Она думает, что могла бы привыкнуть к этому

***

      Лидия одевается утром.       Ей нужно тридцать минут, чтобы выбрать наряд, добавляем дополнительное время для укладки волос и макияжа, и к тому времени, когда она ищет в шкафу другую пару зеленых лодочек, она понимает, что в ее животе порхают бабочки.       Она говорит себе, что просто нервничает перед тестом по английскому, к которому даже не готовилась. Она убеждает себя, что это не связано с парнем с медно-карими глазами, который сидит рядом с ней на английском.

***

      - Ты понимаешь, что должна рассказать мне, что происходит, ведь так? - спрашивает Эллисон по дороге в школу, когда они стоят, пока светофор горит красным.       - Что ты имеешь в виду?       - Ты знаешь о чем я, - мрачно отвечает Эллисон.       - Если ты игнорировала мои телефонные звонки и избегала моих вопросов прошлой ночью, это не значит, что ты избежишь объяснений.       Лидия накладывает на губы очередной слой блеска, изображая непонимание:       - Объяснить что?       - Ты собираешься рассказать мне почему, когда я зашла, я увидела Стайлза, пристающего к тебе в прихожей.       Лидия усмехается. Эллисон может говорить своим устрашающе спокойным и воинственным голосом, но Лидия уверена, что она сможет вынести все виды пыток для оборотней, которыми она будет ей угрожать.       - Я тебя умоляю. Он не приставал ко мне.       - Ха! - выкрикивает она, и Лидия подпрыгивает, ведя блестящую розовую линию к своему носу.       - Черт возьми, Эллисон!       - Я знала! Если он не приставал к тебе, значит, ты хотела этого!       Дерьмо. Лидия не была готова к играм разума с утра.       Она хмурится, пока Эллисон восклицает:       - Я знала, что он тебе нравится!       - Я не собираюсь говорить с тобой об этом.       - Тебе нравится Стайлз.       На светофоре загорается зеленый, и Эллисон возвращает свое внимание на дорогу, поглядывая на Лидию уголком глаза. Лидия отказывается смотреть в ответ.       - Я не знаю, что чувствую...       - Стайлз и Лидия сидят у дерева...       - Эллисон... - шипит Лидия, оторвавшись от стирания блеска.       Она не знает точно, как чуток слух у оборотней, но она знает, что они слишком близко к школе, где те обосновались, чтобы так громко говорить или петь об этом.       - ... и Ц Е Л У Ю Т С Я...       - Эллисон!       - Ох, прости, - говорит ее подруга, ехидно ухмыляясь. - Ты предпочла бы "Т Р А Х А..."       - Эллисон, заткнись! - сейчас она и правда в панике, потому что видит школу прямо перед собой. - Скотт может услышать тебя! Или, или Эйдан, который пойдет и расскажет всем...       - Лидия...       - Я расскажу тебе, хорошо? Просто не сейчас. Я расскажу все позже...       - Хорошо, - говорит Эллисон, чувствуя себя виноватой. - Лидия, все хорошо. Я больше не буду, - между ними возникает тишина, и Лидия вздыхает:       - Я не знаю, что чувствую, - повторяет она спокойно.

***

      Стайлз уже садится, когда она заходит в класс английского.       Ее сердце сбивается с ритма, и она рада, что он так занят, отдавая Скотту список литературных терминов, которые они должны были запомнить, так что он не видит, как она заходит. Она тихонько занимает свое место и просматривает свои собственные заметки, пытаясь выровнять дыхание.       - Оу, - говорит он спустя некоторое время. Он выглядит удивленным и даже немного нервным. - Э-э... Привет, Лидия.       - Привет.       Он смотрит так, будто хочет что-то добавить, но она напрягается, и он захлопывает рот и отводит взгляд. Это совершенно, абсолютно, невыносимо неловко. Это почти хуже, чем признание в любви, которое она была готова отклонить.       Возможно, было бы куда лучше прояснить все между ними прошлым вечером вместо того, чтобы избегать его попыток серьезного разговора, но она думает, что в этом нет ничего такого. Не то чтобы она планировала целовать Стайлза в скором времени.

