Искупление

- Берни, осторожно!!! – зарычал Ричард, распуская крылья. - АААА!!!! – парень быстро отнял руку и, отскочив, упал на спину. Было чего испугаться: среди ветвей дьявольского цветка извивалось тело довольно крупной змеи. Она высоко подняла голову, раскачиваясь из стороны в сторону. Злые глаза пронзали парня безжалостным взглядом. Раздвоенный язык показался на мгновение и исчез, раздалось угрожающее шипение. - Я же предупреждал тебя! – зарычал Ричи и прижался брюхом к земле. – Не шевелись! - Убей её! Что тебе стоит её поджарить? – едва слышно прошептал Андерс. Руки похолодели, сердце замерло в его груди, когти ужаса сжали горло. - Не могу! Лишь одно существо в силах с ней справиться! - Ух-ху! Дракон прав! – раздался откуда-то сверху глухой голос. – Лишь я вправе позволить коснуться бутона! - Кто это? – юноша огляделся. - Филин. – Ричард взлетел и устроился на полусгнившем стволе дерева. – Поговори с ним. - О чём? – удивился парень. Он пригляделся и, наконец, заметил его. Филин был довольно крупным, чуть больше Ричарда. Его огромные жёлтые глаза бесстрастно смотрели на юношу. - Здесь я задаю вопросы. - Простите, - Томас, подумав, что сидеть на земле неучтиво, поднялся и снова взглянул на птицу. – Но позвольте узнать, кто Вы? - Хммм, ухххууухххх, - захлопал крыльями филин. – Моё имя Ларох, я Судья. А змей, что напугал тебя, Дафлин, он Хранитель. Мы оберегаем цветок дьявола от тех, кто приходит сюда, чтобы исполнить свой злой замысел при помощи магии бутона. - О, - выдохнул Томас. - Кто ты? – наклонил голову филин. – Назови своё имя и зачем тебе цветок! А мы решим, достоин ли ты его лепестков! И постарайся убедить нас, иначе ты будешь приговорён к смерти! Томас замер. Так вот что имел в виду этот пройдоха, предупреждая об опасности! Парень оглянулся и пристально посмотрел на Ричарда. Дракон тихо заворчал и спрятал голову под крыло. - С тобой я потом разберусь! – юноша бросил взгляд на Лароха. – Я… моё имя Берни. То есть, Берндхард Тишбейн. - Очень хорошо! – моргнул филин. – Теперь я жду ответа на второй вопрос. Зачем тебе цветок? - Чтобы сварить зелье, - сзади раздалось змеиное шипение, и парень опасливо отошёл в сторону, подальше от пня. – Я должен расколдовать моего брата. - Что с ним? - Он заключён в теле оборотня уже четыреста лет… и лишь я могу освободить его. - Кто превратил твоего брата в столь мерзкое чудовище? Томас снова посмотрел на Ричарда, но тот так и лежал на старом стволе, спрятав голову и едва дыша. Юноша вздохнул и поведал свою горькую историю Лароху. При этом пытаясь не сойти с ума от мысли о том, что эта сцена происходит уже не в первый раз. - Ты не считаешь, что твой брат получил по заслугам? – медленно произнёс филин. – Он совершил убийство! Загубленного юношу уже не вернуть! - Но… - Том задумался. Филин был в чём-то прав. Дитер тогда поступил опрометчиво…

***

- Я не женюсь, хоть убей! - Якоб поднялся и заковылял к лесу. – Ваша сестра хороша в постели, но это единственное её достоинство! - Ах, ты приблудный выродок! – Дитер выхватил меч. - Дитер, нет! – Берндт спрыгнул с коня и схватил брата за руку. – Не делай этого! - Не мешай! – блондин вырвался из цепких пальцев юноши, нагнал Якоба, тот развернулся, замахнувшись ножом. Дитер выбил из его руки нож и ударил в лицо. Парень упал, но больше не встал: в его грудь, с хрустом ломая кости и пронзая сердце, вонзился меч Тишбейна. В глазах застыло недоумение, ртом хлынула кровь. Якоб дёрнулся и затих. Воздух пропитался запахом крови…

