновенно обратился в быструю метель, устремляясь в приятную теплоту летних джунглей. И стоило только тому покинуть одинокий холм, как чудовище, хитро ухмыльнувшись, отбросило прочь свою маску дружелюбия, устремляясь в самые далёкие глубины своего тёмного убежища. Всё дальше и дальше, там куда не проникал этот ненавистный ему свет яркого светила, норовившего обжечь его плоть своими безжалостными лучами. И вот добравшись до самого тёмного, самого тайного из мест своей обители, он по мановению дыхания зажёг под низким сводом пещеры тусклый свет, в котором сверкнули тонкие и прозрачные грани льда. Чуть сузив отвыкшие за сотни лет от солнца глаза, он взглянул на стоящий в центре света холодный и безмолвный лёд, искрящийся в неверном холодном свете. - Скоро… - почти нежно прошептало чудовище, царапая когтями поверхность полупрозрачного огромного кристалла льда, в котором смутно просматривались смутные очертания чьего-то силуэта. – Уже совсем скоро я обрету свободу и Неверленд канет в небытие. Я ведь обещал тебе…

***

После празднования знаменательного события в селении индейцев, юный Дух Метелей вновь целеустремленно полетел в сторону уже изученных им от и до холмов, ища встречи со своим специфичным другом, научившим его довольно многому за столь краткий срок. И порой ему казалось, что он знает всё – начиная от самых известных истин и заканчивая тем, что возможно мог не знать вообще никто в мире. Так или иначе, но его новый собеседник был настолько же умён, насколько ужасен на вид – а увидеть его ему довелось лишь однажды, когда он случайно во время практики осветил тёмный провал пещеры. Острые огромные когти на нечеловеческих лапах, огромное мускулистое тело, покрытое белым как снег на холме, где он жил, мехом и ужасная морда с двумя большими красными глазами, похожими на два тлеющих уголька в которых навсегда застыла смесь из вечной ненависти и тоски. Снова оказавшись на знакомом уступе возле входа, тот отряхнув с себя снег, что налип на него по дороге, как обычно поздоровался: - Добрый вечер. - Наконец-то пришёл… - прошипел тот. – Следуй за мной. Кай удивившись такому внезапному приглашению, в сомнении топтался перед входом, не зная хорошая ли эта идея, войти туда, где жил столь устрашающий незнакомец. Но вспомнив все их беседы и оказанную им помощь, Кай, смирившись, решительно шагнул во тьму. На ладони привычно вспыхнул небольшой огонёк ледяного света, освещавший путь, и сгорбленную мохнатую спину чудища. - Куда мы идём? – спустя пять минут всё же решился задать вопрос парнишка, со смешанным чувства беспокойства и удивления глядя на испещрённые царапинами от когтей его знакомого стены. - В сердце моей обители, - тихо ответил он. – Сегодня я открою тебе кое-что весьма интересное. Не став уточнять что же именно, парнишка промолчал, покорно следуя за тем всё глубже и глубже в, казалось, бесконечную пещеру. Вскоре их путь подошёл к концу – и пред застывшим в удивлении духом проказ предстало небольшое прорытое внутри холма помещение, в котором не было ничего, кроме стоявшего посреди крупного куска льда, сплошь покрытого глубокими царапинами. Повинуясь странному порыву, парень сделал нерешительный шаг ко льду и совершенно забыв о присутствии своего знакомого, нерешительно провёл рукой по замёрзшей поверхности, счищая мутный налёт и обнажая прозрачный словно хрусталь лёд… И тут же вскрикнув, испуганно отпрянул назад: внутри, навеки заточённая в этой импровизированной клетке, была девушка. Нежные черты её лица были подобно восковой маске не показывающие ни единой эмоции, в то время, как в ясных медовых глазах навсегда застыла непонятная ему печаль. - Ч-что это…? - не слушающимся от волнения голосом прошептал Кай, в ужасе глядя на незнакомца. – Что это значит?! - Не пугайся ты так, - ухмыльнулся собеседник подходя ближе к несчастной девице и с тоской глядя на неё сквозь толстый слой льда. – Она не укусит. - Н-но… Почему она во льду? Кто она? – находясь в шоковом состоянии и держась на некотором расстоянии от собеседника, нервно произнёс Кай. