14 глава
8 марта 2014 г., 01:59
Я только и мог, что зажмуриться, чтобы не выдать все те эмоции, которые испытывал по отношению к самому себе. Почти как гулящая девка предложил себя первому встречному! Уже створку закрывал, когда все-таки бросил взгляд в сторону, куда ушел Хамруд, увидев его, стоящего у самой кромки леса.
А потом — не знаю. То ли он воспользовался мгновенным порталом, то ли двигался с такой скоростью, но оказался рядом, вбив меня спиной в жалобно скрипнувшую калитку, жестко и болезненно впившись в губы.
— Надо было проверить, — тихо пробормотал он перед тем, как затолкнуть меня за стену.
— Проверить? Что?.. — я еще не совсем отошел от его броска, но даже и не думал сопротивляться. Что-то было такое в его взгляде, что настраивало совсем на другой лад.
— Потом поговорим, — отринул он все вопросы, уронив меня в траву, продолжая так же яростно и болезненно терзать мои губы.
Да я и сам не отставал, буквально вжимаясь в него всем телом, подаваясь навстречу рукам и губам, которые, несмотря на грубость, не причиняли боли.
Хамруд не собирался размениваться на долгие прелюдии, рывком поставив меня на колени, одним движением разорвав штаны, и вошел. Меня буквально жаром обдало от острой жгучей боли, но даже мысли не возникло воспользоваться заклятием излечения или еще чем, потому что сквозь эту боль я ощущал такое острое наслаждение, которое не испытывал ранее никогда. Ни с Абером, ни с его братцем. Даже несмотря на то, что меня буквально ломало от грубых, жестких проникновений, тело наливалось той блаженной истомой, когда приглушаются все эмоции и чувства, ввергая в долгую, тягучую эйфорию принадлежности.
И словно не я руководил своим телом и мыслями. Словно не я искусывал губы до крови, глуша тихие стоны. А кто-то другой. А я… я таял в руках демона, подаваясь навстречу, чтобы ощутить его еще глубже, пока не получил удовлетворение.
— Вот так, — Хамруд буквально сочился силой. Моей силой, которую я бесконтрольно отдавал во время нашего соития.
— Зверюга… — я повалился на бок, не в состоянии даже пошевелиться, в полной мере ощущая теперь ту боль, которую он мне причинил. — Изверг…
— Сейчас подлечим, — усмехнулся он, смочив пальцы в своей слюне, осторожно проведя ими между моих ягодиц.
Я только вздрогнул, подавив готовые сорваться с губ проклятия, настолько это было больно: слюна демонов там, на нежной коже. Но жжение практически тут же ушло, оставив после себя только неприятное тянущее ощущение. А я увидел, как Хамруд слизывает со своих пальцев кровь.
— Ты меня все-таки порвал…
— Уже все в порядке, — спокойно произнес он, смотря мне в глаза. — Не страшно было отдавать свое тело в полное владение демону?
— Частичное… — то ли заклятие отрезвления сработало не совсем правильно, то ли от соития я опьянел заново, но чувствовал только благодушный покой и умиротворение. Словно то, что Хамруд сделал, было именно тем, что мне и нужно было именно сейчас.
— Пошли, — я только головой замотал да застонал, когда демон поднял меня на ноги, потащив к внешнему жилищу. — Это только начало.
Я почему-то глупо засмеялся, цепляясь за его предплечье, поддерживая другой рукой сползающие штаны и даже не пытаясь идти самостоятельно. Словно меня не только силы, но и разума лишили.
— Собираешься продолжить меня насиловать?
Хамруд изогнул бровь в немом вопросе, а потом слегка улыбнулся.
— Я кое-чего не рассчитал, мальчик. Ты, оказывается, великолепно умеешь скрывать стресс, когда тебя никто не видит. Но я не хочу, чтобы это вылилось во что-то серьезное. Поэтому буду тебя лечить тем способом, который ты мне подсказал.
— Даже так? — плюхнувшись в кресло, я поморщился от тянущей боли.
— Ну? — Хамруд скрестил руки на груди.
