4.
8 февраля 2014 г., 22:27
Уже четвёртую ночь прятаться было негде: всюду была бескрайняя пустыня, жаркая днём, ледяная ночью. Война не отзывал Руин, так что во время привала Уриил могла прислониться к тёплой шкуре животного и греться. Руин, как и его хозяин, большую часть времени не подавал никаких признаков жизни: не шевелился, не сопел, не тряс гривой. Оба они как каменные изваяния застывали до рассвета и ждали, пока плотная и непроглядная Тьма вокруг рассеется.
Грааль защищал путников, укрыв в коконе света, непреодолимом для противника, обжигающем его. Уриил вела себя послушно, ненужных вопросов не задавала, и старалась лишний раз не пожирать взглядом реликвию, чтобы не действовать на нервы Всадника. С ним было хоть и спокойно, но крайне скучно: ангел и припомнить не могла, чтобы ей когда-либо так недоставало общения.
Последние две ночи Война занимался починкой гарпуна, а Уриил, безмятежно прислонившись к горячему боку Руин, наблюдала за его слаженной работой. Наблюдала, как он разгибает помятые звенья, распрямляет их, подносит ближе к глазам, взвешивает на ладони, крутит то так, то этак…
Близился рассвет, где-то над головой хрипло и протяжно прокаркал ворон; а в решимость женщины откуда ни возьмись закрались сомнения. Столько раз она себя уговаривала, что продумала всё идеально, что Войне это никак не навредит, но вот опять. Если она заберёт Грааль с первыми лучами солнца, у него будет ещё достаточно времени, чтобы найти прибежище, но вот эти самые сомнения нашёптывали, что нет уже безопасных мест от Тьмы, и не спрятаться от неё нигде.
Времени оставалось всё меньше; Уриил глядела на сосредоточенное кропотливой работой лицо Войны, а ладони её слегка похолодели.
«Неправильно, неправильно», — стучало в голове ангела, а небо меж тем чуть посерело. Солнце здесь вставало с невероятной скоростью, потому нужно было решаться. Либо сейчас, либо…
— Война! — испуганно прокричала она, вскочив на ноги так, чтобы оказаться ближе к Граалю. — Обернись!
Всадник резко крутанулся, сердце ангела бешено колотилось в груди, ладони уже вспотели. Одним прыжком она подскочила к реликвии, схватила её и взмыла в алеющее небо. Всего лишь в каком-то дюйме от её стопы клацнула стальная перчатка Войны, слишком поздно распознавшего обман. Быстро работая крыльями, стремительно набирая высоту, крепко цепляясь за чашу, Уриил бросила прощальный взгляд на землю: Всадник оседлал коня и ринулся в погоню. Ей пришлось резко уйти влево, чтобы уклониться от выброшенного вдогонку гарпуна. Ангел решила, что ей просто необходимо подняться выше, скрыться за облаками от чужого взора, да и гарпун так уж точно не достанет.
Полёт давался поначалу тяжело — отвыкшие от работы мышцы сопротивлялись физическому труду, но упорство подгоняло вперёд, а ещё и жажда спастись. «Всадник не друг мне, не друг вообще никому. Чести он, может, и не лишен, но в остальном…» — думала она, изредка бросая взгляд на землю.
В последний раз с громким хлопком выстрелил гарпун, но уже и близко не дотягивался до цели. Выдохнув с облегчением, покрепче сжав чашу, Уриил устремилась к облакам, которые виднелись более-менее близко, — десять-пятнадцать минут полета, и она навсегда избавится от неприятного общества.
На землю она более старалась не глядеть, так как знала, что преследования Война не оставит. Ему Грааль тоже нужен, однако женщина не понимала зачем. Даже не трудилась спрашивать, ибо подобная ценность принадлежит только Белому Городу и в аренду не сдаётся, особенно таким, как он.
Уриил достигла наконец укрытия в виде плотной полосы тёмно-серых облаков, накапливающих влагу, чтобы где-нибудь да разразиться проливным дождем. Заметно похолодало, а одежда на ней вмиг отсырела. Судя по тому, как быстро скапливалась чернота в тучах, гроза была не за горами, а значит, ангелу придется спускаться — слишком велик шанс быть сбитой молнией. Но едва Уриил нырнула вниз, как мир вдруг вспыхнул обжигающей синевой, а в грудь будто ударили кулаком, выбив дух. Краешком сознания она понимала, что начала снижаться, падая камнем вниз. Её крутило как волчок; ветер бил по лицу и свирепо свистел в ушах, злорадствуя, — земля всё приближалась. Вновь мимо с шипением пролетел синий энергетический шар, — точно такой же сбил её с траектории полёта.
Взять контроль над падением Уриил уже не могла: скорость была слишком большой. Последний раз крутанувшись, она плотно закрыла глаза в преддверии столкновения с песочным барханом. Грааль каким-то чудом до сих пор оставался у ангела в руках…
Дальше всё происходило очень быстро и откладывалось в мозгу фрагментарно. Уриил не помнила, чтобы почувствовала само столкновение с землёй, зато отчётливо помнила острую боль в недавно вывихнутом плече. Отобразила, что вроде бы покатилась вниз по склону; песок забивался в нос, рот, глаза. Кажется, прикусила язык до крови. Но вот её падение замедлилось, и она завалилась на живот, рядом с головой упало что-то увесистое, однако сил оторваться от песка у неё не нашлось. Она вообще боялась шевелиться, ибо думала, что впадёт в панику, если не почувствует хоть одну из частей тела, — нужно ведь бежать дальше…
Над головой послышался шелест перьев, а за ним и голос, глубокий и живой, принадлежащий явно одному из ангелов.
