От беды беды не ищут

      Дальнейшая дорога на удивление прошла спокойно. Не нападала нечисть, не удирал из своего ящика Пиранья, которого Валттери не забывал вовремя кормить, и даже возницы не нарассказывали про шамана с «помощником» всевозможных ужасов – ну, или начали рассказывать их, когда Валттери и Бертран уже уехали, поэтому проблем с наймом следующего экипажа не возникло. И даже то, что мужчины смотрели друг на друга насторожено, как два кота, не сильно влияло на настроение. Реакция на поцелуи стала неожиданностью для обоих, и теперь требовалось время на осмысление. Но и сказать, что они сторонятся или, тем паче, шарахаются, было нельзя. Просто не спешили как-то развивать отношения. Валттери опасался спугнуть Бертрана, а о чем думал сам зиимар, было известно только ему.       А еще заметно менялась погода – даже в пределах всего дня пути. Дороги были вымощены на совесть, лошади бежали ходко и регулярно сменялись на станциях – оплата, конечно, соответствовала, но и скорость тоже. Можно было утром еще наблюдать мелкую снежную крупку, а вечером – лужи и туманную морось. Чем ближе становилось побережье с его теплыми морскими течениями, тем сильнее вступала в права весна. Солнце светило не так уж часто, большую часть времени скрываясь за тучами, но дождь был теплым, а трава уже не просто пробивалась после стаявшего снега – вовсю зеленела и расцвечивалась звездочками птицемлечников. Изменился даже воздух, сменив горную прозрачность и кристальную чистоту на мягкую влажность и едва уловимый запах соли. А в последний день отступили и тучи, позволяя зоркому глазу разглядеть странные отблески у самого горизонта – это сверкало под солнцем море и прибрежные солончаки.       Бертран высунулся из окошка, жадно вдыхая полной грудью свежий воздух. До города осталось совсем немного, а силы трястись в этой коробке на колесах по пыльной дороге иссякли окончательно. Тем более что пригревающее солнце и влажная от росы трава так и приглашали прогуляться.       - Это ужасно, - ворчал эшшар, высовываясь в окно едва ли не по пояс. - Я на своих двоих до города доберусь. Выпустите меня из этого демонического приспособления. Я размяться хочу!!!       Пиранья одобрительно взвыл в ящике, уж он-то больше всех хотел на волю. Валттери, посмеиваясь, стукнул в стену, давая знак остановиться. До города и в самом деле осталось совсем немного, а он хотел на воздух ничуть не меньше Бертрана. Мужчина ужасно соскучился по морю, соленому ветру и крикам чаек.       - Пойдем вдоль берега? Покажу, как можно пройти в город не через главные ворота, да и с Цоли познакомлю, если повезет и он рядом. Думаю, вы друг другу понравитесь, так как зубы у вас обоих хороши, а сферы питания не пересекаются.       Пиранья, забытый в ящике, пронзительно заверещал, скребя крышку когтями. За время путешествия бес неплохо научился понимать, когда стоит подавать голос, а когда это обернется лишь метким пинком, активирующим руны. Вот и сейчас Вал носком сапога спихнул крышку чуть в сторону, давая зловредному созданию выбраться наружу. Интересно, если он попытается привязаться к чайкам, он их покусает, или они его хорошенько заклюют?       Бертрану было в данный момент абсолютно все равно, как идти и с кем знакомиться, он буквально выпал из экипажа на траву, счастливо урча. До побережья нужно было добираться сотню метров как минимум, с той стороны ветер приносил знакомый запах. Шаман ненавидел соленую воду и надоедливых птиц. Здесь, на равнине, его душа пела, инстинкты обострялись, и хотелось скинуть маску человека, хоть немного побыв самим собой.       Подождав, пока экипаж отъедет на приличное расстояние, Берт скинул на землю рюкзак и начал стаскивать с себя рубашку.       - Я же говорил, что хочу размяться, - поймав на себе удивленный взгляд Валттери, пояснил эшшар, избавляясь от обуви и блаженно жмурясь.       