Море чудовищ

Слушать: Animal Джаz – Шаг Вдох

А мне найти бы ключ к тому, что называется тобой. (Animal Джаz)

Не было ничего в этом мире, что пугало их своим своеобразием и странностью. Всё стало таким обыденным и простым. Давно не пугали кровь, тихие звуки и блестящие зубы-клыки. Хотя нет. Было. - Эй, как думаешь, если я позову его в кино, он согласится? – Сонёль поймал Ухёна на кухне, когда тот как раз заваривал утренний чай с бергамотом. Ухён от неожиданности даже вздрогнул и чуть не выронил ложку из своих длинных пальцев. - Почему нет? – вопросом ответил Наму. - А вдруг он откажет? – Ёль обречённо поджал губы и уловил недовольный взгляд Ухёна. - Если не попробуешь, не узнаешь. - Хорошо быть Дону, - завздыхал Сонёль и опёрся бедром о столешницу. Ухён усмехнулся, отпивая из кружки свежезаваренный чай. - Правда, хорошо быть Дону, - Наму улыбнулся. – Он любит Хою, Хоя любит его. И все счастливы. В этот момент глаза Сонёля стали как огромные монеты, и он удивлённо кинул взгляд на Ухёна, который продолжал так воодушевленно пить свой утренний чай, ведь правильно, весь мир подождёт. - Что!? – воскликнул Сонёль. – Они встречаются!? Наму поперхнулся, потому что Сонёль во время выплеска своих эмоций толкнул его в плечо. Он поспешил отодвинуть от себя чашку, чтоб она тоже не попала под горячую руку собеседника, ведь тот такой неаккуратный, когда злится. - Ты не знал? – рассмеялся Наму. - Да откуда же!? – Сонёль насупился. По его лицу стало видно, что он затевал серьёзный разговор с Дону (не с Хоей, с Хоей разговаривать опасно). Ухён втайне от Сонёля понадеялся, что тот наконец уже отстанет со своими любовными вопросами от него и пристанет к Дону, потому что Ухён в этом деле на самом деле ничего не понимал. Абсолютно ничего. - Сонёль! – внезапно в дверях показался Мёнсу, на ходу жующий кусок печенья. Сонёль сразу замер с таким выражением лица, что Ухёну захотелось рассмеяться, но он этого не сделал, ибо неприлично. – У нас задание. Идёшь? Сонёль нервно сглотнул и кивнул. - Конечно! Мёнсу одарил его улыбкой и скрылся в коридоре. - Иди давай, - Ухён похлопал Ёля по плечу. - Я не могу… - Слушай, покрасней уже и приди в себя, - Наму сделал жест рукой, Сонёль что-то буркнул в ответ и, в конце концов, покинул кухню, оставив Ухёна в тишине и покое. Да, это было один из таких дней, когда утром Ухён мог спокойно, без всяких гадостей и чудовищ попить чай, подумать о чём-то хорошем. Например, о том, что этот день – пятница, и что ночью они с Сонгю будут смотреть кино. Они теперь так часто это делали. Просто собирались у Сонгю в комнате вдвоём, приносили снеки и прочую вкусную гадость. А потом либо долго смеялись над комедией, либо плакали над мелодрамой, либо напрягались, следя за сюжетом фантастики. Ещё они иногда ходили по магазинам, ездили в командировки и болтали по ночам, потому что оба не могли уснуть. Ухён не мог понять, почему он сразу не разглядел в Сонгю такого человека? Это словно волшебство какое-то. Сонгю не тот тип людей, который будет доносить до окружающих свои проблемы и терзающие чувства. Он из тех, кто поделится лишь с близким человеком. Именно таким стремился стать Наму – близким. Вообще-то ему это было нужно. Конечно, была ещё дружба с Сонёлем, беседы и походы в боулинг с Дону, прогулки на велосипедах с Сонджоном и ночной чай с Хоей и Мёнсу, но с Сонгю было по-другому. Сонгю мог слушать, мог говорить. И он принимал всё так, как оно есть. Наму был нужен такой человек. Ему следовало научиться доверять людям, чтобы не мучить себя вопросами, поймёт человек его или не поймёт. Должен понять. Ухён ещё пару минут походил по кухне с кружкой в руках, думая о чём-то отстранённом. Но после на горизонте возник Дону, сонный и уставший. На вопрос Ухёна о том, где Хоя, промычал что-то вроде «уехал», а потом кое-как налил себе кофе. Дону