Проверка на порочность

Он был из тех, кто любил и уважал Манвэ, при этом не ставя себя на равных с ним. Он почитал Сулимо, как истинного создателя Арды, ибо большая часть созданного была по праву его заслугой. Так считали все, даже великие айнур. Ауле был в их числе, и майя перенял это почтение от своего наставника. Он видел валу не раз, на Таникветиль поднимался лишь единожды. Этот раз был первым и последним. В забытье Мелькор, накручивая на пальцы золотые локоны, часто шептал ему, что он создан для чего-то большего, чем "потакание прихотям его помешенного брата". Но раньше он представить не мог, что есть другая жизнь. Мелькор что-то твердил про свободу и хаос. Майрон лишь отмахивался, испытав "свободу" на своей шкуре. Он слишком глубоко проникался любыми идеями, какие ему внушали. Но именно сейчас сомнение жгло его изнутри, заставляя метаться, всё больше склоняясь к мраку. И всё напрасно. Неужели вся его жизнь в Средиземье под крылом Ауле была лишь подготовкой к служению тьме? Снова и снова засыпая себя вопросами, Майрон бродил тёмными коридорами подземелья, укрывшись от холода под тёмным плащом. Вокруг снова было тихо, было слышно лишь собственное дыхание. Майя провёл рукой по холодной каменной стене. Здесь нет жизни. Этот камень насквозь пропитан чёрной магией. Всё здесь неживое, искусственно созданное Тёмным Владыкой. От его руки оно ожило, от его руки и погибнет. Мелькор смог внушить Майрону, что он является частью этого мёртвого мира. И ничего уже не изменить. Так не проще покориться? Но что-то всё ещё держало на плаву. Воспоминания. Они согревали и душили одновременно. Сознание захлёбывалось в них, заставляя сердце сжиматься. Что-то кольнуло в груди. Майрон схватился за сердце, слёзы подступили к глазам. Он предаст. Предаст их всех. Йаванна, Ауле, Манвэ, Варда. Как он будет смотреть им в глаза. Выжил. Предался тьме, спасая свою шкуру. Проторговался. Мелькор заставит его применить силу. А потом? Потом его возненавидят все те, кто так его любил. Все, кого любил он. Кольцо засветилось ярче. Пальцы сжали ткань на груди. Майрон закусил губу, всхлипы предательски рвались наружу. Вздохи стали чаще. Внезапный приступ раздирающей ярости пронзил каждую клеточку тела, с кровью ударил в голову. Глаза, горящие ярче Великих светил, распахнулись. Тишину разорвал яростный крик, вырвавшийся из самой души. Он отлетел от стен и эхом понёсся по бесконечным коридорам, удаляясь в темноту. Дальше вспышка, глухой взрыв. Груда камней разлетелась от разорванной стены, с грохотом обрушившись на непомнящего себя майя. Дальше тьма, провал... Мелькор как обычно восседал на своём каменном троне в самом сердце Ангбанда. Вала облокотился на подлокотник, лениво вертя в свободной руке чашу с тёмной жидкостью. Что случилось, он понял не сразу. Сначала раздался душераздирающий крик, что заставил Тёмного встрепенуться. Когда же до него долетел взрыв и гул падающих камней, Мелькор выронил чашу на пол и, выругавшись, сорвался посмотреть, что произошло. - Артано. Ни на минуту нельзя оставить. - бурчал себе под нос айну, минуя очередной поворот. Внезапно путь ему преградила груда булыжников. Вала что-то прошептал на тёмном наречии. Щелчок, и камни рассыпаются в пыль. Мелькор прищурился, пытаясь рассмотреть что-то сквозь пелену серой дымки. Пыль развеялась, и айну увидел сползшего по стене на пол Майрона. Тот сидел почти неподвижно, поджав колени, пряча лицо в копне золотистых волос. Его плечи слегка подрагивали, а сквозь рваное дыхание были слышны редкие всхлипы. - Артано? - Мелькор осторожно приблизился к майя, опускаясь рядом с ним и кладя руку на плечо. - Артано, ты... Ты плачешь? - Оставь... - выдавил сквозь слёзы Майрон. Мелькор лишь тихо вздохнул, осторожно погладив майя по спине. - Артано, ты должно быть сильно ушибся... Договорить ему не дали. Майрон вскочил на ноги, оттолкнув Мелькора так, что тот чуть не потерял равновесие. - Ты был прав. Мелькор не знал, радоваться ему или нет. Голос Майрона звучал, словно из могилы. - В чём? - Я предатель. Я умер для них. Они не придут за мной, а когда увидят, возненавидят за то, что ты оставил меня в живых. Мелькор поднялся и вплотную приблизился к Майрону, обняв его за талию, покрепче прижав к себе. Холодные губы коснулись шеи. - А что если я и тебя предам? - начал бредить Майрон. - Не смей, слышишь. Не смей