С тобой. Forever.

Оливер приветливо улыбнулся Маккене. Эти глаза могли сбить с ног любого парня. Почему он должен быть исключением? - Я увидел тебя в новостях и понял, что не поблагодарил за все, что ты сделала для меня. Спасибо. - Не за что, - Маккена снисходительно кивнула. - Так, тебя повысили? - Особо тяжкие, – в ее голосе слышалась неподдельная гордость. - Ух, ты! Поздравляю. - Спасибо. О, прости… - Маккена на минутку отвлеклась. В это время Оливер незаметно сунул в ее телефон жучок. Когда она вернулась, Оливер разглядывал на стенде «Разыскивается» карандашный набросок Капюшона. Ну и челюсть ему тут нарисовали! - Меня подписали на дело Ловкача, - Маккена собрала со стола какие-то документы. - Он заставляет других красть за него. - И, - Оливер постарался скрыть интерес, блеснувший в его глазах, - как продвигаются дела? - Медленно. - Ну, желаю удачи. Был рад тебя видеть. - И я рада, Олли, – они дружески обнялись на прощание. - Как в старые добрые времена. Только теперь рейтинг двенадцать-плюс. - В смысле? - Мы с тобой всегда умели повеселиться. В последнее время мне этого не хватает. - Так, может быть… выпьем? - Я думала, ты уже никогда не предложишь мне этого, – девушка одарила Куина «особым» взглядом. Он знал это, потому как наблюдал подобные «атаки» и раньше. Оливер все еще раздумывал. Вообще-то он сделал то, зачем пришел. Но обсидиановые глаза Маккены не отпускали его. - Значит, ужин? - Ужин – это здорово. - Отлично. Заеду за тобой в восемь. - Буду ждать. Оливер вышел на улицу и запахнул куртку. На душе скребли кошки. Черт бы тебя побрал, Фелисити Смоук! ******* - Что-нибудь есть новое? Оливер спускался по лестнице. - Да, – Фелисити, как обычно, держала вахту у мониторов. - Убит некий Касс Дереник, скупщик краденого. И еще двое без сознания – сфокусированный электрический заряд в сердце. - Почерк Ловкача, – Диггл тоже внимательно изучал сводки. - Похоже, он хочет избавиться от «Шервудского» рубина, - Куин присоединился к друзьям. - Значит, будет искать нового скупщика. Которого он еще не убил, – Фелисити посмотрела на Оливера снизу вверх. - Что ж, найдем скупщика – найдем и ловкача. ******* Он нервничал. В кои-то веки. Хотя виду не подавал. Маккена выглядела потрясающе, сменив свой безликий форменный пиджак на платье. Она сидела напротив и щурилась от удовольствия, смакуя банановое суфле: - Нет, нет, нет… Не может быть, чтобы было так вкусно! - Да, - согласился Оливер, жалея, что освещения в зале маловато. Слишком уж интимная обстановка окружала их сейчас. По его мнению – несколько рановато. Интересно, а как дела у Диггла? - Ты, наверное, скучал по суфле? - Что? Ты о чем? – Оливер отпил из бокала глоток вина. - Ну, пять лет на острове, вдали от цивилизации… Чем ты занимался? Что ел, где спал? Как вообще справился? - Маккена! – Оливеру пришлось прервать поток ее вопросов, который уж очень смахивал на допрос. - Прости, - девушка попыталась улыбнуться. – Кажется, я давлю на тебя. - Ничего. - Я просто давно не общалась с парнем вот так, чтобы не зачитать в конце его права. Оливер рассмеялся, но подумал вдруг, что Фелисити, в отличие от всех остальных, никогда не спрашивала его о жизни на острове. Почему? Может, понимала, что это табу? - Нет, но, правда, - не унималась Маккена. – Эти годы очень сильно изменили тебя. Ты теперь совсем не такой, каким я тебя помню. - Ты права, я изменился. И ты тоже. - Ну не на столько же! Что с тобой там произошло? - Маккена… - Там были еще люди? Кто они? - Я не хочу говорить об этом! – свидание вдруг превратилось в испытание нервов. И они у него, кажется, стали сдавать. Девушка отпрянула и захлопала глазами. Такого Оливера ей точно еще не приходилось видеть. Да уж, начало неважное. - Прости, – сказал Куин, но видел, что Маккена обиделась. Он тоже немного подзабыл, какая она бывает напористая, если хочет чего-то добиться. Они оба молчали, понимая, что все пошло не так, как бы им хотелось. Положение спас звонок. Маккена выслушала сообщение, дала несколько