Ухёну нравился как человек. С ним можно было посмеяться, можно было погрустить. А ещё он никогда не отказывал сходить вместе вкусно поесть. - Что делать будешь? – вдруг взбодрился Дону и сел на стул. Ухён задумался. Планов особых не было, как всегда – бумажки и беседа с одним адвокатом. Адвокатов он не любил, хотя и сам им был. В их деле они не могли объяснить этим дотошным персонам, что их клиенты – не люди. Тяжко. Теперь Ухён это понимал. - Не знаю. Ничего особенного. - Ясно, - кивнул Дону. – Пятница, завтра выходной, если на срочное дело не вызовут. Надеюсь, таких не будет. - Ты ли не знаешь, что у нас всегда всё не по правилам? – усмехнулся Наму. Он посмотрел на остатки чая в своей кружке и вздохнул, потому что жидкость уже была холодной и невкусной. - Ха. Иногда мне кажется, что мы скорее женимся на работе, чем пойдём в отпуск. - Отпуск? Что это? – наигранно удивился Ухён и улыбнулся, ставя кружку в раковину. - У нас есть что-то вкусное? – Дону полез смотреть верхний шкафчик, где обычно все прятали вкусности. Ухён задумался, пытаясь сообразить, как же так покраше ответить, что в их кухне можно шаром покатить. - В магазине, - в итоге заключил Наму, и в этот момент его телефон завибрировал, извещая о новой смс-ке. Он потянулся за прибором, выуживая его из кармана. Дону всё же нашёл остатки карамельных хлопьев и начал смачно жевать, вызывая этим в желудке Ухёна конвульсии, потому что он не мог есть с утра, его потом подташнивало весь день и постоянно хотелось пить. - До-о-о-лг зовёт! – пропел Наму, прочитав смс-ку. Дону понимающе вздохнул и помахал рукой, счастливый, что ему никуда не надо идти, ведь его место в лаборатории – сиди да смотри в свои пробирки. Наму быстро пролетел по коридору и оказался у двери в главный зал. Пригладив волосы, он провёл картой по замку, и дверь тут же отворилась. У стола уже стоял Сонгю с какими-то бумажками, рядом с ним на стуле сидел Сонджон и что-то записывал. Потом он резко кивнул, встал со стула, махнул Ухёну и отправился к своему месту. Сонгю же поднял на Наму взгляд и улыбнулся, будто мысленно желая доброго утра. - Дело есть, - оповестил он Ухёна. – Надо ехать, а то кто-то умрёт от счастья. Наму усмехнулся улыбке Сонгю, которая казалась очень довольной и спокойной. - Разве от счастья можно умереть? - Можно. - Что-то я о таком не слышал, - не поверил Наму, но Сонгю взял свои вещи, помахав рукой на прощание Сонджону, и они направились к выходу. – Нельзя умереть от счастья! - Можно, если ты попал под влияние суккуба, - довольно ответил Сонгю. Наму закатил глаза, не понимая, что же случилось с Капитаном. - Ааа… - вскоре протянул Ухён. – Это те странные и соблазнительные женщины, которые в древности подлавливали священников и совращали их? Сонгю кивнул. Они как раз дошли до машины. Наму сразу же уселся на пассажирское переднее сидение и пристегнулся, зная, что Ким не любит, когда не пристёгнуты. - Постой, но разве они существуют? - Ты в клубах бывал? Они выехали со стоянки. - Ну… Не особо часто, пару раз, - задумчиво произнёс Ухён, а Сонгю понял, что тот не завсегдатай таких заведений. Хотя Наму и был с хорошо подвешенным языком, любил поиздеваться над Сонёлем и иногда подтрунивал над Мёнсу, но это не выходило за дружеские рамки. - Поверь, все стриптизёрши – это жуткие твари, которые питаются душами, да и не только ими. Потом они замолчали. Сонгю смотрел на дорогу, Наму листал планшет с записями Сонгю о суккубах и в целом о деле. И Наму уже было начал клевать носом, но заметил на себе пристальный взгляд старшего, когда они встали на перекрёстке. Сонгю улыбался. - Что? – спокойно поинтересовался Ухён. Сонгю отвернулся и ещё больше заулыбался, щурясь от утреннего солнца. - Думаю вот. - О чём? - О том, какими мы стали, - задумчиво протянул Ким. Мысленно Ухён подумал, что они стали старше и умнее, но