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем в зловещей, наполненной лишь звуками завывающего снаружи ветра тишине прозвучало тихое: - Дух Детства. - Что? Но ведь Дух Детства – это Питер. Как это возможно?! – в неведенье отмахнулся Кай, на что получил в ответ громкий издевательский смех, прервавшийся довольно саркастичным вопросом: - Глупец, ты что и вправду думаешь, что вы первые стражи этого чертова ненормального островка?! Кай, услышав это, подавился собственными словами, невольно замолчав на полуслове. В груди, быстро отбивая удары, глухо забилось встревоженное сердце, и мальчишка, лишь только через несколько мгновений поняв, что означали слова чудища, невольно прикрыл раскрытый в ужасе рот дрожащей ладонью, не зная, что ответить. Ноги невольно подкосились и, чтобы хоть как-то удержать равновесие, брюнет тяжело навалился на холодную стену, сверля, наполненными страхом осознания глазами ледяной кристалл. - Если это так и она – Дух Детства, как ты и говоришь, то…. – он невольно сглотнул, прежде чем встретиться с тёмными зрачками неизвестного. - Кто же тогда ты? - Я уже дал достаточно подсказок. Неужели так сложно догадаться самому? – хмыкнул на это он, довольствуясь новой реакцией. Кай тихо выдохнул. Конечно же он понял. Просто не решался сказать… - Значит… - его голос предательски дрогнул. – Ты, как и я – Дух Морозов. - Рад что додумался, - усмехнулся собеседник. – Вот только поправка: это уже не моя должность. Парень непонимающе взглянул на их неожиданных предшественников: одна навсегда заточена во льдах, другой же – чудовище, боящийся солнечного света, как огня и почти не выходящий наружу. За всей этой видимой ему оболочкой правды скрывалось ещё что-то – что-то, что тщательно скрывалось не один год от чужих глаз и ушей. Сокрытая истина, обличающая истинную суть этого странного и таинственного острова Неверленда. - Расскажи мне всё. Я хочу узнать, что произошло, - отбросив прочь страх, решительно сказал Дух Метели, делая шаг навстречу предшественнику. - А не пожалеешь, малец? – хитро сказал он. – Я ведь не настаиваю… - Нет, не пожалею! – разгорячённо выкрикнул Кай. - Рассказывай. Чудовище, осклабившись, довольно посмеялось и вновь взглянув на пленённую девушку, ухмыльнувшись начало говорить: - Когда-то давно я и моя подруга Миримэ, так её звали, стали стражами Острова Детства. Она была одарена даром полёта и вечной юностью, а я, как и ты, властью над хладным льдом. Её и моё имя были на устах каждого человека в большом мире – её почитали, а меня боялись. Таков был порядок, мы уравновешивали друг друга – лето и зима, радость и страх… Но однажды мои силы подчинили меня себе, свели с ума и я, потеряв контроль, сам того не желая разрушил столь хрупкий баланс. Миримэ попыталась помочь, но сама попала в ловушку, из которой я уже не мог её вызволить. В наказание феи прокляли меня и обратив в чудовище заточили здесь на холме обрекая на вечную тьму и одиночество, до тех пор, пока я не найду способ снять с неё чары. С тех пор миновало ни одно столетие… Кай, переварив сказанное, в первую минуту никак не мог поверить. Неужели феи в самом деле могли так поступить? Те феи, что спасли ему жизнь. Те самые феи которые подарили им с Питером новый дом и друзей… Это всё сделали они? - Но разве это справедливо наказывать кого-то столь жестоко за то, что он не хотел совершать? Чудище горько рассмеялось над замечанием мальчика, от чего тот поспешно умолк. - Хах, справедливость… Думаешь феи, эти высокомерные мошки, станут признавать свои ошибки? Ха! Конечно! Держи карман шире! Вместо того, чтобы понять и помочь, они