распоряжений и встала из-за стола. - Мне надо идти, - сказала она. – Работа. - Конечно. Куин почувствовал досаду. Но, одновременно, и облегчение. Все это, наконец, закончилось, так или иначе. И, к тому же, появился повод услышать ЕЕ голос. Куин достал телефон. - Оливер? Она всегда знала, когда он звонит. И дело не в определителе. Она просто знала это. Теплая волна растеклась внутри него. Но он взял себя в руки. - Фелисити? Слушай, активизируй жучок в телефоне Маккены. Полиция нашла зацепку на Ловкача. - Хорошо. Вот и все. Сказать, вроде, больше нечего. Вернее, наоборот – столько всего нужно было сказать! Например, что он был неправ. И она тоже. Что они только обманывают друг друга и сами себя. Что она, а не другая, должна была сидеть здесь этим вечером и наслаждаться суфле. Она, а не другая, заставляла бы его смеяться и говорила бы с ним о чем угодно, только не об острове. И ей, а не другой, Куин должен был смотреть в глаза. Она не отключалась. Он тоже. Молчание затягивалось, но сейчас они были ближе друг к другу, чем за все последние дни. Куин закрыл глаза от горького осознания собственного бессилия. - Ты в порядке? – тут же спросила она. - Да, – ответил он. «Нет» - услышала она. ******* Он увидел его сразу, как только тот выскользнул из двери. Ловкач быстро бежал по крыше, проворно огибая вентиляционные трубы и натыканные тут и там телевизионные антенны. - Сдавайся! – громко крикнул ему Капюшон, одновременно пуская предупредительную стрелу. Ловкач, мгновенно оценив ситуацию, спрятался за трубой. - Боюсь, мне придется отказаться! – достав ошейник, Ловкач активировал бомбу и кинул ее в сторону Капюшона. Оливер влетел в самое пекло. Взрывной волной его чуть не сбросило с крыши. Пока он цеплялся за подгнивший карниз, взбираясь назад, Ловкач успел скрыться. ******* - В новостях передали, что Ловкач ушел, – Фелисити кинула сумочку на стул и сняла плащ – на улице лило, как из ведра. Диггл и Куин стояли рядышком, подперев стенку, скрестив руки на груди, и вид у обоих был унылый. - Надеюсь, вечер не совсем пропал? Как ваши свидания? Все нормально? - Отличпотрясающеотлично! – хором ответили они, но вышло как-то не очень убедительно. Фелисити усмехнулась. - Из вас вруны – никакие. Ну, что ж. Зато у меня все прошло просто замечательно! - У тебя? – Диггл поднял брови. - Ты о чем? – Нахмурил свои Куин. Фелисити склонила голову набок, пытливо разглядывая их. - Нет, мальчики. Не петь вам вместе в хоре. Такой диссонанс! Диггл улыбнулся, Куин нахмурился еще больше. - Вот-вот, об этом я и говорю. Итак, – Фелисити присела в кресло и что-то быстро начала строчить на клавиатуре. – Мой чип в телефоне твоей красавицы, Оливер, работает как часики. Пока вы, ребята, развлекались, я просмотрела полицейские отчеты. И нашла кое-что интересное. Вы знали, что наш Ловкач тащится от весьма специфических драгоценностей? - То есть? – Куин придвинулся поближе. - Они все из так называемого Зловещего Десятилетия. Последние десять лет правления короля Фердинанда Седьмого. - Откуда такие подробности? - Есть у меня знакомый один, историк. Весьма поднаторел в культуре Испании. Выслала ему пару фоток, он меня и просветил. Оливер перевел взгляд на девушку. - Твой историк, должно быть, седой, подслеповатый профессор из университета? – тихо спросил он. - Нет. А что? - Это продлило бы ему жизнь. Фелисити с негодованием глянула в прищуренные глаза Куина, собираясь произнести достойный ответ, но тут подал голос Диггл: - А в каких-то других местах продают или выставляют вещи этой зловещей фигни? - Десятилетия! – Фелисити продолжила извлекать информацию из Интернета, отогнав прочь досадные мысли. – Это вряд ли. Жители Старлинг-Сити предпочитают Елизаветинскую эпоху. - Это тебе тоже твой профессор рассказал? – иронично заметил Оливер. Но Фелисити гордо пропустила эту колкость мимо ушей. - Постой, - Оливер подсел к девушке, заметив на экране рекламу «Общества Раковых Заболеваний Старлинг-Сити». – Смотрите, они проводят аукцион. Может, выманить