Сонгю думал о другом. - Какими же? Сонгю поджал губы и постучал большим пальцем по рулю. Хотел бы он знать, как это правильно называется, но в голове так и не образовалось определённого слова, поэтому он лишь хмыкнул. - Ну? – в нетерпении заёрзал Наму. - Такими…. – отстранёно прошептал Ким. – Ну, знаешь? Ухён отрицательно покачал головой. Тогда Сонгю тяжело выдохнул и прикусил губу. - Ты стал умнее, ты всегда рядом, когда нужно, а ещё… Сонгю запнулся, краем глаза улавливая заинтересованный взгляд Ухёна, который, кажется, уже понял, какую сторону начал клониться разговор. - А ещё ты больше не боишься меня. Ты мой друг, - всё же закончил Сонгю. Ухён поперхнулся и отвернулся к окну, улыбаясь. - Не вечно же щенком быть в собачьей стае, - выдал Наму, а Сонгю представился милый щеночек с пятнами на мордочке и с большими ушами – вылитый Ухён. - Я рад, что между нами больше нет той стенки. Ухён не мог не согласиться. А ещё ему хотелось сказать, что они не просто друзья, но он промолчал, потому что знал – это лишнее. В клубе почти никого не было, лишь владелец, очарованный потерпевший и разодетая, вернее почти не одетая, дамочка, связанная полицейским, который стоял поодаль. - Здравствуйте, я Капитан Ким Сонгю, это Нам Ухён. Мы во всём разберёмся, - Сонгю пожал владельцу руку. Тот устало кивнул и попросил забрать этих странных людей. Управились быстро. В машине очарованного мужчину посадили на переднее сидение, он ещё не умирал, слава Богу, но вид у него был болезненный, будто он находился в шоковом состоянии. А вот дамочка была весьма развязная. - Вы что посадите меня из-за того, что я соблазнила этого мужика? – недовольно фыркнула она, когда Ухён сел рядом с ней на заднее сидение и заставил пристегнуться. - Поверьте, мы найдём причину, - ответил Сонгю. - Это стриптиз-бар! – воскликнула она. - Да хоть кабинет президента! – усмехнулся Ухён в ответ. – У него пена изо рта шла, он бледный, как смерть. Давай уже, снимай свои чары. Дамочка сразу же навострилась и удивлённо посмотрела на Наму. - Так вы из этих? – спросила она. - Из «этих», из «этих», - Ухён откинулся на спинку сидения. – Поэтому веди себя хорошо и не заставляй нас применять радикальные методы. - Это какие? - Тебе лучше не знать, - убедительно проговорил Сонгю. Дамочка насупилась и сложила руки на груди. Деваться было некуда, особенно, когда рядом с собой она чувствовала огромную силу. И это был никто иной как Ухён. Он неподвижно сидел и смотрел вперёд, будто выжидая чего-то. Сонгю взглянул на него в зеркало заднего вида и подумал, что Ухён сильно изменился. Перемены всегда к лучшему. *** На кухонных полках и правда было пусто, как бы Ухён не пытался там чего найти. Где-то под розетками, которые откуда не пойми взялись, завалялся лишь один пакет попкорна. Ухён удручённо поджал губы и понёс его к микроволновке. В холодильнике обнаружилась коробка грейпфрутового сока и стаканчик йогурта. Всё это он сгрёб в охапку, прихватил попкорн из микроволновки и поплёлся к Сонгю в комнату. Сонгю обнаружился на ковре, разбирающим диски. Ухён закрыл дверь и сел на пол, поставив всё на маленький столик у кровати. - У нас в холодильнике мышь повесилась, - гордо сообщил Наму. Сонгю поднял на него взгляд. - И что ты предлагаешь? - Доесть всё, что осталось, - довольно улыбнулся Ухён, ловя на себе хитрый взгляд Сонгю. - Правильно, разбуди завтра Дону в семь утра и скажи, что война началась, а потом извинись и отправь в магазин. - Садист, - саркастически заметил Ухён. Сонгю рассмеялся. Его смех наполнил комнату, а потом тишина… Они пару секунд смотрели друг на друга, но Ухён все же потянулся за диском. – Может, посмотрим «Пристегните ваши ремни»? - Ты хочешь посмеяться? - А ты хочешь погрустить? Сонгю не ответил, но потянулся к коробке в руках Наму, выхватил и извлёк диск. Ухён стащил на ковёр