отняли у меня практически всю власть над льдом, оставив лишь жалкие крохи магии, - а затем он многозначительно посмотрел на мальчика. – К тому же, если ты ещё не понял, тоже самое в любой момент может произойти и с тобой. Стоит только сделать одну оплошность – и тебе сразу же найдут замену. Как и нам… Мальчик внимательно взглянул на своего собеседника. То, что он говорил – было до ужаса правдоподобным, но это непонятное и тревожащее его чувство сомнения, закрадывающееся в душу не давало ему покоя. - Неужели это… правда? – наконец пытливо спросил он. - Ха-ха… - бессильно рассмеялся тот. - Кай, взгляни на меня: у меня ничего не осталось. Всё чего я хочу – это освободить Миримэ и себя, а затем покинуть этот ненормальный остров ко всем чертям, чтобы больше никогда его не видеть. Думаешь, у меня есть смысл врать в таком положении? Веско. Очень веско подмечено, однако… - Всё это… странно. Очень-очень странно, - отведя взгляд в сторону наконец ответил он, медленно продвигаясь к выходу вдоль стены. - Мне нужно подумать над этим некоторое время. Глаза некто насмешливо сверкнули в тусклом свете, провожая поспешно убежавшего прочь мальчишку, напуганного сказанным, а чудище только смеялось. Наживка была нанизана, надета на крючок и успешно проглочена глупой доверчивой рыбёшкой, верящей каждому слову. Теперь осталось только дождаться, когда она её переварит… - Что ж, думай, - прошипел монстр, глядя на заточённую во льду девушку, - А я пока подожду…

***

- Ты где вообще был? – только оказавшись в гостиной их убежища, услышал Дух Метели возмущённое в свой адрес. Брюнет, неспешно опустившись на пол, прогнал взмахом руки окружавший его ветер, и невидящим взглядом уставился на слегка сердитого Духа Шалостей, стоявшего перед ним со скрещенными на груди руками в каком-то немом упрёке. Проигнорировав его, Кай не говоря ни слова прошёл мимо него и уже хотел подняться по лестнице в свою комнату, как Питер, которому явно не понравилось такое странное поведение приятеля вновь возник прямо перед ним. - Ещё раз спрашиваю: где пропадал? Почему никому ничего не сказал, раз уходишь? – требовательно спросил он. - Я был на тренировке, - попытавшись оттолкнуть того в сторону, ответил Кай, - Можно мне в свою комнату? - Мог бы предупредить хотя бы. Мы волновались! – возмутился Питер - А Лилия? Она тебе ничего не сказала? – уперев руки в бока, вкрадчиво поинтересовался Дух Метели. И вот тут Пэн будто что-то вспомнив, переглянулся с мальчишками и спросив на счёт этого, на что получил довольно утвердительные ответы, натянуто улыбнулся: - Эм… Может и сказала… Кай только угрюмо вздохнул. - Ясно. Ты, как всегда всё забыл на радостях, - покачав головой, пробурчал он и наконец обойдя друга, продолжил подниматься по лестнице, но его снова остановили и парнишка, не выдержав развернулся назад, недовольно выкрикивая: – Ну что ещё?! Однако тут же умолк, увидев, как сильный порыв вьюги, сорвавшийся с пальцев несильно, но довольно ощутимо толкнул Питера в грудь, чуть не скинув с лестницы. К счастью Пэн успел в последний момент схватиться за перила и прижав руку к груди, озадаченно взглянул на друга, стоявшего в шоке на несколько ступеней выше. - Питер… п-прости я… не хотел, - протянул руки к нему Кай, хотев помочь, но, тут же вздрогнув, отпрянул, увидев, как тот невольно попятился от него назад, как и все мальчишки, что сейчас попрятались, кто куда. Но прежде чем Дух Озорства успел сказать хоть что-то, он перебил его словами: - Извини. Я пожалуй… пойду к себе. И быстро скрылся за шкурой, висевшей перед входом в его комнату. Господи… что же он творит? Почему? Почему это происходит с ним? За что? Неужели… «…тоже самое в любой момент может произойти и с тобой. Стоит только сделать одну оплошность – и тебе сразу же найдут замену…». … всё будет так же как и с ними? - Нет… - опускаясь