Меняем местами главных героев

      Утро наступает слишком быстро. Меня долго не отпускали мысли о завтрашнем дне, и не успел я сомкнуть глаз, как Эффи уже стучала в мою дверь. В отличие от предыдущих дней, она молчалива. Видимо, в её сердце проснулась жалость к нам. Дождался, наконец, её сочувствия, но от этого на душе кошки скребут. Китнисс на завтрак не пришла. Хеймитч говорит, что у неё нет аппетита.       «Вот же глупая девчонка, есть аппетит, нет его – есть всё равно нужно. Кто знает, когда в следующий раз ей удастся поесть?» - проносится в моей голове.       После завтрака события развиваются с неумолимой скоростью. Складывается ощущение, что время торопится толкнуть нас ближе к смерти. Я слушаю последние наставленяя Хеймитча о старте Игр, о том, что не нужно соваться к рогу изобилия, и ещё много всего. Затем эстафету подхватывает Порция. Весь этот хаос давит на меня. В себя я прихожу только в катакомбах под ареной. Порция показывает мне мой костюм, он тёмно-зеленый. А подкладка внутри абсолютно белая. Подкладка брюк тоже. Это непрактично. В голове бьётся мысль, что эта капитолийская мода перешла все границы. Порция оценивает мой костюм, разглядывает со всех сторон, ощупывает, заглядывает во все карманы.       В одном из них находит шапку, тоже бело-зелёную. И выносит вердикт:       - Скорее всего, на арене будет снег. Костюм можно вывернуть наизнанку и спрятаться на снегу, - разъясняет она. И в доказательство выворачивает весь костюм, и демонстрирует. И верно, я вижу, что внутри нет швов, и есть точно такие же карманы, как и снаружи.       При слове «маскироваться» сразу вспоминается Китнисс, но я тут же выкидываю её из головы.       «Значит, снег, - размышляю я, - это мое преимущество, например, в дистриктах четыре и одиннадцать круглый год лето. И ребята из этих дистриктов не привыкли к холодам. В нашем же дистрикте все четыре времени года»       Звучит сигнал к выходу на арену. Порция замирает на несколько секунд, а затем оборачивается ко мне, в её глазах застыли слёзы. Первое впечатление всё же обманчиво: и среди капитолицев есть хорошие люди. Она обнимает меня, совсем не так робко, как Китнисс, а крепко и уверенно.       - Я не хочу прощаться с тобой, Пит. Ты ещё поборешься, а я, пожалуй, начну готовить твой костюм для церемонии победителей.       - Спасибо тебе за всё, - сердце колотится как бешеное. Попрощаться с ней всё же стоит, но я хочу, чтоб она запомнила меня живым, именно таким, как сейчас.       Залезаю в стеклянный лифт, который поднимет меня на арену. Волнами накатывает тошнота. Последняя здравая мысль в моей голове: «Я хочу жить!»       Кабина поднимается мучительно медленно. Глаза тут же слепит от яркого света. Приходится несколько раз крепко зажмуриться, чтобы глаза привыкли. Первое, что я вижу – это сверкающий рог изобилия. Абсолютно пустой. Ничего, ни оружия, ни припасов в поле моего зрения нет. Оглядываюсь по сторонам – картина прежняя. Соседний с моим лифт занимает трибут из дистрикта номер два, и, увидев подобную картину, рычит от злости не переставая, пока не заканчивается отсчёт.       Это первые на моей памяти Игры, когда отсчёт закончился, а трибуты не торопятся покидать свои лифты, мы стоим на прежних местах вот уже секунд двадцать. Точно не знаю, чего ждут другие, но я жду, что в роге изобилия хоть что-нибудь появится. Осматриваюсь вокруг в надежде увидеть Китнисс, почему-то хочется увидеть её лицо, её глаза, мне кажется, что это придало бы мне сил. Но её нигде нет.       Наконец я осознаю, что здесь мне искать нечего, и первый покидаю свой лифт. Опрометью несусь к лесу. Напоследок оборачиваюсь и вижу, что остальные трибуты последовали моему примеру, на поляне осталось только человек шесть-семь, наверное, они и есть банда профи.       Врываюсь в лес, рядом ни души, пробежав метров сто, спотыкаюсь о камень и кубарем лечу вперед. Лёжа на мху пытаюсь отдышаться, ощупываю себя, видимых повреждений нет. Поднимаюсь на ноги, тихо бормоча ругательства себе под нос. О чудо: то, обо что я споткнулся вовсе не камень, это рюкзак тёмно-зеленого цвета, средних размеров, и внутри явно что-то есть. Хватаю его и дальше бегу трусцой, теперь уже не забывая смотреть себе под ноги: вдруг ещё один найдется. Но нет, пока ничего не видно. Слышу пение птиц. Лес такой же, как и у меня дома. От этого на душе становится спокойнее, поднимаю глаза к небу и наконец-то разглядываю птиц: это сойки. Они сидят на ветке дерева, а чуть выше висит ещё один рюкзак.       