"Демонолог": И это любовь, по-вашему?

      После беседы с Хамрудом я пребывал в какой-то странной эйфории, буквально не ощущая под собой земли. И прекрасно знал, что это означает. Высший, или — как он себя назвал — Истинный Высший, выпил меня до донышка. Только использовал не мою Силу магии, а жизненную энергию, заполнив пустое пространство так называемой обманкой. Но горевать по этому поводу я не стал. Наоборот, постарался как можно полнее использовать то, что мне дал демон, до того как впаду в черную меланхолию.       Обманка, или так называемая «память» демона, насыщала жертву, заменяя собой опустошенное пространство. Длилось это недолго, от силы — половину дня или день. А потом наступал откат, когда человек, или маг, полностью истощал себя, продолжая подкармливать демона издали, и падал от усталости. Иногда это не ограничивалось обессиливанием, а могло закончиться смертью.       Но я-то умный! Я-то с этим знаком был! Идиот малограмотный! Убил бы себя, если бы не любил так… Позволить вторгнуться в кокон и выжрать все до последней капельки — это еще уметь надо! А ведь мог же защититься, если бы только захотел. Такое даже простые люди, не связанные с магией, умеют. Достаточно просто ментальный щит выставить — и никто бы не смог проникнуть внутрь…       Но думать, а тем более сожалеть о случившимся я не стал. Просто отдал приказ — приготовить как можно больше тонизирующих настоев, которые мне понадобятся после — и принялся за работу. Тратить такую драгоценность, которой хоть и походя, но одарил меня истинный, не хотелось. Ведь в таком состоянии можно было делать все! Буквально горы свернуть! Но этим заниматься я не собирался, прекрасно осознавая, что тогда отдам последние крохи еще оставшейся во мне жизненной энергии. Лучше сделать то, о чем давно думал.       А именно — совершить призыв, который мне посоветовал кастелян. Призвать назад амулет, помеченный моею кровью, а вместе с ним — и всю остальную «котомку путника» отданную Менриусу как залог свободы Абералдуаса. С предателями дело иметь больше не собираюсь. А Менриус, этот демонолог старый, вместе со своим дружком-ведьмаком обманул меня.       «Память» демона — вещь хорошая, если ею пользоваться уметь. А нас действительно учили такому. Правда, мы не с Истинными работали, а с низшими, но суть от этого не менялась. Разве что низший выжирал меньше, а значит, и доступ к его знаниям был ограниченным. Да и не слишком много было понятного в этой «памяти». Ведь это информация демона, который прожил тысячи лет и знает столько всего, что человек просто не в состоянии уместить это все в своем разуме. Но доступ к некоторым заклятиям, известным в этом мире, я все же получил, чем и воспользовался.       Если бы только не эта эйфория, ощущение своего неизмеримого могущества, затмевающее разум, я бы, наверное, даже восстановить свой кокон смог. Но предпочел пока не работать с неведомыми мне энергиями и нитями силы, чтобы не выжечь себя повторно или не убить случаем, если что-то пойдет не так.       Но кое-что я понял. Например, то, что за тварь сидела в том умирающем маге, в душу которого я проник, случайно зацепив то темное, многоногое создание. В мире демонов таких тварей называли «пожирателями» или «уводящими в ничто». И действовали эти твари там как очистители пространства, выходя из так называемых «колец Хаоса», или точнее — энергетических полей мира, которые уничтожали все живое на своем пути. А твари вокруг рыскали, подчищая пространство, взрезанное таким полем. Одно кольцо — одна тварь. А подхватить такую можно было, побывав в самом Инферно. Откуда, видимо, маг и вышел из последних своих сил, чтобы хоть по-человечески окончить свою жизнь — среди людей. А вот то, что он принес с собой такую гадость — за это его надо было воскресить и еще раз убить. А может быть, даже и не один раз. Благо, что еще Аторациус, демонюга рогатая, додумался о том, чтобы сжечь тело, вернув ту тварь обратно.       