Re-Time

Брейни вернулся домой поздно. Ему дико хотелось спать, потому что этим вечером он выложился на все сто процентов. Как ни странно, ему даже не понадобился ингалятор, хотя Кэрри дрожала под ним в оргазме трижды. Он же старался не смотреть ей в глаза, прогоняя прочь все свои мысли, в которых уже много лет жила Хельга Патаки. Он давно перестал говорить ей о своих чувствах. Несколько лет подряд Брейни был ее персональной «жилеткой», терпеливо слушая жалобы вперемешку с ругательствами. В основном, он спокойно воспринимал проблемы Патаки, но с тех пор, как она сообщила ему, что выходит замуж, Брейни должен был во что-то перевести свое отчаянье и злость. Так в его жизни появилась Кэрри. У них не было друг к другу абсолютно никаких чувств. Ей нужен был секс, ему — способ отвлечься и забыться. В таком тандеме и взаимопомощи оба оставались довольны. Почти. Всё было бы прекрасно, если бы Хельга снова и снова не возвращалась в мысли Брейни, как только он, тяжело дыша, утыкался лицом в шею Кэрри. Засунув ключи в карман куртки и повесив последнюю в старый гардероб, Брейни устало плюхнулся на диван. Ощущение было не из приятных, потому как тот был затянут в толстую полиэтиленовую пленку. Брейни купил этот диван вскоре после смерти родителей, но все никак руки не доходили даже распаковать его. Брейни старался провести в доме как можно меньше времени. Стены давили на него, а отсутствие милых и уютных мелочей напоминало о гнетущем одиночестве. Наверное, поэтому он так много работал, бродил по городу и бросался к Хельге по первому ее зову. Она наполняла его жизнь. И хотя Брейни давно уже понял, что она никогда не будет рядом с ним в качестве возлюбленной, чувство собственности заставляло его ненавидеть всякого мужчину, касавшегося Хельги Патаки. И вот теперь она выходит замуж, а он даже нашел в себе силы принять ее приглашение. Это была вынужденная мера. Брейни казалось, что если он не будет присутствовать на церемонии, то навсегда потеряет ту, которую любил. Семейные узы также внесут свою лепту, и Хельга исчезнет из его жизни. Эти дни Брейни провел в раздумьях о том, не лучше ли будет действительно избавиться от Хельги Патаки и начать новую жизнь? Как он ни старался, существование без хмурой блондинки с сигаретой между тонких пальцев казалось невозможным. Точкой в размышлениях стало сообщение на автоответчике, в котором Хельга несколько раз повторила сокровенную для Брейни фразу: «Ты мне очень нужен!». О чувствах Патаки к Арнольду Брэйни знал так хорошо, как никто другой. Она даже как-то раз показала ему свои дневники в порыве откровенности. Хотя он и так прекрасно понимал, что влечение подруги к Шотмэну было довольно серьезным. А в этот раз… Он видел в глазах Патаки странные искры безумной тоски о прошлом. Арнольд вернулся в ее жизнь внезапно, Хельга была к этому совсем не готова. И Брейни видел это, всерьез опасаясь за подругу. Опустив голову на спинку дивана, он проанализировал ситуацию и понял, что вряд ли в его силах как-то существенно повлиять на поведение Хельги. Однако же Брейни пообещал себе сделать все возможное, чтобы помешать Патаки совершить какую-нибудь глупость. Она назвала его как-то раз своим ангелом-хранителем, он же про себя назвал ее проклятьем своей жизни. * * * — Твою мать, да что за день-то такой?! — громко вопрошала Хельга, обжегшись о горячую плиту. Попытка приготовить любимому завтрак с треском провалилась. Пока Патаки копалась в ванной, то, что должно было стать вкусным завтраком, превратилось в нечто обугленное, заполнив кухню черными клубами дыма. Лоренцо поспешно распахнул окно, впуская свежий воздух в помещение. Хельга держала руку под струей холодной воды, слегка поскуливая от боли. Лоренцо сочувственно посмотрел на невесту, вышел в другую комнату и принес бинт и мазь от ожогов. Бережно промокнув руку любимой полотенцем, он нанес желтоватую желеобразную смесь на ладонь и аккуратно забинтовал. Хельга изредка шмыгала носом, молча наблюдая за действиями жениха. — Да уж, не получится из меня хозяйки… — задумчиво протянула она. Лоренцо улыбнулся. — Всему научишься. У тебя просто не очень удачно начался день. Хельга закатила глаза. — Как же ты порой напоминаешь мне… — ее глаза расширились от осознания, что она только что чуть не сравнила Лоренцо с Арнольдом. — Что напоминаю? — он как-то странно взглянул на Хельгу. — Или кого? — Ты напоминаешь мне этих оптимистов из дурацких фильмов. Они во всем видят добро, бабочек и радугу, — неожиданно выкрутилась Патаки. Лоренцо рассмеялся. — Я могу быть не очень хорошим, милая. — Ага, конечно, а