Чудные дни

      — Х-х-холодно, блять.       Чешир весь дрожал, судорожно растирая плечи.       — Нет, вы посмотрите. У него зуб на зуб от холода не попадает, но жаловаться он всё-таки умудряется, — миролюбивым голосом сказал Леве, дежурно приподняв в улыбке один уголок рта. С этим парнем нужно говорить как можно дружелюбнее, а то потом проблем не оберёшься.       — Ага. А ещё челюсть сводит… — пронудел киборг, но тут же встрепенулся: — Да пошёл ты!       — Ну, ну, успокойся. И чего тебе так холодно? Не ядерная же зима за окном, в конце-то концов!       — Знаю, мать вашу. Просто холодно, и всё, — сквозь зубы процедил Чешир и ещё сильнее сжался, пытаясь согреться теплом собственного тела.       — Вот, бери пример с Марка, он хотя бы не снял на входе свой термокостюм, — Леве кивнул на скромно отсиживающегося в углу юношу.       Чешир еле сдерживал себя, чтобы опять не устроить представление под названием «Хватит ставить мне в пример этого молчаливого паиньку», но с огромным усилием заставил себя промолчать. В мозг глубоко въелся недавний разговор с Леве. «Он просто робкий парень с самооценкой ниже плинтуса. Во многом благодаря тебе, дорогуш».       Киборг начал усиленно разглядывать пейзаж за окном, дабы не думать о том дне. Леве был так близко, положил ему руки на талию… И при этом заступался за какого-то голодранца. «Нехорошо наговаривать на друзей у них за спиной».       Взгляд его оторвался от огромных чёрных монолитов и скользнул вглубь квартиры. И тут он увидел нечто такое, что нарисовало на его лице неподдельную широченную улыбку.       — О, это же камин! — радостно выпалил он и сорвался с места, отодвигая белую ширму, прятавшую диковинный агрегат.       Он, затаив дыхание, потрогал корпус камина, выложенный ровными бурыми блоками. Из курса истории сразу вспомнился термин. «Кирпич». А на каминной дорожке стоят ярко разрисованные сосуды с торчащими из них длинными пластиковыми зелёными трубками. «Комнатные растения».       — Почти как в XXI-ом веке! Я же в учебнике фотку видел! — изумлённо прошептал Чешир.       — Да, недавно только привезли. Тот мебельный магазин был что надо, воспроизвели всё до мелочей, — гордо вскинул голову Леве и улыбнулся, вспоминая вежливый персонал и широкий выбор в том самом магазине, который по размерам напоминал целый торговый город. - Конечно, пришлось раскошелиться, всё-таки под антиквариат делали. Но мне не жалко.       — А чего тогда он у тебя просто так стоит? Тем более, за ширмой? Может, разведём огонь? Как раз холодно, — вдохновлено прощебетал Чешир, пробегая взглядом по чудо-машине, и с любопытством потрогал каминную решётку с замысловатыми завитками, — ух ты! «Чугун»!       — Нет, не надо огня, — неуверенно выдал Леве, но никто из присутствующих в комнате не слышал его из-за Чешира, который, казалось, позабыл всю родную речь кроме междометий.       — Не надо огня, — чуть повысив тон, повторил хозяин квартиры.       …Искра. Ещё одна. Языки пламени, стремительно разрастающиеся, расползающиеся по антрацитовым чёрным камням какого-то топлива, названия которого Чешир вспомнить никак не мог. Тепло. И красиво. Фиолетовый, бежевый, персиковый, красный, оранжевый, жёлтый, белый…       — Марк, ты только глянь! Вау! — сказал киборг, пряча портативный огнемёт в кобуру на поясе и заворожено глядя в сердце камина. Никогда он ещё не видел огонь в его первозданном виде, — Марк, ну где тебя носит? Быстрее!       Ответом ему послужила громко хлопнувшая входная дверь. Пламя резко колыхнулось, но удержалось на чёрных камешках угля.       Чешир нервно сглотнул и молниеносно выбежал в прихожую, предчувствуя что-то очень нехорошее.       На стене висело два респиратора — его и Марка.