даже заикаться об этом. - Словно в том же бреду шептал Мелькор сквозь поцелуи. Майрон зажмурился и попытался вырваться. Но объятья Мелькора были словно паучья сеть: чем сильнее ты сопротивляешься, тем крепче тебя сжимает. Майя шипел, как недовольный кот, за что вместо поцелуя получил неприятный укус. Мелькору вскоре это надоело. Вала подхватил вырывающегося подопечного на руки и понёс обратно в комнату. Подобные срывы происходили с Майроном и раньше, но сейчас они стали реже. Мелькор прознал и отметил для себя, что это те минуты, когда майя было легче всего управлять и наставлять на нужный путь. Была одна маленькая деталь - внушение. В эти моменты не нужны были магия и приторно сладкие речи. Лишь маленькая тёмная комната и горячее прерывистое дыхание. Слёзы тут же высыхали на глазах, дрожащие руки сами тянулись к многочисленным застёжкам на одежде. Время шло на минуты. Мелькор научился ловить моменты, когда майя был в прострации после сильного всплеска. На поцелуи не было времени. Все ласки либо до, либо после. Когда с одеждой было покончено, Мелькор снова подхватил Майрона на руки и, сделав пару шагов, опустил его на постель, нависнув сверху. Он вошёл резко и полностью, без всяких лишних движений, тут же наращивая темп. Майрон словно очнулся, зажмурил глаза и застонал, сжимая в руках края простыни. Пошлые крики заполнили комнату. Но всё резко прекратилось. Мелькор отстранился. Но лишь для того, чтобы развернуть майя на живот и снова резко войти. И снова стоны и крики заглушили нависшую тишину. Полёт длился недолго. Разрядка наступила неожиданно, накрывая обоих с головой. Вала и его подопечный камнем рухнули на постель. Майрон попытался отвернуться от прожигающего взгляда, но резким движением Мелькор тут же развернул его лицом к себе. Молчаливая пауза затянулась. В воздухе повис немой вопрос, но нарушать тишину не хотелось. Всё было понятно и без слов: Мелькор был прав с самого начала, Майрон изменился, все его убеждения и любовь к миру полетели к чертям, а кроме Тёмного Владыки больше не существовало никого. Оставалось только крепче прижаться к чужому телу и сдаться на милость предложенного ему судьбой господина. Да, так лучше, так легче. Когда чужие руки мягко поглаживают спину, а от ровного дыхания клонит в сон. Так проще. *** Время на Таникветиль тянулось невыносимо медленно. Ожидание утомляло и накаляло обстановку. Манвэ гордо восседал на своём троне, взглядом провожая ходившего взад-вперёд по залу Ауле. Тот заметно нервничал. Стук шагов эхом раздавался в полупустых коридорах. - Ты стал наведываться ко мне чаще, чтобы просто маячить у меня перед глазами? Я вижу, тебя многое терзает и тревожит, но если ты каждый раз будешь просто молчать, я ни чем не смогу помочь тебе. Ауле остановился и, тяжело вздохнув, начал излагать. - Ты не хуже меня знаешь про приход перворожденных, Манвэ. Меня поражает твоё спокойствие. - На данный момент ничего не происходит. Пока не о чем беспокоиться. - Меня пугает это затишье. Мелькор заперся в Ангбанде и уже больше месяца не вылезает оттуда. Либо он что-то затевает... - Не сомневаюсь. Или он нашёл занятие поинтереснее. - Именно! Он словно дразнит нас. Неужели тебя это не настораживает? - Время научило действовать по факту, Ауле. Что бы там ни было, Мелькор заявится, но мы сможем дать отпор. Меня беспокоит другое - неизвестность. Намерения Илуватара скрыты для меня. Время и место появления перворожденных невозможно предугадать. - Пошли Оромэ. Он быстро отыщет их. - Ты прав. - Манвэ устало потёр виски. - Ауле, Майрона нашли? Вала молча покачал головой. - Прошёл месяц. Если бы он был жив, он бы вернулся. Мелькор слишком долго и упорно преследовал его. - Мой брат никогда ничего не делает просто так. Майрон зачем-то был нужен ему. Точнее, его сила. - Но что-то подсказывает мне, что он жив. - Пленён. - Добавил Манвэ. - Мелькор убьёт его, если уже не убил. Ауле мгновенно стих. Сулимо встал с трона, подошёл к айну, положив руку ему на плечо. - Мы искали его. И ищем до сих пор. Я знаю, как он был дорог тебе. Но никаких следов. Ни намёка. - Если он ещё жив, то наверняка брошен в одно из подземелий Ангбанда. - Появись мне Мелькор на глаза! Я убью его! - Ауле, остынь. Участь отступника будем решать не мы. В нашей власти лишь пленить его, но не лишать жизни. - Сколько ещё будет длиться эта борьба? - Вечно.