Глава 7.
18 августа 2014 г., 21:38
- Здравствуйте! - заметив Ёрин, незнакомец поднялся с лавочки и подбежал к ней.
- З-здравствуйте, - прошептала она, и ее щеки запылали, стоило ей заглянуть в глаза молодого человека.
Все встречи молодых людей были в совершенно темное время суток, когда что-либо увидеть можно было только в свете уличных фонарей. То ли это поздно вечером или же ночью, то ли это рано утром. А сейчас, когда вечер только начинался, и небо постепенно стало затягиваться серыми тучами, в свете последних лучей уходящего за горизонт солнца Ёрин смогла внимательно рассмотреть стоящего перед собой юношу. Темно-карие глаза даже в такое, в отличие от предыдущих встреч, светлое время выглядели поистине черными и казались бездонными. Маленькая родинка на правой щеке. Золотистые пряди волос, выглядывающие из под низко опущенного капюшона и небрежно спадающие на лоб. Все остальное: нос, губы, подбородок, шею скрывал длинный вязаный шарф.
Но если Ёрин не видела больше ничего, кроме глаз незнакомца, тогда как она может что-то утверждать? Утверждать, что поступает неправильно, что что-то чувствует. Ведь она ни имени, ни лица молодого человека не знает. Почему она поспешно пришла к таким выводам, как "допустила ошибку" и "открыла сердце для другого"? Может, ей просто нужно было общение? И она нашла хорошего собеседника, с которым смогла поделиться своими проблемами. Может, именно поэтому ее так тянуло сюда, на эту детскую площадку? Чтобы встретиться с этим незнакомцем и поделится своими мыслями. Такие люди запросто могут стать хорошими друзьями для кого-то, стать надеждой и опорой, хорошими психологами.
"Друг?" - Ёрин снова заглянула в глаза молодого человека. - "Друг... А ведь точно... Как же?... Как же до меня раньше не дошло? Довела себя, испугала Гаён. Всего лишь друг... Какая же я дура..."
- Эм... А Вы не хотели бы куда-нибудь сходить? - спустя несколько минут тяжелого молчания сказал незнакомец. - Ну... Я имею в виду, чтобы тут не...
- Куда? - не дав ему договорить, немного резко спросила Ёрин.
- Куда? - парень видимо не ожидал, что девушка так быстро согласится. - Ну... Как насчет того, чтобы, например, просто прогуляться до Ханган?
- Это далеко... - немного подумав, сказала Ёрин, - но я не против, - она улыбнулась.
Вот так просто взяла и улыбнулась. В последнее время у нее это получалось все легче и легче, а главное - искренне. Причину такого изменения в себе девушка не знала, да и не думала об этом. Ёрин достаточно было того, что ей больше не приходилось мучать себя, растягивая губы в улыбке, которая не передавала ничего, ни единого чувства. А сейчас, придя к выводу, что этот незнакомец - друг, девушка почувствовала, как с ее души свалился камень, и стало так легко, что улыбаться хотелось в два раза чаще, даря окружающим свою радость.
Они шли медленным, размеренным шагом, слушали, как под ногами неприятно хлюпает подтаявший снег... Конец января, а холода как не бывало. Но что поделать? Это нормально, учитывая, что в Корее средняя температура зимой колеблется от - 5° C до - 2,5° C, а то, что длилось от трех недель назад до прошлой - странная аномалия. Но Ёрин удивлял вовсе не климат, а молодой человек, продолжавший носить шарф, который, по всей видимости, жутко согревал. Девушка не могла понять, зачем незнакомец надевает его, зачем мучается.
"Может, он какой-нибудь артист?" - она посмотрела на парня, чей задумчивый взгляд был направлен куда-то вдаль. - "Нет, вряд ли... Хотя похож... Или нет?.." - девушка потрясла головой, отгоняя навязчивую мысль. - "Нет. Точно нет".
Ёрин вспомнила, Гаён как-то рассказывала ей подобную историю про актера, влюбившегося в простую девушку и всячески скрывающего от нее свою личность; он боялся, что, узнав его, девушка полюбит лишь его образ...
"Но она так ни разу и не догадалась, кто он на самом деле. Глупая." - Ёрин никогда не нравилась эта банальная история с не совсем умными героями. - "Эх, и где Гаён это только вычитала?"
