Вой в ночи

– Эм… Привет? Я подошел к девушке, за которой наблюдал уже не один день, выходя из своей палаты, спасаясь от постоянного внимания Донхэ. Каждый раз, когда я видел ее, она сидела на диване в фойе одного из этажей больницы, всегда на одном и том же его краю и в одной и той же позе – нога на ногу и с книгой в руках. Она привлекала мое внимание своей неподвижностью, каким-то отсутствием жизни. А еще она была похожа на Донхэ. Отдаленно, но похожа. Короткие черные волосы аккуратно обрамляли лицо с изогнутой, зачастую закусанной линией губ, прямым носиком и темными глазами за густыми ресницами. Иногда девушка поворачивала голову к окну и долго смотрела в одном направлении, не меняя выражения своего лица, по которому невозможно было понять ее эмоций. Нет, в нем не было каменности, безэмоциональности. Просто нельзя было сказать, что ее что-то тревожит или же наоборот ничего не беспокоит. Уголки ее губ всегда были вздернуты немного вверх, взгляд ясен в здоровом блеске глаз. Кожа издалека выглядела свежей и бархатистой. Но что она тогда делала в больнице? На мой голос девушка никак не отреагировала, попросту не слышала – в ушах красовались капельки вакуумных наушников, а экран лежащего на коленях плеера то и дело загорался, перелистывая композиции. Подсев к ней на диван, я заглянул за ее плечо, чтобы узнать, что она постоянно читает. Как оказалось ничего особенного – роман иностранного автора, причем на его же, оригинальном, языке. – Что Вам нужно? – немного грубо с толикой испуга в голосе, который совершенно не был похож на голос Донхэ. – Привет, говорю, а ты меня не слышишь, – убрав из одного уха девушки наушник-затычку, я слегка отодвинулся от нее, чтобы не напугать еще больше. – Здравствуйте. – Может на «ты»? – Я вообще не особо хочу с Вами разговаривать. – Все же лучше на «ты». Я посижу с тобой? – Сидите, а я пойду, – девушка начала подниматься с дивана, но, перехватив ее запястье, удержав на месте, я поднялся сам. – Ладно-ладно, не буду мешать, – открыто улыбнувшись, я отошел немного в сторону и, балериной покружившись на одном месте, уселся на диван, стоящий напротив девушки. – А так не возражаешь? Легкая улыбка не скрылась от моих глаз, что польстило той частичке уверенности в себе, что все еще горела тусклым пламенем. Какое-то время мы сидели в тишине. Я уставился в окно, подобно тому, как это делала девушка. А она продолжила читать свою книгу, часто перелистывая страницы, будто бы там были не десятки иноязычных строк, а картинки, причем которые неинтересно было рассматривать. А я в детстве любил книги с картинками. Легко, просто и понятно. – Как тебя зовут? – девушка немного запнулась на слове «тебя», что показалось мне безумно милым, и я рассмеялся. – ХёкДже, но друзья зовут меня Ынхёк или просто Хёк. – Эмбер, – немного смутившись, будто не зная, следует ли ей называть свое имя и вообще интересно ли мне. – Приятно познакомиться… Эмбер. Ты не из Кореи? – Нет. Я прохожу здесь курс лечения. – Ох… А меня здесь уже четвертую неделю держат, хотя я абсолютно здоров, не считая легкой амнезии на одного человека. – Ммм… Ты что-то хотел, когда подошел? – Просто интересно. Ты меня заинтересовала. – Чем же? – Твое одиночество… Давно наблюдаю за тобой, а ты всегда одна. – Мои родители сейчас в Китае. – А парень, – видно, что нажал на больное. Эмбер загрустила, опустив взгляд на закрытую книгу, лежащую у нее на коленях. – А парень талантливый скрипач, путешествующий с программой по миру и не знающий… – девушка замялась, сжав руки в кулаки поверх своей книги. – …о твоей болезни? – кивок головы в ответ на мое вполне объективное предположение. – Все