— Что «ну»?
— Лечить себя собираешься?
— Что? А, да… — что удивительно, самому в голову такая мысль не пришла. Но стоило демону напомнить о том, что я могу убрать все неприятные ощущения, как тут же сделал это, вздохнув с облегчением. — Что со мной происходит?
— Надеюсь, тебе, как магу, знакомо слово откат? — я кивнул. — Ну, вот это и произошло. Само по себе снятие печати — болезненный и очень неприятный процесс, а у тебя, видимо, еще и до этого много чего накопилось. А потом все в один момент пришло в норму. Даже твои каналы восстановились, и теперь твой кокон набирает мощь. И как я посмотрю, даже большую, чем ранее. Так что облегчение, связанное с внезапным решением всех твоих проблем, подкосило твою нервную систему. И ты сейчас похож на медузу, расплывшуюся на солнышке.
— Не понял и половины слов, — я покачал головой, приказав замку подать кувшин вина и закуски.
— Ну а дальше это медузоподобное состояние продлится ровно столько, пока ты не осознаешь, что именно с тобой сделали. И то, что на тебя наложили печать эрферцана, и то, что кто-то ее снял. Будь ты более опытным и повидавшим жизнь — справился бы сам. А так… Боюсь, что у тебя будет затяжной период апатии. А ты мне нужен веселый и готовый к сотрудничеству, а не жалеющий себя и унылый. Поэтому, как я и сказал раньше, буду тебя лечить теми методами, которые ты мне подсказал.
— Так именно это ты и проверял? Насколько я молод и опытен?
— Да, — Хамруд кивнул. — Когда я ушел, твоя аура начала темнеть и терять цвета. И уж поверь, я не думаю, что это из-за меня лично! Будь тут кто-нибудь другой, кто тебе более приятен, было бы стократ лучше. А так — придется терпеть меня. Но я тебя на ноги подниму. За сутки точно.
— Нет, — я рассмеялся. — Уложишь в кровать — еще на неделю!
— Думаешь? — Хамруд хитро улыбнулся. — Или ты считаешь, что я, демон, не знаю, как надо обращаться с людьми?.. Считаешь, что всю свою жизнь просидел здесь, в Разломе, и больше не видел ни единого мира?
— Я этого не говорил! — в защитном жесте подняв руки, я пригласил Хамруда присоединиться. — Только мало ли что у вас, демонов, на уме…
— В этом ты прав… — он улыбнулся. — Как самочувствие?
— В смысле?
— Как мага, — терпеливо произнес он. — Я за то время в саду буквально выпил тебя. Истощил полностью. А сейчас?
— Спать хочу, но и все, — я задумался. — Я действительно ничего не чувствую. Раньше, когда сил было много, тело буквально звенело от мощи, а сейчас…
Хамруд расхохотался. Раскатисто, басовито и красиво. Я даже заслушался.
— Ты так ничего и не понял, мальчик. Сейчас в тебе ровно столько же силы, сколько было, когда ты спускался в разлом в первый раз. Пусть и заблокированная, но магия из тебя сочилась независимо от твоего желания. Мне приходилось буквально истощать тебя, чтобы ни капли не прорвалось в этот мир. Но даже такой демон, как я, не может жрать ее непрестанно. Поэтому ты и ощутил, что тебе нужны кристаллы на отток оной.
— Но ты же и все, что в кристаллах, сожрал!
— Хм… Ну, было дело. И чуть не изменился в одну из форм, которым в этом мире не место. Паук. Помнишь?
— Я думал, это твоя, настоящая…
— Именно, — Хамруд задумался, присев в кресло. — Настоящая. Та, которую пространство вашего мира разъест за несколько часов. Ну, или как вы привыкли говорить — за треть круга вашего светила. Потому мне и пришлось тогда отдать всю силу, накопленную тобой, в борьбе с низшим.
— Объяснись, — я нахмурился.