Но тут была ситуация совершенно другая. И Ёрин чувствовала это. Нет. В том, что парень не хотел, чтобы его знали, не было сомнений. Это было понятно уже потому, что незнакомец так и ни разу не представился, что уже говорить про вязаный шарф. Поэтому странно, что...
"Но я же тоже в перчатках!" - девушка посмотрела на свои руки. - Но они тонкие... Ох... И все же, зачем?.." - и она снова перевела взгляд на парня, молча идущего рядом.
***
"Ох, и зачем я только прячусь? Может, рассказать ей все?" - Кюхён посмотрел на Ёрин, но, встретившись с ее вопросительным взглядом, тут же смущенно отвернулся. - "Нет. Рано еще. Боже, как жарко!.." - он чуть оттянул свой шарф, чтобы глотнуть немного свежего воздуха, надеясь, что девушка не заметит, как ему тяжело. - А почему Вы все время ходите в шарфе? - неожиданно спросила Ёрин, чем ввела бедного парня в замешательство. Он резко остановился и испуганно посмотрел на нее. - Ну, я хотела сказать, что есть же маски, повязки и много еще чего на подобии этого... - тут же пояснила она, увидев его растерянность. Кюхён выдохнул. - Когда я в маске, - немного подумав, начал он, - чувствую себя незащищенным, открытым для всех. Она, как прозрачные очки, как перчатки без пальцев, только для красоты, а пользы никакой. А когда я надеваю шарф, хоть и не на много, но чувствую себя свободнее. - Понятно... - тихо сказала Ёрин и перевела везгляд на ноги. Нет. Кюхён не боялся, что его узнают и будут любить только образ. Он верил, что такого не произойдет. Наивный. Он сам пожелал быть таким. Но Кюхён не боялся... Просто он еще не был готов раскрыть свою личность. Ему нужно было кое-что узнать и окончательно убедиться. Еще рано. Всему свое время. А когда это время придет, Кюхён все расскажет. Но не сейчас... Они молча вышли со дворов на главную улицу и направились в сторону реки. Кюхён часто поглядывал на Ёрин, надеясь, что делает это незаметно. Каждый раз, когда он смотрел на нее, его сердце пропускало удар, а стоило их взглядам встретиться, как оно готово было остановиться вообще. Легкий трепет его души от простого присутствия рядом с ней приносил ему некое удовольствие, заставлял желать большего. Но Кюхён понимал, что надо сдерживать желания, дабы все не испортить. Только одному он позволил завладеть своим сознанием, тому, что было безобидным и вполне доступным. Он хотел слышать ее нежный, мелодичный голос, от которого в душе разливалась приятная теплота. - Ммм... Ваша проблема, Вы смогли справиться с ней? - Кюхён разорвал пелену тишины, находившуюся между ними.***
Ёрин не ожидала этого вопроса, но была приятна удивлена, что молодой человек не забыл их прошлую встречу. - Сейчас уже все хорошо, спасибо! - поблагодарила она и, посмотрев на него, улыбнулась. - Ну я рад, что все в порядке, - в голосе незнакомца была отчетлива слышна искренность, от чего щеки девушки залились румянцем. Почему она так отреагировала? Что заставило ее скромно отвести взгляд? Его простая доброта? Может быть... А может, что от такой простой доброты сердце предательски сожмется, почувствовав подвох, а внутренний голос начнет нашептывать, что это все неправильно, что так не должно быть? Но не должно быть что? Что плохого в том, что девушка смутилась? Ведь она для себя все решила! Этот молодой человек - друг. Всего лишь друг, и не более... Почему же совесть так ревностно борется с простыми дружескими чувствами? Почему так жаждет завладеть сердцем и сознанием? Почему в голове продолжают всплывать образы мужа? Что она сделала? Что? Ведь ничего же не произошло... - А как Ваша дочь, как Дан? - желая отвлечься от всех вопросов, засоряющих ее голову и дерущих, словно когтями, стенки разума, Ёрин снова перевела взгляд - теперь уже более спокойный - на молодого человека и спросила (по ее мнению) самое безобидное и, почему-то, интересующее. - С ней все хорошо? - Да, - ответил парень тихо, опустив голову. Девушке заметила, как его глаза заблестели, но совсем не радостно. - Привез ей из командировки подарок. Не расстается с игрушкой ни на секунду, - он грустно засмеялся, но через мгновение снова