так серьезно? – Уже нет. Операция прошла успешно, к тому же опухоль была обнаружена еще на ранней ее стадии. Химиотерапия закончена, – Эмбер провела рукой по коротким волосам, словно показывая, что они уже отросли после страшных процедур. – Последние деньки здесь. – Почему не скажешь ему? – Я уже сказала, что не люблю, когда узнала о своей болезни, когда он только начал прославляться. – Но ведь любишь? Думаешь назад не примет? – Я показала ему своего нового парня, – на слове «нового» девушка в воздухе изобразила кавычки – новый не значит настоящий и любимый. – И как я счастлива с ним на совместных фотографиях, снятых в одной из студий Пекина. – Ты так легко мне все рассказываешь, не больно? – Знаешь, я рада хоть с кем-то поговорить, а то корейский вспоминаю, только общаясь с лечащим врачом. А вообще, я специально, чтобы ты знал, что у меня есть любимый. – Не беспокойся, у меня вроде бы как тоже есть любимый… – На которого распространилась амнезия, – утверждением, подобно мне, закончила Эмбер. – Он сейчас в моей палате, не хочешь с ним пообщаться? А то меня его присутствие уже напрягает и одного оставлять не хочется. – Так ты гей? – что хочу, то и ворочу? Гей? Это единственное, что ей интересно? – Би. Хотя думаю уже пора остепениться. Не хочешь за меня? – коварно улыбнувшись, я подсел к девушке на диван и закинул руку на спинку позади нее. – Или будешь верна своему скрипачу? – Его зовут Генри, – совершенно не отреагировав на мои колкости, проговорила Эмбер. Мне осталось лишь убрать руку на ее законное место, в данном случае скрестить ее с другой на груди, под стать серьезному выражению моего лица, и немного отодвинуться, чтобы не влезать в личное пространство девушки. – Позвони ему… – Какой в этом смысл? Он мне больше не поверит. – Когда узнает причину твоей лжи, поверит. – Нет, только сжалится. А мне его жалость не нужна. – Да ты у нас гордая! – Да и ты тоже не хочешь вспоминать своего бывшего, раз он тебя напрягает. – Он утверждает, что не бывший, а настоящий и будущий. – А мой настоящий появится в будущем. – И ты навсегда потеряешь того, кого любишь. – Самое серьезное последствие моей болезни. – Эмбер, не будь маленькой и борись до конца! – Я не хочу, Хёк… – Уже заигрываешь с девушками, когда в палате тебя ждет твой ненаглядный? – я совсем потерял сноровку – совершенно забываюсь, что среди всех людей в больнице могут появиться и посетители, в том числе и ко мне. Джоу Ми уже стоял около дивана, на котором мы сидели с Эмбер, а я только почувствовал его запах. – К тебе друзья, а я пойду. Приятно было поговорить, – девушка заткнула уши наушниками и, взяв под руку свою книгу, ушла в сторону лифта. – А могла бы и здесь остаться, – когда дверки лифта сомкнулись, растерянно проговорил я, поднимая взгляд на Джоу Ми и стоящего за ним Шивона. – Давно вас не видно было. – Я в командировку ездил и Ми прихватил с собой. – Канары, море, солнце, пляж и девочки в бикини? – Аха, почти что… – Нет! Аляска, снег, полярное сияние и пока что друг, – сказал, как отрезал Симба. – Что вы там забыли? – Пока что друг? – одновременно спросили мы с Джоу Ми, удивленно уставившись на самодовольно улыбающегося Шивона. – Кстати, вопрос Ми мне тоже интересен. – Аляска – дела, пока что друг… – Ши на секунду задумался, а потом выдал видать первое, что пришло в голову. – Пока что друг! – Ты не ответил! – снова в один голос проговорили мы с Джоу Ми, уже подозрительно смотря на парня. – Извините. Вы не знаете Ли ХёкДже? Поднявшись с насиженного места, я вышел из-за живого забора, которым были Шивон и Ми, и увидел симпатичную девушку, растерянно смотрящую по