Доверься мне

Люк так и не смог уснуть этой ночью. Он ворочался из стороны в сторону и, где-то в районе пяти часов утра, всё же смог задремать. Проснувшись, он ощутил что-то влажное, но приятно освежающее у себя на лбу. Прикоснувшись рукой, чтобы придавить пропитанную, вероятно, водой, ткань, Люк заметил, что он в комнате не один. На стуле, стоявшем рядом с дверью и прямо напротив кровати, сидел Джеймс. Его руки были скрещены на груди, а глаза плотно закрыты. Дыхание Джеймса было ровным, так что Люк, решив его не будить, тихо отодвинул одеяло и сел. Он взъерошил свои волосы и, чертыхнувшись, едва поймал платок, падающий со своего лба. Джеймс пошевелился и медленно приоткрыл глаза, бормоча: «Нет, я не спал, просто чуть прикрыл глаза». Люк невольно улыбнулся, наблюдая за тем, как его друг быстро проваливается в сон. Этот небольшой эпизод заставил Люка забыть о своём сне. Он поджал ноги под себя и, застыв в такой позе, как какой-то монах, стал смиренно наблюдать за мерным дыханием Джеймса. Возможно, если кто-либо сейчас зашёл бы в комнату Люка, то подумал, что это очень странно. Но Люка сейчас не тревожило это. Он взглянул на часы и с удивлением отметил, что сейчас лишь только 6 часов утра. «Но что тогда здесь делает Джеймс так рано? И почему он положил мне на лоб свой платок?», - мысли мелькали в голове у Люка со скоростью света. Он уже устал держать осанку, а ноги затекли. Он медленно отклонился назад, к стене, и мгновенно погрузился в сон.

***

*** Через пару часов Люк снова просыпается и, пошарив глазами, не обнаруживает Джеймса в своей комнате. Быстро вскочив с кровати, Люк почувствовал боль в затекших мышцах. Ну ещё бы, спать, привалившись спиной к холодной стене не очень-то комфортабельно. Сделав пару наклонов вперед-назад-влево-вправо, Люк натянул на себя шорты с майкой и отправился перекусить. На кухне хозяйничал Джеймс, кажется, готовил яичницу. «Как кстати, что никого нет», - почему-то подумал про себя Люк, а вслух сказал: «Доброе утро» «Утро добрым не бывает», - начал Джеймс. «И даже хороший завтрак не помогает», - парни продолжили уже вместе. «У дураков мысли сходятся», - воскликнул Люк, посмеиваясь. «Умные этого не замечают», - парировал Джеймс, улыбаясь. Люк на секунду задумался и ответил: «Верно подмечено» «Ну ещё бы», - самодовольно ухмыльнулся Джеймс: «Будешь есть?» «Да, шеф. Можно же я буду тебя шефом называть?» «Не вижу никаких причин, чтобы запретить тебе это, разве что…», - Джеймс придал себе вид человека, который размышляет о неразрешимой проблеме: «Джей не будет против, что его брат-близнец передал право быть шеф-поваром нашей компании мне?» «О, я принесу ему свои извинения», - рассмеялся Люк: «А если серьёзно, ты же знаешь, что он теперь не так уж и часто задротит на кухне» «Дела сердечные», - мечтательно вздохнул Джеймс, быстро меняя тему: «Кстати, ты сегодня ночью ходил во сне и что-то говорил…Но что, я разобрать не смог» «Правда? Надеюсь, никого не разбудил?», - взволнованно спросил Люк «Нет, только меня, ты знаешь же, что ребята, если заснут, то их хоть танком не разбудишь, а Джина спит в самой дальней комнате, так что…Мне пришлось отнести тебя в кровать, ух и тяжёлый ты, скажу тебе, особенно, когда сопротивляешься» «Не знал, что страдаю лунатизмом», - только и смог произнести Люк. «А ещё у тебя был жар, собственно говоря, поэтому я приложил тебе на лоб смочённый водой платок» «Что ж ты меня не разбудил?» «Ты что, лунатиков же нельзя будить, может произойти остановка сердца. И потом, было полшестого утра, и ты вроде успокоился» «Спасибо, друг, что позаботился обо мне», - краем губ улыбнулся Люк. Пока ребята говорила, яичница безнадёжно подгорела на сковородке и, почувствовав запах гари, на кухню подтянулись и другие домочадцы. Джина нервно отругала Джеймса с Люком за невнимательность. И все снова ощутили напряжённость, витавшую в воздухе. Да, кажется, это только начало сегодняшних неприятностей.

***

«Ну, здравствуйте, дети», - слегка нахально здоровается отец, ядовито улыбаясь. Мать стоит, переминаясь с ноги на ногу. Она смотрит себе под ноги, тихо надеясь на то, что отец ее детей не станет задерживаться у них дольше, чем на один день. «Выкладывай, зачем пришёл», - начинает громогласно Люк: «И учти, никто тебе здесь не рад, так что, будь добр свалить отсюда, да побыстрее». «Люк, что за манеры», - прикрикивает на него Джина, хотя ей самой так хочется вышвырнуть мужчину на улицу, невзирая на приличия. «Да ладно, мам, пусть знает, что перед ним теперь не малолетки», - наиграно весело восклицает Люк, а затем угрожающе продолжает: « Мы ведь теперь постоять и за себя, и за мать можем». Он подходит к ненавистному родителю на расстояние вытянутой руки и, поравнявшись с ним, кидает тому взгляд полный животной ненависти. Затем Люк выходит из своего нового дома, громко хлопая дверью. Оставив недоумевающих родных наедине с отцом, Люк чертыхается и идёт туда, куда глаза глядят, лишь бы подальше от дома.

***

Лёгкий ветерок обдувал разгоряченное лицо Люка. Он шёл, не разбирая дороги, натыкаясь изредка на кого-либо. Торопливо извинившись в очередной раз, Брукс уже забыл об этом маленьком происшествии и направился дальше. Но мужчина, с которым Люк столкнулся, так не считал. -Куда прёшь, пидар? – рявкнул тот, схватив Люка за плечо. Он, вероятно, выпил явно больше, чем одну бутылку водки, ибо несло от него несказанно. -Тебя спросить забыл, недоумок!- бросил Люк раздраженно, даже не разворачиваясь. Но не тут-то было. Агрессивный незнакомец с силой ударил люка чуть ниже лопатки, тем самым резко сбив дыхание парня. Почувствовав резкую боль в лёгких, Люк развернулся и кинулся на противника. Он нанёс тому пару резких и отрывистых ударов в солнечное сплетение. Мужчина, казалось, был близок к тому, чтобы повалиться на сухой асфальт. Подумав, что с того достаточно, Люк развернулся и спокойно пошёл дальше, чувствуя некоторое облегчение на душе. Хоть на пару минут его моральная боль и ненависть отступили на второй план. Люк остановился, чтобы отдышаться. Уголки его губ чуть приподнялись, дыхание постепенно приходило в норму. Негативные эмоции отходили на второй план. Резкий удар тупым предметом по затылку, привёл Люка в чувство. Пройдя пару шагов, он пошатнулся и упал, теряя сознание. Пьяница оскалился и злобно прошептал: "Нечего было меня трогать." Вразвалочку мужчина подошёл к лежавшему ничком Люку, ощупал его карманы и, убедившись, что ничего ценного у того нет, разразился громкой тирадой.