Море чудовищ

Слушать: Maroon 5 – Never Gonna Leave This Bed Ухён находил методы Сонгю очень странными. Теперь Капитан повсюду таскал его с собой, да и не только. На каждый выезд, опрос или подобное дело он отправлял Ухёна, всё время напоминая, что тот должен смотреть в оба и держать пистолет наготове. Что двигало старшим, он не знал, но имел некоторые догадки, такие, как желание обучить, найти скрытые способности или, наконец, сбросить с плеч груз, висевший в виде неразумного Ухёна, который осложнял своим незнанием их жизнь. Сегодня выдалось прекрасное утро. Такое прекрасное, что труп на месте преступления выглядел просто обворожительно в лучах декабрьского солнца. Было холодно, очень морозно, поэтому Ухён перетаптывался с ноги на ногу. Ховон опрашивал того, кто нашёл труп, а Мёнсу снимал показания с записей камер наблюдения, ведь это место являлось кладбищем, где хоронили известных людей. В это утро на выезд никто больше не поехал, так как было ещё пару дел. Ухён обошёл местность, но ничего странного пока не заметил. - Ну что у тебя? – Ховон закончил с опросом и подошёл к Ухёну. Ухён отрицательно покачал головой. – Странно… Нас вызвали лишь из-за того, что труп нашли на кладбище? И в этот момент взгляд Ухёна зацепился за весьма интересную вещь. Он быстро отыскал глазами смотрителя и направился к нему. - Извините, Вы же косите газон на холмах с захоронениями? – спросил Наму. - Да, но сейчас снег выпал, мы не трогаем могилы, - ответил смотритель. - Спасибо, - Наму пожал ему руку и направился к небольшому холму. Хоя пошёл с ним. - Что ты делаешь? – Хоя стоял сзади и смотрел, как Ухён раскапывал снег руками. Выглядело это не очень, ведь было холодно, да и нехорошо копаться в могилах. – Ухён, перестань осквернять могилу. - Я не оскверняю, - буркнул Наму и продолжил копать. – До меня это уже сделал другой человек. Ховон опустил руки и позволил Ухёну делать своё дело, хоть со стороны это выглядело как полное безумство. Вскоре Ухён встал с колен и восторженно похлопал. - Эврика! – воскликнул он. – Смотри. Хоя наклонился ближе к разрытому месту. Он непонимающе посмотрел сначала на яму в снегу, потом на Ухёна. - И что? - Земля! – изрёк Наму. – Здесь земля! Хоя бы хотел ему похлопать, но он просто не знал, за что. Ухён радовался неизвестно чему. - Ну, земля, - ответил Хоя, отходя от горы снега. – Это же могила, конечно, здесь будет земля. - Это дорогое кладбище. Здесь газон на могилах, - не в силах ждать озарения от Ховона, наконец, пояснил Ухён. – Поэтому тот труп из гроба, что кто-то вынул из этой могилы. Ховон на пару секунд завис, а потом подошёл к Ухёну и похлопал его по плечу. Ухён не мог не заметить этот жест, который так часто повторял Хоя. - Отлично! – выдохнул Ховон. – Наверное, у трупа истёк срок хранения. Он скрылся в толпе, чтобы найти того, кто сможет раскопать могилу и проверить, что же там произошло. Ухён стоял и улыбался, потому что почувствовал свою нужность в этом деле. Мёнсу возник вскоре, после проверки камер наблюдения, поэтому принёс кассеты в руках. Он недовольно вздохнул и сообщил, что камеры были отключены ночью, поэтому никто ничего и не заметил. Впрочем, это бы им и не помогло, потому что могила находится в плохом месте, где из-за веток деревьев плохо видно местность. Ухён ему посочувствовал. Могилу раскопали от снега. Газон был разрыт, гроба не обнаружили. - Просто прекрасно, - изрёк Ховон, когда они сели в машину. – У нас уже гробы воруют, а трупы просто выкидывают в снег. - Да, а тупые охранники затоптали все следы на месте преступления. Мы ничего не нашли, - вздохнул Мёнсу и откинулся на спинку сидения. В офисе их встретил Сонгю и сказал, что придётся