сторонам. – Просто я зашла в палату, а там никого… – Это я, – если бы кто сказал, что я удивился тому, что меня искала такая красивая девушка, он был бы неправ. Меня взволновало, что Донхэ не было в палате. Всегда, когда я возвращался с одинокой прогулки по больничным коридорам или двору, он ждал меня там, а сейчас… Почему по словам девушки его там нет? Острой иглой по собственничеству и привязанности. – Я так рада, что ты здоров! – тем временем, пока я думал о своем, девушка уже висела на моей шее. – Тебе сегодня на женский пол везет, – колко сказал Ми. – Мне на гостей везет, – отстраняя девушку от себя, перефразировал я слова друга. – Не суть… – Может скажешь, кто ты? – два все еще взволнованных глаза цвета капучино уставилось на меня. – Ах точно… Я приходила к тебе каждую неделю, пока ты был в коме. А потом меня сослали в командировку, и я только сейчас узнала, что ты уже давно пришел в себя, – на одном дыхании протараторила девушка, активно жестикулируя руками и смотря то на меня, то на парней. – А поконкретней? – Тебя МиСу зовут, так? Мы встречались на конференциях на Аляске. – Да… МиСу… – кажется, удивление девушки росло с каждой секундой все больше, и только когда оно переполнило ее, она смогла четко выразить свои мысли. – Вы Джоу Ми и Чхве Шивон, – поочередно тыкая в парней, а затем поворачиваясь ко мне лицом. – Мы с тобой пострадали в одной аварии. – Тот самый крупный джип? – Да-да, помнишь? – вновь замельтешила она. Но откуда мне помнить, когда… – У меня в памяти только яркий свет фар встречки, – я мило улыбнулся недальновидности МиСу, которая с задумчивым видом тянула монотонное «Ааааа». – А вы когда успели познакомиться-то? – как-то ревниво спросил Симба у Ми, потянув его за локоть в сторону от нас. – Так ты часто приходила навестить меня? – обратился я к МиСу, возвращая ее из мира раздумий. – А? Да. Я чувствовала себя виноватой в том, что ты в коме, а я цела и всего лишь с парой царапин. – Мне говорили, что в аварии виноват я. Тебе не о чем беспокоиться. – Офицер сказал, что если бы я ехала не с дальним светом и не ослепила бы этим тебя, ничего не произошло бы. – Все живы, здоровы, не стоит вспоминать. – Я рада, что с тобой все хорошо. Прости, что долго не появлялась. – Да не беспокойся так. Если ты меня давно уже видела, то я тебя сегодня в первый раз, – после моих слов последовало еще одно «Ааааа», а потом МиСу снова протянула ко мне руки. – ХёкДже! – мне точно повезло сегодня на гостей. Случай, о котором говоришь «Да такого не бывает!», когда смотришь романтическую дораму, где все герои неожиданно оказываются в одном месте одновременно. – Где Донхэ? – Я тоже рад тебя видеть, Кибом, – растянув на лице неестественную улыбку, я направился в сторону своей палаты – почему все говорят, что Донхэ там нет? Удивился ли я отсутствию Хэ в палате, когда сам заглянул туда? Нет. Он там был. Сидел на своем стуле, уставившись в телефон, который вроде бы был не его. Удивленно посмотрев на нас – толпу из пяти человек, Донхэ поднялся и, оставив на моей койке листочек бумаги, вышел из палаты, попутно поздоровавшись со всеми. – А вы говорили, его не было, – облегченно вздохнул я и только потом понял, что Хэ снова куда-то ушел. На листочке, что лежал поверх моего одеяла, был написан набор цифр и имя Эмбер. Что он задумал? – Хёк, а это кто? – Шивон отошел от мило беседующих Джоу Ми и МиСу и взглядом показал мне на Кибома. – Друг Донхэ. – Мы были больше, чем друзья, – возразил парень, раздраженно глядя на меня. – Мы с ним тоже были больше, чем друзья… – Не были, а есть, – в дверях палаты появился Донхэ, грустно смотрящий в мою сторону. А