— Я буквально обожрался твоей силы. Настолько, что у меня случился спонтанный выброс оной: смена ипостаси. Это привлекло мелких, но сильных демонов, и мне пришлось выложиться. Отдать всего себя, чтобы переродиться. Но это было такое упоение, такая мощь, что я не жалею. Давно уже так не веселился. Сейчас я уже привык к тому, сколько можно от тебя брать, и могу себя контролировать, запасая излишки на черный день. Но мы говорили о тебе, — тут же сменил он тему разговора. — На данный момент в тебе сейчас столько же силы, сколько было ранее. Но ты боишься дать ей возможность наполнить тебя.
— Естественно боюсь! — я хмыкнул, отпив глоток вина. — А то ты не знаешь, что бывает с магами, которых переполняет собственная мощь. Вообще, как нам говорил ректор, у мага должен быть резерв в треть истинной мощи. Ну, или в половину. Потому что чем больше, тем сильнее это похоже на опьянение. И если маг вовремя не избавляется от излишков своей силы, то она начинает сначала искать выход в мелких, спонтанных проявлениях, а потом может и обрушиться на самого мага сокрушающим ударом.
— Магический выброс, — покивал Хамруд.
— Да, — уцепился я за знакомое словосочетание. — И такой выброс может быть нескольких степеней. Ректор нам рассказывал о четырех. То есть — слабых проявлениях, сильных, переизбытке и выбросе. Выброс всегда ведет за собой очень нехорошие последствия. Сильный маг, получивший переизбыток, может случайно или даже преднамеренно коллапсировать большую территорию.
— Разлом, — помрачнел Хамруд. — Именно такое и случилось со здешним магом. Он настолько был переполнен своей собственной силой, что открыл постоянный портал между вашим и нашим миром. И от нас к вам полезли низшие. Твари, которых даже у нас стараются уничтожить. Поэтому и пришлось спешно опечатывать этот портал с двух сторон.
— Но он существует?
— Да. Он до сих пор существует. Но пройти им никто не может. Слишком великие силы задействованы, чтобы закрыть его от демонов, которые могут пройти сквозь него.
— А ты?
— Я? — Хамруд вскинул голову. — Что я?
— Ну, как ты, Истинный Высший, оказался здесь?
— Я же рассказывал, — пожал он плечами. — Пришел, чтобы узнать, кто здесь балует, разобрался. А потом — и этот коллапс, после которого выбраться я не смог. Банальная история, — он машинально выпил кубок вина, и, думаю, даже не почувствовал его вкуса.
Но я не отступал.
— А как Истинный Высший может попасть в такую ловушку?
— Просто, — Хамруд даже не рассердился. — Ваше племя было создано нами. Без Создателей, Богов и всех остальных миротворцев. Но пользовались мы той же идеей полного невмешательства в личную жизнь каждого существа. Наоборот, развивали вас так, как могли. Потому что нам нужно здоровое, умное и умелое общество. Корректировали, конечно, но создавали самостоятельное, жизненно устойчивое общество существ, которых можно будет использовать.
Я поднял бровь в надежде привлечь внимание демона, а потом и кашлянул.
— Использовать?..
— Весь этот мир, Анджей, не больше, чем лаборатория. Огромная такая, по выведению нового вида существ, которые полностью все свои действия основывают на магии. На той Силе, которой пользуемся мы. Ну, и как бонус ко всему — тренировка новичков. На людях вашего мира демоны тренируются вселяться в тело так, чтобы не причинять ему вреда. Ведь есть и другие миры, где без вселения появиться попросту невозможно. Но мы вас не ограничиваем, не пытаемся остановить процесс научных поисков, и даже не вмешиваемся в вашу жизнь. Для вселения же используем изначально тех, кто приговорен вашим сообществом к смерти. А уже потом — лично договариваемся с людьми, которые позволят нам соединиться с ними и использовать их как некие оболочки. Они ощущают наше присутствие только изредка. Когда подсказываем, как действовать. Они же за это получают возможности большие, чем имели при жизни в одиночестве. К тому же для вселения мы отбираем только рассудительных, умных и серьезных демонов, которые не начнут подминать мир под себя.