на колени и утыкаясь лбом в холодные деревянные доски, шептал тот, не веря. «…однажды мои силы подчинили меня себе, свели с ума и я потеряв контроль, сам того не желая, разрушил столь хрупкий баланс…» - Не-е-ет… «…попала в ловушку, из которой я уже не мог её вызволить…» Сжав виски от внезапно возникшей боли, Кай, кое-как сдержав рвавшуюся изнутри бурю, свернулся калачиком на полу, уже не замечая ни струящейся вокруг него холодной энергии, ни расползающегося по полу и стенам морозного узора, проваливаясь в объятья холодного и страшного ночного кошмара. И никто уже не видел, как по белоснежной щеке Духа метели скатилась единственная, обратившаяся в льдинку, горькая слеза…

***

Утром голова болела страшно. Так что впору было биться ей об стену. Вот только для этого нужно было для начала подняться на ноги, что Кай сделал с весьма огромным трудом и тут же обнаружил что его личное пространство, как всегда, похоже на Северный Полюс. Тяжело вздохнув и плюнув на всё, тот вышел наружу, мирно спускаясь по лестнице, ступеньки которой тут же леденели при соприкосновении с ним. - С добрым утром, - поздоровался с ним сидевший во главе стола Питер, глядя на стелющуюся за другом изморозь с некоторым напряжением. – Ты в порядке? У тебя круги под глазами. - Не спалось, - кратко ответил он, садясь на свободное место, ответил Кай, совершенно не замечая поспешно отодвинувшихся от него Проныру и Мишку. - По тебе видно, - осторожно хмыкнул лисёнок. - Д-да уж… - поддакнули Близнецы. - Ну, что ж, всем приятного аппетита, - пытаясь сгладить не самую лучшую утреннюю атмосферу, поспешно сказал Пэн и принялся за еду, делая знак остальным последовать его примеру. Мальчишки, поняв намёк, принялись за свои порции, вот только, как оказалось, у всех кусок в горло не лез, в особенности у Кая, что так и сверлил стол странным задумчивым взглядом. - Продолжайте завтрак без меня, - вдруг сказал он, вставая из-за стола. – Мне нужно идти. - Как, опять на тренировку? - проглотив кусок яблока, тут же вскочил на ноги рыжий и, быстро взлетев вверх, приземлился уже прямо перед другом, положив руки ему на плечи, – Дружище, не стоит себя так перетруждать… Но стоило только Питеру прикоснуться к нему, как тот, задрожав всем телом, попытался отпрянуть в странном для Духа Озорства испуге. - Питер, пожалуйста, убери руки, - дрожащим голосом произнёс он. - Нет, пока ты не пообещаешь, что сегодня никуда не пойдёшь, - нахмурившись ответил Пэн, сжав пальцами худые плечи Кая. - Это не самая удачная твоя идея, - тщетно пытаясь освободиться из рук шатена, тихо произнёс тот в ответ. - Обещай, - прозвучало ещё более настойчивее. И тут внутри вдруг что-то треснуло. Так больно и громко. - Нет… - невольно сорвалось осколками льда с губ парнишки. - Кай! – пытался докричаться до того Питер Пэн. Снова вокруг заструился уже привычный ему холод. Окутал всё тело и прежде чем Питер успел что-то понять, грубо отшвырнул ошарашенного Духа Детства к ближайшей стене. Тот вскрикнув от болезненного удара, упал на пол и постепенно придя в себя, поднял удивлённо распахнутые глаза на друга. - Я сказал - нет! – закричал ему в лицо Кай, прижимая сжатые в кулаки руки к груди. - Ты ничего не понимаешь! - Так объясни мне, - пытаясь говорить спокойно, изрёк на это Дух Веселья, пока не решаясь вставать на ноги. - Я же хочу, как лучше! - А делаешь только хуже… - и с этими горькими словами брюнет обратился в метель и быстро улетел вверх по стволу, растворяясь и исчезая высоко в небе. Стоило только исчезнуть Каю, как мальчики, беспокоясь за Питера, бросились к нему и подняли на ноги. Парнишка шипя от боли в спине, жёстко повстречавшей собой твёрдую стену, бессильно простёр взгляд наверх, куда мгновение назад улетел его друг. Напуганный чем-то и абсолютно растерянный. Решительно сжав руки в кулаки и