Кибом, запрыгнув на подоконник, у которого стоял с момента появления в палате, недовольно зашипел, складывая руки на груди. – У вас тут любовный треугольник? Страти-страсти! – взволнованно пролепетала девушка и, сцепив пальцы в замок, подперла ими подбородок. Странным было, что она совсем не удивилась тому, что все грани треугольника – парни. – Кажется у вас тоже, – прорычал Кибом, с интересом рассматривая сияющее лицо Джоу Ми, смотрящего на МиСу, и ревностный взгляд Шивона, адресованный Ми. Естественным было то, что девушка в очередной раз выдала свое «Ааааа» и непонимающе посмотрела на меня. Мне осталось помахать ей рукой, чтобы она не задумывалась по этому поводу. – Вас может чем-нибудь угостить? – Ты у нас больной, мы сами тебя угощать должны. – Только я смотрю, вы ничего не принесли. – Мы с рейса сразу к тебе в больницу поехали, – оправдались Симба с Ми. – Я тоже сразу с рейса к тебе… – добавила МиСу, что остановило меня от попытки в упреке ребят, что можно было бы и в магазин по пути зайти. – А я не к тебе пришел, – заявил Кибом, растягивая губы в чеширской улыбке. – Ты мне тоже нравишься, Ки. – Ки? – выражение лица парня немного смягчилось, и он опустил голову, подбородком уткнувшись в грудь. На мой немой вопрос, Донхэ покачал головой и одними губами проговорил, что скажет потом. Впервые за долгое время у меня было столько посетителей и сразу. Кибом притих в углу и редко когда вставлял свои язвительные фразочки. Донхэ рассказывал о посещениях МиСу, на что та только поддакивала. Оказалось, что Хэ ей рассказывал о наших с ним отношениях до моей комы, поэтому-то она и не удивилась любовному треугольнику из парней. Джоу Ми энергично заигрывал с девушкой, получая уже не только ревнивые взгляды, но и постоянные одергивания со стороны Шивона. Я же наблюдал за всеми и, слушая их, наслаждался новым любимым лакомством – шоколадным пудингом. – Она какая-то недалекая, – я удивился бы, услышав из уст Ки похвалу или комплимент. Ребята разошлись по своим делам, оставив меня с Донхэ и Кибомом. В палате стало как-то свободнее дышать, хотя усталость от переизбытка общения уже нагоняла сон. Но мне было приятно находиться в компании этих двух парней. Они успокаивали меня своим присутствием. Я не чувствовал себя чужим среди них, что мне безумно нравилось. – Зато Джоу Ми она понравилась. – Он просто ревность вызывал у Шивона, – вновь возразил мне Кибом. – Думаешь, между ними что-то есть? – Раньше Джоу Ми меня недолюбливал, – Хэ привлек мое внимание несколько надорванным голосом, – подобно тому, как Кибом тебя. А сейчас он словно другой человек. Наверно, все возможно. – Я выбил из него всю дурь на глазах у Шивона, – уставившись в стену, проговорил я, вспоминая тот вечер, когда мы втроем, я, Ми и Ши, ходили играть в сквош. – Ты мне не говорил об этом. – Я этого не знаю… не помню. – Говорю не говорил, – мы с Донхэ посмеялись друг другу после чего послышалось очередное фырканье со стороны Кибома. – Я еще здесь, если вы не забыли. – Кстати, чего ты пришел-то? – поинтересовался Хэ, вставая со своего стула и приглашая сесть на него Кибома, а сам забрался с ногами на мою койку, усевшись как и я в позу лотоса. – Я пришел извиниться за разбитую губу и… – парень, усевшись на предложенное ему место, перевел взгляд с Донхэ на меня. – И за то, что так ворвался к тебе. – Не беспокойся, Ки, я уже привык, – в глазах Кибома вновь появились те искорки, которые я увидел первый раз назвав его просто Ки. – Его так только брат называет, – пояснил Донхэ, но мне все равно непонятно было такое смягчение в поведении и выражении его лица. – Называл… – как-то совсем тихо с опущенной