Мой странный ангел-хранитель

СС Луна Лавгуд ждет меня в условленное время у входа в мой кабинет. – Добрый вечер, господин директор, – вежливо говорит она. – Взаимно, мисс Лавгуд. – Что вы здесь делаете? – Как что? Мы же условились здесь встретиться. – Я не думала, что вы придете. – Вынужден вас разочаровать. – Да нет, очень хорошо, что вы пришли! Кажется, она не уловила иронии в моих словах. Но перейдем к делу. – Откуда вы взяли это растение, мисс Лавгуд? – Сейчас покажу. Возьмите меня за руку. Она протягивает мне руку. – Напоминаю вам, что мы не можем аппарировать на территории Хогвартса. Надо сначала дойти до границы антиаппарационного барьера. – Спасибо, что напомнили, господин директор. А теперь возьмите меня за руку. – Я же сказал, что мы не можем аппарировать! – Да, я слышала. Я, может быть, и сумасшедшая, но не глухая. Так вы возьмете меня за руку? Я вздыхаю и повинуюсь. – Закройте глаза и ни о чем не думайте. Это что еще за фокусы? – Я не знаю, получится ли у нас. Я в первый раз пытаюсь провести туда кого-то. Так что не расстраивайтесь, если ничего не выйдет. Что она несет? – Уж как-нибудь, – говорю я и зажмуриваюсь. – У нас получилось! Можете открыть глаза. Я открываю глаза, осматриваюсь, и мне становится нехорошо. Одно ясно: мы не в Хогвартсе. Окружающий пейзаж напоминает бред сумасшедшего. – Где мы?! – Пожалуйста, говорите тише, а то вы разбудите деревья. И она указывает на... не то чтобы лес, и я даже не уверен, что передо мной деревья. У них есть кора, ствол и корни, правда, корни плавают в воздухе. Деревья разноцветные, и у каждого есть лицо. – А что будет, если они проснутся? – Да ничего, они будут разговаривать. Просто они не любят, когда их будят до рассвета, и капризничают. – Говорящие деревья? – Ну да, сначала они не умели. Но мне было скучно. И очень хотелось с кем-то поговорить, понимаете? Нет, ничего не понимаю. – А где мы? – Я не знаю, как называется это место. Я называю его просто Там. Пойдемте, я вам покажу. – Она берет меня за руку. Я не решаюсь спорить. – Смотрите! – Она показывает на небо. – Почему там восемь лун?! – спрашиваю я изумленно. – Я очень люблю луну. И мне хотелось, чтобы на небе всегда была хоть одна. Меня осеняет жуткая догадка. – Это вы создали это место? – Я не знаю, существовало ли оно раньше. – Но вы можете... – Садитесь, я вам все объясню. Я осторожно усаживаюсь на гигантский гриб совершенно умопомрачительной расцветки. – Мне было девять лет, когда умерла мама. Она любила ставить опыты. Однажды что-то пошло не так, и... Мне было очень плохо, и я хотела к ней. Я перестала есть, спать и даже говорить. Мне хотелось одного: не быть, понимаете? – Понимаю. – Папа очень испугался и позвал колдомедиков. И маггловских врачей тоже, на всякий случай. Но я все для себя решила и всеми силами призывала смерть. Иногда я закрывала глаза и твердила, что не хочу больше жить в этом мире, а хочу уйти далеко-далеко, туда, где жива моя мама. Я потрясенно киваю. – Однажды я открыла глаза и оказалась здесь. Я увидела маму. Она со мной поговорила. Попросила прощения за то, что оставила меня, и объяснила, что я не должна умирать, потому что я нужна папе. И обещала, что мы обязательно когда-нибудь будем вместе, только сейчас еще рано... Потом я не раз хотела сюда вернуться, но у меня не всегда получалось. Только когда мне было очень грустно. Но я была так несчастна, что большей частью это было нетрудно. – А почему вы были несчастны? Из-за мамы?.. Она качает головой. – Да нет, просто я нигде больше не чувствовала себя на своем месте. В реальном мире у меня не было друзей. В школе меня считали странной и смеялись надо мной. Это место стало для меня убежищем. Здесь все странное, не только я. Мне казалось, что я больше принадлежу этому миру, чем тому. И я всегда находила тут все, что мне нужно. – То есть, место приспосабливалось к вам? – Ну да, наверное. Как с деревьями: мне хотелось с кем-нибудь поговорить, и вдруг они стали мне отвечать. – А вам никогда не хотелось остаться здесь навсегда? – Еще как хотелось. Но я помнила о папе и всегда возвращалась... Теперь я могу оказаться здесь, когда захочу, а не только когда мне грустно. Но дело в том, что... – Да? – Дело в том, что путешествовать между мирами стало так просто, что я не всегда знаю, в каком мире нахожусь. Иногда мне кажется, что я в реальном мире, а потом вдруг вижу что-нибудь необычное и начинаю сомневаться. Границ больше нету, и все путается. – И вам не страшно? – Именно что страшно. Я боюсь сойти с ума. Страшно, что она это понимает. – Зачем же вы приходите сюда, Луна? – Потому что мне это нужно. Я не смогу долго жить без этого места. Задохнусь, как рыба без воды. Руки мои непроизвольно оказываются у нее на плечах. Я не могу совладать с искушением и крепко обнимаю ее. – Как хорошо... – шепчет она, прижимаясь ко мне. Она смотрит на меня снизу вверх и робко улыбается. – Все хорошо, правда. Не беспокойтесь. Все прошло. Я силюсь улыбнуться в ответ, но улыбка выходит кривая. Все это слишком близко, слишком похоже на то, что я сам испытал. Я тоже никогда не чувствовал себя на своем месте, и не могу не сочувствовать.

* * *

ЛЛ Меня никогда никто не обнимал, кроме папы. Но это же совсем другое. И мне нравится, очень. Это объятие такое же мягкое и пушистое, как спасибо. – Давайте останемся так хотя бы на несколько лет, – шепчу я, прижимаясь к нему. – Что? – Меня никто еще не обнимал. Целых семнадцать лет. А вас? – А меня – тридцать семь, – вздыхает он. – Ну вот видите. Так что давайте останемся здесь подольше.