потрудиться, чтобы доказать, что дело их сферы – никаких доказательств. Ухён выделил себе время на чашку кофе и отправился на кухню. Пока вскипал чайник, он вдруг вспомнил, как любил делать это дома – оставаться наедине с самим собой, пить чай или кофе, а потом заедать всякой гадостью вроде чипсов или шоколадных батончиков, потому что ненавидел все эти диеты, которые советовали врачи. Он ходил в спортзал, пытался дружить со здоровой пищей, но желание всё испортить было превыше. Как-то Дону спросил его, съедает ли Ухёна совесть за то, что его квартира теперь пустует, там голые стены. И Ухён незамедлительно ответил «нет». Почему? Он даже не задумывался до этого момента. - Можно и мне? – голос Капитана за спиной. Ухён кивнул и улыбнулся. – Тебе с плохой новости начать или с хорошей? – вдруг спросил он. - Простите? – переспросил Ухён. - Ваше утреннее дело. Есть новости. Тебе какую? – Сонгю сел за стол, сложив руки в замок. Ухён задумался. Всё же лучше метод кнута и пряника, где сначала больно, а потом вроде уже и не очень. - Сначала плохую, - ответил Наму. - Труп, который нашли на кладбище – не из гроба, который украли, - он выжидающе посмотрел. Ухён чуть кружку из рук не выронил, благо, она была пустая. - А хорошая? - Гроб украли, потому что он был отделан золотом и камнями. А труп выкинули на ближайшей помойке. Его обнаружила дежурная машина. - Вау, - констатировал Ухён. - Если бы ты не полез под снег, то про гроб узнали бы разве что к весне. Так что гордись, - он сделал поощрительный жест. Ухён с незабываемым выражением лица подал ему чашку с кофе. Хотелось пойти и застрелиться, потому что от хорошей новости легче и не стало. Сонгю ещё посидел с ним пару минут, а потом ушёл, сказав, чтобы Ухён не рассиживался, а начал поиски вместе с Мёнсу в хранилище. Правда, что может быть лучше выходных в хранилище? Ты, пыль и старые книжки. Очень романтично. *** Мёнсу пролистывал очередную книгу, стряхивая пыль. Он пил чай из любимой кружки, хоть и знал, что Сонгю всегда его ругал за это. Ухён это никак не комментировал, а вот то, что пожаловал Сонёль, он изволил осветить. - Решил вместе с нами подышать пылью? – изрёк Наму. Сонёль махнул ему рукой, пропустив острую шутку мимо ушей. Он сел около кибернетика и улыбнулся. Но Мёнсу одарил его холодным взглядом и встал со стула. - Пойду ещё чаю налью, - с этими словами Мёнсу вышел из хранилища. Сонёль выглядел явно расстроенным. А вот Наму ехидно улыбнулся и издал смешок. - Что? – возмутился Ёль, поворачиваясь к Ухёну. Тот игриво пожал плечами. – Тогда не смейся! - Он тебе нравится? – Ухён, наконец, начал показывать свою истинную сущность. Конечно, не вечно же сидеть в углу и бояться. - Когда ты стал таким смелым? – фыркнул Сонёль и схватил первую попавшуюся книгу. Ухёну бы следовало вести себя скромнее, но он просто не мог. Он, наконец, разгадал секрет Сонёля и не хотел упускать представившуюся возможность. - Признайся, вы часто подкалываете друг друга. А ещё вы лучшие друзья, но ты не можешь сдержать улыбки, когда его видишь. По взгляду Сонёля можно было сказать, что Ухён попал в самую точку. Сонёль понимал, что всё на самом деле и так понятно, но они в Отделе не часто о таком говорили, потому что всё чаще на личную жизнь не оставалось времени. Ухён не любил лезть в самую душу, хотя иногда хотелось. Но он уяснил, в этом месте всегда всем поделится Дону, который знает всё и вся, просто очень умело это скрывает в закромах своей памяти. - Ладно-ладно, можешь не отвечать, - замахал руками Наму и поднялся со стула. – Я, пожалуй, пойду тоже чаю заварю. Врать нехорошо, он всегда это знал. Но Сонёль нахмурился и сжал кулаки. Ухён опять заметил его уши, так что