Королева улья

К вечеру Стрекоз стал пободрее. Раны затянулись, и он стал с удовольствием поглощать запасы на моем корабле. Когда солнце село, он с довольным лицом встал и сказал: — Готов! — Хорошо, — я тоже поднялся, проверил оружие — выходить в лес без пушки я больше не рискну. Пока я возился со снаряжением, хив выковырял из какой-то полости небольшой пенис и снова начал орошать меня и мой корабль. От возмущения я его чуть не пристрелил! Мне, конечно, не понять их извращенные пристрастия, но я же в его присутствии себе ничего лишнего не позволяю, хотя от двухмесячного воздержания у меня, кажется, все отсохло. — Прекрати, не смей! — я махал перед ним пушкой и отодвигался, надеясь, что он на меня не будет дрочить. — Мне нужен запах для опознания, — хив пожал плечами и попытался продолжить, но я снял оружие с предохранителя и уже более серьезно крикнул: — Хватит, иди и окуклись! Хив смотрел на меня, словно оценивая, долго рассматривал оружие, мой испуганный взгляд, а потом стал спокойно и тихо разъяснять. — Это секретная железа. После перерождения мы можем на несколько часов лишиться воспоминаний и действовать под влиянием инстинктов. Секрет не оставляет пятен и быстро выветривается. После объяснения он снова смерил меня взглядом и указал на мой пах. — Ты тоже можешь пометить меня, чтобы узнать после перерождения. Я отрицательно мотнул головой. — Это половые органы, мы не метим друг друга, — задумавшись, добавил, — если ты мне не половой партнер, конечно. Стрекоз странно хихикнул, снова стал потрясывать своим членом, или железой, но в меня больше не целился. — Так, ты, кажется не понял. — Я все поняла. А ты вот нет. Если я тебя не помечу, могу не узнать и съесть, — хив щелкнул пастью, и теперь я заметил, что у него много острых и длинных зубов. — А половые органы у нас в другом месте. Стрекоз немного замялся, подошел ко мне ближе и вывернул один из суставов на руке. Там открывалась щель, и теперь я видел, что вдоль предплечья у него тянется что-то вроде сумки — там, наверно, росли яйца. — Мужские особи имеют щель тут, — Стрекоз указал на место у сгиба кисти, — и мы оплодотворяемся вот так. Хив взял меня за локоть, уложив его в свою ладонь, моя же ладонь легла на его сгиб у локтя, и Стрекоз, словно смутившись, убрал руку и отодвинулся. — Так ты все же самка? — неуверенно спросил я. — Я — матка, — ответил хив и брызнул на меня секретом. *** Ночь я провел, завернувшись в термоплед рядом с огромным коконом. Уже по-свойски уложив на теплый кулек голову, я размышлял о странном разнообразии биологического мира и о том, что Стрекоз, она или он, лишился своего полового органа, а не руки, как мне думалось. Интересно, как они рассматривают рукопожатие. Если бы два мужских представителя хивов встретились и пожали друг другу руки, рассматривалось бы это как гейский промискуитет или как дружественное потирание пенисами? А еще Стрекоза сказала, что она матка. Если вспомнить все тот же муравейник, то матка — это такая самая большая гусеница, которая плодит детенышей и жрет своих солдат. Стрекоза сказала, что может меня съесть, если не вспомнит. Может, она и других своих товарищей кушает, после того как форму меняет? Может, Стрекозу вообще на эту планету сослали за то, что она, будучи в преступном сговоре с другими матками, поглотила огромное количество хивов? И вот теперь я тут высиживаю монстра, нациста и просто жуткого преступника. Может, мне тогда действительно Стрекозу на Землю забрать? Купить где-нибудь отдаленный домик рядом с Балтийским морем, ловить вместе рыбу. Может, у хива форма есть, которая соли не боится, будем в море плескаться. А если нет такой, то можно и у Байкала домик присмотреть, там, конечно, подороже будет, зато леса более густые, сможет обезьянничать, жучков собирать. А я буду дома его ждать, суп готовить, коврик в прихожей ему стелить. И будем мы как семья, близкие, родные, пусть не похожие внешне, но понимающие друг друга, имеющие общие интересы. Ведь нам так хорошо просто быть рядом. Рассмеялся таким мыслям. Глупо. Глупо верить, что инопланетного жука на Землю допустят. Что хивы и люди смогут мир установить, что Стрекоза будет рада моему сожительству. Как приятно верить в глупости и немного надеяться, что все удастся, что добро победит, зло уберется в свою страшную темную пещеру вить паутину, а смелые герои будут жить вместе. Долго и счастливо.