— Во-первых, я знаю, что такое подселение, — я криво улыбнулся. — Это — жуткая, бесконечная боль вот здесь, — я ударил себя кулаком в середину груди. — Во-вторых, это — безумная тяга умертвить себя, и как можно скорее.
— Это происходит, когда вселяется демон, который не совпадает по своей ментальной матрице с матрицей человека, — остановил меня Хамруд. — То есть когда идет диссонанс его желаний и желаний самого человека. Но такого мы не допускаем с теми, с кем договариваемся. Вселение без договоренности карается немедленным развоплощением.
— Да? — я едва не шипел. — В меня один из Истинных подсадил выродка, чтобы тот руководил моей жизнью! Чтобы всегда контролировал, чем я занимаюсь! И чтобы не мог покончить с собой! Сделал меня принадлежностью! А ты говоришь…
— А я говорю, что такое карается смертью, — ровно и спокойно произнес Хамруд. — Даже за попытку проникновения в душу и разум донора могут наказать. И не только того, кто пытался это сделать, но и того, кто послал.
«Слышал?!» — рявкнул я в пространство собственного «я». Но мне отозвалась лишь пустота.
— То есть у вас все так строго?
— Даже строже, чем ты думаешь, — улыбнулся Хамруд. — Ведь мы создали вас. Вы — наше детище. Так зачем делать так, чтобы вы от нас отказались? Нет, я знаю другие миры иных вселенных, где подобные нам используют силу, для того чтобы заставить повиноваться. Но и отток гораздо меньше. Вот скажи, если бы я тебя попытался подчинить и выпить до дна, что бы было?
Я задумался. Подчинить демону человека легко. Достаточно легко. Мага — сложнее, но не намного. Можно сказать, что при желании демон может не только влиться в любое тело, но и руководить им, как сам того пожелает. Но! И это «но» было решающим. У таких людей независимо от того, обладают они Силой или нет, бывают моменты «просветления», когда они воспринимают себя, ощущая внутри инородное существо. И тогда они начинают действовать, избавляясь от сожителя. А если точно знать, что в тебе демон, то избавиться от него легко. Если же существует некий договор, который не нарушается, то почему человек должен противиться сожителю? Ограничивать его и себя, чтобы демон получал только то, что человек контролировать не сможет? А если взять взаимодействие…
— Хамруд, — внезапно созрела мысль. — Ты можешь на короткое время влиться в меня?
Он долго смотрел на меня своими желтыми глазами, даже не мигая, а потом выдал:
— И как ты проконтролируешь свою свободу?
— Замок мне поможет.
— Уверен?
— Нет, — я постарался улыбнуться так, как улыбаются демоны. — Знаю. Будет плохо. Очень. Тебе.
— Противиться не будешь?
— Скажи, что надо делать, и я пойму.
— Захотеть, — Хамруд пожал плечами. — Просто захотеть принять меня таким, какой я есть. И не бояться. Чем больше страха и противления, тем больнее тебе будет. Если же ты просто откроешься, позволив скользнуть в твою суть, то и ощущать меня не будешь.
— Попробуй, — я развел руки и улыбнулся.
Хамруд, сжав мои плечи, рывком поднял с кресла. И поцеловал. Не так, как у калитки, а медленно, ласково, пока я не ответил.
— Раскройся, как там, когда я имел тебя на траве, — шепнул он.
И я попытался. Дыхание стало медленным и глубоким, вновь накатило возбуждение, а потом я ощутил, как что-то внутри меня, сжатое словно пружина, распрямилось, открылось, высвободив нечто, напоминающее цветок, который раскрылся.
…А потом я пошатнулся, более не опираясь на плечи демона, который исчез. А в груди ощутил некий плотный комок, который стал постепенно рассасываться.
«Ощущаешь?» — громко и отчетливо услышал я голос Хамруда в своей голове. — «Сливаться полностью не буду. На данный момент это не нужно. Главное, ты ощутил, что нет боли, нет разрыва связей, нет иных проблем…»
— Ты прав, — я кивнул, проведя пальцами вдоль своей руки, ощущая свою плоть как и всегда. Так же как и свой разум ощущая так, словно в него не вливался демон. Разве что общение… — Это всегда так?