лучше сразу ретироваться. Кажется, Сонёль даже чуть не метнул ему вслед настольную лампу, но вовремя вспомнил, что Сонгю потом ему все руки поотрывает и ещё на суп косточек оставит. В главном зале одновременно с Ухёном появился и Мёнсу. Они переглянулись, а потом кивнув друг другу, решились всё же высказать общие предположения. - Капитан, мы тут подумали… - начал Мёнсу, машинально теребя рукав рубашки. - Думать – это хорошо, - ответил Сонгю, не поднимая на них глаз, а продолжая листать файлы в папке. – Занимайтесь этим почаще. Ухён недовольно кашлянул, но его недовольство пропустили мимо ушей, ибо просто нет времени. Мёнсу бросил на него возмущённый взгляд, промолчав. - Что там у вас? – поторопил Ким. - Мы думаем, что это трау, - быстро начал кибернетик. Он предоставил Капитану распечатку, тот мельком взглянул. – Говорят, этот человек, которого мы нашли, часто приходил на это кладбище и осквернял могилы. Кажется, кто-то доставил трау туда, чтобы они поиздевались над ним. Сонгю покачал головой и приложил пальцы к губам, по привычке прищуривая глаза. - Их же ещё вроде называют боглями, - вывел он свои умозаключения. - Боглями? – переспросил Наму. - Богл. Эти существа злокозненные и проказливые, но иногда способны и на добрые поступки. От них достается прежде всего преступникам, тем, кто обманывает вдов и сирот, и прочим негодяям. Прогнать богла можно, показав ему библию. Но у нашего убитого библии не было и в помине. Он – атеист, - пояснил Мёнсу. Сонгю нахмурился. Ему в голову пришла одна мысль, но она казалась почему-то нехорошей. И как на зло внутреннее чутьё показывало, что попробовать стоило. Он взглянул на Ухёна, тот терпеливо ждал любого ответа или приказа. - Нам Ухён, мы с тобой поедем к нему домой. Я пойду за ордером, а ты погрей машину, - Сонгю достал из кармана ключи и кинул Ухёну. Тот быстро среагировал и поймал их. – Мёнсу, проверь, чьи могилы осквернял убитый. - Да, Капитан, - Мёнсу кивнул и отправился за свой стол, напрочь забыв, что на самом деле шёл за чаем, а в хранилище его ждал Сонёль. Правильно, пусть ждёт дальше. А то опять что-нибудь учудит. *** Они приехали в пригород. Дом больше походил на захудалую лачугу, только в традиционном корейском стиле. Крыша давно сгнила, поэтому в некоторых местах черепица провалилась внутрь, образовав на старом месте сияющие дыры, кое-как залатанные фанерой. Стёкла в окнах потрескались, но ничего не было видно через них, внутри висели тёмные занавески или, скорее всего, просто тряпки. Ухён даже поморщился. Сонгю усмехнулся и достал пистолет, приказав Ухёну сделать то же самое. В доме никого не было, судя по грязной посуде уже пару дней. В остальных комнатах тоже было не лучше – повсюду мусор, пластиковые стаканчики и упаковки из-под рамена. Полнейшая разруха. Ухён жалел таких людей. Судя по их жизни, можно предположить, почему они так озлобились на весь мир. Ухён бы тоже всех возненавидел. Но, слава Богу, судьба наградила его тем, что у него имелось. - Эй, пойдём задний двор проверим, - тихо сказал Сонгю, и они направились к выходу. Очень подморозило. Ухён даже почувствовал, как мёрзнут пальцы в ботинках. И он бы даже не отказался от чашки горячего капучино или латте, а, может, от малинового чая с базиликом. Но об этом приходилось только мечтать, ведь они шли среди хлама, старой утвари и замёрзших пакетов с какой-то дрянью. Неожиданно для самого себя Ухён обернулся и в эту минуту его кто-то схватил и повалил на землю. Сонгю тоже резко обернулся и выстрелил, но не попал, ведь его тут же сбили с ног. Ударился он больно, видимо, копчиком. Странное существо схватило их и с огромной силой потащило прямо по снегу за собой. Сначала Наму