Житие колдуна

«Не делай людям добра и не получишь зла!» Народная мудрость

      Я оглушительно чихнул, отчего мой чих разнесся по заснеженному лесу подобно эху, растревожив его обитателей. С ближайших деревьев встрепенулись вороны, где-то вдалеке завыли волки...       Дурацкая рябина.       Уже более получаса по колено в снегу я исследовал лес в поисках рябины. Да-да, банальной рябины, которая произрастает в округе буквально через каждые три дерева. Но рябина все никак не находилась, а настроение с каждым мгновением становилось все хуже и хуже. Да и холод стал пробирать до костей, не спасал даже полушубок и заклятье, которое я наложил на него, чтобы он обрел согревающие свойства. Вот уже и в носу засвербело, от чего второй чих не заставил себя ждать.       Может, их съели птицы, волки перешли с мясного рациона на ягодный или же ободрали селяне с ближайших деревень, потому что какой-нибудь заезжий шарлатан наплел им в три короба, что "ягоды рябины – это панацея от всех болезней"? Иначе я никак не мог объяснить, почему я не нашел ни одного захудалого деревца.        Дурацкий эксперимент и упрямый осёл, которому вперлось скорей его закончить и поэтому он, вопреки здравому смыслу, поперся в лес искать недостающий ингредиент для самого банального зелья. Нет, чтобы дождаться дня, одеться потеплей и лучше подготовиться?       Ну нет, это же так просто! А Никериал Ленге обожает создавать себе проблемы на пустом месте и поэтому вместо того, чтобы спокойно дремать в кресле у камина, его понесло в лес. Зимний лес. Когда еще не взошло солнце и без заклятья света не видно ни зги. Искать рябину. По колено в снегу и промерзая в полушубке из-за плохо наложенных чар.       Я бы и дальше зло корил себя за идиотизм, подумывая о том, чтобы бросить это бесполезное занятие и вернуться домой, если бы не резкий звук, который прозвучал, в оглушающей тишине утреннего леса, подобно раскату грома. Я не смог ясно разобрать что это: вой, вскрик – это было нечто среднее, но слышалось в нем что-то тревожное, что-то, что заставило меня стремглав ринуться на звук, не обращая внимания на бурелом и сугробы.       Он-то и привел меня на небольшую поляну.       Сперва заклятье света осветило разорванную зверьем лошадь, после - развороченный ночлег, от которого тянулась дорожка из крови, ведущая, словно путеводная нить к... рябине? Я смотрел на нее целую минуту и никак не мог найти рациональное объяснение этому феномену. Мой разум, отягощенный уже третьими сутками без сна, не мог понять – это видение, вызванное физическим истощением, либо же реальность, которую в насмешку мне предоставила Богиня.       Вот только похоже все это было взаправду, так как около искомой мной рябины, я заметил тело какого-то путника. Оно было прислонено к стволу дерева, словно опираясь в попытках обрести равновесие. Человек был укутан с ног до головы в какой-то шерстяной плащ, уже припорошенный снегом и держал в руках меч, словно в попытках от чего-то защититься. Хотя почему "от чего-то". тут все я сразу стало ясно когда заклятье света сделало полукруг вокруг поляны и показало мне туши убитых волков. Один два три... в общем я насчитал шесть штук.       Картина была ясна: Видимо, путник устроился на ночлег, а ночью на него напали оголодавшие волки. Сначала загрызли лошадь, а потом принялись за нерадивого путешественника, но тому хватило сил отбиться. Но кто тогда сейчас кричал? Что это был за странный звук?       Это был путник? Волки? Но судя по открывшейся картине, схватка закончилась еще ночью и я не видел признаков жизни у бедного человека. Он либо скончался от ран, полученных при нападении, либо же замерз насмерть. Не может же быть, что человек еще был жив?       Пребывая в полном недоумении от происходящего, я присел рядом с ним и попытался прощупать пульс, одновременно послав магический импульс, для анализа состояния тела. И к моему изумлению нерадивый путешественник был жив. Да, огонь жизни ослаб, горел еле-еле, грозясь оборваться в любой момент, и мои пальцы даже не смогли прощупать пульс на оледенелой коже, но все же был шанс.       А еще это был оказался не путник, а путница, хотя для меня это не имело особого значения.       