Пиранья щурил глазенки от яркого солнца, только-только начавшего пригревать, лениво помахивая крыльями. Ему непременно хотелось сделать какую-нибудь пакость, но вот какую - бес еще не придумал. Пока он решил достать зиимара, пикируя тому на голову с пронзительным визгом. Бертран не остался в долгу, выпуская когти и устраивая погоню за несносной козявкой. Передвигался он по привычке на четвереньках, то и дело высоко подпрыгивая и сшибая в полете уже не такого наглого бесенка, удиравшего от разыгравшегося хищника что было мочи. Потом внимание обоих резко переключилось на новую добычу, когда они случайно разбудили дремавшую в зарослях травы пикси, а той, естественно не понравился экстремальный способ побудки.       Пиранья выл, улепетывая от ярко-желтых искр, посылаемых ему вдогонку, а Берт, наоборот, затаился в траве, готовясь к прыжку. К визгу беса прибавился злобный писк и шипение пикси, которую эшшар все же выловил и теперь игрался, подбрасывая в воздух и ловя, пока не улетела.       Штаны намокли от росы, а по обнаженному торсу скатывались прозрачные капельки. За время пути шаман подлечил себя настолько, что от стычки с бесами и следа не осталось, а от дружеских объятий вендиго - только несколько ссадин да покусанная рука.       - Хочешь себе еще одну противную мелочь? – Бертран веселился вовсю, тряся онемевшей от разряда рукой, но добычу не выпуская. – Это тебе не снежные бесы, это пикси. Хотя зубы у них тоже хорошие.       - Лучше не надо, я первую еще никак не приручу, - улыбнулся Валттери. – Хотя она забавная, да.       Пикси на такую характеристику себя любимой злобно зыркнула, но бросаться на человека не спешила. В чем-то она была умнее Пираньи – раз этот двуногий так спокойно стоит рядом с чуть не сожравшим ее хищником, значит, хорошего от него ждать точно не приходится. Синекожая мелочь уже и рада была бы сбежать, но внушительные когти зиимар убеждали не рыпаться. Бертран вообще выглядел довольным и… открытым, что ли? Даже у себя в горах шаман старался лишний раз не сверкать клыками при людях. Но Валттери так спокойно относился к его сменам ипостаси, так естественно не обращал на это внимания, что постепенно эшшар перестал сторожиться его присутствия. Да разве стал бы он в Отэ так дурачиться, даже несмотря на прекрасные отношения с жителями? Никогда. Там Берт был уважаемым эшшар, защитником деревни… И никто, собственно, не задумывался, что он еще довольно молод – даже не учитывая нечеловеческую природу. Да и почти не было в жизни зиимара времени, когда он мог бы наслаждаться жизнью.       Валттери потянулся, сцепив руки за спиной, прищурился на солнце. Полной грудью втянул воздух.       - Ладно, я пока пойду поцокаю, а в город пойдем чуть позже. Все равно сроки нам никто не ставил.       Дельфинер тоже разулся, легко зашагал к берегу. Здесь не было пляжа с плавным спуском к воде, но и особая крутизна отсутствовала. Равно как и мелководье. Валттери закатал брюки по колено, сел на край выдающегося в воду камня. Достал откуда-то странную металлическую пластинку, отдаленно напоминающую варган, защелкал упругим язычком. Звук оказался высоким и для знающих людей довольно сильно напоминающим дельфинье пощелкивание. Несколько раз на пробу «цокнув» в воздухе, Вал опустил свой инструмент в воду. Выгравированные на металле руны чуть потемнели, придавая звукам нужную тональность, пуская сквозь волны зов, почти неразличимый человеческим ухом. Конечно, сами морские обитатели его с кличем сородичей не перепутают, но услышат и поймут несомненно. Отстучав свою личную мелодию пару раз, Валттери просто остался сидеть, полоская ноги в соленой воде и наслаждаясь солнцем и ветром. Цоли могло и не быть поблизости, мало ли какие дела нашлись. И уж точно Вал не ожидал, что тот появится так быстро. Поэтому вдруг поднявшаяся волна и ловкий тычок носом под колени стали для человека неожиданностью. Кувыркнувшегося в воду дельфинера еще пару раз поддели носом и укоризненно общелкали-обсвистели. Валттери вынырнул, откинул волосы назад, радостно обнял довольно крупного самца касатки.       - Привет, Цоли. Я тоже скучал.       - Если вы меня обрызгаете, одного сожру, другого утоплю, - недовольно заявил Бертран, добравшись до места падения в воду человека и настороженно поглядывая на идущую рябью поверхность.       Эшшар мог плавать только в пресной воде, соленая мигом оставляла на коже некрасивые алые пятна, словно от солнечных ожогов. Его вид жил в горах, реже - на равнине или песчаных континентах, но никогда зиимары не селились у соленых источников именно по этой причине.       Пиранья, очухавшись от парализующего разряда, высунулся из травы и, мстительно сверкая янтарными глазками, полез выяснять отношения с пикси. Бертран лишь хохотнул, выпуская озлобленное существо на волю и с наслаждением наблюдая, как маленькая хрупкая нечисть мутузит откормившегося за время путешествия беса. А вот нечего недооценивать противника.       На огромную рыбину Берт смотрел искоса, едва ли не скаля клыки. Ничего против самой касатки он не имел, а вот брызги, едва не долетавшие до него, начинали раздражать.       - Берт, лопнешь столько мяса есть, - хохотнул Валттери, нагло разлегшийся на спине касатки. – Знакомься, это Цоли, я его детенышем подобрал и выходил, так что он теперь за мной, можно сказать, присматривает. Ну, все, все, хватит сердиться, - мужчина ласково погладил касатку по боку, что-то успокаивающе цокая языком.       Цоли замер, прислушиваясь, а потом вдруг кувыркнулся, сталкивая Валттери в воду, и тут же высунулся из воды больше, чем наполовину, почти стоя на хвосте и весело цокая почти в лицо оскалившемуся Бертрану. Потом касатка постарался плавно опуститься обратно – чтобы не плеснуть водой. Снова поддел носом Валттери, но несильно, чтобы не перевернуть. Тот со смехом потрепал Цоли за плавник, ничуть не боясь внушительных зубов касатки. Пиранья, с писком улепетывающий от разошедшейся пикси, рванул к людям, надеясь если не спрятаться, так хотя бы натравить нечисть на кого-нибудь еще. Вот только прибрежная пикси хорошо знала, что касатки запросто могут поймать слишком низко пролетевшую птицу, и к воде не сунулась.       - Боевая болонка получила по заслугам, - Бертран сцапал беса за пожеванное крыло.       Пиранья обиженно пыхтел и следил за кружащей неподалеку пикси, та явно выжидала, когда он забудется и вновь отлетит подальше от воды. Но пока вредное создание неплохо обосновалось на руках у шамана, не особо интересуясь, хочет он того или нет.       - Я так понимаю, это не конечный пункт нашего путешествия? Потом еще плыть по этой ядовитой луже неизвестно сколько, - ворчал Берт, пробуя согнать беса, но тот обхватил его руку всеми лапками и обвил хвостом, держался крепко. – Твоя невеста там от старости загнется раньше, чем от моих когтей.       Валттери вынырнул, недоуменно глянул:       - Вообще-то нет. Осталось бухту обойти, и все. Можно, конечно, и переплыть, но ты ведь в воду не полезешь. Подожди минутку, я сейчас выберусь на берег.       Вал напружинился, сгруппировался и чуть ли не вылетел из воды, подброшенный касаткой. Цоли что-то прощелкал-просвистел и ушел под воду. Валттери встряхнулся, провел ладонями по волосам, сгоняя воду, и принялся раздеваться. Солнце солнцем, а в мокрой одежде и простыть недолго. Обидно будет.       В рюкзаке нашлась и смена одежды, и небольшое полотенце. Пиранья попытался было нырнуть внутрь сумки, но Валттери уже почти привычно сбил его хлестким ударом полотенца. Бес заверещал, взлетел повыше… и угодил в лапки к пикси, которая все это время терпеливо выжидала. Вал фыркнул и спокойно принялся вытираться дальше.       Бертран облегченно вздохнул. Какое счастье, что его мучения закончены и плыть никуда не придется. Эшшар с интересом разглядывал человека, открыто и без стеснения. Он бы и потрогать рискнул, если бы не соленые капли, переливающиеся на коже. Странно было замечать за собой такие стремления. Берт терпеть не мог, когда касаются его, а чтобы представить, что он сам будет хотеть на полном серьезе… Бр-р-р, кажется, кто-то перегрелся на солнце.       - Мне кажется, они нашли друг друга, - со смешком заметил шаман, указывая на визжащий комок, летающий зигзагами и делающий «мертвые петли». – Эта дама перевоспитает твоего Пиранью за пару дней. А еще пикси приручаемые, в отличие от этого шарика с крыльями. Такими темпами он помрет от счастья. Точнее, от обжорства.       Не спеша прогуливаясь по побережью, ступая по песку босыми ногами, спутники медленно приближались к городу.       - Только вот… у меня нет парадной одежды. И танцевать я не умею, - задумчиво выдал Берт, умиротворенно жмурясь и одергивая себя всякий раз, когда возникало желание опуститься на четвереньки.       Инстинкты стоит усмирять, когда ты на людях. Рубашку эшшар тоже накинул, чтобы скрыть шрамы от посторонних глаз. Он даже Валттери не особо давал рассматривать собственную спину, что уж про других говорить.       - Приручаемые, говоришь? – Валттери глянул на азартно пикирующую пикси, которая шарашила разрядами в возмущенно пищащего Пиранью. – Хм… Красавица, иди сюда, - ласково позвал.       Пикси на его слова внимания не обратила, но кусочек мяса, который Вал вытащил из рюкзака, тут же привлек Пиранью, который попытался выхватить его из рук. Валттери вовремя отдернул ладонь и снова протянул угощение пикси. Та подозрительно принюхалась, презрительно фыркнула, обдав человека синеватой пыльцой. Валттери чихнул, потер отчаянно чешущийся нос:       - Ну, не делай вид, что ты такого не ешь. Зубы у тебя явно не под фрукты заточены, - продолжал уговаривать ее Валттери, которому явно пришлась по вкусу идея личного надсмотрщика для беса.       Опять же, пусть гоняет, авось Пиранья похудеет. Станет злобным… выдерет половину волос особо надоедливым… Вал блаженно прижмурился. Пикси, воспользовавшись тем, что он отвлекся, тут же сцапала мясо цепкими коготками и попутно больно укусила за палец, но удрать не успела – на нее налетел Пиранья, воинственно вереща и пытаясь отобрать мясо. Кормить здесь могли только его! Пикси снова шарахнула мелкого вредителя разрядом, но бес, даже парализованным, сшиб ее чуть ли не за пазуху Валттери – так разогнался. Вал тут же подхватил ее, пикси обречено пискнула и замерла – при всей своей зубастости и агрессивности у нее были очень хрупкие крылышки, которые сломать проще простого. Вал хмыкнул, почесал мелочь за ухом и чуть подбросил на раскрытой ладони.       - А одежду мы тебе подберем, не проблема, - с легкой улыбкой обернулся он к Бертрану. – Будешь у нас загадочный и мрачный герой, волнующий девичьи сердца, - в серо-зеленых глазах плясали смешинки.       - А танцевать меня тоже ты учить будешь? – взъерошился эшшар, для которого всякие безумные традиции были дикостью.       Но учитывая, что цель у него - вывести ламию из душевного равновесия, а для подобного все методы хороши. Танец, он как воплощение тайных желаний. Берт тяжело вздохнул, представляя, как тяжело будет Валттери с таким опасным партнером.       Пиранья был подобран с песка и теперь болтался вниз головой в руках шамана. Его преследовательница сначала кружила рядом, а потом решила найти себе средство передвижения. К зиимару пикси соваться боялась, особенно после такой охоты на нее любимую, а вот угнездиться на голове человека – вариант самый безопасный.       - Она решила гнездо свить? – тихо рассмеялся Берт, глядя на боевую даму. – Похоже, ты ей нравишься. Но это лишь потому, что съесть ее не пытаешься. А они вкусные, к слову.       Пикси возмущенно вякнула и глубже закопалась в волосы.       - На твой взгляд вкусные или вообще? – хмыкнул Вал, вылавливая копошащуюся пикси за крыло. – Красавица, можешь ехать на плече, но в волосы не лезь. А то сразу возникает ощущение, что у меня блохи завелись.       Пикси поворчала, но на плечо перебралась и даже вторично за палец не укусила.       - Кстати, а что такого в учебе танцам? Ты гибкий, быстрый, с равновесием и координацией движений проблем нет, насколько я заметил… - Валттери смотрел открыто, привычно улыбался уголками губ и, кажется, действительно не понимал, чего в этом такого особенного. – В близко-парные, конечно, тебя ввязывать не стоит, но танец-вызов или что-то вроде – почему нет?       Валттери усмехнулся и вдруг как-то по-особому повел плечами, изогнул кисть, пуская всеми мышцами волну, на миг припал к земле и постелился, иначе и не скажешь, вокруг Бертрана. Но это почему-то не выглядело угрозой, скорей уж – приглашением. Правда, дельфинер не стал даже круг замыкать, остановился, не заходя за спину и небрежно набросил на плечи рубашку.       - Вот как-то так.       - Там будут люди, - простонал шаман, удивляясь тому, как его спутник быстро забыл их поход по незнакомой деревеньке. - И они. Будут. Смотреть.       Берт нервно передернул плечами, представляя, как толпа незнакомых личностей следит за каждым шагом незнакомца. А девушки? Эти настырные существа, желающие побыстрее выскочить замуж, липнут к мужчинам, весело щебечут и бесконечно пытаются утянуть танцевать.       Эшшар мрачнел с каждой мыслью. Он терпеть не мог подобные сборища и делал все, чтобы от него народ шарахался как от прокаженного. Но в этот раз необходимо захватить всеобщее внимание и заслужить одобрение «Высшего Света», а еще разозлить Дариту, бросить ей вызов, заявить права на ее добычу.       - А еще там буду я, - Валттери говорил вроде серьезно, но смешинки в глазах выдавали. – И Пиранья. Так что не думаю, что тебя так уж замучают вниманием.       Представив, что может натворить бес в зале, полном разряженных людей, Берт хмыкнул. С одной стороны, представленная картина радовала. С другой – здравый смысл подсказывал, что это будет не лучшая идея. Да что там, это будет очень плохая идея!       - А вот эта красавица будет следить, чтобы он не увлекся, - Валттери ласково почесал пикси. – Не переживай, все будет хорошо.       Вал опасения шамана в целом понимал, да и на память не жаловался. Но море, пусть пока и холодноватое для купания, Цоли, родной город, соленый ветер… Все это невольно вызывало радостную улыбку, а проблемы казались такими глупыми и решаемыми…       Жаль, что Бертран не любит море.       Город просыпался, встречая путников громыханием телег по мостовым, активными зазываниями уличных торговцев да криками настырных чаек, кружащих высоко в небе. Пиранья благоразумно спрятался в рюкзак к Берту. Нет, не затем, чтобы привлекать как можно меньше внимания, а лишь потому, что там остался кусочек вяленого мяса. Судя по громкому чавканью, оно было благополучно найдено и пущено на успокоение нервов. Соседство со злобной пикси беса совершенно не устраивало, но на аппетит никак не влияло.       - Веди. Я тут никогда не был, - тихо ворчал Берт, прячась за спиной Валттери, чтобы лишний раз не врезаться в шумных людишек.       Рюкзак болтался на одной лямке, и когда резкий рывок едва ли не отбросил шамана назад, он сначала не понял, что произошло. А случилось следующее: кто-то из местных воришек решил посягнуть на пожитки Берта. Эшшар растерянно оглянулся, замечая лишь чью-то огненно-рыжую шевелюру, мелькнувшую в толпе. Рюкзак благополучно утащили.       - Раз, - шаман совершенно не расстроился, даже наоборот, на губах застыл хищный оскал, отчего народ стал немного расступаться. – Два. Три. Четыре. Пять.       Истошный визг разнесся по округе. Воришка познакомился с хранителем рюкзака.       - Пошли спасать нерадивое создание. А то оно, кажется, никогда не видело снежных бесов, - радостно заявил Берт и, активно расталкивая людей, побежал на крик.       Первой, как будто поняла что, сорвалась с плеча Валттери пикси. С воинственным завыванием она рванула была на обнаруженного Пиранью, но… Огненная рыжая шевелюра понравилась ей больше. Синяя мелочь с восторженным писком запуталась в длинных прядях, безжалостно дергая их и стреляясь искорками. Невезучий воришка взвыл еще громче, рванул в сторону… И налетел на Берта. Трансформу зиимар пока удерживал – он вообще ее неплохо контролировал, просто сначала хотел напугать Валттери, а потом привык, что тот не боится. Но общая хищность чувствовалась буквально печенкой.       