Уж не знаю — то ли мне действительно повезло, что меня это существо не сожрало, то ли со мной что-то не совсем так, потому что по всем признакам, которые я теперь, после получения знаний Хамруда, понял, меня должно было расщепить и уничтожить. Как уничтожает заклятие полного развоплощения. А почему этого не случилось — мне кажется, не понял даже Атор. Ну, да не в этом суть. Все равно тварь меня конкретно так подпортила. И перекрыла доступ к магии… Или нет! Я сам себя перекрыл, чтобы не дать ей насытиться и вылезти наружу.       Осознание еще и этого момента буквально вогнало меня в ступор, заставив замереть и на время даже позабыть, что я делал. А потом долго вспоминать, к какому ритуалу я готовился. И не завершил. Вот в этом и заключается проблема «памяти». Слишком много всего, слишком хаотично разбросано, слишком полно… Словно внезапно в тебе не один ты находишься — а десятки или сотни разных личностей, что требуют, советуют, предлагают… И если не знать, что это именно «память» выжравшего тебя демона, то можно и свихнуться ненароком.       Постаравшись переключиться только на один «голос», бормочущий в моей голове ритуал призыва, я вернулся к своим приготовлениям. Когда внезапно на пороге лаборатории появился Шурхад.       — Уж не знаю, чем ты здесь занимаешься, Хозяин, но всю башню своей магией провонял.       — Скоро закончится, — даже не обратив внимания на демона, пробормотал я, ползая по полу и вырисовывая нужный узор портала. — Потерпи.       — Это я-то потерпеть должен? — Шурхад обратил на себя мое внимание самым простым способом, который мог придумать: встал передо мной, не давая дочертить последние линии. — Да сейчас половина демонов, что в Разломе, сбегутся сюда, чтобы ощутить эту Силу!       — Вот и отлично. Сходи, отлови кого-нибудь, кто не будет против попасть в ваш мир за толику жизненной энергии, которую я волью в свое заклятие. — Я тебе и ловушку сейчас смастерю…       — Из башни! Да прямо в Инферно! — Шурхад заметался по комнате, то ли в отчаянии, то ли в восторге. — Не врешь?       — Послушай, — я нахмурился, стараясь уловить все нюансы портала. — Вообще-то, это демона убьет. Здесь. В этом мире. А чтобы он не погиб окончательно, развоплощенный моим заклинанием, я отправлю его в ваш мир. Просто действительно сильного мне здесь не найти. А у слабого не будет возможности выбраться. Но я предпочитаю не убивать тех, кто не причинил мне вреда, поэтому и переброшу…       Шурхад бухнулся на колени, смотря на меня с такой мольбой, что я даже стушевался.       — Если тебе все равно, кого брать, возьми меня, а?.. Сам же говоришь, в Инферно вернусь. А меня там ждут. Зачем тебе кто-то другой, кто не знает, что ты творить будешь, если есть я, готовый на все, только бы оказаться в своем мире?       — Но ты же понимаешь, что это — именно ритуальное лишение жизни, — мне стало неловко. — Я же в жертву тебя принесу…       — Ай! — демон отмахнулся от меня, словно я нес околесицу. — Как будто я не знаю, чем ритуальное убийство отличается от обычного! Потерплю, если что! Ведь ты же не дух мой убивать собираешься, а оболочку, в которой я здесь нахожусь. Я за свободу и не такое вытерпеть готов!       — И даже потом мстить не будешь?       — За что? — Шурхад воззрился на меня как на полоумного. — Платить за все приходится. Всегда. А твое требование вполне обычное. Демоны часто сами уничтожают свою оболочку, чтобы оказаться снова в Инферно. Так что то, что предлагаешь ты, ничем не отличается от обычного пути. Разве что с моей помощью ты еще и чего-то своего добьешься. Так что я тебе ничего и должен не буду.       — Уверен? — я дочертил последние линии, готовый напитать символы силой. — А если не получится, то что — добить?       — Конечно! Считай, что ради того, чтобы попасть в свой мир, я на это и соглашаюсь! Только ты скорей давай начинай, пока никто другой не пробрался в башню! — внезапно засуетился Шурхад. — Куда мне встать? Что сделать?       Я вздохнул. Не хотелось, конечно, отпускать этого демона из башни. Как-то я уже сжился с ним. Но и отказать в такой мелочи, как переход из мира в мир, не мог. Да и где уверенность в том, что кто-то другой пожелает покинуть Разлом, чтобы перейти в Инферно? Была, конечно, мысль — отослать кого-нибудь Менриусу в подарочек. Но вовремя себя одернул. Маг мне ничего плохого не сделал. Разве что не все сказал и не обо всем доложил.       — Встань в середку, сюда, — я передвинул Шурхада на один из символов портала. — И не шевелись. Во всяком случае, постарайся не шевелиться. Защитный круг тебя все равно не выпустит, а вот сойдя с этого знака, ты можешь попасть не на твердую поверхность, а куда угодно, — бормотал, думая о своем.       На самом деле то, что я задумал, было практически невыполнимо, если бы не «память» Хамруда, сумевшего совместить два заклятия в одном. Ведь это двойной портал — не с замещением, а со смещением. Мне переносится то, что нужно — в Разлом, а тот, кто отдает свою силу — переносится в Инферно. Появится вакуум, который нужно будет чем-то заполнить. Здесь-то я его заполню жизненной энергией оболочки демона, а вот чем она заполнится там, у Менриуса, не знал. Но понадеялся на то, что слишком серьезной проблемы магу это не доставит. В крайнем случае зашвырнет на место котомки часть пола, замещая пустое пространство… Надеюсь. Потому что устроить старому демонологу местный конец света из-за такого двойного портала не хотелось.       На всякий случай перепроверив все еще раз и похлопав Шурхада по плечу, я замкнул защитную сферу, влив в нее остаток своих сил… Так и не сумев отвести взгляда от тусклого сизого пламени, которое поглотило тело демона, очень надеясь на то, что ему не было слишком уж больно.       Хотя что я знаю о таких перемещениях? Ректор вообще говорил, что эти создания не испытывают физической боли, а орут во время развоплощения только потому, что не хотят возвращаться туда, где приток силы слишком мал, чтобы хватило всем и каждому.       Наконец пространство за демоном схлопнулось, защитный купол вспыхнул и погас, оставив пространство внутри себя засыпанным серым пеплом, поверх которого лежал вожделенный мешок путника.       — Надеюсь, что у нас с тобой все получилось, — пробормотал я, входя в затухающую сферу. — И ты появился именно там, где и хотел.       Насчет их мира я уверен был. А вот само место как-то не рассчитывал. Надеюсь, выберется. А если нет, то все равно я попаду в Инферно, рано или поздно. Рассчитается со мной. Если не погибнет.       Остаток энергии я использовал на то, чтобы слегка приоткрыть свой собственный кокон магии, позволив хоть небольшому количеству пробиваться сквозь заслон. И ощутил, как живительными ручейками, сразу же изменяясь и подстраиваясь, потекла по венам Сила, наполняя все пространство, выжранное Хамрудом. И только насладившись тем, что сотворил, понял, какую ошибку сделал. Все, что в меня вложил Хамруд, исчезло, растворилось вместе с пустотой, теперь заполненной моей силой…       — Нет, ну не идиот ли? — я застонал, со злости врезав себе ладонью по лбу. — Ну вот спрашивается! Зачем?.. Не сдох бы! Уж точно не сдох! А теперь что?..       