Во всём виновата луна.

Я никогда не ищу неприятностей на свою задницу. Обычно они первыми находят меня. (Авторское) Нам сказали руки опустить…Мы и опустили им на головы… (Автор) Молчание давило на Кагоме. Жрица и Джакен шли уже несколько часов, по спутанным тропкам леса, и зачастую, проходы которые выбирал каппа, были весьма и весьма узки для девушки. Ругая про себя ёкая последними словами, она пыхтела, шипела, потела, но упорно шла вперёд, и всё же, несмотря на такие трудности в пути, молчание буквально убивало её. - Э... Джакен? – слуга Сещемару даже не соизволил обернуться, сделав вид, будто ничего не слышал, а Кагоме пропустила ветку, хлестнувшую её по щеке и обжегшую болью. По нежной коже покаталась крохотная, алая капелька. Смахнув её, девушка тряхнула головой и зло глянула на тёмную фигурку, едва обрисованную в полумраке леса. «Вот же противное земноводное!» - про себя подумала Кагоме и тоскливо воззрилась на тёмный полог листьев над головой, из–за которых не пробивалось ни одного лучика солнца. По её подсчётам, давно должен был наступить рассвет,но этот лес был настолько тёмным и глухим, что даже когда встаёт солнце, здесь всё равно сумрачно, из-за плотного переплетения ветвей, закрывавших небо. Мико никогда и никому не признавалась, но, она не особенно любила леса. Потому, что по рассказам деда, именно там и обитают всевозможные демоны, готовые сожрать слабого или даже одного из своих соплеменников. При одной мысли об каннибализме, у неё внутри всё сжималось и перекручивалось, а ещё, сильно тошнило. Никогда прежде, она не ходила по такому лесу одна. С ней всегда, при любых обстоятельствах находился Инуяша, надёжный и тёплый, да с Тессайгой наготове. А ещё были монах и Санго, Шиппо и Кирара...Неожиданно пришла грусть: как они там, без неё? Идея, показавшаяся столь заманчивой ранним утром, уже не была настолько привлекательной. Девушка поёжилась: было довольно прохладно, и к тому же, ей на нос упала капелька воды, видимо, оставшейся на какой-нибудь ветке после дождя. - И-ип! – вскрикнула Кагоме, когда наткнулась ногами на застывшего перед каким–то деревом Джакена. Тот недовольно обернулся и недружелюбно зыркнул на неё глазами: - Тихо ты, глупая человеческая мико! – с одежды ёкая капала вода, низенький демон промок от росы, которой здесь было в изобилии. – И что за манера, всё время кричать? – причитал он, постукивая посохом по стволу дерева. Оскорблённая в лучших чувствах Кагоме, поджав губы, отступила на шаг, давая своему провожатому место для маневра. Покка слуга ину–дайёкая возился у дерева, девушка стояла и думала о том, что с ней сделает ханьо, когда она вернётся и весело скажет ему «Инуяша, ты прости меня, но я ходила помогать твоему брату»… Вдруг раздался треск сучьев, ломающихся веток и лязг металла, который был подобен звуку клинка, вытаскиваемого из ножен. Каппа замер, и смотрел куда- то вдаль бессмысленным взором. Испуг охватил и Кагоме, но она не растерялась, метнувшись к нему, схватила демона под мышку (тот даже пискнуть, не успел) и нырнула в ямку между корнями большого, исследуемого до этого дерева, вжавшись в сырую, холодную почву с головой. Одежда быстро промокала, а стылый пар земли холодил внутренности. Но, ещё больше неприятных моментов доставил страх, липкой дымкой окутавший нутро, прижавшийся противной паутинкой к волосам и подрагивающим, сжимающим замершего каппу рукам. Треск нарастал, и вскоре достиг апогея. Тяжёлые шаги, сотрясающие дерево и мико с демоном в его корнях, все приближались. Кагоме и жаб забыли, как дышать, а жрица не моргала, и чувствовала, как бьется, словно в сетке в бешеном ритме её сердце. Воняло от демона отвратительно. Его огромная тень накрыла их с головой, а спертое, тяжёлое дыхание различалось лёгким ветерков где–то там, наверху в кроне