Будь ты проклят, Клеф...

Во всем была виновата староста, как я решила после всего произошедшего. Если бы она не стала демонстрировать свою утонченную ванильную красоту, ловя ртом снежинки для серии фотографий и одевалась по погоде, то не подхватила бы воспаление легких, а я бы не нашла столько неприятностей. К сожалению, жизненные неудачи вообще редко приходят поодиночке. Они как нетерпеливые покупатели на распродаже, упираются, расталкивая друг друга и пытаясь добраться первыми, а если уж приходят, то все и сразу. Скорее всего, эта недалекая девица даже никогда не узнала, как сильно по ее вине изменилась моя жизнь. Но началось все именно с нее. Честно признаюсь, я ненавижу, когда мой телефон звонит. Опыт подсказывает, что когда тебе звонят – от тебя что-то нужно, причем срочно. По этой причине, я страстно желала бы, чтобы мои звуковые сигналы были отключены, но так получается только хуже. Если меня не смогли найти, то приходится перезванивать и все равно браться за дела. В общем, поэтому я не отключаю сигналы. Мой день начинался весьма здорово – дел почти не было, Клеф как обычно, работал, и никто не должен было мне помешать праздно отсыпаться. Телефон зазвонил ровно в полпервого и, протянув вслепую руку, я взяла трубку. - Староста заболела! – рявкнул на меня без приветствия, суда и следствия, китайский телефонный динамик. - Что? - Что слышала! У нас некем заткнуть колонку в газете, - теперь я узнала владелицу голоса и моментально пожалела о том, что услышала звонок. Это была моя научная руководительница и если она собиралась заставить меня что-то делать, то она определенно могла. - Как это произошло? Неужели совсем некем? – наивно переспросила я, стараясь дать себе отсрочку на раздумья. - Понятия не имею, сегодня стало известно, что у бедной девочки воспаление легких, - чеканя каждое слово металлическим, с примесью бабской истерики, голосом отрезала она, - Это была твоя идея, Линда. Я уже договорилась с издателем, так что выручай. - Но ведь у нас есть более квалифицированные студенты со старших курсов, - робко попыталась возразить я. - И они на дипломной практике, - оборвала мое блеянье руководитель, - Послушай, без тебя всего этого просто не было бы, и я считаю, что твоих навыков вполне хватит для того, чтобы написать статью. Преподаватели отлично отзываются о тебе, Линда. Не отказывайся, это не плохой старт, к тому же, это зачтется тебе на сессии. Услышав о сессии, я вздрогнула, и зажмурилась. Отказаться явно не получалось – все доводы разбивались о железобетонную уверенность моей собеседницы, что я должна. А раз должна, то придется. - Хорошо, я сделаю это, - со вздохом, даже не пытаясь изобразить энтузиазм, сдалась я. - Отлично, - стоило мне согласиться, с металлического тон моментально сменился на елейный. - Через неделю жду от тебя макет готовой статьи. Я дала твой телефон ее подруге, она должна будет переслать тебе материалы, которые уже собраны. Не знаю, надеюсь, вы сами разберетесь. Удачи. Моя мучительница отсоединилась, а я села в кровати и потерла переносицу. У кого тут мало дел? Явно не у меня. В каждом уважающем себя городе есть свои собственные легенды. Они возникают из причудливых сплетений реальных фактов и человеческих домыслов. Людям вообще нравится верить в существование чего-нибудь необъяснимого, даже если при ближайшем рассмотрении оно вполне объяснимо. Как начинающий журналист, я хотела попробовать свои силы именно на поприще мистики – написать несколько статей в открытых интернет-изданиях и посмотреть, как будут реагировать на это будущие благодарные читатели. Идея попробовать провести настоящее журналистское расследование показалась мне настолько привлекательной, что я поделилась ею со своим научным руководителем. Хочу сказать, что во всех гуманитарных вузах нет недостатка в красивых девушках, даже больше – их там с избытком. И нередки такие случаи, когда красивые девушки являются преподавателями, как например, у меня. В общем, то ли в силу возраста, то ли оттого что моя идея была неплохой, ее одобрили. В случае успеха, мне обещали даже небольшую публикацию в местной газете, так что следовало постараться. Но не успела я взяться за работу, оказалось, что мою идею куда лучше реализует наша староста. Я уже говорила, что здесь масса девушек? Это значит, что здесь не только цветник, но и нравы, которым позавидуют даже гарпии. Подсидеть удачливую соперницу? Запросто. Конечно, я расстроилась, но в принципе, быстро пришла к выводу, что так будет лучше – меньше проблем и работы. И вот сейчас оказывается, что