Проверка на порочность

Море. Бескрайние просторы владений Ульмо глубиной в вечность. Оно манило и завораживало разум Мелькора, но его черная бездна страшила айну. Мертвенно-спокойное или кипяще-буйное, оно не давало Бауглиру покоя, ибо он более всего желал владеть неизведанным ему миром. Вала мог часами сидеть над крутым обрывом утеса и наблюдать, как серебряный свет искрится на лазурной глади, или как поблескивают на бархатной черноте звезды Варды. Но милее всего его взору было буйство ревущих волн, накатывающих на скалы с шипением и ревом дикого зверя. В те минуты дух Манвэ покидал тело, являя Арде свой истинный облик, и велика была его власть над ветром, что гнал черные тучи, заполонив ими небо. И ветер тот сливался в неистовом танце с мрачной пучиной, вздымая ее вверх. А Мелькор, не смея пошевелиться, словно очарованный сидел на самом краю и всматривался вдаль, сквозь морскую пену. Он видел, на что способен его брат. Но сомнения терзали его. Не мог ведь Манвэ один поднять толщу воды. Его силы велики, но он не властен... Так, быть может, властен кто-то другой? Он целыми днями стоял недвижимый, всматриваясь в переменчивый горизонт. Манвэ начал замечать, что с братом творится что-то неладное. Он пропадал и раньше, но его перестали видеть в Валиноре, гул и споры превратились в шепот. А Мелькору было все равно. Теперь его занимало нечто иное, чем споры глупых доверчивых нолдор. Снова со спины подул легкий ветер, принося на своих крыльях свежий аромат цветов, смешав его с солоноватым морским. Он игриво подхватил край плаща, запутался в черных прядях, нежно погладив по щеке. Сзади послышался смешок. Мелькор улыбнулся в ответ. - Манвэ. Ты всегда приносишь ветер с собой. Какой он сегодня? - Восточный. - Теплый. Сулимо поравнялся с братом. Теперь они стояли на краю обрыва плечом к плечу. - Теперь понятно, где ты пропадаешь. - Я слушаю его, - Мелькор кивнул головой в сторону моря. - Каждый день? Неужели оно так полюбилось тебе? - Оно манит меня. Я словно слышу, как оно зовет туда, на глубину. Что там, Манвэ? - Только Ульмо знает, что таится там, на дне. Это его чертоги. - Но ведь не Ульмо поднимает бурю. Я видел эти волны, Манвэ. - Ты прав, это не Ульмо. У него много слуг. Но есть среди них один, чей нрав подобен этим волнам. Ему одному под силу слиться с бушующим ветром. Взгляд Мелькора загорелся. - Скажи мне его имя. - Зовут его Оссе. Когда я хочу дать волю своей силе, Оссе откликается на мой зов, играя с волнами, вызывая шторм. Но если мне под силу быстро утихомирить стихию, то Оссе еще долго не может успокоиться, ибо ему редко выпадает шанс порезвиться. Но в буйстве своем великий вред он может нанести моей земле. Он обитает у самых берегов, и волны его имеют огромную силу, способную снести все на своем пути. Мелькор слушал, не отрываясь. Он никак не мог поверить, что среди всех майяр нашел наконец того, кто может помочь ему в его замыслах. Но как подобраться к слуге недоверчивого Ульмо? Как поймать в сети игривую стихию? Мелькор хищно улыбнулся собственным мыслям. Он наконец бросит вызов самому морю.