деревьев. Страшное существо явно искало их. Но почему? Как оно выследило маленькую компанию? – задалась вопросом мико. «Кровь! Моя кровь!» - вскрикнула в мыслях Кагоме, вспомнив, как досадливо смахнула со щеки последствия царапины веткой, и ещё плотнее прижав бесшумно крякнувшего Джакена к земле, явно передавленного по всем параметрам хрупкими ручками мико, девушка напрягаясь внутренне, осторожно потерлась щекой об так удачно росший поблизости пучок травы. Мгновения потянулись медленно, в каждой секунде был час, настолько она была испугана. Ругая себя за такую беспечность, Кагоме изо всех сил сдерживалась, чтобы не закричать. Умом девушка, конечно, понимала, что если они выдадут своё присутствие, хотя бы чихом, то, им не сдобровать. Джакен, хоть и демон, довольно слабенький, и неуверенный в себе, и защитить её не сможет, потому , что привык всю жизнь прятаться за спиной могучего, всесильного Сещемару–сама. По мнению Кагоме, Джакен был только чуть лучше Миёги–джиичана, который всё время дезертировал, едва дело пахло дракой. Каппа, по крайней мере, преданно сидел в кустах, и наблюдал за тем, как его господин разрезает на ровные ленточки или неровные клочки тех, кто посмел перейти ему дорогу. Пока она размышляла, то не заметила, как дрожит в её руках маленький демон. Джакен совершенно неожиданно чихнул. Демон зарычал, и этот звук вибрировал в земле, проникал в мозг, разрывал барабанные перепонки. Таял сцепленным ужасом в груди, будто бы продырявленной чем–то или кем–то, и на месте воображаемой раны стремительно разрастался лютый холод. Кагоме закричала. Отчаянно, горько и зло. Толкалась ногами в корень, чувствуя, как проседает земля под её спиной. Что – то хрустнуло, и девушка поняла объятым ледяной коркой сознанием, что падает куда- то вниз, кубарем скатываясь по пологому, узкому проходу, сдирая в кровь кожу рук и ног, ощущая, как сотрясается поверхность земли, и демон, их преследователь, громит всё вокруг, ища своих жертв. А жертвы стремительно летели куда–то вниз, и Кагоме молилась всем известным ей ками, чтобы их приземление оказалось удачным, и она не сломала шею. Джакен вопил, неистово молотя маленькими лапками по воздуху, а мико не могла разжать руки и отпустить его. Она не знала, сколько они так падали, но, проход неожиданно стал широким, и она резво выкатилась из него, как шар для боулинга, шлёпнувшись на гладкую, прохладную и твёрдую поверхность, чувствительно ударившись затылком и спиной. На её животе тяжело с хрипами дышал Джакен. Мгновения тянулись медленно, оба путешественника приходили в себя. Было тихо. Со скоростью травмированной черепахи возвращалась способность думать и воспринимать, принося жрице новый приступ страха. Здесь, где она очутилась, царила кромешная тьма. - Джакен? – тихо и жалобно позвала она ёкая. Сейчас главным было вовсе не то, что каппа слабак тот ещё, а то, что она, Кагоме, здесь не одна–одинёшенька. - Мико… - прохрипел ёкай и девушка почувствовала, как он скатывается с её живота на камни, привалившись к боку. – Ты молодец, – у девушки широко раскрылись глаза. Ещё бы, в лесу наверняка что–то крупное сдохло! Просто так Джакен её не отблагодарит! Нервно хихикнув, и порадовавшись за тот факт, что её никто не видит, ибо выражение её лица приняло совершенно глупую форму, Кагоме выдавила, давясь резким, клиническим хохотом: - С чего бы это? – подняв оцарапанную и саднящую руку, она прижала её ко рту, и прикусила пальцы, на который явственно чувствовался металлический привкус крови и запахи пыли, песка, земли: - Ты нас спасла, - крякнув объяснял каппа. – И нашла проход. Интересоваться куда это она свалилась, Кагоме не стала. И называть по лицам тех, кто не удержал внутри себя злосчастный «чих» тоже. Её больше занимал тот факт, что если они в ближайшее время не уберутся