Что делать дальше – для меня было однозначно, хотя и было безмерно жаль. Я глубоко вздохнул, с горечью посмотрев на манящие красные ягоды. Увы, но наша встреча откладывается. Надеюсь, когда я вернусь – вы никуда не исчезнете. Ведь правда? Рябина осталась безмолвной.       За время пребывания на морозе путница умудрилась примерзнуть к стволу дерева отчего мне понадобились усилия чтобы оторвать ее от него, и еще больших усилий мне пришлось приложить, чтобы аккуратно разжать одеревеневшие пальцы и забрать меч. Все же нести тело сподручней, когда тебе в бок не упирается окровавленный клинок.       Взяв путницу на руки, я даже сквозь свою одежду я чувствовал леденящий холод исходящий от ее тела. Требовалось спешить...       Переместившись с помощью телепортации обратно к себе домой, а именно, в мою горячо любимую лабораторию, я освободил от хлама ближайший стол и осторожно положил на него женщину. Сняв с нее промерзший плащ, в свете камина мне удалось лучше ее рассмотреть: это оказалась не женщина, а юная дева не старше двадцати лет. Красивая, как и все барышни ее возраста, хрупкого телосложения, с синевато-бледной кожей, от чего очень ярко выделялись ее светлые волосы, – они блестели золотом в свете камина. Судя по дорогой одежде – на ней была кожаная куртка с меховой подкладкой, качественная шерстяная ткань на рубахе, а также отсутствие шрамов и других признаков тяжелого труда, дама была из состоятельной семьи. Вот только если это было так, то как получилось, что она оказалась в глухом лесу? Одна и без сопровождения? Я жил на окраине королевства и на многие мили вокруг раскинулся лес. Были, конечно, в округе с десяток деревень, но они располагались далеко от основного тракта и чтобы сюда забрести нужно было иметь определенное упорство... и весьма вероятную глупость.       Освободив ее от одежды и наложив диагностические чары, я смог лучше понять с чем мне пришлось иметь дело. Девушке повезло – укусы были, но одежда спасла ее от серьезных повреждений. Внутреннего кровотечения тоже не было. Была рана на боку, но холод сделал свое дело и кровь пока не сочилась. Поэтому большую опасность представляло обморожение.       Хорошо, что она не впала в безумие, которое овладевает замерзающими людьми, не сняла с себя одежду, но даже так, ее милые пальчики на руках и ногах уже обрели синеватый оттенок и грозились почернеть и ей крайне повезло, что Великая привела меня прямо к ней.       Сняв уличную одежду и сделав камин жарче, я присел на стул перед путницей и сосредоточился. Положил руки на раны и начал процесс исцеления. Сращивал миллиметр за миллиметром поврежденные ткани, вены, сосуды, попутно согревая замерший организм, потихоньку разгоняя по венам кровь. Остановил поток энергии я только тогда, когда девушка порозовела и начала самостоятельно дышать: глубоко и ровно. Удалось сохранить все пальчики и исцелить все омертвевшие участки кожи, даже кожа на носу не облезла – чему она должна быть мне безмерно благодарна.       Размяв затекшую шею и спину, я посмотрел в окно. Уже начало темнеть. Солнце клонилось к закату, камин давно потух, а мой живот весьма требовательно попросил еды. Исцеление — процесс долгий и кропотливый, требует колоссальной сосредоточенности, выносливости и много магической энергии.       Пожертвовав ей одну из моих чистых рубашек, я одел ее и напоил восстанавливающим зельем, не приметнув и самому сделать глоток, чтобы взбодриться и не чувствовать себя старой развалиной.       Подхватив на руки девицу, я унес ее в пустующую спальню, которых в моем небольшом замке было изрядное количество. Комнату выбрал ближайшую от лаборатории, чтобы после было легче навещать пациентку и очистил ее от пыли бытовыми чарами. Все же, когда проживаешь один, то в большинство комнат не заходишь, а если и заходишь, то легче сразу убрать пыль заклятьем, чем ежедневно в них прибираться.       Вернувшись в лабораторию и прибравшись после сеанса исцеления, я с тоской вспомнил про ягоды рябины. Возвращаться обратно в лес откровенно не хотелось. И поэтому я плюнул на все и пошел спать. Надеюсь, что птицы не склюют ягоды, рябина не отрастит ноги и не убежит и я все же смогу за все свои страдания получить заслуженную награду.       Перед тем, как лечь спать, я вновь посмотрел в окно. На улице пошел снег, грозя превратиться в метель. Все-таки хорошо, что я сегодня сходил в лес.