***

Ульмо мягко прохаживался по белому песку меж сточенных соленой водой камней. Легкие волны осторожно подкрадывались к его ногам, нежно щекоча кожу шипящей пеной. Вала расхаживал взад-вперед по песчаной косе, терпеливо ожидая появления своей майя. Внезапно прямо перед его глазами особо высокая волна охватила стоявший в воде высокий камень. Губ Ульмо коснулась улыбка. Вода отступила, оставив на самой вершине камня юную девушку. Легким движением руки она откинула с плеча копну серебристых с оттенком аквамарина волос. Молча поднявшись, она спустилась с камня. Встав на водную гладь, она словно оттолкнулась от воздуха и, скользнув на ближайшей волне, остановилась прямо перед лицом валы. Легкой поступью она сошла на берег, песок зашуршал под подолом её шелкового платья. Уинен учтиво поклонилась владыке морей. - Вы желали видеть меня? - Да. Но я думал, ты не придешь. - Вы слишком плохого мнения обо мне. Я - не мой супруг и не стану затевать на вас обиду. - Что же, прости меня. А Оссе поэтому не явился вместе с тобой? - У него буйный нрав. Он не желает видеть вас. - Он успокоится и поймет, что я всего лишь пекусь о сохранности приморья. Хотя это и его задача. - Оссе хорошо исполняет свой долг, не сомневайтесь. - Он еще слишком юн. Да и потом, кто я такой, чтобы сомневаться в творениях Эру? - Зачем вы звали меня, владыка? Взгляд Ульмо помрачнел. - Ты как никто знаешь своего мужа. Он слишком легко поддается чужому влиянию. Уинен смерила валу вопросительным взглядом. - У меня плохое предчувствие. Я не раз видел Мелькора, стоявшего на краю скалы. Не зря он положил глаз на море. Я не доверяю ему, он что-то задумал. Он ищет встречи с Оссе. - Зачем ему это? Ведь он никогда раньше не обращал свой взор к морю. - Я не знаю, друг мой. Но я прошу тебя, остереги Оссе. Он не слушает меня, но есть надежда, что он послушает тебя. Его любопытство и бунтарский нрав сыграют с ним злую шутку. - Я поняла вас, владыка. Поклонившись на прощание, Уинен тихо растворилась в шипящих волнах, оставив валу наедине с его тревожными мыслями.

***

Золотистые лучи плавно сменяло серебристое сияние. Звезды на бархатном небосводе горели все ярче, поблескивая на легкой ряби воды. Майя закончила свои дела и поспешила вернуться к мужу. Ее опасения сбылись, в чертогах она его не застала. Прохладными вечерами на второе смешение света Древ Оссе любил выходить на берег и наблюдать, как ароматный морской бриз мягко тревожит водную гладь, бережно лаская синий шелк с вплетенными в него нитями света. Оссе стоял на самом краю косы. Полумрак сумерек окутал стройный силуэт юноши, пряча его от посторонних глаз. Но был один взор, от которого не укроется ничто. И даже сама тьма была не в силах утаить от него хоть что-нибудь. Он ждал майя уже давно, притаившись за выступом скалы. Его глаза сверкали в темноте. Так было всегда, когда темный вала был чем-то разгневан или очень сильно заинтересован. Сейчас это было предвкушение пламенных речей и забавного упрямства, с которым юному майя предстояло бороться с искушением. Для Бауглира все это было лишь очередной игрой, которая явно стоила свеч. Оссе был действительно красив. Мысленно досчитав до трех, Мелькор вынырнул из-за скалы, подставив полуобнаженное тело под лучи серебристого света. Его бледная кожа казалась почти прозрачной, а черные как сама ночь волосы сейчас больше походили на белые пряди Манвэ. Оссе замер, скользя взглядом по знакомому силуэту. До этого момента он видел айну лишь издалека сквозь пелену брызг. Тогда на фоне чернеющего неба он казался ему еще более мрачным и устрашающим. Но сейчас, в мягком чистом свете от грозного врага не