отбросив прочь боль и всё остальное, Пэн лихо оправил съехавшую на бок охотничью шляпу и взглянул на друзей, попутно нашаривая на поясе свой золотой нож. - Я лечу за ним. - Тебе помочь? – вызвался Проныра. - Нет. Это только наше с ним дело. Ни сказав больше ничего, он, взяв собой лишь тревожно звенящую Динь, полетел следом за другом. Минута – и позади остались Пропащие Мальчишки и родное убежище в Дереве Висельника, когда как впереди его ждал ещё пока что сонный Неверленд, ещё не очнувшийся ото сна. Мимо проносились ранние птицы, где-то внизу журчал тихо бегущий куда-то чистый ручей. Но всё это его не волновало. Поскольку сейчас его душа и сердце были далеки от всего этой земной красоты, обеспокоенно мечась внутри из-за внезапно исчезнувшего Кая, который, он знал, мог находиться лишь в одном единственном месте… Спустя двадцати минут полёта Питер приземлился на знакомой ему поляне у ручья, за которым простиралась зима. Холодная и прекрасная обитель снежных фей. Оглядываясь по сторонам и не находя признаков присутствия вспыльчивого приятеля, Питер уже хотел перешагнуть по бревну на ту сторону, чтобы продолжить поиски, как вдруг его остановил звонкий девичий голос. - Стой! – крикнула черноволосая фея, делая тому знак остановиться. – Тебе сюда нельзя, Дух Озорства. - Ты… Ты не Хлоя случайно? – всё же последовав её совету, сказал парень. – Слушай, я ищу своего друга. Он ещё не прилетал сюда? Фея как-то сразу погрустнев, отвела взгляд и, вздохнув, через секунду ответила: - Он уже давно здесь не появлялся. Питер даже опешил от такого заявления. - Что? Как это?... Не мели чепухи! Он у вас тут целыми днями пропадает! - Феи не врут, Питер, - вдруг перебила его Динь-Динь. – Она говорит правду. - Но-о… - растерянно протянул Пэн, бросая взгляд то на одну фею, то на другую, и почесав рукой затылок, озадаченно выдал, - Если его здесь нет.... То где же он тогда?

***

- Ха-ха… Вижу, что за ночь обдумываний к тебе что-то да пришло… - как обычно хитро ухмыльнулся некто, стоящий в тени пещеры. В нескольких шагах от пещеры возникнув из вихря сильной метели, материализовался Кай. Его глаза были наполнены безразличием и странной отрешённостью, которая в первое мгновение немного удивила незнакомца, но и с какой-то стороны весьма удовлетворила. Это то что он ждал. На что надеялся. - Если я помогу тебе обрести свободу, ты поможешь мне избавиться от этой…. Магии? – неожиданно для того задал вопрос мальчишка, с ненавистью глядя на свои запястья. - Одна поправка – ты не станешь мстить феям за своё заточение. Идёт? Чудовище еле сдержавшись от радостного возгласа, ответило: - Что, потерял доверие к этим крылатым вертихвосткам? - Так да или нет?! – уподобившись своему знакомому, буквально прорычал Кай сквозь зубы. - Всё что угодно, друг мой, - а после добавило. – Вот только для того, чтобы это сделать, нужно достать то, что отняло у меня силу. - Что это? Из темноты показалась морда говорившего: - Лунный янтарь. Он храниться у фей лета – там, где я его никогда не смогу достать в силу своего проклятия. Но вот ты можешь. - Что же я должен сделать? – осведомился паренёк, на что получил кинутое в него зеркало в хрустальном обрамлении. – А это ещё что?! - Это зеркало сотворили зимние феи и оно может найти всё, что угодно. Достаточно просто сказать, что именно и оно покажет направление, - охотно пояснили ему, а затем из пасти чудища вырвались непонятные мальчику слова и в ту же секунду из зеркальных недр вылетело тонкое сплетение энергии, сложившееся в голубоватый луч света. – Следуй за ним и он приведёт тебя к тому, что нужно. И Кай, не став терять времени понапрасну и ни о чём не жалея, стремительной вьюгой полетел в селение крохотных, не подозревающих ни о чём фей, подгоняемый разъедающим его сердце и душу невыносимым холодом, поселившемся где-то в груди. Всё