Девочка и Цитадель

Прошло семь месяцев с того дня, как странный выстрел Горна все-таки положил конец самой сокрушительной войне в галактической истории. Мир медленно, но верно возвращался к нормальному существованию, восстанавливал утраченное и приобретал новое - где радостно и легко, а где и преодолевая тяжелое внутреннее сопротивление. После девяностодневного хаоса, связанного с выходом из строя всех ретрансляторов массы и, соответственно, нарушения галактических каналов связи, перед всей разумной жизнью встал исключительно важный вопрос - что дальше? Жнецы не были уничтожены, никто не мог гарантировать, что атака не повторится, произошедшее в Цитадели перед выстрелом до сих пор оставалось загадкой, тело капитана Шепарда так и не нашли, его командир Дэвид Андерсон погиб, а больше никому из участвовавших в Лондонском Рывке пройти внутрь не удалось. А потом патрульный турианский флот обнаружил бывшего врага, занятого ремонтом ретранслятора, открыл огонь и не получил ответного - огромные машины, словно получив приказ, свернули работы и исчезли быстрее, чем растерянные туриане сообразили начать преследование. Еще через несколько недель вернувшиеся члены экипажа "Нормандии", сообщили своим лидерам о том, что Жнецы больше не являются угрозой, что их базовые программы изменены Горном и как только завершатся восстановительные работы, они уйдут в Темный Космос и не вернутся больше, "если галактическая ситуация не потребует вмешательства в силу наличия мощной внешней или глобальной внутренней угрозы". Сложно сказать, каких усилий стоило героям войны убедить своих соотечественников, но авторитет этого экипажа за время войны стал в галактике почти непререкаемым и больше агрессивных действий против гигантских древних синтетиков не предпринимали, кое-где даже установили с ними сугубо рабочий контакт и восстановление разрушенного войной пошло быстрее. Цитадель вернули на ее законное место, возобновил свою работу Совет, но новое время диктует новые правила, и структура галактического правительства была пересмотрена. Человечество было восстановлено в правах Четвертой Расы Совета, была сформирована Лига Малых Миров, в которую вошли все расы не члены, принимавшие сколь либо значимое участие в строительстве Горна. Лига получила право совещательного голоса через избранного общим голосованием представителя, тем самым увеличив число советников до пяти. Стартовала пятилетняя антикризисная программа, приостанавливающая все территориальные, геологоразведочные и исследовательские довоенные соглашения до окончания периода восстановления. Оставшиеся ресурсы распределялись Советом с приоритетом наиболее пострадавшим от Жнецов регионам. Не без трений и споров был принят закон о правах синтетиков, признававший синтетические расы и юниты, уровень самосознания которых соответствует критериям разумной жизни, полноправными гражданами галактики с соответствующими правами. Впрочем, даже самые ярые противники этого закона не могли не признать, что без помощи гетов и Жнецов их собственные дома лежали бы в руинах куда как дольше. Мир выжил, но изменился, и в этом новом мире Цитадель осталась галактическим центром с весьма специфической славой. - Вам не о чем волноваться, - доктор Мишель улыбнулась и протянула встревоженной матери распечатку с результатами исследований, - не считая легкого переутомления, связанного, скорее всего, с перелетом и акклиматизацией, девочка в полном порядке. Рекомендаций немного - дней пять щадящего режима, витамины и усиленное питание. Если вдруг захочет поспать днем - не мешайте, организму нужно время, чтобы привыкнуть к новым условиям. Потом на повторный осмотр - и можете смело отправлять ее в школу. - Доктор, а эти фантазии, о которых я говорила.. - Не думаю что это может стать поводом для беспокойства. Детям свойственно приписывать неодушевленным предметам эмоции, чувства,"одушевлять" их. Это часть работы когнитивных функций. Никаких оснований подозревать нарушения психики нет, так что можете считать это безобидной детской фантазией. "Странные они, эти взрослые" - думала девочка, сидя на высоком столе в кабинете и прислушиваясь к голосам, - "знают столько умных слов, столько о мире вокруг - и не замечают совсем простого..." Ей казалось, что станция продолжает наблюдать за ней. Спокойно, по-доброму. И это незримое присутствие успокаивало Алию, хотя в огромном смотровом кабинете среди металлических щупов и блестящих приборов было очень неуютно. - Ну вот и все, звездочка, - мать вышла из загородки, отделяющей рабочую зону доктора от смотровой, и улыбнулась дочери, - можно идти. Устала? - Немного, - честно ответила Алия и спрыгнула со стола. - Доктор Мишель говорит, что ты просто еще не привыкла к этому месту, потому тебе нужно больше есть, спать и пить витамины. И все будет хорошо. Всего доброго, доктор! - До свидания, доктор Мишель! - попрощалась Алия. Ей понравилась эта серьезная, но добрая женщина с немного колючим взглядом. Впрочем, у многих взрослых после войны стали такие глаза. Даже у мамы. Их новая квартира располагалась в одном из центральных районов станции - Эмералд Роуд. Более тихий и дешевый чем соседний Силверсан Стрип, он считался идеальным местом для молодых семей и сотрудников корпораций - тихий, очень зеленый и респектабельный. В целом новая квартира девочке понравилась, но показалась слишком безликой. Типовая отделка, пустые полки и шкафы, аккуратно упакованные в пластиковые пакеты постельные и туалетные принадлежности делали ее похожей больше на номер отеля, чем на собственное жилище. Алия вздохнула, вспоминая их дом на Тессии - много света, зелени и тепла, яркие краски, множество милых мелочей, которые не имели особой ценности для кого-то еще, но делали их дом неповторимым. Все пришлось бросить, когда объявили эвакуацию. Их корабль уходил одним из последних и Алия видела, как Жнецы наносят первые залпы. Потом они с мамой несколько месяцев провели в лагере беженцев, и там же получили сообщение о том, что старший лейтенант ВКС Альянса Систем Джейсон Баттлер - отец Алии - героически погиб при исполнении: его группа пыталась остановить наступление сил противника на одной из земных колоний. Алия до сих пор скучала по папе - по его сильным рукам, раскатистому смеху и запаху: странной смеси кожи, табака и машинного масла. Он был инженером, гражданским, но как только началась война, сразу же записался добровольцем в земную армию. А теперь его нет и никто не знает даже, где его могила. Больше никто не подкинет ее на руках к потолку, не покажет новый фильм об истории техники, не с кем будет собирать учебного дрона... Девочка тихонько всхлипнула, влезла на кровать, обняла подушку и уткнулась в нее носом. Мама все еще зовет папу по ночам и плачет во сне, незачем добавлять ей горя. - Извини, что я плачу, ладно?- шепотом сказала асари Цитадели, - просто... мне иногда бывает грустно, что папы с нами уже нет. И не будет. Тебе непонятно, наверное, как это. Просто не волнуйся, хорошо? Это пройдет. Свет в комнате сам собой мигнул и переключился в "мягкий" режим - только ночник и подсветка. Температура в комнате стала на два градуса теплее. - Спасибо... - пролепетала Алия и уснула.