— Уриил, — звал он.
Она слабо дёрнула руками в попытке опереться, чтобы хоть чуть-чуть приподняться. Левое плечо отозвалось острой болью: скорее всего, сустав снова выскочил.
— Уриил. — Голос звучал уже настойчивей, а она недоумевала, почему ей не помогают. — Отдай нам Грааль.
Уриил распахнула глаза, в этот же миг прогремел гром. Резко вскинув голову, а заодно отбросив мешающие волосы, она увидела, что над ней возвышается с десяток ангелов, выглядящих достаточно недружелюбно. Все держали оружие на изготовке, целясь в неё. Кожа их была пепельно-серого цвета, а глаза сияли как холодные лазуриты. Один из этих ангелов пытался разжать её пальцы, мёртвой хваткой вцепившиеся в ножку Грааля.
— Ты должна подчиниться, — произнесло существо всё тем же чистым голосом, обманывая слух, но не зрение.
Снова прогремел гром, и на лицо женщины брызнуло что-то чёрное и маслянистое, омерзительно пахнущее тленом. То, что она приняла за очередной громовой раскат, оказалось выстрелом гарпуна, а ангел, что склонился над ней, теперь медленно падал на бок, с торчащим изо лба окровавленным лезвием. Гарпун вернулся к хозяину, звонко клацая цепью; ангел рухнул, подняв столб песочной пыли. Остальные переключили внимание на явившегося противника.
Мозг соображал быстрее тела, приказывая бежать куда подальше, скрыться с глаз, пока ангелы заняты Войной, а Война ангелами. У Уриил не было времени поддаваться размышлениям о таинственной метаморфозе собратьев, да и вряд ли она могла их так величать и дальше — это они сбили её на землю, больше было некому.
Собравшись с духом и силами, ангел еле оттолкнулась от растекающегося под ладонями песка и рванула в противоположную от сражения сторону, низко пригибаясь к земле, так как была вероятность снова попасть под снаряд. Бежала она не оглядываясь, преследовать её пока никто не кинулся. Естественно, она не могла надеяться, что Война падет в такой несерьёзной стычке. Более того, смерти она ему не желала, однако хотела бы иметь в запасе достаточно времени…
Предсмертный вскрик огласил округу, а у Уриил возле уха прогремел треклятый гарпун. Не сбавляя скорости, она обернулась: Война раскидал всех противников и теперь твёрдым шагом следовал за ней по пятам. Ему каким-то образом удавалось не так глубоко проваливаться в песке, как ей, оттого он двигался гораздо быстрее. Ангел ускорилась, но от нахлынувшей паники и клокочущего в крови адреналина, действовать чётко не получалось. Наверняка ещё и падение сыграло свою роль, так как её координация здорово пострадала, и женщину мотало из стороны в сторону.
Война нагнал её и, схватив за левую руку, круто развернул к себе. В этот же момент Уриил подняла Грааль повыше и заехала чашей Всаднику по голове, целясь в висок. Война нахмурился и дёрнул беглянку ещё ближе. На месте удара красовалась приличная вмятина, но с небольшим треском клиновидная кость распрямилась, вновь разгладив лицо нефилима.
Пока Уриил зачарованно глядела на эту метаморфозу, подозрительно тихо позвякивала цепь — Война связывал её. Спохватилась она слишком поздно: Всадник уже перекинул новую петлю через её плечо, приковывая руку с Граалем к груди так, что ей было невозможно пошевелить. Вывихнутая левая оказалась плотно прижата к туловищу сбоку.
— Да как ты… — У ангела не хватало дыхания, как от бега, так и от возмущения. — Как ты смеешь?!
Цепь тем временем сковала крылья так, чтобы она не смогла их распахнуть, опутала лодыжки, обвила талию, а под конец ещё и шею захватила стальными объятиями.
— Война, ты не имеешь права! Я… — Но Всадник и не собирался слушать её выкрики.
Проверив путы, он закинул тихонько пискнувшую женщину к себе на плечо, взмахнул рукой, и тут же явился верный Руин. Без лишних слов Война посадил Уриил на спину коня, но сам почему-то не спешил забираться в седло.
— Что это значит? — не оставляла попыток она, буквально задыхаясь от гнева. — Ты ведешь себя как грубый, неотёсанный, грязный мужлан!
Всадник не обращал внимания, роясь в седельной сумке.
— И что теперь? Бросишь меня в первую же попавшуюся яму, да?
— Успокойся, Уриил, — прозвучал наконец-то его голос.
— Да с чего бы? Ты же так достойно обходишься с женщиной, — рычала она, чувствуя, как металлические звенья скребут шею.
— Ты не в себе. Так будет лучше, — всё ещё копаясь в сумке, ответил Война.
— Конечно лучше. Кому же хорошо без синяков по всему телу?
Тут Война вскинул руку с осколком зеркала, зажатым в пальцах. Уриил не сразу поняла, что отражение принадлежит ей, ибо из зеркала смотрела незнакомка с землистого цвета кожей и лазурными глазами.
— Тьма и тебя коснулась, воительница Белого Города. Но если ты постараешься сохранить разум и не станешь препятствовать, клянусь, что помогу.
Ангел не могла отвести взгляда от отражения, которое, как ей показалось, мерзко ухмыльнулось само по себе.