поднял голову и теперь уже радостно добавил: - Такая счастливая бегает. Я рад, что ей нравится. Так что... С ней все хорошо. Надеюсь, вы еще увидитесь. Ёрин могло всего лишь показаться, но... В этом желании как будто была скрыта просьба. Просьба о новой встрече. Ничего особенного, но... так приятно. И непростительно неправильно. - Я тоже на это надеюсь, - и это была чистая правда. Спустя час, как молодые люди встретились, солнце уже спряталось за горизонтом. Небо было чистое, ни единого облачка. Наверное там, где-то далеко за городом, где нет этой обыденной суеты, не слышен шум машин, и вовсю стрекочут цикады, ночная темнота окутала все до мельчайшей частички. Здесь же, в Сеуле, множество неоновых вывесок, рекламных щитов, уличных фонарей, а также несчитаемое количество автомобильных фар освещали все вокруг. Из-за них казалось, что ночь не наступит никогда. Они шли в тишине, не зная, что еще сказать друг другу, о чем спросить. Это поистине странное, наполненное смущением молчание давило и заставляло испытывать разные эмоции. Ёрин изредка поглядывала на незнакомца, тщетно стараясь разглядеть его черты лица сквозь этот порядком надоевший шарф. Каждый раз она пыталась представить, какой он, молодой человек, на самом деле. Хоть она и не видела его лица, но точно знала: он красивый. Так как такие глаза, напоминающие девушке ночное небо, уже делали его красивым, а этот голос... Мягкий, словно бархат, нежный голос, который, Ёрин неожиданно заметила за собой, хотелось слушать дни и ночи напролет. Этот голос мог принадлежать человеку лишь с чистой, поистине доброй и красивой душой. "Хочу еще раз услышать его голос... Боже! Откуда такие мысли?" - поняв свое желание, девушка вспыхнула и постаралась отвести взгляд от лица молодого человека, дабы успокоиться. И она посмотрела вперед. В двадцати метрах от них, прямо посреди улицы стояла небольшая передвижная палатка. Она-то и привлекла внимание Ёрин. За прилавком стояла пожилая женщина и приветливо улыбалась прохожим. Вот к ней подошла молодая пара, и девушка что-то сказала. Радостно ответив ей, женщина надела перчатки и принялась перекладывать с открытой жаровни в бумажный пакет что-то золотистое овальной формы. Взяв деньги, она завернула пакетик и протянула его паре. А после помахала удаляющимся людям на прощание. Ёрин завороженно глядела на это и не могла понять, что же продает эта милая тетенька. Ярко светящаяся вывеска со странным названием ничего ей не говорила. Подойдя к палатке, девушка посмотрела на прилавок. - Здравствуйте, молодые люди! - поздоровалась женщина. - Чего желаете? На решетке жаровни с одной стороны рядком лежали, как показалось Ёрин, странного вида кружочки из теста, а рядом с ними "непонятно что" в форме рыбок. Выглядело это все не очень привлекательно. Казалось, будто их сделали несколько лет назад, и лежат они на прилавке только потому, что никто их не покупает, а выкинуть жалко. Но приятный сладковатый запах говорил об обратном. - Эм... А что это такое? - встав на носочки и приблизившись непозволительно близко к уху незнакомца, тихо прошептала Ёрин, чтобы не обидеть тетеньку-продавщицу.***
Горячее дыхание девушки просочилось через тонкую ткань капюшона и обожгло ухо Кюхёна, переходя на щеку. Парень почувствовал, как он покраснел до корней волос и снова обрадовался тому, что его лицо было скрыто за шарфом. Сердце затрепетало, словно крылья только что проснувшейся бабочки, и по всему телу пробежала мелкая приятная дрожь. Старясь скрыть свое состояние, Кюхён безобидно засмеялся: - Вы не знаете, что это? - удивился он. Девушка отрицательно покачала головой, в ее глазах читались некая стыдливость и неподдельный детский интерес. - Никогда не пробовали? - Нет, - тихо ответила она и снова посмотрела на прилавок. - Это вкусно? - Очень! - сказал Кю и улыбнулся. - Вот это, - он показал на "странные кружочки", - Хотток - сладкие жареные лепешки. А это, - теперь он показал на рыбок, - Пуноппан - пирожки с пастой из красных бобов. Советую попробовать их. Вы сильно голодны? - Да нет, я обедала... - скромно прошептала