***

      Она хочет поцеловать его снова.       Она не знает почему, ведь сейчас он пытается удержать ручку на носу, и ему это удается.       Кончик его языка торчит из угла рта, и ее мозг восстает против нее, потому что все, о чем она думает, о его языке на ее шее, о том, что она почувствовала, когда он прошелся им по ее губам, встречаясь с ее...       Ручка падает с его носа, и он всеми силами старается ее поймать, его пальцы вытянулись и, о черт, она хочет, чтобы они вновь дотронулись до ее обнаженной кожи, притягивая к себе так близко, как только он сможет.       Каким-то образом ему удается поймать ручку до того, как она упадет на пол, и он наклоняет голову к Скотту с очаровательным и гордым выражением лица. Скотт игнорирует его из-за своего нового обета быть достойным учеником или кем бы там ни было, и Лидия хочет, чтобы Стайлз повернулся к ней и встретился вместо этого с ее взглядом. Она хочет увидеть широко распахнутые глаза, когда он поймет, что она наблюдала за ним, и скромную улыбку, которая несомненно появится на его лице, или, может быть, она хочет, чтобы он взглянул на нее, потому что он не смотрел на нее с самого утра, когда они были на английском. Конечно, если эти несколько секунд можно назвать взглядом.       Он не оборачивается. Вместо этого он пожимает плечами и откидывается на спинку стула, вытянув длинные ноги под лабораторным столом и постукивая ручкой о колено. Приятная картина. Было что-то милое в длинных худых чертах его тела, в беспечности и непринужденности его движений.       И тогда он обернулся.       Она не знает, почувствовал ли он ее взгляд, или же это просто привычка, но он обернулся, и их глаза встретились. Его рот приоткрылся, глаза широко распахнулись. Это та реакция, которую она ожидала. Она закатывает глаза, не в силах подавить улыбку. Он усмехается одним уголком губ и подмигивает ей.       Стайлз Стилински, черт возьми, подмигивает ей.       Она чувствует, как ее сердце пропускает несколько ударов от шока, волнения и чего-то еще, но до того, как она смогла понять, что только что произошло, он уже развернулся, уставившись на доску.       И это решает все.       Она определенно хочет поцеловать его снова.