головой. – Что? – В ту ночь, когда мы с братом бежали, бросив тебя, он умер, а я потерял память. Донхэ буквально подскочил с места и, подлетев к Кибому, схватил его за ворот, начиная грозно трясти. – Бросив меня, вы не смогли защититься? Я увел их от вас, а он умер? – Может, успокоитесь и расскажете мне, о чем речь? – без усилия усадив Донхэ обратно и поправив рубашку с кардиганом на Кибоме, я протянул им по бутылочке клубничного молока, которым благодаря Хэ был переполнен и без того маленький холодильник. – С чего начать? – Мы выросли втроем, Донхэ, я и мой брат. – У Итука и Канина. – Они тоже охотники… А вы? – я помнил истории своих предков, помнил горы и хозяев огромного особняка, но Хэ… Нет. – Хэ с первого дня знакомства очаровал меня. Сначала я восхищался им, как парень может восхищаться парнем, а потом как любимым. Я полюбил его, а он ответил. Брат не был против, но и не благословил меня. Бывало и так, что я разрывался между ними. И всегда был счастлив, когда мы втроем проводили время. Но тогда нам пора была выбираться из-под крыла Итука и Канина. Начинать жить свободно, чего мы не умели, не скрываясь ото всех. – Я как старший уже жил в городе, а им нужно было время, чтобы решиться выбраться из гор. – Стоило нам выбраться, и за нами началась охота. Донхэ почти всю стаю увел от нас, но… – Как вас выследили? Вы же рванули в другую сторону… – с горечью в голосе спросил Донхэ, продолжая зло смотреть на Ки. – Я не знаю. Нас загнали на какой-то склад. А потом обрушили на нас бочки с горючим и подожгли. Больше я не помню. Когда проснулся, у меня на шее висело два медальона, – Кибом снял с себя цепочку с круглым кулоном, который распался на две части, когда я взял его в руки из протянутых рук парня. – Один мой, другой брата. Нам их повесили родители. По крайней мере, мы всегда так думали. – Вы с братом близнецы, – даже не предположив, а утвердительно сказал я. – Да. Как ты..? – Медальоны одинаковые, даты на них те же, только имена разные. И тут гравировка близнецов как знака зодиака, – я с интересом рассматривал данный в мои руки кулон. Вещица была не из современных, от нее даже пахло старостью, но год рождения был недавний. – В нашем роду данные природой способности зависят от знака зодиака. Родившись под близнецами, мы делили силы пополам, поэтому всегда должны были быть вместе. – А если умирает один? – То его силой овладевает второй. Поэтому сейчас мой знак лев. 21 августа – день моего второго рождения, день, когда ко мне вернулась память. – И что ты забыл? – Донхэ и последние несколько месяцев своей жизни… – Видимо судьба у тебя такая, – усмехнулся я, похлопав Хэ по плечу. Он, недовольно ускользнув от моего прикосновения, поднялся с койки и отошел к окну. – Донхэ порвал нашу с ним связь, пока я был без сознания. Так бы я помнил его. – Я ненамеренно, мне нужны были силы, чтобы восстановиться после ранений. – И ты переспал с ним? – Ки указал на меня, чего Донхэ не видел, продолжая смотреть в окно, но все равно утвердительно кивнул. – Объясните? – должно ли было быть мне все понятным, не знаю… – Он знает, кто ты? – Кибом снова обратился к Хэ. – Нет. – А до потери памяти? – Возможно, догадывался. – Почему ты не говорил? – я не мог остаться в стороне, когда говорили обо мне. – Не время было, и сейчас не время… – Это правда, – подтвердил Кибом. – Насчет связи хотя бы скажете? – не унимал я своего любопытства. – Переспав с любимым человеком или себе подобным, мы неосознанно устанавливаем с ним связь на уровне чувств, – начал Ки. – Но с тобой было по-другому. Тогда не было любви. Благодарность и желание зверя пополнить силы, не больше. – В