«Нет. Если демон полностью схож с твоим представлением о мире, это даже приятно. Разъединимся?»
— Да, — кивнул я, оказавшись в объятиях Хамруда. — А куда твое тело…
— Энергетическая оболочка, — шепнул он, поцеловав меня. — Мы, Истинные, не делаем себе физических тел. И не берем тела умерших. Создаем то, что надо.
— Понятно, — я отстранился, понимая, что возбуждение снова накатывает волной. Но вспомнив, как именно демон меня удовлетворил, остыл. И, поддернув разорванные сзади штаны, снова присел в кресло.
Говорить было не о чем, да и вино подходило к концу. Я уже насытился, и все, что хотел — лечь спать. Но Хамруд даже и не думал уходить.
— Ты здесь останешься? — спросил, надеясь на обратный ответ. Но этот темный только хохотнул.
— Спать? — он удивленно хмыкнул. — Нет, Андж, спать мы сегодня не будем.
Я выставил руки ладонями от себя.
— Так, если это будет подобно тому, что в саду…
— Ни в коей степени, — демон хищно улыбнулся. — Я буду очень нежен и аккуратен.
— Позволь мне тебе не поверить, — хмыкнул я. — Ведь если ты там…
— Тебе нужна была боль, чтобы расслабиться, — серьезно произнес демон. — А сейчас я просто закреплю эффект от своего присутствия. Тебе понравится. Я обещаю.
— Не верю, — прищурился я, оскалившись в улыбке. — Вы, демоны, умеете только насильно брать.
Хамруд только мотнул головой, не пытаясь стереть улыбку со своего лица.
— Ты еще не знаешь, что такое элемент силы. В каждого из нас вливают девять разновидностей мощи. Одна из них — инкуб или суккуб. У меня этой Силы поровну.
Я хохотнул.
— Инкубы всегда сверху, суккубы всегда снизу?
— Почти, — Хамруд даже не пытался ко мне притронуться. — Суть суккуба и инкуба всегда заложена в изначальном, возрожденном из энергии демоне. Есть те, кто получает силу двух ипостасей, есть те, кто получают одну в двойном размере. У меня — поровну.
— То есть, — я пошло улыбнулся, — ты можешь быть как и сверху, так и снизу?
Хамруд рассмеялся. И пока он смеялся, его тело претерпевало изменения. И густой, басовитый смех перетек в мелодичный и звонкий, девичий. И я увидел перед собой женщину своей мечты. С тонкой талией, широкими бедрами и тяжелой грудью.
— Хочешь меня такую? — улыбнулась она, проведя тонкой красивой ладошкой по своему бедру.
…А я понял, что не хочу. И если хотел Хамруда таким, каким он был, то в этой ипостаси…
— Изменись, — потребовал я, ощущая, как мерзко стало на душе. Именно из-за того, что больше не тянет на женщин. — Не хочу видеть.
— Я тебя обидел? — демон приобнял меня за плечи.
Я мотнул головой.
— Нет. Это мое, личное, — я ощутил, как его рука елозит по моей спине, спускаясь ниже, а следом — и губы. Этот демон целовал мне плечи, спину, ягодицы, словно я был его любовником!.. И я бы мог его оттолкнуть, но не хотел. Приятно.
— Идем, — демон буквально потянул меня за собой, но я вырвал руку из его хватки.
— Хамруд, нам некуда спешить. Сам же говорил, что вся ночь… — но этот демоноид сделал то, что никогда и ни при каких обстоятельствах, если при мне была моя сила, делать было нельзя. Он на меня рыкнул. И оскалился, сверкая алыми карбункулами своих полных ярости глаз. — Хамруд! — произнес я уже жестче, увернувшись от внезапно рванувшейся ко мне когтистой лапы. — Остынь!
— Мальчик хочет поиграть? — прошипело это демоническое создание, начав надвигаться на меня своей растущей в размерах тушей. — Хочешь, я устрою тебе такие игры, что ты меня никогда не забудешь?