девушка. - А аллергии ни на что нет? - Нет, - все тем же тоном сказала она. - Хорошо. Будьте добры, - Кюхён обратился к женщине, которая продолжала улыбаться и ждать, когда молодые люди что-нибудь выберут, - дайте, пожалуйста, одну. А с кремом есть? - Пожалуйста, не стоит, - испуганно сказала Ёрин парню, но он сделал вид, что не услышал. - Есть, - продолжала тетенька, показывая на закуски, - вот эти... - Тогда, пожалуйста, и ее тоже, - вежливо попросил ее Кю. Женщина взяла еще одну рыбку и положила ее в пакет. - С вас тысяча вон, - сказала она. Кюхён протянул тетеньке-продавщице одну большую купюру, получив сдачу, взял сладости и отдал их смущенной Ёрин. Он поблагодарил и попрощался с женщиной, и уже через минуту они с девушкой продолжили свой путь к реке Хан.***
- Спасибо, - опустив голову, сказала Ёрин. - Но честно... Не стоило. Она не только была смущена, но и поражена, и озадачена. Она не ожидала, что незнакомец купит ей что-то. Ей было стыдно, что она не знала о таком... Хотя Ёрин никогда и не думала об этом, но есть уличную еду не позволял ей статус, а "простую" еду, которую предпочитала есть с Гаён, покупала в заведениях с рейтингом не ниже кафетерия ее университета. Кажется, Ёрин вообще никогда не видела эти палатки (хотя они разбросаны по всему городу), так как ее жизнь в последние годы основывалась только на доме, университете, больнице и площадке. Да даже если и видела, то не обращала на них внимание, потому что голова была забита совершенно другим. Также ей было стыдно, что из-за своего незнания парень мог посчитать ее странной и глупой. Но на фоне всего этого... Вообще, ее решение отвлечься от странных мыслей не привело ни к чему хорошему, как она думала. Теперь непонятное чувство радости и тревоги одолевали ее, не щадя. Ей хотелось больше чувствовать этот отблеск счастья в ее душе, хотелось улыбаться и прыгать. Но в тоже время она не хотела ощущать и слышать свой внутренний голос, говоривший ей только об одном: она поступает плохо. Казалось, еще чуть-чуть, и Ёрин перестанет себя контролировать. - Я, конечно, удивлен, что Вы не знали, что это такое. Я думал, что каждый ел это, но... Раз уж так получилось, то вы обязаны это попробовать! Поверьте, эти рыбки очень вкусные! - радостно сказал молодой человек, и его глаза заблестели. - Хорошо, - его нежный тон приглушил внутренний голос девушки, и она, улыбнувшись, кивнула. Прижав пакетик к груди, Ёрин стянула перчатку с правой руки и запихнула ее в карман. Потом она достала первый попавшийся пирожок и, незаметно понюхав его, откусила маленький кусочек от хвоста рыбки. Немного пожевав и подержав, как говориться, на языке, девушка распробовала вкус и тут же засияла. Это не скрылось от глаз молодого человека, идущего рядом и наблюдавшего за ней все это время. - Вкусно? - поинтересовался он. - Да, очень! Спасибо! - радостно воскликнула Ёрин и откусила еще кусочек, только теперь побольше. - Знаете, - начал незнакомец, - говорят, что по тому, как человек ест пуноппан, можно определить его характер. - И как же? - проглотив очередной кусочек, удивленно поинтересовалась девушка. - Ну... Если он начинает с хвоста, как это сделали Вы, то... - он сделал небольшую паузу, - то, если я правильно помню, он очень аккуратный, романтик, который заботиться о мельчайших деталях. - Ух ты! - Ёрин восхитилась тому, что отчасти нашла в его словах себя. - А с чего обычно начинаете Вы? - неожиданно спросила она, сама не зная зачем, и тут же испуганно отвела взгляд. Она не ожидала от себя такого любопытства. - С туловища, - тихо сказал незнакомец, а после, немного подумав, добавил: - а иногда ломаю и начинаю с головы. - И что это значит? - не услышав в его голосе недовольства, Ёрин подняла голову и посмотрела на парня. "Он вовсе не обязан мне отвечать... Вдруг это личное?" - Это значит, что я раздолбай, у которого словесное недержание и который достанет любого, стоит только попросить, - спустя минуту выпалил он и невесело засмеялся. Ёрин на это лишь фыркнула и от вернулась, смотря вперед, где уже виднелась набережная, за которой Ханган медленным