мчался и мчался, сопровождаемый гаснущими и стремительно исчезающими из головы сомнениями. Мчался до тех пор, пока на горизонте не показалась его цель - обиталище фей летнего времени. Наконец-то… Оказавшись у опушки волшебной рощи, он решительно вошёл в её свежую прохладу, уверенно шагая по устланной мгновенно замерзающими под его ногами цветами, и совершенно не замечая прячущихся от него за деревьями и густой листвой перепуганных и удивлённых до чёртиков фей, уже резво летящих докладывать всё своей Королеве, которая, прознав об этом, поспешила узнать в чём дело. - Здравствуй, Кай, - оказавшись рядом с неожиданным гостем, произнесла она и, когда мальчик обратил на неё своё внимание, спросила, - Что тебя к нам привело? - Я ищу кое-что… Кое-что, что по праву принадлежит одному моему знакомому, - помедлив с ответом, произнёс Кай. - Какому знакомому? – искренне удивилась Клэрион. – Не врите, вы прекрасно знаете, о ком я говорю, - тут он указал рукой на холм, - Он живёт там, наверху в полном одиночестве последние несколько сотен лет. - Кай… - ахнула королева, дрогнув. – Неужели ты встретил… ЕГО? - Да, я видел своего предшественника. И то что вы с ним сотворили, - грубо ответил он. - Долго собирались скрывать?! - Мальчик мой, послушай, что бы он тебе ни говорил… – попыталась вразумить брюнета фея, но тщетно. - Всё правда, - прервал её тот. – Довольно этих слов. Лучше верните, то что должны. - А что, если мы откажемся? - Не думаю, что это разумно, учитывая, что я в любую секунду могу всё здесь проморозить от основания. Увидев в глазах мальчика холодную решимость, и тщательно скрытое от других отчаянье она покачала головой и вдруг неожиданно для всех с тяжелым сердцем приказала парящему за её спиной подручному: - Пусть принесут то, что он просит. - Н-но, моя королева, это же грозит нам катастрофой! – взвизгнул от ужаса помощник. - Ваше величество! - Исполняйте приказ, - тихо добавила она. – Сейчас же. - Эх… Слушаюсь, моя королева, - напоследок просверлив недовольным взглядом нежданного гостя, пришлось повиноваться тому. Не прошло и десяти минут как в руках эльфов оказалась заветная коробочка с нужной вещью, на которую ясно указывало отданное в его распоряжение чудищем зеркало. И только было он протянул руку к желаемому, как его остановили слова Клэрион: - Кай, прежде, чем ты сделаешь то, о чём потом будешь горько сожалеть, скажи – что мы сделали такого, что так тебя изменило? Ведь мы тебе доверились… Рука Кая, протянутая к шкатулке непроизвольно сжалась в кулак. - Не знаю… Наверное, дали мне жить, - как-то обречённо выдавил он. - Жить с этой ненормальной силой, не сказав, как её усмирить. Клэрион вздохнула. - Неужели ты уверен в том, что, если так поступишь, то что-нибудь изменится? - Я уже ни в чём не уверен, - безэмоционально прозвучало из уст мальчика. - И, честно говоря, мне уже всё равно. Я… я не могу спать. Не могу думать. Я постоянно вижу словно наяву, как мороз окутывает всё вокруг, уничтожая всё, что мне дорого. Это невыносимо. Я так больше не могу… - Как же ты не понимаешь, что ОН манипулирует тобой, - пытаясь хоть как-то повлиять на Духа Морозов, говорила золотая фея. - Заставляет думать о плохом. Не позволяй ему тебя запутать и совершить ужасную ошибку... Не дай холоду проникнуть в твоё сердце. - Но я видел…. Видел её – ту, что некогда была Духом Детства. Это ведь всё из-за вас, - будто не слыша её, сказал Кай и как-то горько рассмеявшись, добавил глядя прямо в глаза королеве: - И ведь он прав – вы ничем ему не помогли. И мне не поможете. А просто так же запрёте меня, на веки вечные в полном одиночестве, когда я, наконец, потеряю контроль над вашим даром! Отведя слезящиеся глаза в сторону быстро выхватил у фей поблёскивающую серебряную шкатулку и мгновенно скрылся из виду, улетев подобно быстрому морозному смерчу.

