5.1
20 февраля 2014 г., 03:48
Бёрт не особо волновался, когда Сэм рассказал ему о новичке в школе. Он поддразнивал Курта насчёт этого, но не испытывал никакого беспокойства. Сэм в любом случае дал бы ему знать, если бы новичок обидел его сына, и, если не считать прошлогодний случай, Курт был достаточно взрослым, чтобы самостоятельно позаботиться о себе. Так что Бёрт не особо переживал.
Но, когда Курт, а затем и Сэм, стали общаться с этим новеньким, Блейном, Бёрт понял, что должен познакомиться с новым другом сына. Сэм, очевидно, был на стороне Блейна и больше не предоставлял информации Бёрту. И как-то в одну из суббот ноября мистер Хаммел заметил, как сын носился по дому, собирая вещи и готовясь к... чему-то.
— Где-то пожар, приятель?
Курт остановился, перебирая свои выходные костюмы.
— А? О, сегодня у Сэма и Мерседес церемония обмена кольцами; я же тебе говорил.
Бёрт, согласившись, буркнул, пока Курт продолжал летать по дому. Глаза Бёрта неотрывно следили за каждым движением сына.
— Тебя заберёт Сэм?
В тот момент Курт быстро сбежал по лестнице в свою комнату, даже не удосужившись остановиться и нормально поговорить с отцом, а потом крикнул оттуда:
— Нет, меня заберёт Блейн. Мы, скорее всего, после церемонии пойдём в кино, но я буду дома вовремя, до комендантского часа.
Его голос становился громче, пока он поднимался обратно, уже одетый в белую рубашку, по пути застегивая пуговицы на ней, и в тёмно-синем галстуке, ещё не завязанном на его шее и свободно болтающимся у него на груди.
Берт наблюдал за сыном какой-то момент и, пока тот не завязал галстук, сказал:
— Я хочу с ним познакомиться.
Конечно же, рука Курта соскользнула с гладкой ткани, прежде чем он смог проконтролировать свое удивление.
— Ч-что?
Бёрт подошёл к сыну и помог завязать галстук.
— Я ждал, пока ты приведёшь его сам, чтобы я познакомился с ним, но ты держишь его подальше от меня, так что я решил сказать тебе, что хочу с ним увидеться. Ты постоянно о нем болтаешь, ты часто гуляешь с ним, причём без Сэма и Мерседес. Так что я не вижу никакой проблемы, Курт.
Курт нервно оглядывал комнату, пытаясь придумать, как улизнуть от предложения отца, но Бёрт знал, что у сына не получится отмазаться. Он поправил воротник Курта и отошёл назад.
— Пригласи его на ужин на этой неделе, хорошо? — Бёрт похлопал сына по плечу и ушёл в гостиную.
♦ ♦ ♦
Бёрт и не думал, что всё пройдёт легко, но точно убедился в том, что будет намного сложнее, когда в субботу вечером он пришёл домой из мастерской и позвал Курта. — Я в своей комнате, пап! Бёрт спустился вниз по лестнице, говоря: — Привет, я подумал заказать пиццу вечерком на уж... О, привет. Парень, которого Бёрт ещё ни разу не видел, стоял рядом с кроватью его сына. Его тёмные волосы были зачёсаны назад, а одежда была слишком официальной. Он был похож на идеального молодого парня, словно только сошедшего с фотографии. Бёрт ему уже не доверял. — Здравствуйте, сэр, меня зовут Блейн Андерсон. Большое удовольствие познакомиться с Вами, — легко сказал парень, протягивая свою руку. Бёрт медленно и неохотно протянул свою, чтобы ответить на рукопожатие. — Бёрт Хаммел, отец Курта. Приятно, наконец, увидеть, с кем мой сын болтается всё время. Блейн немного нервно рассмеялся. — Да, сэр. Согласен. Я очень переживал из-за встречи с человеком, которого Курт так высоко ценит, но сам Курт не считал наше знакомство хорошей идей. — Только потому, что я знал, что вы оба будете кидаться на меня, — проворчал Курт, бунтуя, сидя на своей кровати. — Почему ты всегда устраиваешь прослушивание для моих друзей, пап? — Я только двумя словами перекинулся с ним! — Да, и скоро он тоже начнёт вести себя, как мой сторожевой пёс. Бёрт заметил, как Блейн наблюдал за их небольшой перепалкой. На его лице была лёгкая улыбка, а взгляд метался от отца к сыну, и он, казалось, чувствовал себя в своей тарелке. — Как насчёт того, чтобы заказать пиццу? — предложил Бёрт. – Тогда мы уже сможем наконец сесть и узнать друг друга получше? — О, эм, мы с Блейном на самом деле решили сами приготовить что-нибудь сегодня вечером, он купил кое-какие продукты, — сказал Курт, взволнованно переводя взгляд на своего друга. — Ну, если ты... — Курт, я же сказал тебе, что всё в порядке. По крайней мере, будет, если мы наконец решим, что будем готовить, – добавил он с многозначительным взглядом. — Ну, какие варианты? — спросил Бёрт. — Домашняя курица с пармезаном или овощной суп, — ответил Курт, тут же надувшись, когда Бёрт проголосовал за курицу с пармезаном. — Я бы добавил немного мяса в суп! — Ты должен был сказать раньше, теперь мой желудок настроился на курицу, — сказал Бёрт, ухмыляясь, когда Блейн коротко рассмеялся, хотя тут же прекратил, когда Курт на него зло глянул. Блейн поднял руки, указывая на лестницу. – После вас. Бёрт не был удивлен, когда на щеках его сына появился румянец, а на губах расползлась глупая улыбка. Курт поблагодарил Блейна за вежливость и элегантно шагнул на лестницу. Но Бёрт удивился, когда увидел выражение лица Блейна, немного зардевшееся. Он робко посмотрел на Бёрта, а затем пошёл вслед за