***

      Она проводит весь ланч, наблюдая, как его шея напрягается, когда он обсуждает достоинства фильмов "Звездные Войны" со Скоттом.       - Скотт! - в раздражении восклицает Стайлз. - Ты не можешь игнорировать классику! Что ты скажешь своим детям, когда они придут и спросят тебя об этом, а? А я скажу тебе, что ты ответишь им. Ты скажешь им спросить дядю Стайлза. Неужели ты хочешь, чтобы я был голосом мудрости, формирующим детские умы?       Он сглатывает, а затем его челюсть немного напрягается, пока он ждет ответа Скотта, и Лидия пихает салат в рот, чтобы отвлечь себя.       Айзек выглядит так, будто старается не рассмеяться:       - Это имеет смысл, Скотт.       Скотт пожимает плечами:       - Полагаю, это так. Но мои дети могут и не быть увлечены кретинскими вещами...       - Это не кретинские вещи, - прерывает его Стайлз. - Это культура, Скотт, культура. Да ладно, кто-нибудь помогите мне...       Она даже не думает делать это, слова сами выскальзывают из ее рта. Только что она всматривается в его постукивающие пальцы, в другую минуту она уже бормочет:       - Я предлагаю новую стратегию, R2.       Тишина, которая следует после этого полна ошеломления, что заставляет ее поднять взгляд.       - Что? - спрашивает она, защищаясь. Ее глаза бегают от одного к другому. Ее взгляд, гребанный, конечно же, останавливается на Стайлзе, и если она думала, что встретиться с ним взглядами - хорошая идея, то она полностью ошиблась. Его глаза темные и широко распахнутые, его губы беззвучно двигаются. Он смотрит на нее так, будто собирается поцеловать ее прямо сейчас и прямо здесь, в кафетерии.       Против чего она не имела ничего против.       Она тяжело сглатывает.       - Что? - спрашивает она снова. Ее тон мягче в этот раз, и спрашивает она только Стайлза.       Он трясет головой, выглядя так, будто его только что ударили по голове.       - Э-э... Ты процитировала "Звездные войны".       Она робко смеется.       - Ты только что процитировала "Звездные войны"...       Его взгляд окидывает ее тело, его пальцы с силой сжимают бутылку с водой, и его взгляд такой голодный, что заставляет ее сердце биться в ожидании. Скотт наконец поднимает голову, он смотрит то на Стайлза, то на Лидию с выражением шока на лице. Она помнит, что он умеет чувствовать эмоции, так что он, вероятно, понимает, что происходит, даже лучше чем она.       Она отрывает взгляд от глаз Стайлза и снова утыкается в свой салат, избегая откровенно любопытного взгляда Скотта до самого звонка.       У Стайлза экономика со Скоттом после ланча, но он все же провожает ее к классу европейской истории. Он несет ее сумку, и они говорят о всяких глупостях: о домашней работе, о том, что завтра, возможно, будет дождь. Но взгляд Стайлза все время скользит по ее губам, и каждый раз, когда их руки соприкасаются, прилив тепла проходит через ее тело. Она удивляется, как между ними может быть столько сексуального напряжения после неловкостей на английском, но не хочет спрашивать, чтобы не испортить то, что происходит.       Они останавливаются возле ее класса, и Стайлз засовывает руки в карманы и смущенно усмехается ей, и она понимает, что ей действительно, на самом деле, нравится все это, чем бы это ни было.       Конечно, к тому времени, как история заканчивается, она передумала снова, решив, что ей это совершенно не нравится.       С каких пор Стайлз вынуждает бабочек порхать в ее животе? С каких это пор хоть какой-нибудь парень заставляет ее почувствовать себя смущенной и беспомощной? И с каких пор ее эмоции такие непонятные?       Она ненавидит эти чувства до глубины души, потому что она всегда понимает все с почти болезненной легкостью. И все же, вот она мучается со своими чувствами из-за Стайлза, который слишком занят, будучи наполовину мужланом, наполовину - сексуальным богом, чтобы заботиться о ее душевном состоянии.       В спешке она заворачивает за угол и сталкивается с кем-то, кто гораздо выше и шире, чем она. На мгновении ее сердце останавливается, она боится, что она каким-то образом столкнулась в полупустом коридоре со Стайлзом, но этот загадочный парень извиняется, она узнает оливковую кожу и темные глаза, и ненавидит себя за то, что чувствует разочарование от этого.       - Привет, Денни, - говорит она на выдохе.       - Привет, - он делает паузу, отступая от нее на шаг, чтобы внимательно осмотреть. - Все в порядке?       - Отлично.       - Мне так не кажется.       Она хмуро смотрит на него.       - Что ж, ты сегодня мистер Наблюдательность?       Он пожимает плечами.       - Итак, - вдруг его улыбка становится озорной. - У тебя уже было страстное свидание с твоим загадочным парнем?       Она закатывает глаза.       - Пожалуйста, скажи мне, что Эйдан не рассказывал еще и тебе.       - Нет. Итан сказал.       - Замечательно. Теперь у нас уже две сплетницы. Именно то, что мне нужно.       Он смеется.       - Я опаздываю. Увидимся, Лидия!       Он убегает вприпрыжку, но его слова все еще витают в воздухе.       Страстное свидание.       Свидание.       И, может быть, это именно то, что ей нужно.       Свидания нужны для того, чтобы люди могли узнать друг друга лучше, ведь так? Чтобы люди могли понять свои чувства во время ужина, проанализировать их совместимость и посмотреть есть ли у них шанс. Это так просто, так нормально. Это то, чем она занималась до того, как узнала, что оборотни существуют, до того, как она узнала, что она Банши, до того, как Стайлз стал кем-то больше, чем какой-то влюбленный мальчишка.       Она наполняется решимостью.       Свидание.