***

Пленник ледяных вершин, бродил туда-сюда, от стены к стене, давно осточертевшей ему тюрьмы и всё гадал: вышло или же нет? Осуществился ли план, который он так тщательно готовил? Можно ли вообще надеяться на этого наивного, напуганного мальчишку? Но все его сомнения, что продолжали гложить его этот небольшой промежуток времени, тут же отпали при виде скоро явившегося Духа Мороза, сжимающего в руке то, что он так желал. То, что уже и не надеялся увидеть. Заветный камень… Так близко. Так, чёрт возьми, близко! Достаточно руку протянуть, но тут один лишь нюанс… - А ты быстро… Неужели феи отдали его тебе настолько легко? – в нетерпении мечась у самого выхода, произнёс он. – Отдай его мне. - Погоди, - жёстко взглянул на собеседника Кай, пока, держа шкатулку подальше от пещеры. – Мне нужны гарантии. Что ты не нарушишь данное мне слово. Чудовище усмехнулось. - Ты что мне не веришь? После всего? И из тьмы появилась огромная когтистая лапа, требовательно тянущаяся к тому, что сжимал в руках мальчик. Ещё мгновение и он получил бы желаемое, из ответно тянущихся к нему белых ладоней, но ему помешали. Из-за густых, запорошенных снегом елей вылетела метко пущенная из самодельного лука стрела, проткнувшая лапу зверя, отчего тот тут же взвыл нечеловеческим утробным воем, пряча покалеченную конечность во тьме. Кай ошарашенно отойдя на шаг назад, поспешно прижал шкатулку к себе, глядя в сторону, откуда произошло нападение, и тут же обомлел. Из-за мохнатых лап ёлок показалась Тигровая Лилия, по колено утопающая в холодном снеге, но не подающая ни единого намёка на то, что ей холодно. - Лилия? – удивился он. – Что ты тут делаешь?! - Пытаюсь спасти всех на острове, - и взяв новую стрелу из колчана вновь натянула тетиву. - Ты ничего не знаешь… - переглянувшись со зверем произнёс он. - Не нужно быть очень умным, чтобы понять, что чтобы здесь ни происходило – всё это в итоге сведётся к чему-то ужасному, – недоверчиво косясь в сторону тёмного провала, ответила та. - Почему ты помогаешь ему?! Зачем напал на селение хранительниц острова?! - На то есть весомые причины… - уклончиво ответил он. - Какие ещё причины могли заставить тебя так поcтупить с феями, вернувшими тебя к жизни?! Они ведь… - закричала та, продвигаясь ближе к пещере, и всё ещё держа лук наизготовку. Кай, мысленно подметив, что принцессе уже известно о его проникновении в Долину Фей, насмешливо хмыкнул, указывая рукой во тьму: - Именно феи сделали того, кого ты назвала чудовищем таким, каким ты его видишь. - Что? – не веря в его слова, отозвалась Лилия. - Они не могли… - Но сделали. Сделали потому, что он не смог овладеть тем, чем они его одарили. И вскоре я наверняка разделю его участь… В глазах мальчика мелькнула искра боли, заставившая сердце девушки на миг пропустить удар, но та, совладав с рвущимися наружу противоречивыми эмоциями, сохранила внешнее спокойствие, уверенно говоря: - Всё это ложь, Кай! Феи способны творить только добро! На что услышала короткий и твёрдый ответ: - Я в это больше не верю! - в тёмных, как смоль волосах юноши росчерком молнии мелькнула белоснежная прядка, а в глазах на миг сверкнул голубой отблеск льда, кольнувший девушку больнее чем острое лезвие ножа. - Кай… - не зная, как реагировать на услышанное, произнесла она, и видя, как что-то неотвратимо меняется в робком и таком родном мальчишке, произнесла с надеждой: – Ты ведь это не серьёзно, правда? Ты ведь так не думаешь на самом деле? Парень, что ещё секунду назад смотрел на Лилию с открытой враждебностью, будто бы пришёл в себя, глядя на ту с какой-то странной обречённостью и, сокрытым ото всех, страданием. Его бледные, лишённые красок губы шевельнулись в попытке что-то сказать, однако он тут же был перебит. - Довольно! – вдруг донеслось из темноты. – Я уже достаточно терпел все эти глупые тирады. Скорее отдай мне камень! В зрачках снова мелькнули кристаллики льда. А рука покорно была протянута к чудищу… - Стой! – отбросив сторону лук и колчан со стрелами, поспешно бросилась к нему та, спотыкаясь бежала по снегу, сознанием понимая, что уже слишком поздно. Короткая вспышка света, слепящая взгляд… - Я свободен, Миримэ. Свободен от твоего проклятья! …и в хрустальной выси неба раздался безумный смех.