какой-то степени мы как вампиры, только не кровь, а энергию высасываем для регенерации клеток, занимаясь сексом. – В ту ночь, когда мы впервые были вместе, связь с Кибомом оборвалась, а с тобой установилась, – Донхэ, наконец, посмотрел на меня. – А дальше я тебе уже рассказывал. Только, когда ты признался мне в любви, я смог почувствовать эту связь, и с каждым днем она все сильнее. – Значит, ты скоро его вспомнишь, ХёкДже. – Просто Хёк, – только с виду проигнорировав слова ребят, я попытался немного ослабить напряжение в палате, что не получалось. – Ты можешь порвать эту связь еще раз, но до сих пор этого не сделал, – Хэ прожигал меня глазами, или мне просто так казалось, но он, не отрываясь, смотрел на меня с нежностью во взгляде. – Это-то о чем-то говорит, ммм? – Еще раз? Он ее уже рвал? И ты до сих пор с ним? – Ки разочарованно посмотрел на Донхэ. – Где твоя гордость? – с издевкой в голосе. – Там же где и твоя! Вспомни, как ты вломился в больницу, набросился на меня при всех. Что тебя тогда не устраивало? – Я был зол на тебя. Когда я пришел в сознание, тебя не было рядом, чтобы помочь мне вспомнить все. А с ним ты был, – ревность в глазах на грани с ненавистью. – Вспомнив все, я начал искать тебя. Несколько лет шел по твоему следу. Блуждал по миру. А когда, наконец, подобрался вплотную, ты вновь ускользнул. И я… я убил человека… – Как? – От него пахло тобой, и он говорил, что знает тебя, но ему не было известно, где ты. Я взбесился… вышел из-под контроля. Пришлось залечь на дно. Американская полиция тупо списала все на несчастный случай. И я вылез на поверхность. – Так это было в Америке? – Да. Почти сразу после того, как ты вернулся в Корею. – Больше года прошло, а ты только сейчас появился здесь!? Плохая из тебя ищейка… – Я не ищейка! И нас и так двое сейчас на такой маленькой территории. – Здесь пока безопасно. – Ребят, я пойду прогуляюсь, а то уже совершенно ничего не понимаю, – зевая, я привлек к себе внимание. – Нет, к тебе тут гости, а я пойду, – Кибом поднялся со своего места. – Не хочу больше с ней видеться. – С кем? – БёнИ… – ответил Донхэ за Кибома. – Опять… – Я через окно выйду? – уже потянувшись к ручке фрамуги, спросил Ки. – Традиционно этого нельзя сделать? – Уговорил, – Кибом направился к двери, попутно выхватывая у меня из рук свой кулон. – Можно еще раз придти? – как-то по-детски поинтересовался он, открывая дверь. – Буду рад видеть, только я скоро выписываюсь. – Хорошо, я к вам домой загляну, – подмигнув мне, парень вышел из палаты. – К вам? – Не думай, что избавишься от меня, как выпишешься. – Донхэ, ты опять за старое? Я не хочу ни вспоминать тебя, ни начинать с тобой заново. – Ты тоже поменяй треки в своем плейлисте. – Кстати, что это? – я протянул Донхэ бумажку с именем Эмбер. – Номер телефона Генри. – Ты подслушивал? – Нет. Мне и так было все слышно – фойе недалеко отсюда. – И что с этим делать? – Позвонить Генри и все ему объяснить. – Только сначала нужно убедиться, что он любит Эмбер. – Даже если это не так, он имеет право знать правду. – Ты не чувствуешь себя купидоном? Только на конце твоей стрелы привязана невидимая нить, связывающая сердца воедино… – Хорошее дело для хороших людей. – А для себя? – А для себя я рядом с тобой, хоть ты меня и отталкиваешь. – Это разве не нормально? – Просто сдайся мне. Все равно ведь сдашься. – Не будь так самоуверен! – Мальчики, – в палату, наконец, вошла БёнИ. – Привет вам. – Опять ты!? – я было встрепенулся, готовясь огрызаться, чтобы побыстрее закончить разговор с ней и отдохнуть от бесконечного потока сегодняшних гостей, но вдруг мой взгляд упал на мальчишку лет