Значит вот что задумали распорядители! Припасы раскидать по всему лесу. Что ж, оригинально. Но зачем? В голову приходят мысли, причём одна бредовее другой. Самое разумное: они хотят дать оружие и слабым трибутам, и это не потому, что распорядители их пожалели, нет, просто так крови будет больше.       С этими мыслями взбираюсь на дерево и хватаю рюкзак. Он выглядит больше, чем предыдущий. Решаю положить один рюкзак в другой, чтобы удобнее было нести. Рассмотреть содержимое не решаюсь.       Интересно, а как там Китнисс? Она тоже наверняка побежала в лес. Удалось ли ей что-нибудь найти?       Дальше иду не торопясь, вдруг что-нибудь ещё подвернется. Прислушиваюсь к звукам леса. Как же всего этого мне не хватало ту неделю, что я жил в Капитолии. Кажется, что сейчас меня нагонит Агнесса, и дальше мы уже пойдем вместе, разговаривая обо всём, хотя говорит в основном она, я больше слушаю. Я ужасно соскучился по дому, по братьям, по ней. Но лучше не ностальгировать о прошлом. И я уже размышляю над своим костюмом и над словами Порции. Снега нет, и на возможность его выпадения ничего не указывает. Здесь, конечно, не совсем лето, но достаточно тепло. Возможно, арена разделена на части, и в некоторых из них лежит снег. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.       Дичи в лесу достаточно. Было бы оружие. Начинает смеркаться, пора бы рассмотреть содержимое рюкзаков и найти ночлег. На земле оставаться небезопасно. Во-первых, потому что земля холодная, во-вторых, на охоту могут выйти дикие звери, а в-третьих, на земле я легко могу стать добычей другого трибута. Нахожу дерево с самыми раскидистыми ветвями и устраиваюсь на самой толстой ветке. В этот же момент звучат два пушечных выстрела, один за другим. А вот и первые жертвы. Кто же эти несчастные? Ладно, узнаю позже. А вдруг это Китнисс? Чувствую, что сердце словно бы бьётся в самом горле, в ушах стоит гул. Перед глазами тут же возникает образ мертвой девушки с остекленевшими голубыми глазами и застывшим лицом. Пытаюсь себя успокоить, встряхиваю головой, в тщетной попытке выкинуть оттуда мёртвую Китнисс. Чтобы перестать думать о ней, начинаю распаковывать рюкзаки.       В том, что поменьше, нахожу моток крепкой верёвки. Соорудить из неё ловушку, конечно, не получится, но вот привязать что-нибудь тяжёлое - легко. Дальше нахожу еду: галеты и куски вяленой говядины. И, наконец, моток верёвки потоньше, вот она для силков подойдет идеально.       Во втором рюкзаке нахожу набор из четырёх ножей разного размера, Флягу с питьевой водой, пакет с нехитрым запасом медикаментов, тёплые перчатки. Всё же мой стилист была права, тут явно будет холодно. Ещё в рюкзаке находится спальный мешок и коробок спичек.       Все это снова упаковываю в большой рюкзак, по ходу избавляясь от маленького. Что ж, вода и еда у меня пока есть, значит, с голоду я не помру.       Подкрепившись немного, устраиваюсь на ночлег. Расправляю спальный мешок, забираюсь в него и привязываю себя покрепче к дереву, чтобы не упасть во сне. Во время всех этих манипуляций замечаю на стволе дерева, крупное дупло. Дупло располагается выше на пару метров от той ветки, на которой устроился я. На арене уже совсем стемнело, но я решаю рассмотреть это дупло. Оно абсолютно пустое и довольно большое, я легко смогу поместиться внутри, и тогда мне точно не будет страшен ни дождь, ни снег. На то, что в этом дупле уже кто-то обитает, ничего не указывает. И я решаю в нём заночевать. В тот момент, когда я уже расположился там, и перенёс все свои вещи, раздаётся еще один пушечный выстрел. Еще один мертвый трибут. Павших уже трое. Через пару минут звучит гимн Панема, и их изображения появляются на ночном небе: это трибуты из дистриктов три, шесть и десять. Две девушки и один парень. А Китнисс жива. Эта мысль греет душу. Как только гимн Панема заканчивается, наступает абсолютная тишина. И я отчетливо слышу плеск воды. Значит, где-то недалеко водоём. Завтра проверю.       Из-за сегодняшних треволнений мой организм измождён. Я засыпаю очень быстро. Лес наполняется звуками, слышно, как животные выползают из своих укрытий, стрекочут насекомые, мне это очень помогает расслабиться. В дупле я чувствую себя в безопасности.       