— Хамруд? — кажется, вместе с силой ко мне вернулась и уверенность. — Прекрати. Я не мальчик для твоих утех. И сам буду выбирать, когда, как и, самое главное, с кем предаваться разврату. И таким ты мне совершенно не нравишься, — в руку привычно лег пульсар.
— Думаешь напугать меня своими фейерверками? — прорычал он, шагнув ко мне.
Пульсар прицельно лег у его ног, расплескавшись рыжим пламенем. Но демона это не остановило. Он пер на меня, словно пытаясь задавить мощью своих мускулов. Но я не я буду, если позволю себя поиметь, как какую-то игрушку! И ярость взвилась, перемежаясь с гневом. И теперь обе руки были заняты пульсарами. Пока еще слабыми. Но демоноид не отступал. Вместо этого, рыкнув, он кинулся навстречу, собираясь подмять меня своим весом…
И я просто, не стесняясь своей силы, озверев от такого отношения к себе, запустил в него оба пульсара, а потом как-то странно, безболезненно и совершенно легко перевоплотился в одну из своих форм, давно примеренных и опробованных. И встретил его во всеоружии когтей, зубов, шипованой брони и юркого, в зазубренных наростах хвоста.
Уж не знаю, чем думал этот рогатый, пытаясь подавить меня, но теперь не он, а я гонял его по всем залам и комнатам, выцеливая убойными заклятиями, а то и просто теребя его за холку и полосуя бока когтями. И бегал бы так за ним долго, если бы в затуманенный звериной яростью разум не пробралась мысль о несоответствии. Высший. Истинный. И бегает от меня, человека в ипостаси низшего, только изредка огрызаясь и сбивая дурь, когда злость окончательно затуманивала разум.
Да и подустали мы гасать по коридорам, руша стены и портя еще недостроенный замок. Поэтому заставил себя остановиться и перетечь в человеческий облик, пытаясь отдышаться.
— Ты меня загонял, — шумно выдохнул, опираясь ладонями на колени. — Все, хватит, наигрались.
Хамруд остановился, преображаясь в почти человеческий облик, и хмыкнул.
— Как давно понял, что я тебя просто выматываю?
— Недавно, — я присел у стены, почти по волшебству выдернув из пространства башни кувшин с водой, жадно присосавшись к горлышку.
— Оставь глоток, — Хамруд протянул лапищу, сжав кувшин, как некоторые кубок держат, допив оставшуюся половину. — Ты мне не ровня, Андж. И еще долгое время не будешь на той ступени, чтобы сразиться с таким, как я, — он буквально рухнул рядом. — А чего этот забег начал, так ты еще в зале перестал воспринимать меня как своего любовника. А выжать из тебя твой стресс как-то было надо. А бой — тоже неплохо. Правда, теперь мне бы подпитаться…
— Хрен тебе. Аж два раза, — я сам был как выжатый спелый плод. И речи не могло идти о том, чтобы поделиться с демоном силой. Самому бы восстановиться. — А чего гасал от меня, словно вспугнутый заяц? Придавил бы да показал, кто есть кто.
— С какого перепугу? — Хамруд пожал плечами. — Тебе хочется увидеть мою силу? Ну, так смотри, — этот демоноид подхватил с пола один из выпавших камешков, небольшой такой, с мою голову, и раздавил его в руке в пыль. — Как думаешь, что бы было, ответь я тебе по-настоящему?
Я понял. Стоило этому рогатому только лапой махнуть в полную силу, и меня бы со стенки отскребали. Или же — вынесло бы вместе с оной к такой-то матери.
Постепенно усталость тягучей и сладкой волной наполнила все мышцы, и я понял, что ничего более не хочу. Только спать. Да и прогонять демона теперь, когда я понял суть его «игры», не было смысла. Поэтому просто махнул рукой, приглашая следовать за собой.
— Спать в моих руках будешь? — поддел он, а я злобно ткнул его локтем в чешуйчатый бок.
— Если не обратишься полностью — на коврике постелю, — я зевнул. — Но не выгонять же тебя…
