Глава 31
27 ноября 2015 г., 12:59
Россия вздохнул и поставил чашку на стол.
Пили уже трижды спитый чай, но даже эта насмешка над знакомым напитком вызывала лишь приятные ощущения в душе.
Китай сидел напротив.
— Откуда у тебя эти шрамы?
— Да так, подрался с одним волком.
— Я уже давно начал замечать, что жизнь тебе надоела, Яо.
— В моем возрасте, Ваня, повод волноваться — это патологическое желание жить.
Иван сложил руки на столе и загадочно вздохнул.
— Ты послушай. Мне тут что-то вечером подумать захотелось. Ну, знаешь, смена вида деятельности — уже отдых.
Оба засмеялись, понимая, насколько злободневно звучала шутка.
— И я начал думать о тебе. Вспоминать о том, как мы встретились, о том, каким красивым ты был в его руках.
— Ваня…
— И вот я вспомнил. Слушай, это мое детское воображение поработало, или у него… глаза были как у тебя?
Яо вздрогнул, замялся, теребя ворот рубашки, но Иван глядел слишком и строго и пристально, так что увильнуть Яо не посмел.
— Правда. Нас, таких, златоглазых, на земле было четверо.
— Серьезно? — Иван казался заинтересованным. – Ты, Монголия, и кто еще?
— Еще Цинь, она жила за много лет до твоего рождения, и Манчжурия, ты с ним не встречался?
— Не довелось. И что же вас всех объединяло, кроме расового сходства?
Яо поднял глаза, закусил губу, решаясь, не зная, стоит ли грузить Россию всей бесконечно длинной и затянутой эпопеей о златоглазых, но вдруг увидел, как усталы и пусты глаза Ивана, заметил, как осунулись его щеки, как побелела кожа, проступили синие вены на запястьях и красные мозоли на пальцах; и, вздохнув, Яо во все зубы улыбнулся и бодро произнес:
— Да ничего! Разве что, все трое неплохо надрали мне задницу когда-то!
Россия засмеялся, охотно поверив, и продолжили пить чай.
Цинь веселилась, наклоняясь к уху Китая и во весь голос шепча:
— Уж я-то точно драла вам задницу, господин!..
Яо устало смежил веки.
