Я по тебе курю

- Рассказывай, - Денис заходит в мою квартиру, которую я снимаю уже довольно давно, - что происходит? - Ничего, - холодно отвечаю я, прикрывая за собой входную дверь и стягивая с себя верхнюю одежду и кеды. Квартирка не особо большая, но мне хватает. Хватало, даже когда я жил не один. Денис, скинув обувь и куртку, проходит в зал и садится на диван, на котором раскиданы фотографии и моя одежда. Я не убирался уже порядком две недели. И не то, что бы я лентяй, просто никого не вожу сюда. Месяц назад меня бы просто бесил этот беспорядок, но сейчас мне просто плевать. Кровать в спальне завалена одеждой. Да и к чему она, если я никого не вожу в свою квартиру, а сам сплю на диване? Парень устраивается на моем диване, приглашая меня сесть рядом. Денис – прекрасный парень, хороший друг. Будто и не было никакого секса. Будто мы знакомы всю жизнь. Я всегда удивлялся тому, что люди, которые меня когда-то трахали, невероятно смущаются, когда мы встречаемся на улице. Да, я помню лица всех, но не помню имен. Это нормально для меня. Один мой знакомый посоветовал вести блокнот, куда нужно записывать всех, с кем ты переспал. Какой в этом смысл? Я без всяких записей помню их количество… А имена мне не нужны. - И все же, - Денис внимательно смотрит на меня, - я хочу услышать то, что ты пытаешься от меня скрыть. Я медленно подхожу к парню и сажусь к нему на колени, медленно забираясь холодными руками под его рубашку. Тот усмехается, но руки не убирает. Касаюсь губами его холодных щек, расчесывая пятерней волосы, которые уже пропахли сигаретным дымом. Сквозь этот едкий запах еле-еле пробивается аромат одеколона. Расстегиваю воротник... - Завел себе кого-то? – спрашиваю я, отстранившись от парня. - Засосы? - усмехается тот. Я киваю. - Ты почему мне сразу об этом не сказал, когда я речь о сексе завел? – я смотрю в пол, пряча глаза, - почему не сказал, что у тебя кто-то появился? Он улыбается, закидывая ногу на ногу. - А смысл тебе сейчас что-то говорить? Ты все равно бы меня не услышал, а так сам догадался. Я же вижу, что с тобой за херня твориться. Дай, угадаю, - он достает пачку с сигаретами, поднявшись с дивана, - тебя бросил твой ебарь, а перед этим он тебя жестоко наебал. В точку? В голове роем кружатся мысли. Да уж, не помог, а только хуже сделал. Денис достает зажигалку, закуривает. По комнате начинает медленно разноситься неприятный запах, от которого иногда слезятся глаза. - Форточку открой, - выдавливаю из себя я, - и он не ебарь… - А кто? – перебивает меня парень, выдыхая сигаретный дым, - кто, скажи мне? Я молчу, не поднимая глаз на Дениса, мирно курящего у открытой форточки. Опять целую неделю вонять будет его ментолом, от которого меня просто наизнанку выворачивает. Дымит каждый раз, как паровоз. Создается впечатление, что у него этих пачек бесконечное множество – всегда целая и всегда с ментолом. - Любовник? – Денис скидывает пепел и вновь затягивается, - извини меня, но человека, который называл тебя своей подстилкой, любовником назвать сложно. Право твое, называй, как хочешь, но у меня язык не поворачивается. - Подстилкой? – Чуть слышно произношу я. - Давно? В груди больно кольнуло и сжалось сердце. - С самого начала, - он затягивается в последний раз и выкидывает окурок, прикрыв форточку, - слухи до меня дошли, понимаешь? А же видел, как ты с ним носишься. Видать, счастлив был… - Был… Сука, - я обхватываю голову руками, закрывая глаза. Парень усмехается и вновь достает пачку. Все было пылью… Обычной пылью, которую я то и дело сгонял сухой тряпкой с места на место. Он даже и не любил меня. А как же его слова о вечной любви? Тоже ложь? А я как мальчишка сопливый повелся на нее… Идиот. Идиот! - Сука… - как в горячке повторяю я. Денис, затягиваясь, оборачивается, когда я с силой бью кулаком по столу. Костяшки уже горят, но я не останавливаюсь. Перед глазами проносятся все счастливые моменты моей жизни. Неужели они все оказались ложью? Выдумкой? Тогда… мне нечего терять, верно? Я ничего хорошего не видел за все свое мелкое существование… Наверное, такие люди как я, умирают со спокойной душой. Хм, когда нет смысла жизни, ее легче проебывать. - Влад. Влад, твою мать, успокойся, - парень подходит ко мне и протягивает сигарету, - я знаю, ты не куришь, но все-таки… Не чувствую руки. Только легкое покалывание… Краем глаза замечаю, что стол теперь не лучше, чем мой кулак, который разбит в кровь. Беру сигарету, затягиваюсь и, наконец, окончательно успокаиваюсь. Неприятное ощущение. В горле будто пламя, которое сжигает изнутри. Начинаю кашлять, но вновь затягиваюсь, и становится легче. Никогда не курил. Даже в школе я никогда этого не делал. - Знаешь, - Денис забирает у меня сигарету, - я еще тогда удивился, как ты не замечаешь всего того, что за твоей спиной творит этот засранец. От тебя скрыть же ничего невозможно… Но тут, наверное, другое дело. - Наверно, - выдыхаю я, медленно ложась на диван. Я медленно погружаюсь в туман, который наполняет меня каким-то легким умиротворяющим чувством, заставляющим расслабиться. Становится легче. Но гадкое съедающее изнутри чувство не проходит… В