***

      Марк беспокойно отмерял шагами мизерное расстояние между стенами лифта. Счётчик этажей лениво трещал, сменяя одно число на другое. Слишком медленно! Да, нельзя за секунду приехать с 512-го этажа на первый, но всё же… Леве, наверное, уже давно внизу, в объятиях ядовитого воздуха и жуткого холода. Марк непременно должен успеть! Только вот зачем? Ему уже вряд ли можно помочь…       Вдруг он резко приставил руки к лицу. Респиратор… Как же можно было про него забыть? В глазах отразился неподдельный, дикий ужас. Сейчас. Сейчас медленно раздвинутся в стороны хромированные двери лифта, а прямо за ними — враждебная улица и воздух, вдохнув который, можно скончаться за считанные минуты. Отлично.       Киборг начал беспорядочно тыкать в кнопки с цифрами. Надо остановить лифт, уехать на другой этаж… Срочно. Срочно! «Дождитесь окончания операции». Марк робко, дабы не заработать какой-нибудь синяк или не содрать костяшки, стукнул кулаком по матово блестящей стене и послал несколько гневных слов в адрес бездушного металлического голоса. «Точнее, дождитесь своей смерти» — хмыкнул он. Цифры на электронном табло, как назло, стали сменяться с бешеной скоростью. 17. 12. 8. 3. 1.       «Надо срочно ехать обратно». Рука резко метнулась к кнопке на огромной панели, растянувшейся от самого пола до потолка, но резко отдёрнулась. «Но как же Леве?..» В мозгу Марка промелькнула подлая мысль, которую он боялся додумать до конца. «Нет, я только возьму респиратор и помогу ему. А вдруг…». Его размышления прервал беспристрастный механический голос из дальнего угла. «Покиньте кабину, не задерживайте аппарат».       Марк чертыхнулся и буквально вылетел в открытые двери. Главное — забежать в здание. «Да что ты за эгоист такой! Надо найти Леве!» Но на это категоричное заявление внутренний голос нашёл множество убедительных доводов. Может, Леве ушёл к соседям? А почему покинул свою квартиру так быстро? И зачем покинул вообще? И стоит ли из-за этого рисковать своей жизнью?       …Задумавшись, Марк перестал себя контролировать и допустил роковую ошибку. Воздух тут же с бешеной скоростью, не оставляя шансов на спасение, устремился внутрь, обжигая и раздирая горло, пробираясь по трахее и бронхам прямиком в лёгкие. Киборг тут же зажмурил глаза от резкой боли и рухнул на грязный асфальт, хватаясь за горло и пытаясь откинуть что-то неведомое, душившее его. Глаза, словно кислота, разъедали слёзы, а окружающий мир исчез, превратившись в сплошное чёрное полотно.