Ловкача, выставив что-нибудь из интересующих его вещиц? - И что ты выставишь? Подделку? - Нет, конечно. У него наверняка глаз наметан на такие дела. - Ну, и где же мы достанем подлинник? - Может, спросим у твоего профессора? - Он не профессор, – Фелисити начинала потихоньку закипать. - Пока. Но до этого недалеко. И – нет. Подлинника у него точно нет. - Я так и думал. Что ж, придется вскрыть семейный склеп. - Что это значит? – пришло время удивиться Фелисити. – Не хочешь ли ты сказать, что у тебя завалялась парочка старинных испанских безделушек эпохи Фердинанда? Откуда? - А ты и правда не знаешь, сколько денег у его семьи? – Диггл усмехнулся. – Твоему профессору и не снилось! - Он не профессор! – воскликнула вдруг Фелисити. – И у него есть скутер! Да ну вас, - она обижено уставилась в монитор, а Диггл с Оливером незаметно перемигнулись за ее спиной. ******* По всему залу, в коридоре и даже на ступенях – везде были расстелены шикарные дамасские ковры, заглушающие стук высоких каблуков дам в вечерних нарядах и голоса их кавалеров в смокингах и бабочках. Мягкий свет лился из замаскированных светильников. Немногочисленные столики, накрытые скатертями, были уставлены дорогими напитками и изысканными закусками. Да, благотворительность – дело не из легких. Вечер уже перевалил за половину, но Ловкач что-то не торопился появляться, хотя драгоценность эпохи Фердинанда, просто сама напрашивалась, чтобы ее кто-нибудь украл: народу полно, охраны, как таковой, нет, и лишь стеклянная дверца витрины отделяла прекрасную брошь из сапфиров от внешнего мира. И Фелисити куда-то пропала. Оливер не видел ее еще, хотя она должна была следить за приманкой. - Ну, хоть полиция здесь, - посетовал Диггл, устав ждать событий, ради которых он так вырядился. - Я собираюсь ловить не их, – Оливер поставил нетронутый бокал с шампанским на поднос проходящего мимо официанта. – Где Ловкач? И где, черт возьми, Фелисити? Но тут Диггл толкнул его локтем - видимо, так показалось ему более наглядным, нежели просто сказать - и Куин проследил за взмахом его подбородка. Фелисити, не замечая явные и скрытые взгляды, которыми ее провожал чуть ли не каждый мужчина в зале, приближалась к ним. Черное, слегка искристое платье, светлые волосы, лежащие мягкими волнами по плечам, и тонкий золотой браслетик на запястье – все ее украшение, - выделяли ее из толпы разодетых в пух и прах богачей. Бабочка на шее Куина, почему-то стала вдруг тесной. - Это наша девочка! – поприветствовал ее Джон, окидывая Фел взглядом гордого своей дочерью папаши. - Что? – Фелисити оторвалась, наконец, от телефона, который держала в руках, и увидела перед собой Оливера. И тут же затараторила. – От вашей семейной брошки идет отличный GPS-сигнал. Слежу за ним по телефону. А, кстати, эта штучка застрахована? Что, если Ловкач все же скроется с ней? Комплемент, уже готовый было вырваться, застрял вдруг в горле Куина. Он мотнул головой. - Будем смотреть в оба, Фелисити. - О! А вон и твоя детективша. Ну, не буду вам мешать, – Фелисити повернулась и быстро смешалась с толпой. - Я бы лучше встретился со смертельно опасным врагом, - проворчал Оливер. - Точно, - согласился Диг и, не сговариваясь, они разошлись в разные стороны, чтобы, не дай Бог, не попасться на глаза «Крутой Уокерше», как назвала ее Фелисити. В любом танце, важен ритм. Вальс – это три четверти, танго – четыре. И сейчас он танцует танго. Раз, два, три, четыре… Раз – и пиджак официанта превращается в смокинг. Два – улыбка и дерзкий взгляд на грудь дамы, которая, смутившись, отвернулась и отошла, открыв ему доступ к камням. Три – легкое касание белоснежной манжеты и дверца витрины открыта. Четыре – ни с чем не сравнимое чувство, когда драгоценность ложится в твою ладонь, словно всю жизнь только и ждала этого. Вот мы и вместе, любовь моя! Ловкач уверенно идет сквозь толпу, посмеиваясь про себя над всеми этими жалкими созданиями, что мнят о себе Бог знает что. Он испытывал небывалый прилив энергии, чуть ли не экстаз. Ну