осталось и следа. Сейчас майя был готов поверить во что угодно. Даже в то, что былой Мелькор сгинул в чертогах Мандоса. Таким непорочным и всепоглощающим казался Оссе свет, исходивший от самого валы. Но было во всем его существе и что-то порочное. То, чего в тайне от всех не хватало юному и свободному Оссе. Над косой повисла тишина. Казалось, в тот миг стихло даже само море. Они просто стояли и смотрели друг на друга, изучающе, тягуче-долго. Мелькор несколько раз обвел взглядом стройное тело, незаметно закусив губу. Оссе же смотрел пристально и недоверчиво. Прямо в глаза, не осмеливаясь опустить взгляд. - Я ждал тебя, Оссе, - первым нарушил молчание Мелькор. - Ты давно ждешь меня, - майя усмехнулся, - Я видел тебя на утесе. Ты приходил каждый день и ждал бури. - Ты силен. Море подчиняется тебе. Как же ты справляешься с такой стихией? - Для этого я был ниспослан Илуватаром владыке Ульмо. Не справлюсь я - не справится никто. - Сильный, самоуверенный. Люблю таких. - Зато я не люблю таких как ты. Лжецов. Мелькор усмехнулся. - Мальчишка. Ты во всем слушаешься папочку Ульмо? Оссе сжал кулаки. Сейчас он должен был сказать хоть слово в защиту валы, но недавняя обида и гордость дали о себе знать. - А что, если нет? - Тогда мне будет намного интереснее провести этот вечер с тобой. - Я знаю, зачем ты пришел. - Надо же, - ухмылка не сходила с лица Мелькора. - Ты давно следишь за мной. - Наблюдательности тебе не занимать. Ты и вправду интересен мне, Оссе. - Так же интересен, как когда-то был Майрон? Мелькор замолчал. Образ Артано на мгновение мелькнул у него перед глазами. И как этот мальчишка только посмел? Но сейчас надо было перетерпеть. Мелькор снова натянул на лицо улыбку. - Нет. Не так. Больше. Оссе тихо вздохнул, закрыв глаза. Ульмо ведь предупреждал его, что Мелькор - враг. Но сейчас он не был врагом. И близко не похож. Да и к демонам Ульмо. Оссе был силен, но его силу держали в узде. И Мелькор прекрасно знал это. - Ты ведь достоин большего. - Чем кто? - Чем сам Ульмо. Оссе задумался. Нет, так не может быть. Это не правильно. - Это блеф. Твой очередной обман, - голос майя дрогнул. - Нет, это твое решение. Майрон пошел за мной по своей воле. - Ложь. Я знаю его судьбу. - Так же как и то, что он жив? - Что? Майя не верил своим ушам. Владыка Ульмо столько раз твердил, что Майрон погиб, оступившись и сойдя с пути света. Неужели он все это время лгал? Оссе опустил взгляд, заметавшись, не заметил, как вала сократил расстояние между их телами до пары сантиметров. Сильная рука айну крепко сжала тонкую руку юного майя. Он хотел что-то сказать, но слова комом застряли в горле. Оссе ослабил руку, оставаясь ведомым Мелькором. Бауглир победно улыбнулся. От этой улыбки по коже майя пробежали мурашки. Не проронив ни слова, вала двинулся к воде, ведя зачарованного юношу за собой. Они остановились у самого края, где вода стирает линию песка, поглощая его и утаскивая на дно. - Посмотри на море, мальчик мой. Оссе покорно устремил взгляд в чернеющую даль. - Все ли ты знаешь о нем? Майя покачал головой. - Неужели волны - твоя единственная страсть. Хоть, признаю, самая сильная. Она взбудоражила меня. Я хочу знать, на что еще ты способен. А я уверен: на многое. Я могу позволить тебе больше. Я могу дать тебе безграничную власть. Только позволь мне. Мелькор сорвался на шепот, наклонившись почти к самой шее майя. Оссе выдохнул, слегка приподняв голову. На мгновение он потерял контроль. Теплое дыхание нежно обдало шею. Губы невесомо коснулись нежной кожи. От поцелуя майя вздрогнул. Из последних сил он сделал шаг назад, но Мелькор крепко сжал его руку. - Стой, - последние