потоком несла свои воды в Желтое море. Девушка знала, что он врет. Только зачем? Наверное не хочет кому попало открывать себя. Видимо, поэтому он и не снимает шарф, прячась за ним. "Кому попало... Ну а кто я еще?" - Ёрин почувствовала, как предательски кольнуло сердце. Нет. Она не должна думать об этом. Такие чувства запрещены. Она замужем. Замужем. А этот человек - друг. Только друг. Но это же только она так думает?.. - Что-то случилось? - обеспокоенным тоном спросил незнакомец. - Что? - Ёрин отвлеклась от своих раздумий. - А, нет, все в порядке... - У Вас кровь! - ужаснулся парень. - Кровь? - поняв, куда он смотрит, девушка свободной рукой дотронулась до своей верхней губы, куда из носа скатилась капелька крови. И вдруг она почувствовала, как ее виски сдавило, и боль разнеслась по всей голове, норовя расколоть черепную коробочку изнутри. - Ах... - в ее глазах все поплыло. Ёрин зажмурилась и попыталась сделать пару шагов, но, не почувствовав земли под ногами, пошатнулась и начала падать.***
Испугавшись, Кюхён подхватил девушку и, аккуратно придерживая ее за плечи, медленно повел к остановке, которая до этого находилась метрах в десяти от них. Он почувствовал, как Ёрин дернулась, но не придал этому значения. Сердце стучало, как сумасшедшее, собираясь вырваться из груди. Он почти что обнимал ее. Обнимал! Так приятно и тепло на душе. У Кюхёна было сильное желание поддаться чувствам, но он старался контролировать себя и направлял все силы, чтобы помочь Ёрин. Пакетик с рыбками, который выпал из рук девушки, остался лежать на тротуаре. - Вот, присядьте, - он усадил ее на скамейку. - Как Вы? Что мне сделать? - но Ёрин его как будто не слышала. Она открыла свою сумку и дрожащими руками стала отчаянно что-то искать в ней. Поняв, что так ничего не получится, он выхватил сумку и спросил: - Таблетки? - она сдавленно кивнула, тут же хватаясь за голову, и Кю принялся шарить по разным карманчикам, пытаясь найти лекарство. Через мгновение он достал небольшую коробочку и, вынув оттуда металлическую пластинку, протянул ее Ёрин. Разорвав упаковку, она взяла таблетку и, не раздумывая, закинула ее себе в рот, тут же морщась от горечи. Но это было ничто по сравнению с той болью, что она испытывала. Тихо выругавшись, Кюхён посмотрел по сторонам. Увидев небольшой продовольственный магазинчик, находившийся на углу одного из домов напротив, он попросил девушку подождать и побежал туда. Ёрин нужна была вода, чтобы избавиться от неприятного жжения лекарства и чтоб хоть немного придти в себя. Расталкивая идущих ему навстречу и мешающих прохожих на пешеходном переходе и извиняясь, слыша их недовольные крики, он перебежал через дорогу и зашел в магазин. Оказавшись перед прилавком с напитками, Кюхён взял бутылку воды и большими шагами рванул к кассе. Единственная касса магазинчика на удивление (так как в такое время обычно многие возвращаются с работы и по дороге домой покупают что-нибудь вкусненькое) и на удачу оказалась свободной. Пока женщина пробивала воду, Кю вспомнил еще кое-что и побежал к прилавку с косметическими товарами, а через пару секунд вернулся обратно с пачкой влажных салфеток. - Ох, молодой человек, у меня не будет сдачи, - сказала продавщица, посмотрев в кассу, когда Кюхён протянул ей деньги. - Ничего страшного, - нисколько не расстроившись, он взял покупку и быстро зашагал к выходу. - Молодой человек, - крикнула женщина ему вслед. Кю остановился, чувствуя некое раздражение, и повернулся. - Возьмите хоть это, - сказала она и, подойдя к нему, протянула какие-то два пластмассовых шарика. - Спасибо, - он взял их, даже не посмотрев, что это конкретно, сунул в карман и выбежал из магазина. Через несколько минут Кюхён вернулся на остановку. Ёрин сидела на скамейке, запрокинув голову назад и прижимая салфетку к носу. Кю открыл бутылку и протянул ее девушке. - Как Вы? - обеспокоено спросил он.***