***

Питер Пэн в эту самую минуту находившийся Селении Индейцев в обществе взволнованного исчезновением Тигровой Лилии Вождя и сетовавшего на дикий бунтарский нрав дочери, почувствовав что-то странное, выбежал из вигвама, и, оказавшись снаружи, в неведенье оглянулся вокруг, ища нечто, что вызвало у него непреодолимое чувство тревоги. Несколько часов до этого он тщетно искал повсюду своего друга, затем ещё и эта принцесса куда-то пропала, и он, не понимая, что, собственно, вообще вокруг твориться, ждал хоть какого-нибудь знака. И наконец дождался. Вдалеке оборванным эхом разнёсся непонятный звук, и Питер, насторожившись, бросил быстрый взгляд в его сторону, ища зрительный источник. Глаза мельком зацепили окружённые облаками холмы и тут же во внезапном исступлении распахнулись: вниз со склона быстро двигалось что-то, охваченное белоснежными всполохами снега. И чем бы ни была вызвана эта метель, он знал только одного человека, способного на такое… - Кай? – не веря, ошарашенно выдал он. - Питер, не ходи туда, - дёрнув парнишку за воротник, взмолилась Динь. - Я должен, - и рыжий мальчишка птицей взлетел к облакам, летя на встречу бурной стихии. Постепенно приближаясь к её источнику, он всё сильнее ощущал, как холодеет, стынет прозрачный воздух, царапая кожу мельчайшими кристалликами льда, в которую обратилась вся влага, витающая над лесом. Вскоре продолжать полёт стало трудновато и Пэн, дрожа от холода, был вынужден остановиться на поляне, сплошь покрытой знакомым ему толстым слоем инея. Он знал – тот, кто ему нужен был где-то здесь. - Кай? – окидывая растерянным взглядом окружающий пейзаж, взволнованно крикнул он. – Дружище, ты здесь? - Здравствуй, - вдруг услышал он голос меж ветвей. А спустя мгновение из-за пышных ветвей вышел и его владелец… Питер, сначала было радостно обернулся к объявившемуся на поляне, но, повернувшись и увидев перед собой не того, кого ожидал, с недоверием оглядел тонко сложенного невысокого юношу с белыми, как соль волосами, лёгкими длинными прядями, обрамляющими неестественно белое лицо с бесцветными прозрачными радужками глаз, посреди которых так пугающе и странно сверкали кроваво-алые зрачки. - Кто ты такой? – замерев от произведённого незнакомцем впечатления, еле-слышно пробормотал он. Красивое, как у фарфоровой куклы, лицо исказила кривая, словно неудачный разрез ножом, ухмылка, в тишине леса заскрежетали когти. - Кто я? Люди, вы такие забывчивые, - тихим, похожим на шипение, голосом, разочарованно прошептал некто, после произнеся: - Я Дух Морозов. *Конец Flashback* А что было потом? Потом было недопонимание и продолжавшаяся больше века ненависть, чьи семена, посеянные в те годы, взрастали с каждым годом. Остров Детства, живший свои чередом, как будто ничего и не произошло. Феи, Питер и мальчишки, индейцы, пираты... И Джек, ушедший на другую сторону вместе с Хлоей, разделившей с ним его одиночество. Никто ни о чём ни помнил, желая забыть то ужасное время. И они забыли, потому что так было легче. Потому что никто из них и не думал, что тот, кто всё это сотворил, всё ещё рядом. И всё ещё жаждет расплаты.