пяти-шести, которого девушка держала за руку. – И не одна… Этот мальчуган… он до безумия был похож на меня, будто я смотрел на себя с детских фотографий. Те же брови, нос, губы, скулы. Глаза только были не мои, глаза достались ему от нее. Ребенок жался к ней, крепко сжимая в своих маленьких ладошках ее руку, и с какой-то надеждой в глазах смотрел на меня. Я аж поежился от этого его взгляда, от которого мурашки по коже табуном бегали. Я точно уже не раз видел этот взгляд. Этот паренек наверняка был ее сыном, а если не сыном, то близким родственником. Но его схожесть со мной вызывала во мне странные чувства, я кожей чувствовал родство с ним, родство по крови. – Это твой сын, – глухое подтверждение моим догадкам заполнило пространство в моей черепной коробке, а сердце натянуто ударилось о грудную клетку и замерло в ожидании… опровержения? – Да неужели? – нервно выдавил я из себя, – думаешь, я тебе поверю!? – Думаю, да… – Черта с два!!! – Твое дело – верить мне или нет, но сходство на лицо, как говориться. До того, как уехать в Америку, я неделю жила около твоего дома, чтобы рассказать тебе, что беременна. Родители, узнав об этом, решили под предлогом учебы сослать меня из страны, чтобы верхушки нашей семьи не узнали. А там я тебе уже рассказывала. Жила у отца, он принял меня, помогал растить ребенка, заботился о нас, а потом… умер. – И как ты определила, что я отец ребенка? – Только с тобой я могла себе позволить забыть о защите, только тебе позволяла… – Стой! Уши ребенка лишние, не кажется?! – Прости! – она наклонилась и поцеловала малыша в лоб, так что я и не понял, кому было адресовано ее «прости». – И что ты от меня хочешь? – я хотел продолжить, но мне стало немного жалко пацаненка, а на Хэ так вообще лица не было, – Донхэ, ты любишь детей? – А? Д-да… а что? – похоже, ему долго придется приходить в себя от увиденного и услышанного сегодня. – Сходи проветрись и ребенка с собой возьми, – неуверенным голосом, сомневаясь стоит ли так поступать, проговорил я. – Я не хочу, чтобы мой сын шел с этим человеком! – Хочешь, чтобы ему было больно от моих слов? – она несколько замялась и, немного подумав, согласно кивнула, а затем еще раз наклонилась к малышу и что-то ему сказала. – Мы будем осторожны, – проговорил мальчуган, широко искренне улыбаясь. Я готов был скатиться с койки от его улыбки, а краем глаза заметил, что у Донхэ подкосились ноги. Этот ребенок улыбался точно также как и я – та же десноватая улыбка, которую я уже не вижу, смотря на себя в зеркало. Ребенок протянул свою маленькую ручку пребывающему в ауте Донхэ и улыбнулся еще шире. – Я думаю, они найдут, о чем поговорить, – проговорил я, когда за Хэ и мальчишкой закрылась дверь, и на какое-то время погрузился в раздумья. Боже, он не может быть моим сыном. Как такое вообще возможно? Даже если и возможно, как эта женщина могла столько времени молчать? Почему она не сказала раньше? Почему молчала, пока мальчик не вырос? А сейчас? Что ей нужно от меня сейчас??? – Я не хочу, чтобы он и дальше рос без отца, – она прервала мои мысли. – И что ты хочешь? Чтобы я признал его? – Почему ты не веришь? – А ты бы поверила? – Он ведь так похож на тебя, ты сам это видишь! – Глаза у него точно твои, в них столько же лжи! – Как ты можешь? – Как ты могла скрывать его от меня? – Ты был счастлив с ним, со своим Донхэ! – А до этого??? Я пять лет был один, слонялся из одной постели в другую. Где ты была? Почему именно сейчас? – Потому что ты все равно его не помнишь сейчас! – А если помню?! – … – Если помню, тогда что? – Ты… я была права, ты ведь ничего не забывал, нет никакой амнезии? – Что если все так, как