сомнения еще терзали разум, - Что ты хочешь взамен? Оссе стало не по себе, когда черные глаза хищно блеснули в темноте. - Тебя, мой мальчик, - Мелькор провел ладонью по щеке, очерчивая большим пальцем контур тонких бледных губ, - Всего тебя. Майя закрыл глаза. Крепость пала. Сильные руки крепко сжали узкие плечи. Губами Мелькор жадно впился в губы Оссе, словно хотел испить его, залпом и до дна. Язык настойчиво отвоевывал миллиметры пространства, покуда в легких еще хватало воздуха. Майя замер в объятьях айну. Сердце отбивало бешенный ритм. Чужие руки собственнически ласкали обездвиженное тело. Мелькор хаотично водил холодными ладонями по груди, легко задевая соски, по плоскому животу, как бы дразня, опускаясь ниже к поясу и снова наверх. Пальцы с силой сжали копну длинных волос, больно дергая вниз. Майя ахнул и издал тихий стон, подставляя шею под поцелуи - укусы. Мелькор целовал шею, плечи, оставлял красные метки на ключицах, по звериному рыча и вжимаясь в майя всем телом, ясно давая понять, что он возбужден и хочет большего. Оссе не смел пошевелиться, не зная, куда ему деть руки. Ласки затянулись. Взгляд валы снова упал на водную гладь. Просунув руки между их телами, Мелькор нетерпеливо принялся избавлять майя от одежды. Звякнула пряжка ремня. Раздев покрасневшего до кончиков ушей Оссе, вала разделся сам и, крепко сжав руку юноши, потянул его за собой в воду. Влажная прохлада обволокла кожу, заставив обоих задрожать. Зайдя по грудь, Мелькор вновь притянул Оссе к себе, властно целуя дрожащие губы. Длинные волосы неприятно липли к телу, но все происходящее вокруг лишь сильнее возбуждало, заставляя ускорить процесс. Одной рукой Мелькор подхватил Оссе, почти поднимая его над водой. Второй он перехватил руку майя, поднося ее к возбужденному члену. - Возьми его, - шепот в самые губы. Нехотя и неуверенно, но просьба была выполнена. Через пару мгновений залившийся краской майя, хоть пока что медленно, но водил сжатыми пальцами вверх-вниз по всей длине. От удовольствия Мелькор закатил глаза. Холод воды уже совсем перестал его волновать. Осталось лишь тягучее ощущение удовольствия. Майя не успел опомниться, как айну нетерпелив развел в стороны его ягодицы и резко ввел один палец. Оссе зашипел и дернулся вверх, но вторая рука крепко удерживала его за талию. - Тише, вот так. Зажмурившись, но продолжая водить рукой по члену Мелькора, майя терпел затяжную пытку, плавно перешедшую в болезненное удовольствие. Когда с губ Оссе неосторожно сорвался первый стон, айну посчитал, что с юноши достаточно. Подхватив его обеими руками, он медленно вошел в него на всю длину. Майя вскрикнул, сильно сжав пальцами плечи Мелькора. Вала начал двигаться в нем, сначала плавно, затем быстрее, насколько позволяла вода. Вскоре они уже двигались вместе, поймав ритм. В округе не было ничего, кроме тихих всплесков и громкого дыхания вперемешку со стонами. Немного сбавив темп, вала сам взял в руку член майя и начал ласкать его, с хищной улыбкой наблюдая, как юноша прячет взгляд, как тонкие пальцы путаются в мокрых волосах. Оссе стонал и извивался, чувствуя, что вот-вот достигнет пика наслаждения. Майя кончил первым, с гортанным стоном изогнувшись и теряясь в крепких объятьях. Мелькор сделал еще несколько глубоких и резких толчков и кончил следом, изливаясь в Оссе. Еще несколько минут они стояли посреди черной воды, чувствуя, как мягко вибрируют волны, обволакивая уставшие тела. Придя в себя, Мелькор взял на руки дрожащего майя и вынес на берег. Вскоре два темных силуэта растворились в темноте. Это была не последняя их ночь. И лишь море - безмолвный свидетель их больших слабостей.