показалось, что они добыча, но тварь заперла их в сарае, громко хлопнув железной дверью. Существо быстро ретировалось. Ухён всё ещё лежал то ли на земле, то ли на промёрзших досках. Он не мог сообразить, что же ему делать. Он даже не ожидал, что такое произойдёт. Но вскоре Сонгю потянул его за руку и помог встать на ноги. Голова шла кругом. - Что это за хрень? – прошипел Ухён, потирая ударенную руку. - Это боггарт, - ответил Сонгю. - Как в Гарри Поттере? – нашёлся Наму, улыбнувшись сквозь боль, но из-за темноты его улыбка не была видна. Сонгю усмехнулся ему в ответ. Он пошарил руками и нащупал сено, видно приготовленное на зиму для скота, но не пригодившееся. - Нет. Боггарту нужны были не мы, а сельскохозяйственные орудия. Он просто решил от нас избавиться, - Сонгю шмыгнул носом, видно, тоже замёрз, как и Ухён, у которого зуб на зуб не попадал. Странный выдался декабрь в этом году, не типичный для Сеула. Но во всём мире творилось что-то странное, что, похоже, уже стало нормой. - Отлично, мы замёрзнем до смерти, - подвёл итог Ухён со злобой в голосе. Но оставалось только ждать. - Я позвоню Хое, - Сонгю сел на сено, достав телефон. Он быстро набрал номер, послышались длинные гудки. Наконец, раздался спасительный голос. – Алло, Ховон. Нас тут боггарт в сарае убитого запер. Если ты не приедешь в ближайший час, то у вас появится два новых трупа. - Хорошая перспектива, - съязвил Ухён. Сонгю хмыкнул и продолжил говорить. - Адрес на моём столе найдёшь, на синей бумажке в протоколе. И кофе захвати, - с этими словами он повесил трубку и убрал телефон в карман. Ухён пускал белёсый пар из рта, но вдруг Сонгю потянул его за руку, заставляя сесть рядом. Ничего не оставалось, как повиноваться. Они сидели в тишине, слушая, как где-то в доме боггарт орудовал своими лапищами. Но вскоре звуки стихли. - Ушёл, - констатировал Капитан. Потом он повернулся к Ухёну, тот выглядел не очень, особенно в полумраке. – Замёрз? - Ног не чувствую, - процедил Ухён. Сонгю быстро снял одну перчатку с руки и так же стянул с Ухёна. Он пододвинулся поближе и положил руку Наму в свой карман. Стало и правда теплее. Ухён вдруг почувствовал, как у него перехватило дыхание. То ли от тёплых рук Капитана, то ли от неожиданной близости. Но рук Сонгю не отпускал. Его ладони были большие и тёплые, не то, что у Ухёна. У Ухёна всегда были холодные руки. - Капитан… - тихо сказал Наму. Он немного помедлил. - М-м-м? - Вы же человек. Как вы видите этих существ? – вопрос, которого Сонгю ожидал в скором времени. Он немного задумался, но лишь над тем, как объяснить понятнее. - Я изучил повадки. А иногда Дону варит мне какие-то настойки, помогающие снять завесу. Но чаще всего это не нужно, ведь отличить, например, вампира от человека не составит большого труда. - Ясно, - промычал Ухён и сильно сжал холодные губы. Ещё минут двадцать они просидели в тишине. Но вскоре послышался шум двигателя машины. Ховон прибыл с Дону. Они мигом открыли дверь. Сонгю встал сам, а вот Ухёну понадобилась помощь. Его они взяли под руки и повели к машине. Дону любезно прихватил с собой пару грелок и термос с горячим чаем. И вскоре Ухён готов был взывать, пока они ехали обратно, ведь ноги ужасно болели и ныли, начиная отходить от холода. Чуть позже Ухён разглядел огромный синяк и порез на лице Сонгю, который, видно, получил эту награду, когда упал на снег, сбитый с ног боггартом. - Ловко он вас, - хохотнул Дону, но в ответ получил презрительные взгляды. Сонгю ничего ему, правда, не ответил, но выражение лица всё пояснило предельно ясно. - В следующий раз я надену ватник и сапоги на меху, - сказал Ухён. В ответ послышалась тишина, а потом громкий смех всего салона.