***

      Огонь. Ярче любого светодиода. Теплее любого конвекционного обогревателя. Живой. Бесплатный.       Хотя… Нет, не так. Он не совсем бесплатный. За его тепло и красоту можно поплатиться жизнью.       Лопающиеся чёрные пузыри на коже. Обуглившиеся кости. Шипящая и бурлящая кровь.       Сколько раз этот образ вставал у него перед глазами. Никто не кричал. Наоборот, давящую тишину лишь изредка прерывало шипение и потрескивание. Полтора часа было невыносимо жарко, во всём бункере стояла вонь, от которой на глаза наворачивались слёзы.       Этот день часто снился ему. Кошмары, после которых всё утро болела голова. После которых хотелось выпрыгнуть из своего панорамного окна, и истошно кричать, пролетая все 512 этажей. И никакие успокаивающие инъекции и капсулы с этим справиться, увы, не могли.       …Чешир, весело и по-детски наивно улыбаясь, достал из своей кобуры небольшое устройство — портативный огнемёт.       Щёлкнул по маленькой чёрной кнопке.       Гулко застучало сердце в груди, ускоряя темп и гоняя кровь по организму с бешеной скоростью. Каждый вздох давался с трудом, будто рука какого-то мощного робота сдавила Леве горло. Подгибающиеся колени, мелкая дрожь во всём теле, одеревеневшие руки.       Прибыл лифт. Онемевшими пальцами Леве нажал на цифру 1. Маленькая металлическая коробка начала медленно съезжать на тросах вниз. Слишком медленно, как ему казалось.       Он упал на колени, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. Голова шла кругом, «железная рука» всё сильнее стискивала пальцы на его горле. Из глаз рефлекторно полились слёзы, струившиеся, как кровь из свежей раны.       — Н-не убивайте его!!! — прохрипел Леве. Раскалённые стальные когти раздирали глотку изнутри.       «Ты что, белобрысый? Он уже мёртв. Ему всё равно уже…» — прозвучал в голове успокаивающий и немного испуганный голос.       — Выпустите меня!!! Я хочу домой, домой!!!       «Не стоит покидать бункер, я думаю. Выйдешь на поверхность – сразу же превратишься в ледяную статую» - нервно рассмеялся всё тот же голос, хриплый и грубый. В голове уже давно стёрся образ говорящего, лишь навсегда запечатлелись в памяти эти ненавистные слова.       Леве выбежал из открывшихся дверей и с наслаждением вдохнул прохладный и сырой воздух. Он прислонился к подпирающему здание массивному бетонному столбу, стараясь выровнять дыхание и вытирая слёзы грубой чёрной тканью. Полегчало.

***

      Леве метнулся вперёд, прижав узкую пятерню к лицу посиневшего Марка и вталкивая его в просторный холл. Дрожащими руками похлопал киборга по щекам и резко тряхнул. На отполированном полу начала медленно расплываться лужа из кровавой рвотной массы. Из глаз Марка рефлекторно брызнули слёзы, омывая искажённое нестерпимыми страданиями лицо. «Стабилизаторы бы мне сейчас», - с горечью и смирением подумал киборг, тут же укоряя себя за мысли о столь дорогом чуде техники. Больше всего на свете ему хотелось бы сейчас ничего не чувствовать.       — Мой… живот… моё… горло… — собирая остатки сил, почти покинувших тело, прохрипел Марк, — больно…       — Какие же вы тупые, киберы. Несмотря на свои якобы «совершенные» электронные мозги. На провода, как говорится, надейся, а сам не плошай.       Леве по привычке сохранял спокойствие, граничащее с хладнокровием и равнодушием, и даже пытался пошутить. Но внутри него всё содрогалось и сжималось.       Его руки мягко обнимали умирающего по его вине человека. Пусть этот человек и был наполовину машиной.

***

      — Заберите вашего друга завтра, ориентировочно часов в двенадцать.       Чешир вяло кивнул и на ватных ногах поплёлся на парковку, прижимая к лицу массивный чёрный респиратор. Сел в свою белую машину-капсулу, чуть прикрыл глаза и ещё раз взглянул на неоновые буквы над фасадом. «Hospital».       — Марк, Марк… Как же можно быть таким рассеянным. Рассеянный с улицы Пелдебазейн. Или как там говорили раньше, ещё до Войны? Рассеянный с улицы Бассейной.       Вместо улыбки у Чешира вышла лишь страшная гримаса. Как паршиво быть во всём виноватым.       — Держись, дружище, — прошептал киборг, и, изнеможённо закрыв глаза, начал диктовать адрес пункта назначения.       Автомобиль плавно поднялся в воздух и погрузился в глубины неонового океана.