она не может, значит можно быстро все переиграть и вернуть слегка пожеванную, но живую, мою идею обратно. Мол, забирай не жалко, только действуй по найденным материалам. Ну что же, я сделаю. Сделаю так, что они обзавидуются. Но лучше бы я спала. И вот, вместо того, чтобы отдыхать, я запаслась огромной кружкой чая и принялась за работу. Подруга старосты пока не звонила, но я особо на нее и не рассчитывала. Что путного может придумать девушка, мысли которой идут не дальше выкладывания еды в инстаграмм? Отбросив лишние мысли, я открыла вордовский документ и уставилась на пока что совершенно чистый лист. Некоторое время спустя я напечатала следующее: Природа городских легенд: правда и вымысел. Вообще-то надо было бы «природа создания…», но так название статьи станет совсем громоздким и никто не обратит на нее внимания. Может быть, стоит сформулировать иначе? Более кратко, что-то вроде рекламного слогана. Мысль уже почти сформировалась как раз в такой слоган, но ее спугнул еще один телефонный звонок. Отобразившийся номер был незнакомым, должно быть звонила та самая подруга. - Добрый день, - голос незнакомки был вежливым, но металлическим и холодным, словно говорил робот. В первый момент я подумала, что это вообще реклама кредитных карточек и собиралась положить трубку, но оказалось, я ошиблась, - Должно быть, ты не знаешь меня, милая, но я тебя знаю, и… - Отлично, - не знаю, зачем я кивнула, при разговоре по телефону этого не видно, - Перешли мне материалы на электронную почту, у меня мало времени. С этими словами я нажала кнопку сброса вызова и, еле сдерживая желание шваркнуть телефон об пол, закурила. Этот разговор вывел меня из равновесия – кем бы ни была незнакомка, она самая настоящая нахалка. Обращается со мной так, словно в чем-то лучше, а на самом деле никто. Если теперь я не вспомню свою идею заголовка, то это целиком ее вина. Словно в ответ на мои мысли ноутбук издал сдавленный писк, сигнализируя о новом сообщении в почтовом ящике. Если это от нее – то мои аплодисменты и извинения, в секретарши ее вполне возьмут. Я открыла письмо и просмотрела вложения. Это был скан одной-единственной вырезки из какой-то желтой газеты, гласившей «Девушка-пророчица, спасшая людей от взрыва в метро: Я просто будущая журналистка, мистика – это не мое». Под ярко-алыми буквами заголовка было крупное фото пророчицы. Мое фото. Очень остроумно. Пробежав глазами текст статьи, я едва сдержала второй приступ возмущения – в ее подлинность я не поверила ни на грош, это простой фотошоп, каких много. Вот ведь собака на сене – не может сама завершить проект, так и мне не дает. Нашла время и над кем глумиться, если уж у нее хватило таланта скопировать мою манеру говорить для фальшивого интервью, могла бы и статью слепить. Руководительница бы охотно приняла это, придуманный текст выглядел вполне взрослым. Однако после пары глотков чая и сигареты, я немного успокоилась и решила продолжить заниматься. Над коррекцией названия я подумаю позже, когда будет готов хотя бы макет. Нужно было посмотреть, у каких легенд, не слишком известных, есть реальные основания. Это облегчит мне работу. Я почти закончила набросок статьи, пока напоминающий план, состоящий из кусочков и ссылок, снабженный моими комментариями, когда меня снова отвлек телефонный звонок. Слишком много звонков сегодня, такое ощущение, что мой номер опубликовали на сайте президента. - Эээ…привет, это Линда? – неловко поздоровалась со мной очередная незнакомка, - Меня зовут Люси, я по поводу материалов для статьи. Наверное, уже поздно, но может быть, ты дашь мне адрес своей почты, чтобы я сбросила их тебе? Там немного. - Подожди, а разве мне уже не сбросили их? – озадаченно переспросила я. Голос был не похож на тот, металлический, может быть это была еще одна подруга? -Нет, не может быть, информация только у меня есть, - кажется, моя собеседница удивленно улыбнулась, но я этого все равно не видела, поэтому не могу утверждать, - Так ты дашь мне почту? Продиктовав адрес почты в очередной раз, я положила трубку и озадачено почесала макушку. Если, как она говорит, никто не мог отправить мне материалы предыдущей статьи, то кто мне звонил? И зачем отправил такую картинку? Чертовщина какая-то. В письме, которое сбросила Люси, оказалось много полезных вещей, вроде дополнительных сканов книг, которых не было в интернете и опросов, сделанных лично старостой. Напрасно я на нее обижалась, к статье она подошла со всей ответственностью, и теперь я могла сделать весьма неплохой материал для газеты. Но