Девятиклассница

      — Ты точно хочешь идти? — спросил Серёжа, сидя на диване вразвалочку.              На его лице была такая усталость, что казалось, я уговариваю его не на дискотеку, а отправляю на пытки.              — Конечно! Ты что?! — возмутилась я, стоя перед ним. — Мы уже отдали Владе деньги. И Ксюшка с Олегом нас ждут!              Он тяжело вздохнул, словно старый дед.              — Сегодня просто… устал как собака.              — Вот и развеешься! Вставай! — я потянула его за руки на себя, надеясь поднять с дивана, но это было всё равно, что пытаться поднять гору — он не поддавался.              Серёжа с ухмылкой посмотрел на меня снизу вверх — и вдруг резко потянул на себя. Я взвизгнула и шлёпнулась ему на грудь.              — Ну, Серёж! — возмутилась я, устроившись у него на бёдрах, но он только прижал меня крепче.              — Не геройствуй, — проговорил низко, почти мурлыча. — Поваляемся минут десять — и пойдём.              Уткнулся носом в мою шею. Тёплое дыхание обожгло кожу, отчего я дёрнулась, — стало щекотно. Попыталась вырваться, но бесполезно.              — Тихо, — усмехнулся он. — Куда рвёшься?              Губы коснулись шеи, и по спине пробежали мурашки. Сердце забилось чаще. Ладони скользнули по талии, остановились на бёдрах и сжали их так, что я невольно вдохнула.              — Сейчас точно не время для этого, — я рассмеялась, но внутри уже поднимался жар, который невозможно было потушить.              — Для этого всегда есть время, — хрипло прошептал в кожу.              Обжигающим поцелуем коснулся ямочки между ключицами и чуть ниже, а его руки сжимали меня всё крепче. Тело отозвалось на каждое движение.              — Вика же… — пробормотала я, цепляясь за остатки рассудка.              — Она за компом, в наушниках, — его голос стал ниже, почти бархатным. — Не услышит.              Невозможно было не поддаться на эту наглую провокацию и я запустила пальцы в его волосы.              — Мы же опоздаем… — чуть ли не умоляюще прошептала я, но в ответ он только усмехнулся.              — Ну и пусть, — Серёжа чуть приподнял голову и посмотрел на меня с таким взглядом, что сердце замерло.              Его горячие губы накрыли мои, и я сдалась. Открыла рот и ответила на поцелуй, не в силах думать о чём-то ещё. Тяжёлая ладонь опустилась на шею, а его пальцы уже расстёгивали пуговицу на моих джинсах.              — Что ты делаешь… — прошептала я.              — Сама виновата, — прорычал он, почти не отрывая губ от моих.              — Я?              — А то я не вижу, как ты на меня смотришь, — в уголке его рта мелькнула хищная улыбка.              Губами скользнул к вырезу моей блузки, оставляя на коже пламенные следы. Я зажмурилась, ощущая, как пульс стучит в висках. Всё вокруг растворилось — остались только его волшебные пальцы под моей одеждой и этот ритм, в который я уже не могла не попасть.              — Серёж! У меня компьютер завис! — донёсся из другой комнаты голос Вики.              Нагимов тихо выругался, перенёс свои ладони мне на талию и уткнулся лбом в мою грудь. Не поднимая головы, пробормотал:              — Мелкая — спасительница морали.              Я рассмеялась, но тут в коридоре зашлёпали быстрые шаги.              — Серёж, пусти! — прошипела я, в панике дёргаясь. — Она же сейчас…              — Сиди, — спокойно сказал он. — Поздно прятаться.              Вика встала в дверях, нахмурившись.              — Серёж, помоги! — пропищала она.              — Вик, ну ты видишь, я немного занят, — ответил с самым невозмутимым видом.              — Помоги-и! — она плюхнулась сбоку, сложив руки на груди.              Я чуть не провалилась под пол от неловкости. Отвернулась, пряча взгляд за Серёжей.              — Ты что, Олю больше меня любишь?! — возмутилась Вика, надув щёки.              Я едва сдержала смешок.              — В данный момент — сто процентов, — глянул на сестру с наглой улыбкой.              — Но у меня же игра зависла! — простонала она.              — Вик, отстань, — выдохнул. — У меня сейчас свои… системные ошибки.              Я фыркнула, а его сестра, похоже, ничего не поняла.              — Вик, иди уже! — рявкнул он, но быстро добавил он, смягчившись: — Через пять минут подойду.              — Обещаешь?              — Ага, — пробормотал он.              Девчонка радостно подпрыгнула и умчалась. Я повернулась к Серёже, и, заметив его мрачное лицо, не выдержала — рассмеялась. Наконец, он отпустил меня и я села рядом на диван.              — А чего ты меня не отпускал-то? — спросила я, вытирая слёзы смеха.              Он посмотрел на меня с такой удивлённой реакцией, что я невольно нахмурилась, а потом он молча кивнул вниз. И тут я поняла в чём была проблема.              — А... — быстро отвела взгляд от бугра на его тонких спортивках, прикрывая рот рукой.              — Ну да, — ухмыльнулся. — Вам, девчонкам, легко. Не видно, когда мозг отключается.              — Но вообще-то, это ты первый начал, — парировала я.              Он прищурился, усмехнулся — и внезапно рванул ко мне.              — А теперь я закончу, — и набросился с щекоткой.              Я завизжала, упала на спинку дивана, а он не дал отдышаться — смеялся вместе со мной, пока мы оба не рухнули от усталости.              Через пару минут всё-таки пошёл спасать Вику и её «великую игру». После Серёжа переоделся в рубашку и джинсы и мы выдвинулись к школе, понимая, что уже сильно опаздываем.              Влетев на школьную дискотеку, я сразу же увидела недовольное лицо Влады:              — Оля! Кто говорил про опоздание?! — прокричала она в танце.              — Прости! — неловко улыбнулась я, держа за руку Серёжу.              — Вы бы ещё под конец пришли, — она закатила глаза.              — Ну вы же не всё выдули? — усмехнулся мой парень.              Влада фыркнула, махнула рукой и, хитро прищурившись, ответила:              — Обижаешь, Серёж! Пошли.              Мы вышли из актового зала, спустились по лестнице и направились в школьную раздевалку.              Было очень темно. Коридор казался длинным и бесконечным. Из окон лился свет от уличных фонарей. Каждый шаг отдавал эхом в пустом пространстве.              — Я уж подумала, вы не придёте, — Влада выудила из своей сумки две бутылочки колы.              Я глянула на Серёжку.              — Задержались, — неловко отозвалась я, но по выражению её лица осознала: она всё поняла.              — Ого… — растянула с ухмылкой. — А вы не теряете время.              Мои щёки запылали и я отвернулась, отчего Влада захохотала.              — Да ладно, Оль! Что ты сразу смущаешься? — она передала нам по бутылочке. — Я та-а-аких историй от Катьки уже наслушалась.              — Боюсь представить, — буркнул Серёжа, откручивая крышку, и попробовал напиток.              — Ой, прости, Серёж. Она же твоя бывшая… — попятилась одноклассница.              — Забей, — с легкой улыбкой ответил он. — Что ты тут намешала в этот раз?              — Виски с колой. Нормально получилось? — с надеждой спросила она, и я тоже открыла бутылку.              — Ага, не как в прошлый раз, что аж глаз выколи, — похвалила я, сделав глоток.              — А ты растёшь, Влад, — заметил Серёжка, ухмыляясь. — Что через пару лет увижу тебя за баром?              Она вновь рассмеялась.              — Не дождешься! Берите с собой. В зале на стулья бросите.              — А учителя не спалят? — забеспокоилась я.              — Не, я пока вообще их не видела.              — Отлично, — обрадовалась я.              Мы вернулись в актовый зал. Свет ударил в глаза — зал уже кипел. Толпа прыгала под «Хали-гали, паратрупер» от Леприконсов, пол дрожал под ногами.              Я сразу нырнула в гущу. Серёжа остался у стены, рядом с Костей и одиннадцатиклассниками. Стоял, чуть покачиваясь в такт, и просто наблюдал с лёгкой ухмылкой.              В круг по очереди выходили ребята. Мишка отплясывал так, будто в него бес вселился, толпа хлопала и орала. Олег попробовал что-то вроде брейка, а Влада отпустила тормоза и танцевала так, словно завтра конец света. Серёжа присвистнул, глядя на это безумие.              — Ну вы даёте, — сказал он, когда я вернулась к нему вся раскрасневшаяся и растрёпанная.              — Пошли танцевать! — схватила его за руку.              — Не-а, — усмехнулся. — Мне и отсюда норм.              — Ты зануда! — фыркнула я.              — Я реалист, — ответил он и чуть прижал меня к себе.              Скользнул взглядом по залу, потом снова на меня.              — Танцуй, если хочется, — спокойно сказал. — Я посмотрю.              Я рассмеялась и снова шагнула в толпу. Весь зал заливался разноцветными огоньками светомузыки, и каждый новый всплеск света проникал в темноту, наполняя пространство яркими цветами.              После ремикса «Ручки» группы Вирус, музыка внезапно обрубилась, и белый свет ударил в глаза.              — Так, народ! — прокричал в микрофон десятиклассник-ди-джей, сияя как прожектор. — Время конкурсов!              