***

      Лидия встречается с Эллисон у ее машины после школы, чувствуя себя гораздо лучше во всей этой ситуации со Стайлзом.       - Ты выглядишь счастливой, - замечает она.       Лидия чопорно улыбается.       - У меня есть план.       Она ловит тень Стайлза, бегущего вприпрыжку через парковку, дергающего рюкзак за лямки, и в ее животе снова порхают бабочки.       Она глубоко вдыхает и говорит Эллисон:       - Я сейчас вернусь, - и идет по тротуару к нему навстречу до того, как сможет переубедить себя. Она - Лидия, и он - Стайлз, нет причин для нервозности.       За исключением того, что она нервничает.       Она очень сильно нервничает.       - Стайлз! - зовет она, торопясь, чтобы догнать его. Но ей не нужно этого делать. Он останавливается на остановке еще до того, как она выкрикивает его имя, но она не хочет смотреть на него слишком долго, потому что в этом случае ее мозг отключится.       Она медленно выдыхает.       - Привет, - говорит он, когда между ними остается расстояние в пару шагов. Его взгляд скользит по изгибу ее губ. - Что случилось?       У нее есть план. Она откашливается, их взгляды встречаются.       - Я хочу попросить тебя об одолжении.       - Да, конечно, что я должен сделать?       Ее сердце болезненно тянет, когда он соглашается помочь ей, но тогда она понимает, что тоже сделала бы все, что угодно, чтобы помочь ему. Те шестнадцать часов, которые она думала о том, что он не вернется из "мертвых", были худшими в ее жизни, и каким-то образом они попали в схему, где подобная самоотверженность вполне нормальна.       А Лидия никогда не была самоотверженной.       Она отталкивает это открытие и концентрируется на карих глазах Стайлза.       - Мне нужно, чтобы ты пригласил меня на свидание, - выдает она.       Его глаза комично распахиваются, голос подводит его, когда он спрашивает:       - Оу... Чт... Что?       - Свидание, - объясняет она. - Ты и я.       - Ты... - он выдает недоверчивый, хриплый смешок. - Это шутка?       - Нет.       - Но... Но... Но я... Э-э... Я не думал, что ты хотела бы, чтобы...       Она вздыхает, хотя это никак не связано с нетерпением.       - Стайлз, я бы не просила тебя, если бы не хотела.       - Точно. Именно так, - он проводит рукой по лицу и снова смеется. Только в этот раз его лицо охватывает широкая, благоговейная улыбка.       И она улыбается в ответ.       - Точно, - снова повторяет он. - Я... Господи, Лидия, конечно, я приглашаю тебя на свидание. Ты даже не должна была спрашивать. Ты могла бы просто... Ты могла бы просто запрыгнуть в мой джип и сказать мне увезти тебя... Ох, черт, куда бы ты хотела поехать?       Она улыбается шире.       - Ты должен это знать, а я - спрашивать.       - То есть я выбираю, что мы будем делать? - его брови приподнимаются.       - Не заставляй меня жалеть об этом.       - Не заставлю. Конечно же, нет. Э-э... Вау. Хорошо, я не ожидал этого, - он складывает ладони вместе, его глаза блестят.       - Я знаю. Итак, я знаю, куда мы пойдем. Ты будешь готова в семь?       Она моргает.       - Ты приглашаешь меня сегодня?       Намек на ухмылку играет вокруг его губ.       - Лидия, я ждал этого момента с третьего класса. Я не позволю тебе передумать.       - Но, - она изо всех сил пытается сформировать свои мысли. Она должна была догадаться, что Стайлз сделает нечто подобное. - Ты не хочешь обдумать все это? Подумать несколько дней над этим?       - Сегодня четверг, ведь так?       - Да...       - Ага. Я знаю, что мы будем делать. Я заберу тебя в семь, - он смотрит на ее губы еще одним долгим взглядом, после чего делает несколько шагов назад. Ее кожа покрывается мурашками под этим взглядом.       - Тебя подвезти до дома?       - Нет... Эллисон увезет меня.       - Хорошо. Увидимся в семь! - он разворачивается, путаясь в ногах и спотыкаясь, но ловит равновесие прежде, чем упасть на пути у встречного автомобиля. Он выпрямляется, робко смотрит на нее, и она не может сдержать смех.       - Сегодня вечером, - подтверждает она.       Она чувствует тепло и комфорт, и предвкушение, и нервозность из-за его реакции.       Она думает, что могла бы привыкнуть к этому.