Следом подошел и Валттери, довольный настолько, будто ловил именно этого воришку пару лет. Хотя на самом деле причина была в том, что Бертран уже меньше шарахался от людей. Вон как ловко в толпу ввинтился.       - С-спасите! Господин, я больше не буду! Все, что хотите, сделаю! – взвыл рыжий обращаясь то ли к Бертрану, то ли к Валттери.       Пиранья, притихший было при появлении пикси, снова спикировал на вора, выставив вперед когти.       - Хочешь очистить родной городок от преступности или просто лень кормить зубастых тварюжек? – смеялся эшшар, запихивая беса обратно в рюкзак.       Пиранья не хотел лезь обратно, еды там больше не было, да еще и экстремальную побудку устраивают неизвестно с какой радости. Но Берт был куда упрямей, так что вскоре крылатый проказник оказался надежно заперт.       - Далеко до твоего дома? Я безумно хочу смыть с себя дорожную пыль и поесть нормально.       - И то, и другое. И вообще, это будет забавно. До дома дойдем минут через двадцать, - отозвался Валттери, рассеяно поглаживая пикси. Та блаженствовала под осторожными прикосновениями, разворачивала крылышки. Вал, кажется, даже принюхался, начал хмуриться. – Хм… пойдем-ка отсюда побыстрей. Вон в тот переулочек.       Если Бертран и хотел возразить – времени на это дельфинер ему не дал, дернул вслед за собой. Следующие минут десять они петляли по каким-то узким и темным проулкам, пролезали через дыры в заборах и перепрыгивали довольно широкие ручьи-водостоки. Потом Валттери снова прислушался, облегченно вздохнул:       - Кажется, не заметила. Не уверен, но мне показалось, что там где-то рядом была Дарита, - извиняющимся тоном сообщил он.       Бертран стал похож на кота, который только что засек на своей территории чужака.       - Где? Как ты это распознаешь? – непроглядно-черные глаза пристально смотрели на человека. – О, она ж тебя отметила, вполне способна обнаружить.       Эшшар чувствовал, как сводит судорогой мышцы от напряжения, но никак не мог понять, что именно его так разозлило: близость опасной нечисти или то, что она покушается на Валттери. На его Валттери.       - Ну, я ей устрою незабываемое приключение, - тихо шипел Бертран, обдумывая самые изощренные методы устранения невесты. – Не против, если я тебя позже еще раз…       Шаман запнулся, отводя в сторону глаза и чуть успокаиваясь. Говорить это вслух было как-то неудобно. Даже целоваться было куда проще.       - Ну, еще раз… - слова застревали в горле, не желая облекаться в звуки, - …укушу.       Валттери посмотрел удивлено, даже брови приподнял:       - Да кусай на здоровье, главное, чтобы не так, как Пиранья. И кстати… раньше у меня убежать не получалось. И чувствовать Дариту я cтал хуже. Идем, поедим, искупаемся, а уже потом ты будешь устраивать охоту на змей. Мы как раз почти дошли уже.       Дом Валттери оказался небольшим и спрятанным в глубине густого сада. А еще там была скала и узкий канал явно искусственного происхождения, ведущий прямо к морю. Судя по всему, небольшая лодка или касатка здесь бы прошли, а вот что-нибудь повнушительней - уже нет.       - Он перекрыт решеткой, - проследил за взглядом Бертрана Вал. – Дом небольшой, конечно, у родителей просторней, но зато здесь тихо.       Действительно, плотная стена растений отсекала почти все звуки с улицы. Возле самого дома были слышны только отголоски да плеск воды в канале. Тропинки был засыпаны ракушечником, который похрустывал под ногами, как и на пляже, перед дверью лежал плетеный водорослевый коврик. Вал с удовольствием потянулся, щелкнул замком, проворачивая ключ:       - Я дома…       Бертран переступил порог, с опаской поглядывая по сторонам. Территория была новая и еще неизведанная, не только для шамана, к слову говоря. Пиранья с радостным ревом вырвался из рюкзака, взмыв под потолок. Его янтарные глазки шарили по помещению, а сам бес застыл в воздухе, переполненный немым восхищением. Сколько же здесь всего можно было сломать, испортить, порвать. Мелкая нечисть с радостным визгом сорвалась в одну сторону, затем в другую, разрываемая на части противоречивыми желаниями. На самом деле, он не мог решить - оборвать шторы, разбить сахарницу, выпотрошить подушки или же в другом порядке?       - Кажется, Пиранья попал в рай, - заметил Берт, едва успев поймать ринувшуюся в атаку пикси.       Если завяжется драка, они еще больше ущерба дому нанесут. Мелочь укусила эшшара за ладонь и угрожающе зачирикала на родном языке. Мозгов у пикси было больше, чем у беса, так что с ней вполне можно было общаться, если, конечно, знать, как.       Берт нахмурился и на пробу попробовал вывести похожий звук. Получалось плохо, да и не факт, что правильно. Давненько он не практиковался в общении с мелкими проказниками, обычно сразу ел без лишней болтовни.       Пикси фыркнула, отвечая гневной тирадой из щелкающе-шипящих звуков.       - Она ругается не хуже базарной бабы, - сообщил эшшар, продолжая знакомство. – Листокрылая Силк, кстати, если я еще не разучился разбирать этот лепет. И ты ей нравишься.       Валттери, может, и слушал Бертрана, но сейчас его основной задачей было спасение дома от обезумевшего от счастья беса.       - Это мой человек, - рявкнул зиимар на расхрабрившуюся и активно прыгающую на ладони козявку с крыльями. – Что? Ты на что это намекаешь? Да я тебя сейчас!!!       Дальше уже шаман с злобным рычанием принялся ловить наглую Силк, обстреливающую его зарядами и подло хихикающую на каждую его фразу. Валттери наблюдал за этой вакханалией с некоторым удивлением, правда, недолго – ровно до того момента, как над ухом свистнула запущенная Пираньей сахарница. За неделю Вал неплохо наловчился взаимодействовать с противной малявкой, так что при попытке оборвать шторку бес в эту же штору и был завернут, а потом хорошенько приложен пару раз подвернувшимся под руку ботинком.       - Отдам ей, - угрожающе сообщил Валттери, встряхивая Пиранью за кончик крыла. – И кормить перестану. У Дариты будешь буянить, понял?       Бес злобно засопел, попытался укусить дельфинера. Схлопотал еще одну оплеуху и был выброшен в окно, которое Валттери сразу же закрыл поплотнее. Теперь оставалось утихомирить Бертрана и Силк, которые пока ничего не разбили только чудом – стулья и небольшой столик уже были опрокинуты на пол. Но не ботинком же в них швырять! В пикси еще попади попробуй, а в Бертрана… Ну, Вал не самоубийца, да и не хочется же.       Дельфинер прищурился, пытаясь просчитать траекторию очередного прыжка увлекшегося шамана, поймал его за рукав и резко дернул на себя. Чуть не схлопотал когтями, мягко обнял Бертрана пальцами за запястье, улыбнулся:       - Ну? И что она такого нащебетала, что ты так разозлился?       Бертран негодовал, сверкая глазами и едва не рыча на Валттери. Опять лезет под когти, чтоб ему пусто было! Ничему не учится. Эшшар просто сшиб глупого человека с ног, устраиваясь сверху.       - Тебе жить надоело? – шипел зиимар, склоняясь над мужчиной и едва удерживая собственные инстинкты. – Когти мои опробовать на себе желаешь?       Мешать охоте хищника - то еще самоубийство. А успокаивался Берт не сразу.       Прервал поучительную беседу звон разбитого стекла, и в комнату влетел обиженный до глубины души Пиранья. Только на этот раз он был вооружен зелеными каштанами, которыми тут же принялся обстреливать обидчиков. Впрочем, бросить он успел лишь пару штук – Силк, конечно, забавлялась, наблюдая за копошением двуногих, но гонять крылатого недотепу ей было веселее. Это надо же – не умеет пускать импульсы. Пиранья уворачивался, норовил сбить пикси каштанами и резкими налетами, но пока ему не везло. Силк загнала его под самый потолок и с веселым завыванием обстреливала искорками. Бертран с рычанием было вскинулся, намереваясь хорошенько проучить наглую нечисть, но Валттери снова дернул его обратно и прежде, чем эшшар успел что-то сказать, легонько поцеловал.       - Не злись. Я просто хотел спасти дом от разнесения его на бревнышки.       Бертран ошалело тряхнул головой, все еще чувствуя тепло чужих губ. Это было неожиданно и как-то… пугающе? Он все еще не мог привыкнуть к такой близости, да и не обучение это было явно.       - Эта крылатая дрянь интересовалась, будем ли мы заводить потомство. И судя по ехидному смеху, ответ для себя она уже нашла, - ворчал шаман, слезая с Валттери и помогая тому подняться с пола. – Где я могу привести себя в порядок? Дорожная пыль на зубах скрипит.       Валттери невольно прыснул, попытавшись себе представить пресловутое потомство, отряхнул рубашку.       - Идем, буду хвастаться своей купальней. Я ею ужасно горжусь.       Надо сказать, повод для гордости у Валттери был – купальня у него была оборудована по последнему слову прогресса, просторная, с горячей водой и возможностью устроить веселое бурление воздушных пузырьков. Правда, досталось ему это чудо при покупке дома, сам Вал предпочитал купаться в море. Хотя потом все равно приходилось ополаскиваться от соли, так что большая купальня с пресной водой была очень кстати. И набиралась она быстро.       - Тебе как воду, погорячее?       Бертран, который привык купаться в озере или наведываться в баню к Сурэ, на все это смотрел с недоумением и интересом.       - Я неплохо переношу низкие температуры, так что без особой разницы. Лишь бы там соли не было.       Скидывать осточертевшие вещи, пропитанные потом, кровью и пылью, было настоящим блаженством. Бертран расплетал волосы, «причесывая» пряди пальцами и недовольно ворчал. Собственно, довольным он был крайне редко, слишком многое раздражало в этом шумном мире, так хотелось вернуться обратно в Отэ, растопить камин, заварить травы и посидеть у потрескивающего огня, попивая ароматный чай с медом.       Эшшар тяжело вздохнул, вспоминая свои сны. Духи ведут его на песчаный континент, значит, дома еще долго не видать. Но, вынужденно признал он, погружаясь в горячую воду, здесь тоже есть что-то хорошее.       - Полотенце и халат на лавке, - сообщил Валттери. – Купайся, я пока схожу за едой. Заодно и слух о помолвке запущу. Мыло и шампунь – в шкафчике, только со снадобьем от бороды не перепутай, оно в зеленом флаконе.       Сам Валттери тоже не отказался бы искупаться и привести себя в порядок, но не выгонять же Бертрана. Купальня, конечно, достаточно велика, чтобы они поместились в нее вдвоем, но… Лучше уж он в протоке к морю ополоснется. Холодновато, но зато бодрит и мозги на место ставит. А укусы Пираньи уже почти зажили благодаря мази шамана, так что соленая вода их не разъест.       Шаман дождался, пока человек уйдет, и с радостным воплем ринулся к шкафчику. В первую очередь он привел в порядок прилично отросшие волосы, отмечая, что пора бы их немного подрезать, а то такими темпами скоро пол подметать будет. Шампунь пах цветами, Бертран чихал от насыщенного запаха, но терпеливо вымывал из волос пыль.       Повязка намокла и мешала, пришлось снимать. Шов можно будет снять через дня три-четыре, главное - до этого времени новых повреждений не получить. Да только битва с Даритой вряд ли пройдет бескровно.       Эшшар выполз из купальни неохотно, но в горячей воде он слишком сильно расслабился и начал тихонько засыпать, один раз соскользнув под воду, после чего долго ругался не пойми на кого. Накинув халат и как следует вытерев волосы, Берт терпеливо стал дожидаться возвращения Валттери. Правда, когда хозяин дома все же явился, Бертран мирно спал на лавке, подложив полотенце под голову.       А по городу, набирая силу, уже кружили слухи о возвращении Валттери и о том, что упрямый парень наконец-то согласился на помолвку с племянницей старого Тавора.       Правда, пока их напрочь перекрывали рассказы про новый вид сторожевых зверей, после которых воры сами бегут сдаваться, да еще и просят закрыть их покрепче.