я — Джордж Вашингтон! — ухмыльнулась Хельга. — Для меня большая честь познакомиться с вами, мистер Президент! — Лоренцо торжественно пожал забинтованную руку, и Патаки скривилась от боли. Ее возлюбленный понял свою ошибку и извинился, положив ладонь невесты на стол. — Позвольте накормить вас завтраком? — Плевать, пошли пожрем в какой-нибудь забегаловке, где кормят вредной жирной едой. Я голодна, как десяток волков. С аппетитом поглощая огромный гамбургер, Хельга заметила, как Лоренцо перебирает в руках какие-то бумаги. — Фто это? — спросила она с набитым ртом. — Список гостей, любезно составленный Ольгой. — Так у наф увэ есть фписок. Лоренцо с улыбкой посмотрел на Хельгу, что означало «Сначала прожуй!». Патаки сделала усилие, и кусок мясной котлеты все-таки отправился вниз по пищеводу. — Какой еще список? Я давно уже раздала все приглашения. Лоренцо пожал плечами. — Они с твоей мамой вписали в него кого-то еще. Сказали только, что не могли иначе. — Дай-ка! — Патаки выхватила листы из рук жениха. Быстро пробежавшись по списку глазами сверху вниз, она оторопела. — Это еще что?! С размаху шмякнув бумаги об стол, Хельга торопливо достала из сумочки телефон и, быстро ткнув в экран три раза, приложила трубку к уху. — Здравствуй, моя дорогая сестрица! — гневно сказала она. — Не соизволишь ли ты с высоты твоего Величества ответить мне на парочку вопросов? Соизволишь? Так вот, вопрос первый: какого дьявола в списке оказался Шотмэн? Что? Почему? Ах, да, давайте, может, мы еще мусорщика пригласим, и продавщицу из соседнего киоска? Я не сравниваю! В смысле «папа с мамой решили»?! Нет, я не циник. Нет, я дорожу отцом. Это вообще-то моя свадьба, а не Боба! Как, «уже отослали»?! Хельга положила трубку и перевела гневный взгляд на Лоренцо. — Представляешь, они пригласили на свадьбу Арнольда! — И что в этом такого? — Да он же нам никто! — Ну… он ведь фактически спас твоего отца… — И что? — Патаки просто кипела. — Это вполне логично, — развел руками Лоренцо. — Чего ты так завелась? — И так «левых» полно будет, еще и этот… Хельга стукнула кулаком по столу и вперилась взглядом в прохожих на улице, не замечая, что ее жених как-то странно смотрит на нее. * * * Арнольд с недоумением рассматривал розовый конверт. Это что, шутка? Его пригласили на свадьбу Хельги Патаки? Вот-те раз… Одиннадцать лет прошло, и вдруг он — гость на таком торжественном событии в жизни бывшей одноклассницы. Положив конверт в карман халата, Шотмэн взялся за свою привычную работу. День проходил спокойно, операций было не много — Арнольду даже удалось пару раз перекусить в перерывах. Когда часы показали семь, Шотмэн переоделся и вышел из больницы, закуривая на ходу. Стоит идти или же придумать какой-то предлог? Хотя в этот день искать его долго бы не пришлось — по графику Шотмэн опять должен был выйти на сутки на работу. До события оставалось чуть меньше месяца. Шотмэн решил не спешить с выводами. Придя домой, и вкусно поужинав, Арнольд сидел за столом, глядя на жену. Та была непривычно молчалива и смотрела в тарелку. — Милая, мне сегодня вручили приглашение на свадьбу, — неожиданно для самого себя сказал Шотмэн. Лайла подняла глаза на мужа. — Неужели Джеральд и Фиби наконец женятся? — широко улыбнулась она. — Нет, — покачал головой Шотмэн. — Хельга Патаки выходит замуж. — Что? — глаза супруги Арнольда округлились. — Хельга? Замуж? За кого? — За Лоренцо. Может, ты его помнишь, он учился с нами в одном классе. — Да, — кивнула Лайла, — кажется, это тот мальчик с целой кучей электронных устройств. А с чего вдруг она вздумала позвать тебя? — Вообще, приглашения мне принесла Ольга. Я оперировал Боба Патаки неделю назад. — В самом деле? — у Лайлы внутри стало как-то легко. Так вот, значит, как Арнольд встретил Хельгу. Но ей он не сказал… Может, просто забыл? Да, именно так. Ее муж просто забыл, он ведь такой занятой. — И что? Ты пойдешь? — Я хотел спросить об этом тебя, — Арнольд посмотрел в глаза Лайле. — Здесь указано и твое имя. Похоже, Ольга уточнила мое семейное положение. Ты хочешь пойти? — Я? — растерялась миссис Шотмэн. — То есть, свадьба, это, конечно, прекрасно… — она колебалась. — Хотя, почему бы и нет, ведь мы так давно никуда не ходили вместе. — Хорошо, я скажу, что мы придем, — как-то рассеяно промолвил Арнольд, погружаясь в пучину самых разных мыслей, центром которых в этот момент была Хельга Патаки. Он все-таки идет, хотя совсем не уверен, что хочет видеть это. И он решительно не понимал, почему мысль о грядущем замужестве бывшей одноклассницы не давала ему покоя вот уже почти неделю.