кто, скажите, дерзнет вот так, на глазах у всей этой расфуфыренной публики, взять и украсть сапфиры? Кто? Никто. Только он. Он гений! Он король в своем деле! Он почти что Бо... - Эй! – миловидная блондинка, совсем молоденькая, неожиданно преградила ему дорогу. Ее серые глаза цепко смотрели на него. – Эта брошь - пожертвование семьи Куин, - сказала она твердо. - Если она вам нужна, придется сделать ставку, мистер. «Мистер»? Просто «мистер»?! Эйфория куда-то улетучилась. Ловкач на мгновение потерял ход мысли. Но лишь на мгновение. - На самом деле, милочка, я просто ее заберу. Без всяких ставок. А сейчас… – потанцуем? Раз – и его рука легла на талию Фелисити, притянув ее к себе. Два – к ее сердцу незаметно приставлен электрошокер. Три – Вы знаете, как вы прекрасны, сеньорита? Четыре – на ее безупречной шейке теперь смертельное колье. Танец - это не только ритм. Это страсть. Чувства. Страх, хождение между жизнью и смертью - это сильные чувства. Достойные танго. Сначала Оливер увидел ее глаза. Она никогда так на него не смотрела. Она шла прямо на него, не видя никого вокруг себя, потом взяла его за руку, чуть прижалась к плечу. - Фелисити… - его ладонь невольно потянулась к ней. - Оливер, кажется у меня проблемы, – тихо сказала она и повела его за собой. Диггл, почувствовав неладное, последовал за ними. Он разорвет его на куски! Раздавит, как жабу!! Уничтожит!!! Потом. А сейчас… - Отойдите от меня! – Фелисити пятилась, выставив перед собой одну руку, другой накрыв мигающий красными лампочками ошейник. – Если он взорвется!... - Не взорвется, – Оливер поймал ее. Отбросив золотистые волосы назад, он двумя руками осторожно приподнял ей голову и стал разглядывать механизм. От его уверенных слов и прикосновений Фелисити сразу стало спокойнее, хотя, все равно, коленки предательски подкашивались. Диггл уже добывал подручные инструменты, разгребая кучу скрепок и канцелярских зажимов. - Маячок движется. Я найду его, и он обезвредит бомбу. - А если нет? А если это конец?! – Фелисити зажмурилась и слезы блеснули на ее ресницах. - Все будет хорошо, детка. Ты слышишь меня? Слышишь?! – он заставил ее посмотреть ему в глаза. – Ты веришь мне? - Да. - Вот и славно. У нас все будет хорошо. Обещаю. Фелисити едва заметно кивнула. Диггл бесцеремонно отодвинул Оливера в сторону. - Иди! Иди! Давай, бегом! - заняв его место и, вооружившись булавкой, он стал внимательно осматривать ошейник. - Говори со мной, Фелисити, не молчи! – Оливер бежал вдоль улицы, охватывая взглядом каждую машину, каждое лицо. Фелисити должна была вести его по GPS-системе, но, видимо, произошла какая-то заминка. Только бы Диггл не напортачил. - Направляется к углу Адамс и О’Нил, – раздалось, наконец, в наушнике. У Оливера отлегло от сердца. Он резко свернул в нужном направлении. - Судя по скорости, он движется на машине. Секунда - и Оливер наметил себе цель. - Эй, парень! Мне нужен твой мотоцикл. Здоровенный длинноволосый байкер заржал, словно конь, оглядывая костюм и галстук-бабочку Куина. - Ты че, шутишь? - Нет, – еще секунда, и парень уже неподвижно лежит на асфальте. - Без обид. Оливер натянул шлем. - Я на колесах. Где он? Фелисити! Говори со мной! - Он в квартале от тебя. Если срежешь через Харрис-плаза, окажешься прямо за ним. Черный байк был послушным и юрким. Обгоняя машины, лавируя между ними, он несся, словно по гоночной трассе. - Есть. Нашла! Нашла! Серый седан. Едет на север впереди тебя. Вот так. Давай! Резко направо! - Вижу! Взмах руки, и стрела пропорола колесо седана. Раздался жуткий визг покрышек. Машина, ударившись об обочину, сделала в воздухе эффектное сальто и со страшной силой рухнула на асфальт, подняв вверх тучу искр. Он выползал из искореженной груды железа и битого стекла, словно гигантская черная ящерица. Не хватало только раздвоенного языка. Он медленно встал, внимательно наблюдая за человеком в шлеме, неподвижно стоящим перед ним. Он думает, что Ловкач повержен, но это не так. Он гений! Он почти что Бог! Раз – Ловкач осторожно