подушки и подложил под голову одну из них, облокотившись о диван. Сонгю вскоре сел рядом и взял в руки пакет с попкорном. Вообще-то Ухён уже смотрел этот фильм, но ему почему-то показалось, что надо посмотреть его снова вместе с Сонгю, который в этот момент увлечённо жевал. И чувство, которое разлилось по телу, усиленное эффектом от просмотра кино, сильно сковывало. Ухён словно дышал через раз, а потом время остановилось. Он посмотрел на Сонгю из-под опущенных ресниц, чуть приоткрыв рот. Неожиданно Ухён поймал себя на мысли, что последний месяц, а, может быть и два, он постоянно думал о Сонгю. О его жизни, о его вкусах и помыслах, о желаниях и проблемах. Сонгю интересовал его слишком сильно для коллеги или даже просто друга. Это словно помешательство, которое вскоре переросло во что-то вроде обыденности. Лицо Кима светилось в свете, который отражался от экрана телевизора. Сонгю всегда слишком сильно увлекался просмотром, поэтому не замечал, что происходило вокруг, но сегодня он внезапно отвернулся от экрана и встретился взглядом с Наму. Тот вздрогнул и хотел отвести глаза, но Сонгю внезапно спросил, почему Ухён так смотрит на него. Ухён почувствовал, как кольнуло где-то в животе и перехватило дыхание. Сонгю находился слишком близко, только руку протяни. - Всё в порядке? – снова задал вопрос Ким, Ухён мельком кивнул. Вообще-то всё было не в порядке, совсем нет. Его сердце билось так сильно, что готово было сломать рёбра. - Я просто… - замялся Ухён, но Сонгю внимательно его слушал. И в какой-то момент, сам не ведая, что творит, Наму потянулся к Сонгю, прикоснувшись пальцами к его щеке, и поцеловал так приторно и томно. Старший не успел даже вздохнуть, лишь почувствовал жжение на своих губах. А потом в голове Сонгю промелькнуло такое ожидаемое «какого чёрта!?», и он было уже отпрянул, но Ухён открыл глаза, и Сонгю увидел этот тёмный цвет глаза, цвет горького шоколада. Эти глаза смотрели так приятно, что он просто не мог позволить себе остановится. К Ухёну и правда тянуло. Всё то время, что они находились вместе, было чувство, что у Наму особая аура. Наверное, так и было, а если и нет, то Сонгю в это всё равно очень хотелось верить. Ухён легко коснулся его руки, и Сонгю словно инстинктивно сжал его пальцы так нежно, как только мог. Чувство, рождающееся где-то под сердцем, создавало приятное ощущение, а поцелуи Ухёна добавляли ещё больше красок, и фильм остался где-то на фоне, совершенно бесцветным и забытым. Спустя несколько минут Наму вдруг отстранился и выдохнул, пряча взгляд, как провинившийся мальчишка. Сонгю сначала нахмурился и замер, но потом ему подумалось, что так даже лучше, потому что за многие годы это один из немногих людей, которого не хотелось отталкивать. Поэтому Сонгю протянул руку, дотрагиваясь до Ухёна, легонько сжал его запястье и потянул на себя. Он лёг на пол, и Ухён навис над ним, удивлённо распахнув свои глаза. - Мы не друзья, - прошептал Сонгю. - Не друзья, - согласился Наму. - И как же это называется? – губы Сонгю растянулись в приятной улыбке. - Не знаю, - тихо ответил Ухён. - Четыре года – это слишком долго, - напомнил ему Ким. Тот хмыкнул. - Вся прожитая жизнь – ещё дольше. - Я разучился это делать. - А я просто не умею. Ухён закрыл глаза, представляя, как снова будет целовать Сонгю. - И что же нам делать? – Сонгю прервал его образы. Ухён вздохнул и мельком взглянул ему в глаза. - Понятия не имею, - в комнате раздался тихий смех. Ухён вновь поцеловал его, всё ещё чувствуя себя мальчишкой, хотя уже очень давно вырос. На самом деле с Сонгю было легко, словно всё так и должно было быть. И Ухёну это нравилось, ведь наконец-то его чувства принимали, а не отвергали. А Сонгю просто знал, что рано или поздно это случится. Потому что он влюбился в Нам Ухёна в их первую встречу. Это была любовь с первого взгляда.