отсюда… Кто знает, что или кто обитают в этой темноте? Быть съеденной во цвете лет, мико не планировала. С трудом поднявшись, и мужественно сдержав стон боли, распространявшейся по всему телу, превратившемуся в один сплошной синяк, жрица села. Оглядываться было бесполезно, так, как увидеть, что бы то ни было, не представлялось возможным. Поэтому, оставалось пробираться на ощупь… Стук подбираемого Нинтоджу показался ей эхом и громом одновременно. Она только сейчас заметила, что каждый их звук подобен ударам набата. Движение тела, одежды. Даже дыхание! Джакен между тем, произнёс какую- то формулу и три раза стукнул по полу концом посоха. Небольшой, но яркий огонёк заблестел на конце двух голов. Огнь не рассеивал темноту слишком далеко, но этого света должно было хватить, чтобы продолжить путешествие. - Не отставай, – вполне себе обычным, дребезжащим голосом проговорил каппа уверенно шагая вперёд. – За тобой возвращаться не буду, глупая человечка! – Кагоме не обратила внимания на оскорбление и поспешила встать и пойти за хромающим ёкаем: - Джакен, а где мы вообще? – каппа пожал плечами, и движение это выглядело смешным до нелепости и неловким, явно, демону было больно, а ещё, он потерял свою шапочку и теперь сверкал зелёной лысиной испачканной чем- то серым и даже на вид - неприятным: - Где–где, под землёй конечно… и не задавай мне глупых вопросов, мико! - Кагоме приутихла на некоторое время. Коснувшись рукой спутанных, наверняка грязных волос, девушка хмыкнула. Под землёй, значит?.. «Топ –топ, хлюп-хлюп, топ–топ, хлюп-хлюп, топ-топ….». И ничего больше. Раздражающий звук собственных шагов и чавкающий в обуви воды, дикая ломота во всём теле, сжимающееся сухое горло… Не выдержав, жрица зажмурилась. - Джакен, я устала! – сотый раз повторила Кагоме и, не удержавшись, легонько пнула каппу кончиком туфли. Ёкай злобно взвизгнул и повернул к ней голову: - Молчи! Мы скоро… - мико перебила его весьма беспардонно, и надо сказать, имела на это полное право: - Ты мне это уже третий час твердишь! Ты хоть вообще знаешь, куда идёшь? – демон вздохнул: - Знаю. А теперь молчи. Мы должны дойти до пещеры к закату! – выгнув бровь, Кагоме язвительно спросила: - Да? А за сколько ты добирался до деревни Райко–сан? – Джакен кряхтел, перебираясь через камень, который жрица попросту перешагнула: - За три дня, – всплеснув руками, девушка упёрла их в бока и остановилась, топнув ногой: - Всё! Атас! Аватта! Я никуда, слышишь, ни–ку–да! Больше не пойду, пока мне не дадут отдохнуть и хотя бы попить! – бушевала жрица, а маленький демон сдержанно выругался, обозвав её «ленивой глупой человечкой» но спорить, не стал, и с тяжким вздохом присел на камушек. Явно было видно, что он устал, и устал даже больше чем поднаторевшая в долгих переходах Кагоме, но… установив единственный источник света в этом подземелье – свой деревянный двухголовый посох прямо между камнями, он замер в напряжении, не сводя со жрицы пышущих решимостью жёлтых глаз. «Неужели так беспокоится за Сещемару онии–сана?» - с удивлением подумала Кагоме, спешно вытаскивая из рюкзака, который впопыхах сунула ей Райко–сан, флягу с водой. Отвинтив крышечку, она позволила себе сделать всего пару глоточков свежей, прохладной воды, хоть горло было сухим, ровно настолько, что временами казалось, будто бы там образовалась Сахара в миниатюре и из него вот–вот посыплется песок, наполнив рот и мешая дышать. Но ведь девушка из будущего не знала, сколько ещё он будут так идти. Может быть день или два, и если расходовать воду неэкономно, то она быстро кончится. А этого она ну никак допустить не могла. Ещё одной проблемой было то, что к удивлению мико в подземелье было жарко. Очень жарко, прямо как в натопленной бане. Клубов пара только не хватало! Она вся, от кончиков волос до пальцев на ногах