***

      Несколько дней в замке было тихо. Я работал в лаборатории, девушка отдыхала в комнате, не приходя в сознание. Жара не было, воспаления, либо отсроченного отторжения магии исцеления, тоже – иногда такое бывает, когда организм не воспринимает чужую энергию, хотя любой целитель делает ее нейтральной, чтобы организм пациента не был против вмешательства извне. Медленно, но верно тело девушки восстанавливалось после испытанного потрясения и тут пришлось только ждать. Тревожить ее и принудительно заставлять просыпаться я не стал – в таком случае лучше не вмешиваться в естественное течение событий, при лечении и так было множество вмешательств и организму просто требовалось время их принять.       Пришлось вспомнить прошлое и приготовить несколько зелий, которых не было у меня в наборе и поить ими девушку, чтобы процесс шел легче и без неожиданных эксцессов. Также делать ежедневные растирания против пролежней и сделать мазь для кожи, в состав которой входила... рябина. Но благо мои опасения не подтвердись и ягоды с поляны никуда не делись. И вернувшись на следующий день, я смог набрать целую котомку, попутно еще раз осмотрев место ночной трагедии.       Мне все не давало покоя любопытство. Кто же эта путница? Если она знатная дама, то почему у нее нет печатки или хотя бы медальона с гербом вотчины? И что же она забыла в такое опасное время года в лесу? Я понимаю, если бы она была магом, но это было не так – ее аура была обычной, как у человека без дара. Сбежала из дома?       У нее была лошадь с недурной сбруей, хороший клинок, который я откопал из снега и забрал домой, сумка с припасами на несколько дней, хотя ее уже разворошили звери, но мне удалось найти серебряный гребень, кошель с тяжелыми золотыми монетами и небольшой кулек драгоценностей. По логике где-то должна была быть сменная одежда, но я нашел только меховую шапку, которую уже успели общипать вороны на гнезда.       Клинок был и вправду хорош – посеребренный, который отлично подойдет против нежити, удивительно легкий, словно скован специально для женской руки. И на нем была интересная вязь рун, не типовая, а явно созданная определенно на заказ для этого оружия. Мастерская и дорогая работа.       Вопросов к девице становилось все больше и больше...       Может, мне даже дадут вознаграждение за ее спасение? Я на миг представил этот момент, но тут же отбросил его, как нереальный. В округе все убеждены,что в замке живет злобный злодей и ужасающий колдун, что крадет девиц и проводит над ними мерзкие ритуалы. Вряд ли меня поблагодарят за спасение девицы, скорее наоборот, решат, что это я виновник ранения девушки.       Так что нет. Вот она очнется, верну ее вещи и тихонько отправлю восвояси. Даже услужливо телепортирую до цивилизации. Мне слава и известность не нужна, и благодарность тоже, и тем более проблемы. Оставьте мне мое тихое и спокойное забвение. Но тут внезапно вылезла еще одна проблема, о которой я задумался, когда в очередной раз навещал свою подопечную. А что ей носить, когда она откроет глаза и обнаружит, что из всей одежды у нее осталась только рубаха, причем не ее, а сиротливо одолженная у незнакомца? Вещи, которые были на ней в лесу, я порезал во время лечения, чтобы не терять драгоценного времени, а потом и вообще сжег, посчитав что окровавленные и порванные тряпки никому не пригодятся.       Коря себя за недальновидность, мне пришлось лезть на чердак и искать женские вещи. Должно же было остаться хоть что-то женское от предыдущих хозяев? Не все же жили как я в одиночестве? Хотя с другой стороны этот захолустный небольшой замок на окраине королевства мне достался лишь потому, что умер мой дальний родственник, что жил в одиночестве. Но даже если он жил бобылем, у него же должна была быть мать, а у той платья? Моя логика была безупречна и я верил, что смогу найти искомое на чердаке, тем более, что я на него никогда не заглядывал.       Потратив на исследование чердака целый день, я нашел там паутину, пыль, которая клочьями свисала с потолка и стал гордым обладателем шкафа с кучей редких и не очень редких ингредиентов, с полсотни просроченных зелий, книги по зельеварению, причем, похоже, написанной на древнем наречии прошлым хозяином замка, а не переписанной с очередного фолианта. У меня даже руки задрожали в предвкушении прочтения данного труда. Для меня стало настоящим открытием узнать, что кто-то из предыдущих владельцев замка увлекался магией, а Джек — местный призрак, утверждал, что прошлый владелец замка был скучный и нудный отщепенец. Чушь! Покопавшись в пыли, я нашел много доказательств ошибочности его мнения. Я даже успел ее бегло пролистать и отметить для себя несколько интересных зелий, пока сидел на сундучке с женскими платьями. Да, я нашел искомые наряды, но даже не открывал сундук, полностью поглощенный новыми открытиями.       