***

      Марк осоловело хлопал ресницами. Звенящая тишина, от которой уже начали неприятно зудеть уши. Полумрак. И тепло, стремительно распространяющееся по левой руке.       Леве положил свою руку с нанизанными на каждый палец массивными кольцами на безвольную ладонь киборга. Тот медленно повернул к нему голову и посмотрел затуманенным взглядом.       — Неужто не помнишь меня? — как можно бодрее спросил Леве.       Чёрная мантия. Белый воротник. Обесцвеченные волосы. Яркие, фосфоресцирующие в темноте голубые глаза. Образ расплывался и никак не хотел фиксироваться.       — И всё же, почему ты не взял респиратор?       — Я… не успел… не думал…       — Странно, мне казалось, что над этим даже не надо думать. Это у вас всех должно быть рефлекторно.       Марк медленно кивнул, стараясь не выдернуть из usb-портов на затылке восстанавливающие кабели.       — А ты?.. Почему ты побежал туда, никому ничего не сказав? Что случи…?       Киборг закашлялся, отчаянно пытаясь подавить противную колющую боль в горле.       — Ничего, обычная паническая атака, — буднично ответил Леве, будто обсуждал последние местные новости или цены на заменители кофе.       — Так ты боишься огня? — несмело высказал своб догадку Марк. - Но когда ты успел его испугаться до такой степени, что у тебя развилась фобия? Его в нашем мире увидеть — очень большая редкость. Вот у Чешира есть огнемёт, а толку-то? В городе буквально всё пропитано огнеупорным составом.       Говорить стало легче, будто на голосовых связках растаял лёд, причиняющий боль при каждом сказанном слове. Визоры в линзах пришли в норму. Образ перед глазами сфокусировался.       — Я… Я не могу тебе сказать, уж прости, друг. Это служебная тайна, — Леве виновато улыбнулся.       — Да ладно тебе. Ты же стоял на улице без респиратора и защитного костюма.       Он насторожился и весь обратился в слух.       — Я всё уже понял, предыдущий вопрос был всего лишь небольшой «проверкой на вшивость», - киборг прищурился и виновато улыбнулся. — Ты ведь один из старейшин, так? Ты выжил после Ядерной войны. Мало ли, что ты видел. Теперь я понял, почему ты такой умный и откуда у тебя та книга, Библия. Ты мудр, Леве. По-настоящему.       — Во многой мудрости много печали, и кто умножает познания, умножает скорбь, — задумчиво произнёс Леве и отвернулся к окну.       В голове зароились воспоминания. Они уже начали вырисовываться в чёткие образы и картины. Лицо войны…       — Что? Что ты сказал? — недоумённо похлопал ресницами спросил Марк, будто первоклассник, слушающий доклад о магнитной индукции.       — Ничего. Это всё из той же Библии, — бесцветным голосом ответил старейшина, но тут же чересчур бодро выпалил, пытаясь перевести разговор в другое русло: — Хорошо, что мы с Чеширом успели тебя спасти. А то бы уже ошивался в раю и бегал по чёрным радиоактивным облакам.       — Рай? Ты про Райское местечко? А причём здесь облака? Этот город точно стоит на земле, как я помню. До него ехать, правда, далековато. Я бы хотел там побывать и посмотреть на настоящих биологических самок. Говорят, они намного красивее, чем гейши. Они…       Марк смачно зевнул и хотел продолжить своё повествование, но он был настолько изнеможён, что больше не мог вымолвить ни слова.       Леве нарочито спокойно посмотрел на серое как пепел лицо киборга и перевёл в спящий режим генератор восстанавливающей энергии. Кабели, воткнутые в разъёмы за ушами и в сгибах локтей, засветились голубым светом. «Бедные, им в детстве вшивают в тело usb-порты, делая из людей настоящие компьютеры. А может, и не бедные. Ведь так и правда проще. Ох, люди, что же мы наделали…».       Старейшина встал со стула и подошёл к окну. Его лицо осветила радуга неоновых вывесок и фонарей. Миллионы, миллионы живых машин населяют этот грандиозный город Рудис.