Ёрин приняла бутылку и стала жадно пить воду. Она не знала, что с ней такое, поэтому посчитала правильным попробовать погасить головную боль с помощью таблеток, которые всегда носила с собой. И оказалась права. Стальные оковы, сдавливающие голову, медленно начали открываться; постепенно становилось легче. Но теперь отчетливо чувствовалась горечь во рту. Было настолько больно, что единственным желанием на тот момент было побыстрее выпить таблетку. Ёрин даже не подумала о воде. Лекарство получилось проглотить, но порошок, оставшийся на зубах и языке от расколотого "колесика" неприятно жег. Очень гадко. - Спасибо, - сказала девушка, наконец-то избавившись от горечи, и вернула воду. - Уже лучше, - ответила она на вопрос молодого человека. - Оставьте себе, вдруг понадобится. Хотя, я надеюсь, не в таком ситуации, - парень закрутил крышку и поставил бутылку рядом с сумкой Ёрин. - И вот еще... Возьмите, - он протянул ей салфетки. Ёрин отняла от носа свою салфетку, проверив, остановилась ли кровь или нет, и убедившись, что остановилась, сжала ее в руке и открыла упаковку. - Дайте, я выкину, - незнакомец забрал у нее мусор и, отойдя на пару шагов, выкинул его в урну. - Спасибо, - тихо сказала Ёрин, вытирая кровь с подбородка. Через пять минут она встала и выбросила салфетки, которыми также вытерла губы, шею, руки и перчатки. Остальные - а также воду - сложила в сумку. Ёрин повернулась к женщине, сидящей на другом конце скамейки и все это время наблюдавшей за ними, поблагодарила ее и поклонилась. А после, уже шагая в сторону реки, увидев удивленный взгляд парня, объяснила ему, что она дала ей ту салфетку, которую девушка держала, когда он пришел. Уже через двадцать минут молодые люди стояли около реки, облокотившись на парапет. Они выбрали такое место, где почти не было людей. Тишина. Голова девушки гудела, но уже не было той сильной боли, от которой хотелось лезть на стену. - Простите меня, - тихо сказала Ёрин, смотря на воду, где криво отражались огни города, создавая некий узор. - За что? - удивился молодой человек. - Я чувствую себя виноватой, что заставила Вас волноваться. Я не хотела. - Пожалуйста, не извиняйтесь, это могло произойти в любую минуту. - Но со мной такое впервые... - А таблетки? - Обычные. От головной боли, - сказала девушка, теребя в руках правую перчатку, которую достала куртки. Левую она так и не сняла. Почему?.. - Я просто подумала, что они помогут... Помогли. - Это хорошо. Я спокоен, - незнакомец повернулся и спиной облокотился на парапет, сунув руки в карманы. А после, удивившись, вынул их, держа что-то в ладони. - Что это? - спросила Ёрин, посмотрев на шарики. - Не знаю... Мне продавщица в магазинчике это вместо сдачи дала, - задумавшись, сказал парень и покрутил один из них, потом надавил. Послышался щелчок. - Ух ты! А, знаю, что это, знаю, - воскликнул он, доставая из раскрывшегося шарика прозрачный пакетик с пластмассовыми детальками. Это были капсулы, которыми обычно заправляют автоматы с жвачками, попрыгунчиками и маленькими игрушками. Как раз: две капсулки - шестьсот вон, которых не было у женщины для сдачи. Видимо, ей их только привезли, раз она их так быстро достала. - Всегда о такой мечтал, - наиграно-восхищенно сказал молодой человек, пальцем катая по парапету маленькую зеленую машинку, которую только что собрал. Его тон заставил Ёрин засмеяться. - Мечты сбываются! А что в другом шарике? - Сейчас посмотрим, - спрятав машинку в карман, парень разломал вторую капсулу и достал оттуда пакетик. - Эм... Думаю, это подойдет Вам, - сказал он, вынимая содержимое пакетика и в кулаке протягивая его девушке. Ёрин развернула ладонь, чтобы взять подарочек. - Но сначала... - вдруг начал он, буквально заставляя заглянуть ему в глаза, в которых читалось нескрываемое волнение. - Если Вы примите это, то... То мы хотя бы перестанем обращаться друг к другу формально, - и он раскрыл ладонь. "Хотя бы? Что это значит?" - Ёрин не могла понять, что он имеет в виду, но чувствовала, что под хлипким замочком, который вот-вот сорвется, в дальнем углу ее сердца спрятан ответ. А потом она перевела взгляд и ахнула. В руке молодого человека лежало маленькое пластмассовое колечко в форме короны. Оно было золотого цвета и имело три белых камушка на передних зубчиках. Ёрин