промокла. Пот и грязь смешались, и теперь при каждом движении, девушка ощущала себя просто ужасно. К этому добавлялась липкая, грязная одежда и промокшие, сырые туфли. Про волосы, или о том, как они выглядят, Кагоме предпочитала даже не задумываться. Боялась упасть в обморок раньше времени. А Джакен её точно тащить не станет, оставит здесь на съедение местной живности, предварительно возблагодарив ками за такую великую милость. - Будешь пить? – девушка решила великодушно поделиться живительной влагой со своим провожатым. Конечно, это был не просто жест доброй воли, хотя и она имела место быть. Умно рассудив, что если ёкай откинет коньки прямо посреди огромного, каменного лабиринта неизвестно где и неизвестно как, фиг она выберется отсюда. Посему, нужно было беречь не только воду но и земноводных. - Хм, – гордо «ответил» Джакен, отвернув голову в сторону. Но, Кагоме успела заметить, как блеснули его глаза. Налив прямо в крышечку фляги воды, она подала её каппе: - Пей. Если ты откинешь здесь лапки, мы не доберёмся до Сещемару… - она не знала, что так подействовало на Джакена: то ли перспектива потери лап, то ли грозное имя, сказанное правда без должного почтения, то ли просто охотка взяла верх над гордостью, но, импровизированный стакан у неё из рук приняли и выпили. Залпом. Сжалившись, она налила ещё. Когда с приёмом жидкостей было покончено, более бодрый ёкай поднялся и схватив Нинтоджу куда более шустро зашагал вперёд. С тяжёлым вздохом жрица последовала за ним. Если Кагоме думала, что самые трудные моменты путешествия были позади, то она очень ошибалась. Когда девушка и каппа пришли к тёмному тоннелю уходящему резко вверх и ёкай сказал что придётся лезть вверх… Кагоме едва не взвыла. Благим, японским матом. Мало того что ноги буквально отваливались отказываясь признавать своё родство с её, Кагоме телом, так ещё и эта противная жаба причитает над ухом… Конечно, винить беднягу Джакена за ужасное устройство подземных пещер не стоило, но придумать хоть сколько нибудь подходящее для ругани существо, было трудно да и лень. Но, проход зиял, и лезть туда все же было надо. Мрачно посверлив взглядом черноту перед собой, девушка закатала рукава. Побурчав для приличия и наградив каппу пинком, жрица полезла в указанном направлении. Внутри было просто невыносимо душно, воздух стоял, и не шёл в лёгкие, поэтому дышать удавалось только через раз. Цепляться за выступы было трудно, пальцы плохо слушались её. Голова кружилась от жары и усталости, а ещё хотелось есть. «Мама родная, да зачем она вообще всю эту кашу заварила? Сидела бы сейчас в саду, лечила очередную безобидную зверушку… Инуяша бы под боком был! Нет, надо было ввязаться в эту дребедень…» Примерно такие «весёлые» мысли бродили в голове у мико, пока она с упорством альпиниста–недоучки, карабкалась вверх. Пару раз, когда девушка почти срывалась, её предупреждали что он, Джакен позади неё, и падать ей ой как не желательно, на что усталая и злая как тысяча демонов жрица отвечала что сделает это специально. Худо да бедно, переругиваясь и огрызаясь, друг на дружку они достигли цели своего маленького путешествия… Душная небольшая пещерка, куда ввалилась мико, была буквально заполнена «радостным» рыком демона. Открыв рот от изумления и моргая глазами, Кагоме созерцала угол, в котором на меху, привалившись к каменной стене пещеры возлежал ину–дайёкай Сещемару, и неприкрыто скалился на неё, сопровождая всё это низкими, грудными звуками. - Сещемару онии–сан… - прошептала девушка, прижимая руки к груди. Выглядел демон, не очень хорошо. Одна из рук дайёкая, скрытая белым хаори с красным узором была очень и очень чёрной, и тьма скверны охватила конечность уже до локтя, а обезумевшие от боли кристально–чистые без всякой мысли золотые глаза впивались прямо в её лицо…