вытащил из кармана пульт. - Не глупи! Я надел ошейник на одну очень любопытную блондинку. Видимо, твою подружку? У нее такая изящная шейка, просто чудо. Два - Ловкач медленно сделал пару шагов в сторону, стараясь обойти своего врага. - Тронешь волос на моей голове – она потеряет свою! Ты же не хочешь этого, правда? Три – он вытягивает перед собой руку, чтобы «Шлем» убедился, что он не шутит, а заодно отвлекся бы от другой руки, в которую из рукава уже скользнул электрошокер. - У тебя нет выбора, верно? Четыре… «Шлем» дернулся, и Ловкач почувствовал слабый укол в кисти руки. Четыре… ЧЕТЫРЕ!!!... Но пальцы не слушались. - Я повредил твой нерв. На эту кнопку ты уже не нажмешь, – «Шлем» быстро подошел к нему и вынул из его неподвижной руки пульт. Ловкач не мог поверить, что попался. Он искренне удивился. - Зачем ты это делаешь? Я ведь такой же, как и ты! Краду только у богатых. - Ты ошибаешься. Я не Робин Гуд, – ответил «Шлем», или «Капюшон», или как его там. Ловкач рассвирепел. Он выбросил здоровую руку с зажатым в ней электрошокером вперед, но «Шлем» словно только этого и ждал. Сердце как будто лопнуло. Я ГЕНИЙ! – мелькнуло в мозгу Ловкача, прежде чем он отключился. ******* Она стояла под горячим душем уже с час, наверное, но никак не могла согреться. В комнате надрывался телефон. Уже который раз. Это Оливер. Она знает. Но сейчас ей никого не хотелось видеть, не хотелось ни с кем разговаривать. То, что с ней случилось, стало шоком, и ей надо было понять, готова ли она к такому? Фел никогда по-настоящему не задумывалась о том риске, которому себя подвергает Оливер. Нет, она, конечно, знала, что то, чем он занимается очень опасно, но только сейчас поняла, насколько. Ведь он смотрит в лицо смерти, играет с ней. Или она с ним. Готова ли Фелисити присоединиться к ним, танцевать это танго втроем - Он, Она и Смерть, - зная наперед, кто останется солировать на этой сцене? Она вылезла из душа, замоталась в полотенце и прошла в комнату, оставляя влажные следы от босых ног на полу. Высушив волосы и нарядившись в пижаму-«антисекс», как называла ее Джил, Фелисити включила телевизор без звука и уселась с ногами в кресло, укутавшись по самый нос одеялом. Она безучастно глядела на экран, где Тупой и Еще тупее соревновались в своем тупизме. Что за бред! Фелисити в сердцах нажала на пульт. Экран погас. Звонок в дверь сдул ее с кресла словно торнадо. Она заметалась по комнате, подбирая какие-то раскиданные вещи, туфли, стаканы… - Кто там? – ой, ну фу! Ну как она может говорить таким дурацким голосом?! Это катастрофа! - Фел, Это я. Открой. Нам надо поговорить. - Э… Дай мне… часа полтора. - Десять минут. - Что?! За десять минут я только пижаму успею снять! Небольшая пауза. - Звучит заманчиво. Откроешь сейчас или через десять минут мне взломать дверь? - Ладно! – Фелисити повернула ключ в замке. – Сам напросился. Заходи. - О! - Да! С обезьянками. И что? – Фел с вызовом скрестила руки на груди. - Ты права. Нужно было прийти через десять минут. Фелисити покраснела. Оливер улыбался. Шикарный прикид, галстук-бабочка, дорогой одеколон… - Ты прямо, словно только что из Букингемского дворца. - Я пришел пригласить тебя туда. На ужин. В ресторан «Букингемский дворец». Наш столик держат уже… - Оливер взглянул на часы, - полтора часа. Я никак не мог тебе дозвониться. - Прости. Но мне сегодня что-то в горло… кхм… ничего не лезет. - Нормальная реакция. На самом деле, я пришел узнать, как ты? - А если я скажу, что не знаю? - Я пойму тебя. Я пойму, если ты… - Оливеру с трудом давались эти слова. – Если ты не захочешь больше… Я все пойму. Фелисити видела, как напряженно он ждет ее ответа. Как он мог подумать, что она может бросить его?! Как она сама могла сомневаться?! Фелисити взяла его руку в свою. - Я спрошу тебя только один раз. Ты не отступишься? - Нет. - Тогда я с тобой. Оливер сжал ее ладонь и притянул к себе. ******* - А десять минут уже прошли. - И? - Сними эту жуткую пижаму! - Ни за что! - Ну смотри! Сама напросилась...