***

- Почему ты молчишь? – требовательно проухал Ларох. - Да, мой брат всегда отличался излишней горячностью… но… Якоб тоже виноват. Если бы он только знал, сколько боли и страдания принёс он в наш дом! Своим отказом он убил нашу сестру: София бросилась со скалы в море, когда узнала, что не нужна Якобу. Она так его любила… Да, я знаю, убийство не оправдать только этим… но мой брат сполна оплатил свою ошибку. - Ты так считаешь? – хлопнул глазами филин. – Но откуда мне знать, что, освободившись от заклятья, твой брат станет человечней? Может, он продолжит убивать. - Нет, Дитер не такой! – тряхнул головой парень. В его душе горело пламя любви, страх перед Ларохом и змеёй пропал. – Он… он столько сделал для меня. Я знаю его, как очень доброго, чуткого человека. Меч он занёс, пребывая в скорби… - Ты уверен? - Да. Я люблю его, очень! Скучаю по нему каждый день… но мне позволено видеть его лицо лишь раз в столетие, чувствуя на губах дыхание смерти. И это заставляет его страдать. Потому и сердце его черно. Позвольте мне помочь брату и мы уйдём отсюда навсегда. Позвольте нам быть вместе и жить друг для друга. Мне не надо ничего – ни алмазов, ни золота, ни жемчугов! Я просто хочу вернуть своего брата! Наступила тишина. Ларох сидел, закрыв глаза. От возмущения на глаза юноши навернулись слёзы – стоит, распинается, доказывая своё право на счастливую жизнь, а этот пучок перьев, оказывается, нагло спит! Филин приоткрыл один глаз. - Хммм, звучит убедительно! Ну, что же, ты обещаешь не использовать цветок в чёрной магии? Обманывать меня бесполезно, я всё равно всё узнаю! - Я клянусь тебе жизнью всего мира, что цветок мне нужен лишь для того, чтобы вернуть брату человеческий облик! - Хорошо. Если Судьбе будет угодно, в этот раз ты сможешь это сделать! Иди, сейчас цветок раскроет лепестки! - Но… там змея, - прошептал юноша. - Не бойся, Дафлин не тронет тебя. Юноша не стал спорить и подошёл к кусту, глядя на набухший бутон. Сзади тихо подкрался Ричард. Парень не заметил дракона, глядя на происходящее. На поляне стало ярче – словно луна излила на поляну вдвое больше света. Чашелистики лопнули. Словно на замедленном воспроизведении фильма, лепестки начали расправляться. Нос щекотнул божественный аромат. Томас рассматривал лепестки – снаружи были они нежно-голубые, с мраморного оттенка прожилками. Внутри цветок оказался белым. Наконец, бутон полностью раскрылся, очаровывая ароматом и красотой. - А теперь срежь его, - проухал филин. - Жаль портить такую красоту! – Андерс вытащил из заднего кармана нож и аккуратно срезал бутон, встретившись взглядом со змеёй. Дафлин, зашипев, обвился вокруг пня. - Не беспокойся, цветок дьявола расцвёл не в последний раз! Иди же, Берндхард Тишбейн! Желаю тебе удачи. Томас, держа в руке прекрасный бутон, направился назад по тропинке, аккуратно петляя среди камешков и корней. Томас бережно спрятал цветок под куртку. Ричард плёлся сзади, и его ноздри тревожно раздувались. - Ну, я жду объяснений! – остановившись, резко развернулся Андерс и шедший за ним дракон врезался ему в живот. – Что ты вытворяешь? - Что я сделал? – удивлённо округлил глаза змей и приподнял крылья. - Он ещё спрашивает! – Том упёр руки в бока. – Нельзя было предупредить об этой парочке заранее? - Берни! – зарычал обиженный Ричи. – Как я должен был тебе об этом сказать? - Обыкновенно! - Да? И ты бы мне поверил? Я тебе сказал быть осторожней! Вечно ты везде свой нос суёшь! - Ричард фыркнул и больно боднул Томаса в живот. – Если бы я предупредил тебя и если бы ты меня послушал, это бы ничего не изменило! Но навредить могло! - Интересно, как? – возмутился юноша, отскакивая от дракона. - Если бы ты узнал о Ларохе, принялся бы готовиться к встрече с ним и неизвестно, что бы ты ему наплёл. Филин стар и мудр, но, между тем, очень суров. Ему только крылом махнуть стоило и Дафлин тебя бы сожрал! А так твои слова из сердца шли, даже я удивился! - Тебе доставляет удовольствие