Ночью меня ничего не беспокоит. Только на рассвете меня будит пушечный выстрел и тоненький женский вскрик совсем рядом. Кровь стынет в жилах оттого, что смерть где-то совсем рядом. А ещё вновь слышу плеск воды. Воды у меня достаточно, на первое время хватит, но на будущее стоит его осмотреть. А вдруг профи рядом, ведь девушка-то кричала не просто так. Прислушиваюсь к лесу. Ничего: ни шагов, ни голосов, даже шорохов не слышно. Ощущение будто весь лес вымер. Даже птичьего гомона не слышно, хотя я руку могу дать на отсечение, что до того, как раздался крик девушки, птицы пели. Высовываю голову из дупла, и осматриваюсь. Никого. Даже животных нет. Через полчаса решаюсь выбраться наружу. Уже совсем рассвело, воздух немного прохладный, но свежий, чистый. Тщательно запоминаю обстановку вокруг. Вдруг снова захочу найти это дупло.       Других трибутов не видно, но я всё равно не теряю бдительности и иду очень осторожно. Двигаюсь приблизительно в том направлении, откуда слышал плеск воды. И минут через пять выхожу к озеру. Оно большое и безмятежное. Вода искрится в лучах утреннего солнца. Но всё же что-то с этим озером не так. Чем ближе я подхожу, тем больше в этом убеждаюсь. Вокруг озера нет ни единой травинки, нет камышей, которые обычно окружают водоёмы. В лесу моего дистрикта, конечно, не так много озер, но вокруг них всегда много зелени, а на поверхности плавают кувшинки и лилии, да и живности вокруг полно, начиная от водомеров и заканчивая лягушками.       "Скорее всего, вода в озере отравлена," - размышляю я, - "Наверное, девушка мучилась от жажды, а наткнувшись на озеро, решила из него напиться. Так и померла".       Но это никак не объясняет тот предсмертный крик, который меня разбудил. Вряд ли при отравлении так кричат.       Обхожу озеро вокруг, хотя это и не совсем безопасно, ведь где-то рядом могут быть другие трибуты.       А вода так и манит. Вот бы умыть лицо... Подхожу ближе, и едва моих ботинок касается вода, из середины озера начинают расходиться волны, и через несколько секунд оттуда появляется нечто. По другому это существо назвать нельзя. В первую секунду, я теряю равновесие и шлёпаюсь прямо в воду. Перед глазами всё плывёт от страха. Монстр окидывает меня взглядом кроваво-красных глаз, которых, между прочим, не два и даже не пять, а целых десять! Его тело абсолютно черное, вместо рук когтистые волосатые лапы. Ростом примерно с двух взрослых людей. Голова вытянута, и венчают её два огромных закрученных рога. Нижнюю часть тела я не вижу, её скрывает вода. Хотя мне и не особо хочется видеть это страшилище целиком. О нет! Он движется, движется прямо ко мне. Оскаливая удивительно белые и острые зубы, которых, кажется, слишком много для его рта. Он всего в десятке метров от меня.       Я подскакиваю и стремглав несусь прочь, в лес. Ноги не держат совсем, дрожь пронзает всё мое тело. Перед глазами всё плывёт. В голове бьётся одна мысль: а вдруг он не передвигается по суше?! Но я не обернусь, чтобы это проверить, даже если мне предложат мешок золота. Наконец, достигаю кромки леса, но бежать не прекращаю.       Спустя несколько минут (а может и часов) беспорядочного бега, я выбиваюсь из сил и приваливаюсь к стволу дерева, чтобы отдышаться. Погони за мной вроде нет. Наконец-то оборачиваюсь и с облегчением вздыхаю. Глаза слезятся, к горлу подступает тошнота. Таких существ я не видел прежде и надеюсь, больше никогда не увижу. К этому озеру даже на пушечный выстрел не подойду. Нервы на пределе, не в силах оставаться на ногах, падаю на колени и очень вовремя, потому что через секунду над моей головой пролетает нож.       Инстинктивно прячусь за дерево. У меня тоже есть нож. Хорошо, что я спрятал его в ботинок. Выглядываю из-за дерева. Никого нет. Есть время отдышаться, неизвестный трибут всё равно выдаст себя рано или поздно. Так оно и есть: это парень, он лежит в кустах метрах в тридцати от меня. Это моё преимущество.       Надеюсь, другого оружия у него в арсенале нет.       Видимо, ничего другого у него и правда нет. Он поднимается на ноги и начинает от меня убегать. Бегу следом, и в момент, когда он ближе всего ко мне, я метаю в него нож. Попадаю ему промеж лопаток, и он кубарем падает на землю. Но он ещё жив.       Чувство вины давит мне на грудь и не даёт сдвинуться с места. Парень начинает дёргаться в конвульсиях, и это приводит меня в чувство. Подхожу ближе. Парень умирает, для меня это очевидно: нож вошёл очень глубоко.       "Прости", -шепчу я и сворачиваю ему шею.       Пушечный выстрел гремит намного громче, чем раньше. Мои руки дрожат, и силы окончательно покидают меня. Я оседаю на землю рядом с мёртвым трибутом. Меня душит страх. В ушах жуткий гул. Меня выворачивает наизнанку прямо рядом с трупом. Я слышу, как кровь бежит по моим венам. Нет, это не кровь, это прилетает планолёт, чтобы забрать мёртвое тело.       Я отползаю как можно дальше. Стальные клешни планолёта сгребают труп, словно бы принимая страшную жертву.