ты думаешь? Пойдешь ему все рассказывать или меня шантажировать начнешь? – ХёкДже, ты скотина! – А ты только узнала? – Как? – А ты знаешь, что он нас сейчас слышит? – Как? Как ты можешь так жестоко поступать с теми, кого любишь? – Неужели в тебе сострадание проснулось? – Хватит вопросов, хватит шутить, ХёкДже! – А то что? – Ты точно подонок! А я еще хотела начать с ним новую жизнь… Забудь о нас! – А ты сможешь забыть меня? Ты ведь скоро снова придешь, что бы я не говорил, ты все равно возвращаешься, ты такая же как и он, дикая волчица, посаженная мною на цепь. А ребенок. Как я выйду из больницы, сделаем анализ ДНК, а пока не приводи его, не давай ему ложной надежды. И дай мне подумать. – Ты признаешь его, Хёк, он твой сын. Не хочешь с ним попрощаться? – ее голос смягчился… – Нет. Я же сказал, не давай ему надежды… – Ну ладно, пока… – И мне… и мне не давай надежды… – прошептал я, когда остался один в палате, находясь в шоке от происходящего. Хэ вернулся в палату, сжимая руки в кулаки, и не смотря на меня, прошел сразу к окну, как и после прошлого визита БёнИ. Чувствовалось, что напряжение между нами возрастало, от чего горчило в глотке, но ни один глоток не помогал. – Зачем ты намеренно ранишь ее, лжешь ей? – А ты, значит, не поверил мне? – Я верю, что ты не стал бы так лгать мне. Ты бы не стал говорить, что забыл, помня меня. – Знаешь, я даже рад, что ты не поверил в то, что я тебя помню, – я облегченно вздохнул, все отчетливее понимая, что Донхэ не поверил в мою ложь БёнИ. – А анализ ДНК… Зачем он? Ты же и так видишь, что паренек твой. – Мне время нужно, чтобы привыкнуть. – Мне тоже время нужно… Я пойду, – медленно передвигая ногами и указывая на дверь, Донхэ продвигался к выходу. – Когда вернешься? – Я не знаю… Мне нужно подумать. Все так странно. Ты вроде бы мой и уже не мой. Все перепуталось, – голос Хэ сбивался, а по глазам было видно, что он готов сорваться с места, чтобы нестись куда видит. – Ответь мне на вопрос. – Прямо сейчас? – Да. – Хорошо. Спрашивай… – совсем неуверенным в себе голосом. – Что такое любовь? – Когда жить не можешь без любимого человека, когда готов отдать ему все? – Когда найдешь правильный ответ, возможно, мы и встретимся вновь. Ты можешь идти, я не держу… А руки в мыслях тянутся к нему, хотят обхватить, не отпускать. Глаза щиплет слезами. Сердце глухо бьется в груди. Кожу обжигает холод. А в голове одна мысль: «Ты не в праве его удерживать». И на лице улыбка… лживая, но для него искренняя, как у того ребенка десяток минут тому назад. Донхэ вылетел из палаты сродни пуле из обоймы, и я остался один. Непривычно после такого количества людей за день по мою душеньку. Стало одиноко и скучно, а мысли о ребенке отправляли меня прямиком к грани истерики. Что мне сейчас делать? Как быть? Я не могу отказаться от своего ребенка! Но что мешает мне это сделать? Я не виноват, что не знал о нем. Я не бросал девушку, беременную от меня, хотя я попросту не знал о ее беременности. А что если бы она сказала мне сразу? Какой бы сейчас была моя жизнь? А может это первый шаг к тому, чтобы я остепенился? А что теперь делать с Донхэ? За это время – с момента моего возвращения из мира комы и по полчаса назад – я привык его видеть рядом с собой. Я начал считать, что он – мой, что его чувства ко мне – мои, его стремление вернуть мне память – мои, его тепло, согревающее каждую ночь мою руку, – мое. Но что со всем этим моим будет, когда я признаю ребенка, ведь и он мой? Что будет с моей жизнью? – Подумаю об этом завтра… http://www.youtube.com/watch?v=PVzljDmoPVs&feature=branded Песня красивая. Приятного просмотра. Надеюсь, понравится.