я думала не об этом. В ее письме не было и намека на предыдущее. Мне стало немного жутко и захотелось позвонить кому-нибудь, чтобы не сидеть здесь одной. А потом я подумала о том, как на это Клеф отреагирует и взяла себя в руки. Если припомнить, я никогда не отвлекала его от работы, потому что знала, что он этого не любит. Я была уверена в этом как в том, что солнце восходит. Не нужно никому звонить, меня всего лишь разыграли, не более. Но отголоски тревожного чувства, вызванного звонком, а затем этим письмом, никуда не пропали, и я решила пойти проветриться. Вообще-то я ненавижу мороз, но сейчас была рада любой возможности отвлечься, потому что находиться дома стало совсем невыносимо. Казалось, что каждая вещь стала враждебной и смертельно опасной. Я и сама не поняла, как оказалась в прихожей, наматывающей красно-желтый гриффиндорский шарф на шею и немного на лицо, чтобы не щипало щеки, но, окончательно смирившись с помешательством, натянула такого же оттенка шапку на голову, заперла дверь и отправилась на улицу, не имея совершенно никакой цели. На морозе дышалось легче, а мысли понемногу находили свое привычное русло. Зайти в ближайший супермаркет, посетить книжный и так далее и тому подобное, виток за витком они уносились все дальше и дальше от утреннего происшествия. Двигаясь вдоль стеллажей с газировкой, я уже и думать забыла о незнакомке с металлическим голосом. Если я не вижу ее, то значит, ее не существует. Когда спустя часа три, или даже больше, я возвращалась домой, отягощенная очередной порцией книг и вредной еды, мой взгляд упал на почтовые ящики, серой стайкой висевшие на стене первого этажа. Обычно люди не проверяют их, когда руки загружены, но мне почему-то захотелось. И вот, отставив сумки на подоконник, я порылась в кармане и нашла ключик. Бодро скрипнув в замке, он повернулся и открыл передо мной недра ящика. Мои усилия были не напрасными – там лежал какой-то плотный крупный конверт. Обычно люди не открывают конверты прямо на лестничной площадке, но сегодня я пренебрегла и этим тоже. Почему? Понятия не имею. Содержимое конверта заставило мне разом отбросить все эти самокопания. Там не было письма с жуткими угрозами или пальца моей любимой собаки, там лежала всего лишь обычная желтая газета полугодовой давности, но в отличном состоянии. Газета с той самой статьей обо мне. Мне стало дурно. Как бывает в таких случаях, я с трудом подавила желание выбросить ее и убежать как можно дальше, и пожалела о том, что выходила из дома. Если шутники хотели напугать меня, у них получилось просто отлично. Я сложила газету обратно в конверт, а потом выбросила ее обратно в почтовый ящик. Где-то поблизости с металлическим звуком клацнула входная дверь, и я поняла, что мои нервы совсем на пределе. Плевать, что скажет Клеф, я звоню ему прямо сейчас. Полифоническая трель, подразумевающая собой чудовищно искаженную мелодию Элвиса Пресли, разнеслась по всему подъезду. Обернувшись, я увидела человека в пальто и невообразимой шляпе. Не помню, когда еще он появлялся настолько вовремя. Я позволила себе на секунду забыть, что этот человек отличается крайне гадкой натурой, и обняла его. Прошло несколько мгновений, прежде чем я поняла, что он не собирается сопротивляться. Ухмыльнувшись во весь рот, Клеф схватил меня как маньяк жертву, прижав руки к телу, и даже когда я начала вырываться, не позволил этого сделать. - Ты же скучала по мне, - с жуткой улыбкой, которая вблизи пугала сильнее, чем газетная заметка, сказал он, - Зачем теперь убегать? Мне нравятся обнимашки. Из его спины начали расти черные извивающиеся щупальца, как у тонкого человека, и я рухнула в обморок. Чертов Клеф, чертова игра теней, чертово все. - Ты как, жива? – наверное, хорошо приходить в себя, слыша голос близкого человека, но у меня был только Клеф. – Жива, - с сожалением добавил он, заметив, что я очнулась. - Зачем ты напугал меня? – пробормотала я, борясь с тошнотой. Это что, диван? Даже на Клефа порой снисходит. - Неправильный вопрос, - не остался в долгу Альто, - Почему ты меня напугала, вот что на самом деле интересно. Я люблю, когда девушки падают к моим ногам, но так как ты была не обнажена и без ошейника … - Очень смешно, Клеф, - мрачно попыталась оборвать его я, но как всегда разошедшегося доктора было не остановить. - ...я понял, что это обычный обморок. Кстати, паршиво выглядишь, - Альто как всегда просто лучился жизнерадостностью, и отличался редкой тактичностью. Можно подумать, я не догадывалась. Про письмо я ничего ему не рассказала. Пока что.