Я ощущал только разочарование и отчаяние. Магия вымыла «память» демона, но пока еще не была переработана телом в жизненную энергию, поэтому я очень быстро ощутил апатию, а спустя какое-то время — и глухую ненависть к себе за упущенную возможность. Ведь столько можно было сделать! А я… так бездарно потратил дарованные мне часы абсолютной «памяти» демона! Решил, блин, кокон восстановить!       Резко захотелось напиться и утопить свое горе в вине. Но я крепился. Во-первых — восстановление еще не началось, а во-вторых — надо было стереть портал. А то иначе кто-нибудь из демонов воспользуется им, чтобы прийти. А я не хотел этого по двум причинам: первая — нечего кому-то неизвестному шляться по моему замку, и вторая — не нужно бедным, неприкаянным демонам попадаться в ловушку Разлома.       Пытаясь погасить в себе зарождающуюся глухую тоску, я буквально полз по стене к своей комнате, понимая, что сорваться сейчас — то же самое, что подписать себе смертный приговор. Нельзя. Ничего нельзя. Даже подумать — и то нельзя, не говоря уже о том, чтобы выпить. Накроет враз. Размажет и уничтожит. Сломает. И поговорить не с кем. Отправил Шурхада в его мир… Одиночество… Тягостное, злое, хохочущее пустотой эха моих шаркающих шагов. И отчаяние.       Встряхнуться, собраться воедино, вспомнить, что это всего лишь пустота, оставленная в тебе демоном! Но не удавалось. Казалось, еще немного — и просто сдамся. Лягу прямо тут, в коридоре, свернусь клубком, чтобы выть как раненый зверь.       И ведь знал, что так и будет! Знал!.. Но не закрылся. Понадеялся на то, что справлюсь… Хотя нет, не надеялся. Как дурак открывался, позволяя себя пить, потому что было хорошо, потому что был тот, кому я нужен… А кому, кроме Хамруда, я еще нужен? Пусть даже ради подпитки? Кто еще хоть как-то нуждается во мне? Никчемном, глупом, потерявшем свою силу маге?..       Когда дошел до своей комнаты — буквально выворачивало от омерзения к себе. Хотелось изничтожить эту оболочку, чтобы забыться хоть на миг. Раствориться в пустоте, перестать думать и ощущать, потому что каждая мысль, каждое движение разума больно резало душу, кромсая ее на кусочки.       — Не могу больше… — простонал, упав на кровать, буквально с головой укутавшись в теплое покрывало. — Не могу… Не хочу!.. Устал…       А в глубине сознания понимал, что это лишь истощение и стоит ему пройти, как я снова буду тем, кем и раньше. Но поверх этих здравых мыслей накладывалось густое, темное отчаяние и желание разорвать нить своей жизни, чтобы хоть на какое-то время ощутить пустоту облегчения…       Внезапный утробный рык над ухом заставил дёрнуться всем телом в попытке отстраниться от столь страшного звука, а потом и пришло осознание, что я достаточно-таки профессионально привязан к кровати. Растянут на ней буквально.       — Ну что, пришел в себя, страдалец? — Абералдуас, а это был именно он, или глюк в его обличье, мерно прохаживался по комнате в истинном обличье, ужасающем, но прекрасном в своём совершенстве.       — Что случилось? — я подергал руками, но крепкие цепи только лязгнули. — Что ты творишь, позволь тебя спросить?       — Это ты мне ответь, что творишь! — рявкнул демон так, что меня снесло бы с кровати, не будь я прикован. — А это, — он махнул на цепи, — чтобы ты не сбежал ненароком.       — Откуда? — я постарался, чтобы голос мой звучал ровно, не смотря на то, что весь покрылся липким потом.       — Из сна, дурень!.. Из сна! Я же не могу к тебе прийти в Разлом, чтобы научить уму-разуму, вот и приходится воздействовать на твое подсознание. А это — ментальные цепи, которые ты сам материализовал для себя. Но вырваться даже не пытайся. Уж чего-чего, а удержать тебя я сумею.       — Значит, ты мне всего лишь снишься? — я постарался «ощутить» свой сон наиболее полно, чтобы оказаться в нем как в видении, что давало мне множество преимуществ, но Абер только рыкнул, одним движением оказавшись так близко, что я ощущал жар его дыхания, идущий из оскаленной пасти.       — И не пытайся, мелочь. И не таких удерживали, — прошипел он, клацнув своими кусалками прямо у меня перед лицом.       — А ты пугать перестань! — попытался я взъяриться, чтобы не ощущать страха, холодным комом собравшегося в желудке. — Или хочешь, чтобы я ко всему еще и заикой стал?       — Я тебя сейчас не только пугать буду, — рыкнул Абер, отстранившись. — Я тебя сейчас по кусочкам разделаю и скажу, что так и было!       — Опять какой-то ваш неизвестный мне закон преступил? — я снова подергал руками, надеясь, что сон все же можно как-то изменить. — Слушай, ну отпусти, а? Я точно не сбегу. Да и если сбегу, то ты меня потом все равно настигнешь. Я же без сна все равно не смогу. Абер…       — И даже не станешь пить сонные зелья, чтобы снов не видеть? Или пользоваться своими магическими штучками, коих у вас, демонологов, припасено больше, чем умерщвляющих заклятий? И даже не попытаешься воспользоваться силой какого-либо демона, чтобы перебить мне канал связи с тобой? — Абералдуас разразился рокочущим смехом. — Маленький ты еще, чтобы тягаться со мной. Даже думать об этом забудь!       — Ладно! Понял! — я сделал вид, что смирился. — Что ты от меня хочешь? Чтобы я повинился, извинился и больше никогда не смел перечить демону, который посчитал меня своим? Решил, что если не достанешь там, то попытаешься меня в Разломе добить?! — ярость все же всколыхнулась, позволив наконец-то начать думать.       — И с кем только общаться приходится? — Абер тяжело вздохнул, а потом воссоздал кресло, уютно устроившись в его недрах. — Анджей, соберись. Перестань дрожать, как заячий хвост, и начни сопоставлять все то, что ты сделал, с тем, что сейчас делаю я!       — Сидишь, разговариваешь, — буркнул, вновь попытавшись ослабить ментальное воздействие демона на себя.       — Ну?.. — подбодрил он.       — Что «ну»?       — Бестолочь малолетняя, — махнув лапой, он перетек в человеческий облик. — Андж, если бы я на тебя хоть немного злился, то не разговаривал бы, а засунул бы тебя в какой-то безумный кошмар, из которого бы не выпускал очень долго. А так — сижу, разговариваю… Ну?       — Ты от меня что-то хочешь?       — Только одного. Чтобы ты перестал дергаться и наконец выслушал меня. Ведь я не только так умею…       — Да уж, — я хохотнул. — Как вы умеете — я знаю. За ночь с ума свести можете.       — И я о том же, — Абер кивнул. — Поэтому давай просто поговорим. И начнем с того, что ты с собой сегодня сделал. О портале в Инферно я вообще говорить не хочу. Такое совершить мог или безумец, или отчаявшийся. Благо, что тебе не удалось туда проскользнуть.       — Почему? — я насторожился.       — Да потому, мелочь, что из Разлома нет никаких порталов! — вновь рыкнул Абералдуас, едва сдержав изменения собственного тела. — Никаких! Все, что пытается вырваться из Разлома — уничтожается! Сразу и безоговорочно! Какими бы обходными маневрами ты ни пользовался, как бы ни удваивал, утраивал, учетверял портал — все равно проследят и уничтожат! Или ты думаешь, что Разлом — этакий схлопнувшийся, закапсулированный портал, в котором не по своей вине оказались сотни и тысячи демонов? Это тюрьма, Андж! И просто так сюда не помещают!       — Но Сарревана нам же удалось достать?       — Удалось? — Абералдуас помолчал. — То есть ты считаешь, что получение согласия на извлечение мелкого выродка из разлома, использование запрещенной магии вселения… не говоря уже о том, что приоткрыть Разлом мне позволили только с помощью личных сил… Это удача? Анджей, мальчик мой, в каком мире ты живешь, если не знаешь простейшего мироустройства?       — В том же, что и ты! — огрызнулся. — Сумевший заставить того, кто был моим другом, слиться со мной, чтобы я ни в коем случае ничего с собой не сделал, пока ты, со своим братцем, не насладишься местью! У нас, знаешь ли, это тоже карается!       — Сарреван не только мелкий, но еще и идиот, — остановил меня Абер. — Ему приказали охранять тебя в сложных ситуациях и приходить на помощь в том случае, если я буду далеко или обессилен, чтобы помочь сам! А вселяться, мучить тебя или еще что — никто ему не приказывал! Это его личная инициатива! И он за нее наказан! И Аторациус перестарался со своими байками насчет всех тех ужасов, которые тебе предстоят! Потому что ни мой брат, ни твой мелкий знакомец не знают тебя так, как знаю я! — уже почти рычал он, скалясь заострившимися клыками. — И пугать тебя бесполезно! Потому что, отойдя от своего страха, ты всех уничтожишь, кто встал на твоем пути!       — Вот даже как? — я постарался не удивляться. — Оказывается, случайно вызванный мною по пьяни демон лучше меня знает, кто я такой?       — Уж поверь, знаю, — рыкнул Абер, нахмурившись. — И даже то, что ты сейчас делаешь — тоже знаю. И даже что будешь делать — предугадать смогу! Потому и пришел. Предупредить и попытаться заставить тебя отказаться от твоих безумных планов.       — Которых я сам пока еще не знаю.       — Знаешь. Но озвучить их себе боишься, — Абералдуас щелкнул пальцами, и цепи пропали, словно их и не было. — Не хочу тебя больше задерживать. Но запомни, Андж. Тот, кого ты так близко подпустил к себе, кого насыщаешь своей силой, в свое время едва не уничтожил ваш мир. И что он сделает, когда окажется на свободе — непредсказуемо. Будь осторожен.       Сон начал таять, сменяясь какими-то мимолетными образами, и только тут я понял, что не задал Аберу самый главный вопрос: если он на меня не сердится, то какого я все еще делаю в Разломе? Но помыслив какое-то время, понял, что не собираюсь отсюда уходить какое-то время. Хотя бы по той простой причине, что мне слишком многое нужно узнать, прежде чем продолжать общение с демонами. С любыми.       Состояние, что удивительно, уже полностью пришло в норму. То ли потому, что я в эту ночь ни капли сил не потратил на строящийся замок, то ли потому, что удалось-таки приоткрыть небольшую лазейку в свой кокон, то ли… потому что этот кто-то неизвестный подправил мои линии жизни, позволив распределить остаток энергии так, чтобы нигде не было излишка или недостатка.       О Хамруде я старался не думать, как и о Шурхаде, которого, если я правильно понял, развоплотило тут же, едва он перешел грань портала. Дел и без этого было немало. Чего только стоило полностью настроить башню на себя, проверить контуры защитного поля, которое истончилось, распределившись на весь периметр будущего замка, расставить и разложить все книги и артефакты, которые я получил назад с мешком путника. А также — пообщаться с архитектором, построившим это здание, чтобы жить в роскошном замке, а не в полусырой крепости, в которую это жилище превратится без всяких стоков, оттоков, отводов и всего того, что сейчас делается в современных зданиях.       И самое главное! Никогда больше не спать без сонного зелья! Чтобы снова не попасться в ловушку собственного сна. А то это в первый раз поговорили. А что там дальше будет — даже думать не хочется. Вдруг этот демон, который Абералдуасом представился, захочет вынудить меня к чему-то. А общение через сон не только кошмарами обернуться может. Очень легко внушить так же любую мысль, идею или пожелание, которые человек примет за свои. Для этого даже демоном быть не обязательно.