меня мучить?! – обиженно воскликнул Андерс. - Ты сам себя замучил! – зарычал Ричард и взлетел на дерево. Его хвост обвился вокруг ветки, дракон воинственно распустил крылья, стоя на задних лапках, а передними цепко держался за ствол. – Если я такой плохой хранитель для твоей жалкой души, поищи себе другого! - Я не говорю, что ты плохой, - примирительным голосом ответил ему Том. – Но мог бы и предупредить! У меня сердце от страха чуть в пятки не ушло. - Неужели Ларох тебя так напугал? - Не только! Нам повезло, что он согласился дать цветок! - Ну, Ларох только на вид строг. Видел его глазищи? Он каждого пришельца насквозь видит. А допрос… так это обязанность любого судьи. Ларох справедлив. Он прочёл твоё сердце и лишь хотел услышать подтверждение услышанного из твоих уст. Ты молодец, хорошо держался. - Спасибо. Но впредь… - Я буду тебя предупреждать. Но только о том, что открыто для моего взора. - Ну, тогда веди нас назад, я не помню, где пещера. Юноша и дракон двинулись вниз по тропе, осторожно шагая среди корней и камней. Дорога вниз была легче пути наверх, поэтому через час они уже вытаскивали бурдюк из тайника. - Покажи мне цветок, - попросил Ричард. Том осторожно извлёк бутон и дракон вдохнул его аромат. – Божественно пахнет! Не потеряй его! - А он не завянет? - Нет, он сохранит свою свежесть еще очень долго. Идём, надо торопиться. - О чём ты задумался? – спросил дракон, – у тебя хмурый вид. - Я пытаюсь понять, что же ещё входит в это проклятое зелье, - ответил Том. – Что ещё надо сварить в котле? - Надеюсь, ты передумал варить в котле меня? – насмешливо произнёс Ричард. – В конце концов… мда, Дрозд говорил что-то о неправильном взгляде на рецепт. Тебе это ни о чём не говорит? - Абсолютно ни о чём, – при этом юноша случайно бросил взгляд на свою руку. На безымянном пальце красовался перстень, занёсший его в этот лес. Камень в золотой оправе сменил цвет на голубоватый, искрясь нежным оттенком полузабытого неба. – Странно… он опять сменил окрас. - Кто? - Да этот камешек… - Это тот перстень, что достался от колдуна? – дракон опустился на тропинку. – Покажи поближе. Томас протянул Ричарду руку. Змей понюхал кольцо, лизнул, чихнул. Потом внимательно посмотрел на камень. - Сколько же зла было совершено с его помощью! – задумчиво произнёс он. – Но сейчас камень поменял сущность, он больше не служит чёрной магии. - О чём ты? Ты знаешь, что это? Почему он цвет меняет? – сыпал вопросами юноша. - О, Берни! Остановись! – взмолился Ричард, мотая головой. – Да, я знаю, что это за камень. Это обычный аметист, но магия полностью изменила его сущность и наградила его новыми свойствами. Этому камню лет семьсот, не меньше! Раньше он служил только злу, но благодаря тебе он освободился от гнёта ненависти и теперь он твой. Имя камня Волчий Коготь. - Волчий Коготь? - Посмотри на его форму! Широкий с одной стороны, заострённый с другой, немного вытянутый – словно коготь зверя. Юноша пригляделся к камню. Тот сиял, словно небо в июньский полдень. Продолговатый, он изящно лежал в золотой оправе, удачно подчёркивая аристократичный палец владельца. - Верно, он полностью оправдывает своё имя! - Без перстня ты бы сюда никогда не попал. Лишь подобные кристаллы открывают дверь, ведущую к Грани Миров. А что на другом пальце? – Рич лапкой коснулся рубина. - Это перстень Дитера, я его в развалинах замка нашёл. - О, - выдохнул дракон. Когда юноша утомился, сделали короткий привал. Едва заметная тропинка бежала вниз, минуя прогалинки и холмы, спускаясь к берегу Кёнигсзее. Томас не знал, сколько времени прошло – он давно перестал смотреть на часы. Какая разница, если в этом мире свои, непостижимые разумом, законы? Путь назад казался не таким долгим. Ведь путешествие юноша начинал один, не представляя, что ждёт его впереди, и в полном молчании – словом не с кем было переброситься. Сейчас его сопровождал Ричард, а в компании, пусть даже и мифического дракона, время бежит быстрее.