не знала, как поступить... Взять или нет? Если она его примет... Это "хотя бы"... Ведь это будет означать не просто избавление от формального обращения. Ведь так? А если не примет... Ёрин снова посмотрела в глаза молодого человека. В них читалась надежда, которая, казалось, с каждой секундой раздумий девушки медленно угасала. А если не примет, то причинит боль. Она была уверена в этом на сто процентов. Но кому будет больнее? Ему или ей? "Почему мне должно быть больно?" - чувствуя, как сердце ускоряет свой темп, подумала она. - "Не понимаю..." - она перевела взгляд на кольцо. - "Но он же друг, верно? А между друзьями нет формальностей. Правильно? Ничего же не случиться, я просто возьму... Да, просто возьму." Это было оправдание. Она и сама это понимала, но старалась оградить себя от таких мыслей, старалась запихнуть ненужные чувство подальше, спрятать далеко в сознании. Ёрин взяла кольцо и сжала его в руке. И ей не показалось, когда она услышала вздох облегчения со стороны незнакомца. И она не стала закрываться от своих мыслей, когда разум забил тревогу. Внутренний голос шипел на нее, осуждая. Она чувствовала, как ком отвращения и злобы на саму себя поступает к горлу. Вроде ничего плохого девушка не сделала, и сердце подтверждало это, но слушать его было нельзя. Оно всегда давало о себе знать, когда ему это было выгодно, когда ему это хотелось. Нужно было слушать свой разум. А он говорит, вернее, кричал, что все совсем наоборот, что Ёрин поступила неправильно и безрассудно. Слушая внутреннее осуждение и даже не пытаясь, отвлечься от него, девушка сначала покрутила колечко, потом примерила его на безымянный палец и, поняв, что оно мало, надела на мизинец. Ёрин вытянула руку вперед, как бы оценивая, но смотрела она вовсе не на кольцо. Ее взгляд был направлен куда-то сквозь пальцы. Она пыталась понять, что чувствует, что делает, зачем это делает... Спустя пару минут она положила руки на парапет и перевела взгляд на воду, теперь уже пытаясь думать о чем-нибудь другом. - Спасибо, - услышала она и вдруг почувствовала, как чужая ладонь накрыла ее правую руку. Ёрин дернулась, желая вырваться, но поняла, что обманула себя. Она не приложила к своему действию никакой силы, так что со стороны это больше походило на дрожь, чем на попытку сопротивления. Ёрин охватила целая буря эмоций. Хотелось улыбаться и плакать одновременно. Она знала природу этих желаний, но, словно маленькая упрямая девочка, отчаянно не верила в нее. Так неправильно, но так... так необыкновенно. Своими сильными ударами сердце собиралось выломать грудную клетку изнутри, а разум пытался его остановить. "Нельзя! Нельзя!" - кричал он. Да, нельзя. Нужно было это прекратить, пока не стало хуже. - Рыбки! - воскликнула Ёрин. - Что? - воспользовавшись замешательством парня, она вырвала свою руку, с каким-то необъяснимым ужасом для себя замечая, что ее никто насильно не держал. - Прости...те, я потеряла пакетик с пуноп...паном, - заикаясь и отходя на пару шагов назад, сказала она. - Видимо, уронила, когда мне плохо стало. - Да и черт с ним! - молодой человек подлетел к девушке и снова взял ее за руку. - Ёрин~ши, я... Ёрин замотала головой, прося его ничего не говорить. Парень с такой нежностью произнес ее имя, что хотелось сжать его ладонь в ответ, но... Но если он скажет, то из этого ничего хорошего не выйдет. Девушка в одну секунду разобралась со своими чувствами и сейчас понимала, что, если еще чуть-чуть, она не сможет себя сдерживать. Она чувствовала, нет, знала, что молодой человек хотел ей сказать, - все-таки она не маленькая девочка, какой хотела быть, чтобы ничего не понимать, но это правда... - поэтому нужно было во что бы то ни стало остановиться. - Не надо, - прошептала она. - Ёрин~ши, - в его голосе слышалась мольба. - Нет, не говори ничего, прошу Ва... тебя... - и она вырвала свою руку. - Прости...***
