Глава 37 "Павший с небес"
17 декабря 2012 г., 14:49
Когда опалишь жаром сердца лишь пустоту, Когда не знаешь куда деться, невмоготу. Когда тошнит от вездесущей открытой лжи, Когда добро не всемогуще – как дальше жить? Не бог, не ангел, не провидец, лишь человек, Крупинки разума носитель, влачащий век. В метаниях теряя вечность, ища мечту, Ты ощущаешь бесконечность и пустоту. И снова ты бежишь по кругу, ища конец, Себя затягивая туго столбом колец. И только обжигая снова себя о ложь, Ты, не найдя пути иного, к Творцу придешь. (с)
Далекое будущее с новейшими технологиями за гранью человеческих умов. Времена, когда природа уже и не имеет права высказать своего неудовольствия против разрушающей силы человечества, стремящегося к полной независимости от нее. Небольшой домик в горах за пару километров от того места, где когда-то жили семьи Итука и Канина. Здесь еще сохранился оазис живой земли – деревья зеленеют в вершинах гор, снег легким покрывалом ложится на замершую траву, птицы поют унаследованные ими песни природы, животные же встречаются редко, но радуют глаз своей красотой, сохранившейся за десятки лет. Ветер играет с макушками вековых сосен, разнося тишину между стволов, сгибающихся от старости. До этого места нет прямых дорог, горожане не рискуют заходить так далеко от столицы. Казалось бы, ничего сверхъестественного нет. Всего лишь два часа по уже не только физически, но и морально устаревшей железной дороге, высокий веревочный мост на ту сторону ущелья, а под ним бурная горная река, приглашая в свои объятия экстремалов. А дальше сплошной дикий лес, не заповедник, как это принято говорить в Америке, а кусочек необузданной дикой природы. Но так казалось только одному человеку, все еще живущему в этих краях. Его все звали Ынхек. Он не доверял людям, поэтому никогда не представлялся своим настоящим именем. Он был совершенно один. Никого из родных и друзей – слишком долго он уже задержался на белом свете. Он любил всего два раза, и второй раз нельзя назвать прошедшим временем. Он все еще любит. Одного единственного человека, который смог пробиться сквозь его защиту и навечно поселиться в его сердце. И все бы ничего, ведь Ынхек смирился со своим сердцем, но эта любовь была самой ужасной болью для него. Его душа разрывалась при каждом воспоминании о любимом, все его тело сжималось в судорогах, боль сковывала любые движения. Он ревел кровавыми слезами, он готов был отречься от своих поистине прекрасных чувств, но тогда становилось еще больнее. Сколько бы раз он не пытался зажить по новой… все рушилось, стоило ему вспомнить тонкие черты лица любимого, его нежные прикосновения, его сладостный голос. Все исчезало вслед за уверенностью в своем будущем, в своем счастливом будущем. А этот человек был достоин счастья! Ынхек за десятки лет работы, к которой он относился как к дару, спас тысячи маленьких жизней. Он жил своей мечтой и, даже достигнув ее, в уже далеко пожилом возрасте он скрипел своими коленями в коридорах детской больницы, первый кирпич которой заложил своими руками. Но на смену старым всегда приходят молодые. Саморучно вырастив своих протеже, ХёкДже, как его звали только самые близкие ему люди, ушел на покой. На этом его дни совсем не закончились. Ему все еще под силу было обойти свои не малые территории, он жил в здравом уме и памяти, чему удивлялись все, кроме него. Боль здесь играла важнейшую роль. Она не позволяла ему забыться, то и дело напоминая о своем прежнем присутствии. День Ынхека начинался с посещения места, где десятки лет назад произошло крушение поезда и погиб его любимый человек. На этом месте Хёк дышал его пеплом, ведь еще совсем молодой парень сгорел вместе с составом вагонов. Здесь все еще слышался его голос, до боли родной и любимый. Здесь было единственное памятное место, хоть и друзья тогда установили пустое надгробье. И это место было последним, где ХёкДже видел Донхэ. Парня с именем моря, такого же свободного и властного для одного сердца, которое всю последующую и оставшуюся жизнь бьется за двоих. Придет время, а оно обязательно наступит, и Земля услышит последний вдох одного человека. И некому будет его укрыть под вечным одеялом сна, имя которому могила. Волки, которых растил этот человек, пробудят своим воем даже далекий от этих краев город. Они потеряют своего вожака и разбегутся в горы, где их встретит та же учесть, ведь нет ничего бессмертного. Даже любовь слагает знамена при виде темной мглы – смерти. Стоило мне открыть глаза, как иллюзия сна развеялась. На лбу выступила испарина, пальцы до боли в костяшках сжимали простыни, а сердце гулко стучало в груди, хотя иногда казалось, что его там больше нет. Придя в себя, я понимал, что это всего лишь сон, но с каждым разом он был все реалистичнее. Краски воображения будто дорисовывали нечеткие границы, добавляли мелодичности, оформляли самый не желанный конец моей истории жизни. Но слишком часто подсознание подкидывало мне эту картинку, и в этот раз терпение закончилось. Либо жить дальше, либо остаться в прошлом… и только лишь в памяти людей. Без права на возвращение.Павший с небес, но вставший на ноги. Потерявший крылья, но обретший навыки. Мирской жизни познавший радость и боль, На веки теряет покой. (с)
