Karma Police

Гарри не появлялся до самых выходных. Пришёл только, когда всё уже было кончено. Он так и сказал: – Всё кончено. – Как это происходило? Снейп должен убедиться. Не верить же Поттеру на слово. С действием капсулы Гарри не знаком, никогда прежде не видел. Опишет эффект верно, значит, всё правда. – Я смог передать её только непосредственно перед исполнением приговора, – Гарри рассказывал ровным голосом, стоя к Снейпу вполоборота, смотрел в стену, – народу было много – показательная публичная казнь. Нарцисса и Драко присутствовали. Последние слова Люциуса были адресованы им. Очень простые слова. Сказал, что любит жену и гордится сыном. Как-то так. Ещё сказал, что не считает себя виновным и ни в чём не раскаивается. Когда раздавил капсулу, было облако тёмно-сиреневого дыма, и он просто исчез. Он точно мертв? – Да, если раздавил капсулу. А что, авроры сомневаются? – Никто ничего не понял. Скандал жуткий. – Это хорошо. Люциус любил производить фурор своим появлением, и уйти наверняка хотел с помпой. У Снейпа легко на душе. Он до последнего сомневался, даже после разговора с Поттером, но сейчас обрёл уверенность, что принятое решение было верным. Он не спас Беллу, не спас Люциуса, зато оба избавлены от позора. С Люциусом Снейп мысленно даже не прощался – они скоро встретятся. Совсем скоро. – Гарри, подойдите, пожалуйста, ко мне. Вы можете снять цепи? – Не думаю. Не знаю. Нет. Простите. – Ничего. – А что вы хотели? – Как вам сказать… Я хотел бы узнать вкус ваших губ. – …?! Вышло напыщенно, в стиле дамских романов викторианской эпохи. Но сама ситуация слишком абсурдна, чтобы говорить серьёзно, пусть даже речь идет о жизни и смерти. Смерть уже улыбалась Снейпу. Весело, залихватски. Захотелось напоследок подурачиться. Дамские романы – то, что надо. Главное, не скатиться в пародию. – Гарри, вы слишком великодушны, чтобы играть моим сердцем. Если ваше отношение ко мне не изменилось со времен школы, скажите сразу. Мои чувства и все мои помыслы вам известны.* Но я допускаю, что вами руководило лишь благородное стремление облегчить судьбу бывшего учителя, который, пусть и заслуживает вашего снисхождения, на что-то большее смеет только надеяться. Вы молоды, прекрасны и полны жизни, а я старый мизантроп весьма и весьма отталкивающей наружности. Если вам неприятны и оскорбительны… Гарри прервал поток витиеватого бреда поцелуем. Снейп ответил. У Гарри мягкие, горячие губы. Вкус юности и сливочного пива. Снейп возблагодарил Мерлина, что это не вкус детства и тыквенного сока, такого он бы не вынес. Когда Снейп, аккуратно прихватив зубами, чуть потянул нижнюю губу Гарри, оковы пали. Оковы пали! Гарри сбросил с него цепи. Снейп медленно разогнулся, выпрямил спину. Наконец-то посмотрел на Поттера сверху вниз. Относительно здоровой левой рукой взлохматил ему в волосы и насладился зрелищем. Рука переместилась на спину Гарри, скользнула ниже – к поясу – и ещё ниже. Эта рука гладила, сжимала, исследовала. Выискивала. Поттер скопировал почти зеркально все действия, включая последние, от чего у Снейпа буквально кровь вскипела. Он прижал Поттера к стене, придавил взглядом. «Ой, что я сейчас с тобой сделаю!» – говорил этот взгляд. Гарри судорожно сглотнул и расстегнул мантию. Рука Снейпа легла ему на грудь, нащупала сосок под тонкой тканью джемпера. Снейп ущипнул, и Гарри отозвался глухим стоном. Другая рука Снейпа меж тем уже выуживала из складок поттеровской мантии палочку. В следующее мгновение Поттер был впечатан мордой в стол и получил удар в основание черепа. «Опять! – изумился обмякший Гарри, – всякий раз я ему верю, и всякий раз обманываюсь. Но без магии... На что он рассчитывает?» Снейп знал, что его хватит только на одно заклятие. На аваду не хватит. – Сектумсемпра! Гарри почувствовал на своей спине что-то горячее. Кровь. Невероятно. У Снейпа есть магия. Снейп ранил его, убил. «Все было ложью», – подумал Гарри, теряя сознание. Мать Тьма поглотила его. *Сева здесь практически дословно цитирует Джейн Остин. Выходит, всё же читал её. Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу)) Вообще забавно, насколько хорошо ложится снарри на мотив «Гордости и предубеждения».