- Идиот, - Кюхён горестно засмеялся. Он лежал на своей кровати, в общежитии, и прокручивал в голове вечер у реки Хан, вертя в руке маленькую машинку. Когда эта встреча переросла в свидание? Когда они решили прогуляться? Или когда пришли на набережную? Граница стерлась, поэтому нельзя было сказать точно. В любом случае... Кю, как он считал, все испортил. Он помнил то чувство потери, когда она, извинившись, ушла. Он помнил, как не пошел за ней, так как знал, что виноват, знал, что испугал ее. Что? Что он обирался ей сказать? Что она ему нравится? Или хотел предложить встречаться? Бред. Ну... Бред! Слишком рано. Он поступил необдуманно. Когда Ёрин приняла кольцо, Кю почувствовал такой прилив сил, такую уверенность, что не смог сдержать себя. Ужасно... Он написал девушке извинение, но это не то. Он хотел извиниться при встрече. Встрече, которая теперь неизвестно когда случится вновь... Но зато он узнал. Узнал, что ни глаза, ни губы, ни поведение привлекали его в ней. Ему нравилась Ёрин. Вся она. А также он убедился, что это не увлечение. То, что он испытывал, - действительно настоящие пробуждающиеся чувства. Вдруг у него под боком засопели и заворочались. Кюхён положил машинку на тумбочку и аккуратно перевернулся на бок. Маленькое чудо чуть ли не хрюкало от удовольствия спать рядом с папой. Куда лучше, чем в своей кроватке! Когда Кю вернулся, детское время уже закончилось, но Дан не спала. Она просто не поддавалась уговорам мемберов и ждала отца. Но стоило Кюхёну придти, взять дочку на руки и лечь с ней к себе, как уже через пять минут она мирно сопела, уткнувшись носиком в его плечо. - Эх, Зайчонок мой, любимый... Знала бы ты, какой у тебя папа идиот, - грустно прошептал он и, проведя рукой по ее черным волосам, нежно поцеловал малышку в лоб. Дан зафыркала, запыхтела и еще крепче прижалась к папе.***
Придя домой, Ёрин прочитала сообщение молодого человека, где он извинялся за свое поведение, но ответить ему не решилась. Это она должна извиняться за то, что так быстро ушла, что больше ничего не сказала. А главное - не сказала, что замужем. Когда она допустила ошибку? Когда оказалась на площадке? Когда согласилась пойти к реке? Когда пришла туда? Или когда приняла кольцо? А может, еще раньше, когда неделю назад написала ему? Нет. Все, что она сделала тогда и делает сейчас - все одна сплошная ошибка. Это непростительно! Друг? Пфф... Бред! Самый настоящий бред! Всего ишь самообман. Он никогда не был другом и никогда им не станет. Она с самого начала что-то почувствовала к нему. Когда она в первый раз заглянула в его глаза, когда впервые заговорила с ним. Он пленил ее. Но это неправильно! Она была замужем! Она любила мужа, любила Тэ Муна! И он любил ее, и верил ей. А она... Но ведь она же ничего не сделала. Она только приняла кольцо, чтобы избавиться от формального обращения. Обман. Глупое оправдание, которое внушил ей тот человек. Сплошное вранье. "Я больше никогда не встречусь с ним", - думала Ёрин, готовя любимому мужу ужин. - "Не отвечу ни на одно его сообщение", - накрывая на стол. - "Это просто недоразумение", - садясь на диван и включая планшет. - "Такое больше не повторится", - набирая что-то в поисковике. - "Что. Я. Делаю?!" - читая статью об уличных пирожках-рыбках. - Если начинает есть с туловища, то он мужественный, активный, яркий и общительный человек, - но вопреки всем своим запретам, всем своим решениям, она не смогла закрыть страницу. С чувством некой гордости за себя и предательской нежности она вспомнила про то, что рассказал ей незнакомец. "Нельзя", - думала она, продолжая читать: - А если разломит пополам и начинает есть с головы, то - с твердой силой воли, который, поставив однажды перед собой цель, обязательно ее достигнет, пройдя через все препятствия. "Нельзя..." Вдруг Ёрин увидела, как что-то алое капнуло на экран. Кровь. Быстро встав с дивана, девушка зашагала на кухню, тут же почувствовав, как голову резко стянули стальные оковы. К горлу подступила тошнота. Дойдя до графина с водой, Ёрин с ужасом обнаружила, что таблетки закончились. Боль была неимоверной. Сумка! Нужно было дойти до коридора и взять лекарство. Но девушка не могла сделать и шага. В глазах потемнело, сознание поплыло, и Ёрин упала на пол, перед этим сильно ударившись головой о столешницу...