Все застонали в унисон. Всех ураганом поглотила музыка, и все хотели продолжать танцевать. Но, как ни крути, конкурсы — это неизбежно, и ребята начали расступаться, освобождая центр зала.              — Сегодня мы отметим двадцать третье февраля, — вещал ведущий. — Поэтому приглашаю восемь пацанов поучаствовать в эстафете!              Толпа сразу оживилась.              — Серёг, пошли, — тут же дёрнул его Костя.              — Не-не, без меня, — отмахнулся тот.              — Пошли, ну чего ты!              — Костян, отвали.              — Будет весело! — Ромашечкин уже тащил его за рукав.              Серёжа обречённо закатил глаза.              — Всё, ладно, пошли, пока ты не отгрыз мне руку.              Вышел вперёд вместе с Олегом и Мишкой, а я с Ксюшкой и Лилей сели на стулья вдоль стены, чтобы хоть немного отдохнуть.              — Ох, как жарко, — выдохнула я, обмахиваясь рукой.              — А они ещё и бегать собираются, — хмыкнула Ксюшка.              Ди-джей объявил правила, старательно изображая важность:              — Первый этап — стакан с водой на голове! Потом бег с мешком! И финал — танцы с завязанными глазами!              Толпа сразу зашумела. Я смотрела, как Серёжа стоял на старте с видом «за что мне всё это», а Костя уже готовился как олимпиец.              — Поехали! — заорал ведущий.              Ребята сразу понеслись по залу со стаканами на головах, но у Серёжи вода быстро пролилась, а Костя шёл уверенно, как канатоходец. Далее — бег с «мешком», и тут началась настоящая борьба. Олег и Костя летели вперёд, будто у них крылья, а за ними шли все остальные, стараясь не отставать.              Когда дошло до танцев с завязанными глазами, Мишка покачнулся, и вдруг выдал какой-то странный полу-танец: смесь боксёра и человека, поймавшего осу под рубашкой. А вот Олег сразу понимал, что нужно делать — вытаскивал все свои лучшие приёмы, заводил зал, все ему аплодировали.              Толпа буквально взрывалась, тем самым выбирая его победителем этой эстафеты. Ксюшка сразу же подбежала и повисла у него на шее. Серёжа тем временем уже возвращался к стене, где сидела я.              — Как ощущения? — подколола его.              — Прекрасно, — усмехнулся он.              Свет снова погас, заиграла «Видели ночь» от Zdob si Zdub, и люди сразу же запрыгали, девчонки завизжали, а парни стали орать текст песни в полную глотку. Воздух дрожал, пол гудел, а световые лучи мелькали во все стороны.              Я потянула Серёжу за руку в центр, но он всё продолжал держаться с видом «не-хочу-не-буду».              — Всё, без вариантов, танцуешь со мной! — сказала я, глядя прямо в глаза.              — Да я ж не умею, — пробормотал он, но уже улыбался.              — Тут никто не умеет! — крикнула я сквозь музыку.              Он покачал головой, сделал пару неуверенных движений, потом ещё пару — и вдруг попал в ритм. И всё — понесло. В его движениях всё было просто и уверенно, но чертовски притягательно.              Я подпрыгивала рядом, крутилась, хватала его за руку, а он, уже не сопротивляясь, притягивал меня ближе, хохотал, когда я нарочно наступала ему на кроссовки.              — Осторожней, — крикнул он, но глаза сияли.              — Считай, это проверка на прочность! — крикнула я в ответ.              К финальному припеву мы уже оба кричали вместе со всеми:              — Видели ночь! Гуляли всю ночь до утра-а-а! — голоса срывались, лица были раскрасневшиеся, а смех не кончался.              После трека «Prisoners» от Carlos Jean дыхание ещё не успело выровняться, но вдруг в колонках зазвучало что-то совсем другое — плавная мелодия с голосом Кристины Агилеры. Толпа притихла, кто-то обнялся в полумраке, а кто-то просто стоял, глядя в пол.              — Ну что, — тихо сказал Серёжа, — время медляков.              Протянул руку и я ответила ему растерянной усмешкой, хотя сердце вдруг сжалось от чего-то непонятного. Его ладони легли на мою талию, мои руки — на его плечи. Он чуть склонился, подбородок почти касался моего виска.              Мы стали медленно кружились, и всё вокруг растворилось. Свет мелькал где-то сбоку, голоса звучали глухо, как сквозь стекло. Остались только мы и эта музыка, что разрывала душу и в то же время собирала её заново.              «You're the one that I love…»              Серёжа наклонился ближе и прошептал:              — Если бы время можно было остановить, я бы, наверное, остановил его сейчас.