Куртом. Бёрт поднимался последним, слушая весёлую болтовню парней о том, как они будут готовить. Блейн явно восхищался Куртом, его глаза загорались особым блеском, когда Курт смеялся, а его движения были точны и аккуратны, словно идеально подстроены под движения Курта — парни отлично сработались вместе. Бёрт наблюдал за ними, сидя за столом; Блейн был терпеливым учителем, а Курт — его учеником с невероятной жаждой к новым знаниям. Курт даже не стал суетиться, когда тушёные помидоры, что он до этого нарезал, случайно брызнули своим соком на его руку, вместо этого он рассмеялся, а Блейн показал ему, как удобнее с ними обращаться. Бёрт никогда не видел, чтобы сыну было так легко общаться с кем-либо, даже с Сэмом Курт не вёл себя настолько свободно и непринуждённо. Что-то было в этом Доме, что расслабляло Курта, и Бёрт не мог ничего поделать с надеждой, когда видел, как парни украдкой поглядывали друг на друга, что Блейн надолго останется в их жизни, и неважно, родственная душа он Курту или нет.♦ ♦ ♦
Ужин обычно проходил довольно тихо, за столом всегда сидели только Бёрт и Курт. Они просто делились тем, как у них прошел день, а потом заканчивали ужин в тишине, но этим вечером за столом было шумно. Блейн легко утянул Хаммелов в разговоры, не переставая болтать и смеяться. Бёрт надеялся, что ещё не раз увидит Блейна, ужинающего вместе с ними. На самом деле Бёрт понятия не имел, о чем разговаривать, с тех пор, как Элизабет умерла, а его собственный отец был сильным, молчаливым типом, так что Бёрту никто не мог помочь наладить связь с сыном, Бёрт очень этого хотел, но просто не знал, как начать. Хотя он никогда не хотел иметь отношения со своим сыном, состоящие всего лишь из похлопываний по спине и без настоящих разговоров, но Бёрт знал, что такое часто происходит между ними с Куртом. Но Блейн открыл перед ними новую дверь, взяв на себя беседу, и впервые за почти восемь лет Бёрт не волновался о тишине за столом, пока Курт ел свой ужин. Его сын улыбался и смеялся, а Бёрт неотрывно следил за всем происходящим и никак не мог поверить, что это происходит на самом деле. После ужина Блейн вызвался добровольцем, чтобы помыть посуду, и Курт подскочил со своего места, желая помочь. Бёрт понимал, что не должен удивляться поведению Блейна, ведь он уже доказал, что не ведет себя как другие Домы, которые считали, что вся грязная работа должна быть на плечах сабов (Бёрт тоже так считал, и единственной причиной, почему Бёрт не помогал сыну, было то, что Курт всегда заканчивал кушать быстрее отца), что подняло Блейна выше в глазах Бёрта. Бёрт переключал каналы, пытаясь найти игру или хороший фильм. Спустя какое-то время Блейн присоединился к нему, неловко встав на пороге, пока Бёрт не пригласил его присесть на диван. — Курт сказал, что сейчас придет, он заканчивает с десертом, — сказал Блейн с оттенком нервозности в голосе. Берт остановился на канале ESPN Classic. Блейн был разговорчив во время ужина, но сейчас молчал, пока Курта не было рядом. Бёрт почувствовал его напряженность и решил спросить: — Любишь футбол? Блейн подпрыгнул от его слов, но кивнул. — Да, сэр, я болею за Огайо. — Да ладно? — Бёрт обратил своё внимание на друга сына. Каким-то образом эта тема не обсуждалась во время ужина, но сейчас они полностью погрузились в дискуссии о том, какие игры они видели и насколько какие игроки были профессионалами. Курт закатил глаза, когда вошёл в гостиную с нарезанным шоколадным чизкейком, который приготовил ещё прошлым вечером, после чего сел рядом с Блейном и начал есть свой кусок. И Блейн сразу же изменил тему разговора, втянув и Курта в обсуждение, так плавно, что Бёрт едва заметил. Но он не мог не заметить, что глаза Блейна всегда возвращались к Курту. Их движения словно были зеркальны друг другу, и парни ни разу не отстранились далеко друг от друга, а на их лицах всё время была улыбка. Бёрт не двинулся, когда Курт собрал тарелки, отмахнувшись от предложения Блейна помочь, и, когда сын ушел на кухню, спросил: — Ты гей? Блейн стал крутить свое кольцо, перед тем, как глянуть на Берта. — Да, сэр. Бёрт посмотрел так на него, будто пытался выразить свои мысли: "Я наблюдаю и буду наблюдать за тем, как ты будешь с ним обращаться, и если ты сделаешь ему больно, то тогда я сам причиню тебе очень много боли, так что, пожалуйста, не заставляй его страдать больше, чем он уже пережил". Блейн, казалось, понял и совсем без волнения начал: — Я бы никогда... — Так, пап, я ненавижу красть у тебя собеседников, — сказал Курт, входя в комнату, — но мы с Блейном должны отрепетировать наш дуэт для Отборочных, – он протянул руку, чтобы помочь Блейну встать. — Вы будете петь дуэтом? — удивленно спросил Берт. — Да, мы победили в соревновании, — взволнованно сказал ему Блейн. — Я тебе рассказывал, — проворчал Курт. — Да, но я не думал, что вы будете петь на Отборочных! Поздравляю! — Курт покраснел от похвалы и отмахнулся от отца. — Нет, нет, это очень важно, — настаивал Бёрт. — В любом случае, нам нужно репетировать, — пробормотал Курт, все еще держа за руку Блейна, а после повел его к себе в комнату.
