Dear Boredoom,

      Субстанция. Это полустанция.       В стекле под паутиной. Это солнце.       Изменчивость. Это прогресс.       Память. Это доспехи.       Я безумно рад, что живу в этом времени.       Наши пальцы сжимают ручку двери в будущее. Позже эта дверь будет распахнута и никогда более не закроется. А значит, этой ручки никто больше не коснется.       Я безумно рад, потому что успел. Я безумно... А ты умно... А что если это — Врата? Врата, которые нужно открыть только в...       Сколько упрямства. Сколько злости. Сколько смеха. Терпкий газированный коктейль из пьяных пальцев гитариста.       Будущему вовсе не нужна свалка за твоей спиной. Отпускаешь канат. И идешь дальше по пустоте, не замечая черных крыльев.       Худой мальчишка сидит в мешке для трупа и смотрит на фонарь в начала аллеи сквозь продранные им же отверстия для глаз. Из неровных дырок в черном целлофане периодически сочится густая темная жидкость. Кривой оранжевый свет отплясывает чечетку на его горбу. Свет живой. Только свет живет на этой пустой аллее. Свет — и его мёртвые тени. Тёплый летний ветер неслышно подкрался к фигуре, замершей у фонаря, что-то тихо шепнул и поспешил уйти — прежде, чем кто-то посмеет уличить резкий ветер в неуместной теплоте. На кованом столбе были слова. Но чтобы прочитать их, мальчишке необходимо было раздобыть новые глаза.       "Пока Бог спит, ты можешь ему присниться".