глазах темнеет. Я уже почти ничего не вижу перед собой, когда слышу, что Денис вновь открывает форточку. - Не кури больше, - я кашляю, - это вредно. - Трахаться со всеми подряд тоже вредно, - отвечает тот и затягивается, - но я ведь тебя не учу. Денис смеется, сбрасывая пепел и в последний раз наполняя легкие ядовитым дымом. В темной комнате почти ничего не видно, сюда проникает только свет фонаря, который горит прямо перед моим окном. - Надо было эту сигарету об твой лоб потушить, - язвит парень, выбрасывая сигарету и закрывая форточку, - а то ты болтаешь много. - Ты уже раз потушил, - я закрываю глаза, - только не совсем об лоб. - Давно было, - он усмехается, обходя комнату, - ты уже, наверно, забыл эти ощущения. - Но ведь было же… - Было, - парень садится в кресло, - не отрицаю. И еще я уверен, что есть люди кроме меня, которые тоже это делали. А если ты начнешь отрицать, я не поверю. - А я не стану отрицать… - Ну, и правильно, - парень зевает, - мы же друг друга все равно никогда не переспорим. *** Я просыпаюсь от того, что меня кто-то настырно трясет за плечо, видимо, пытаясь разбудить. В голове полный кавардак, будто я бухал три дня подряд без перерыва. В комнате уже пахнет сигаретами, от ментолового запаха которых меня просто тошнит. Как всегда – этот ублюдок не откроет форточку, если я не скажу. Слышу противный голос, раздающийся прямо надо мной. Открываю глаза, уже предполагая, кто меня гаденько с утра подначивает. - Владислав, чай или кофе? - горланит мне кто-то на ухо. - Водки, – отзываюсь я, приподнимаясь на локтях. Денис усмехается и, стянув с меня плед, уходит на кухню, предварительно дав мне подзатыльник. Я поднимаюсь с дивана и, поправив штаны, топаю на кухню, откуда исходит приятный запах. Хм, этот парень, оказывается, умеет готовить. Я останавливаюсь в дверях, когда вижу Дениса, разговаривающего с кем-то по телефону. На сковороде что-то жарится, шипя маслом, которого явно слишком много. Я беру ложку и аккуратно, чтобы не обжечься, сливаю ею масло из сковороды. - У друга. Да. Да. Нет, это просто друг. Да. Конечно, родной. Хорошо, я буду звонить тебе утром, днем и вечером, - слышу я, - нет, не вру. Обещаю. Я скоро приеду. И я тебя. - Твой ебарь? – смеюсь я, вылавливая масло. - Ебари – у тебя, а у меня - любовники, - парень забирает у меня ложку, - и я всегда сверху. Так что не выпендривайся, умник херов. - Поаккуратней с выражениями, - я сажусь на стул. - Я смотрю, ты отошел уже, - он поворачивается, держа в руках горячую ложку, - смелеешь на глазах. Бля, сколько с тобой знаком, а с твоим нахальством смириться до сих пор не получается. - Не мы такие, жизнь такая, - я пожимаю плечами и смотрю на настенные часы, - так, пора на работу. - Эх, ты, - вздыхает Денис, - а еще вчера говорил, что тебе хреново. - Я собираюсь уже ответить ему, как он меня перебивает, - знаю, знаю. Не мы такие, жизнь такая… Я улыбаюсь и иду в спальню, где такой же беспорядок, как и в остальной части квартиры. Приду с работы - уберусь. Не то чтобы я уже отошел от всего этого, просто не хочется загружать собой Дениса. Он приехал в свой родной город, чтобы отдохнуть, и я не хочу скидывать на него свои проблемы. Я разберусь в них сам. Да, это лучшее, что могло прийти когда-либо в мою голову. Достав из шкафа чистую рубашку, которую я тут же натягиваю на себя, я расчесываю волосы пятерней и бегу в ванную. Чищу зубы, бреюсь и стираю следы прошлого вечера – все как обычно. Денис тем временем что-то делает на кухне, матерясь и стуча ложкой. У нас с ним отличные отношение, правда, немного специфические. Со стороны может казаться, что мы просто не выносим друг друга, но это не так. Выхожу из ванной свежим и обновленным, натягиваю кеды и куртку. - Денис, я поехал, - кричу я, когда выхожу из квартиры, - не спали мне хату. Выбегаю из подъезда, и меня тут же ослепляет утреннее солнце. Вот так всегда – утром солнце печет, а вечером дубак стоит. Отличная осень. Ловлю такси и под бубнеж мужика за рулем спокойно доезжаю до кампании, где я работаю доставщиком цветов. Смешно? А мне не очень. Из-за того, что мне самому приходится оплачивать свое обучение и квартиру, а денег катастрофически не хватает, я пошел подрабатывать. Работа не сложная, просто по городу мотаться туда-сюда удовольствия никакого не доставляет. Я захожу в офис, и меня встречает молоденькая секретарша, которая работает тут всего неделю. Очень надеюсь, что она не станет мне выносить мозг еще и сегодня, ведь я просто зашел отметиться и получить ключи. - Влад, тебя там, в кабинете шеф ждет, - говорит она и, собрав бумаги в одну папку, убирает их в шкаф, - похоже, у нас новенький. - Спасибо, Тань. - Влад, а давай сегодня поужинаем вместе? – спрашивает та, покраснев, - а потом к тебе или ко мне. Что думаешь? - Ничего, - говорю я, стуча в дверь кабинета директора, - я занят сегодня, Извини. - А завтра? – не отстает она. - И завтра, - я открываю дверь, - и послезавтра, и через неделю, и через две. Я всегда занят. Я захожу в кабинет, где за своим столом сидит директор компании – Владимир Михайлович, а рядом, в кресле, молодой парень. Продолжение следует)