Нужно было перевести фолиант на свежую голову и со словарем (а то я не был совсем уверен в правильности истолкования некоторых слов), переписать его и попробовать что-нибудь сотворить самостоятельно. Например, зелье по созданию сторожевого зверя, которое включало себя химерологию, алхимию и другие интересные дисциплины,что меня и заинтересовало. В него можно было включить и мое исследование по сохранению энергии в материи, вот только нужно было внимательно рассчитать формулы с учетом новых вводных и разбить зелье на составляющие, чтобы проверить соответствие всех ингредиентов и магический круг для исключения неприятных последствий.       Сторожевой зверь мне как раз не помешает, чтобы отпугивать или дразнить приходящих умалишенных, которые гордо именуют себя героями, что вознамерились "уничтожить зло воплоти и вернуть мир во все королевство". Почему они считали, что мира нет и королевство в опасности, я не знал, но ежегодно в период весенне-осенних обострений к моим стенам замка приходили нежеланные гости.       Сперва это было вызывало недоумение, потом было забавно и я выслушивал каждого с его непростой историей геройства, а сейчас это просто навевало скуку, ведь все они были совершенно одинаковые! Всегда были одни и те же дежурные фразы: «Выходи, злодей, на дуэль!», «Ты найдешь свою погибель на острие моего клинка!», «Бойся меня, исчадье ада, ибо я… Ричард Великолепный, Антониус Отважный, Ланирей Неустрашимый... пришел на твою погибель!»       Орут целыми днями под окнами, как мартовские коты, пытаются испортить стены, а один индивид даже попытался обоссать мне ворота, за что моим защитным барьером был ужален небольшим разрядом молнии в место, из которого пытался совершить вандализм. Так что сторожевой зверь мне был нужен и чем больше он бы был, тем было бы лучше и показательней для этих "героев". Может тогда бы они забыли дорогу в мою сторону?       Меня так вдохновили мысли об интересном эксперименте, что я просто переместил сундук в комнату девушки и пошел рассчитывать формулы. И чуть не прозевал момент, когда она очнулась.       Я как раз чертил магический круг, когда мне пришел ответ от сигнального заклятья, что моя гостья пришла в себя. Чтобы не смущать ее внезапным появлением, я не стал сразу же вламываться в ее комнату, а решил удостовериться о самочувствии девицы через зеркало. Настроив его на комнату путницы я стал за ней наблюдать.       Девушка стояла около окна. Раздвинув тяжелые шторы и нарушив полумрак комнаты, она с наслаждением подставила лицо солнечному свету. Свет, проникающий из-за окна, озолотил распущенные волосы, сотворив над ее головой ореол, отчего казалось,что она светилась изнутри. Ее глаза были закрыты, а губы расплылись в счастливой полуулыбке. Но внезапно она обернулась, будто заметила, что за ней кто-то наблюдал, отчего мое сердце пропустило удар.       Я быстро прервал заклятье, пытаясь остановить учащенное сердцебиение. Ее синие глаза, словно впились в меня, проникнув сквозь пространство и заклятье, и я на мгновение от неожиданности потерял над собой контроль. Это было странное чувство, словно позабытое, щемящее, сладко-горестное воспоминание о прошлом.       А после меня накрыла неловкость. Хорошо, что мне хватило ума не вламываться сразу в комнату, когда на ней из одежды была только моя рубаха. Я слышал, что юные знатные девы очень щепетильны к вопросу своей благочестивости и чтобы соблюсти хоть капельку приличия мне требовалось дождаться пока она оденется. Хотя с другой стороны я был ее целителем и стесняться меня она не была должна, но все же требовалось дать ей время.       Поэтому я несколько раз прошелся по лаборатории, прибрал разбросанные книги и листы с расчетами, дождавшись, чтобы руки перестали дрожать от волнения, принюхался к рабочей одежде и пошел переодеваться, дабы выглядеть в глазах гостьи прилично. Я умылся, сбрил щетину и даже нашел свою расческу под кроватью и причесал взлохмаченные волосы, хотя это не сильно помогло. Волосы у меня всегда торчали в разные стороны из-за моей вредной привычки запускать руки в шевелюру, но даже так они были слишком белые, как у какого-то старика и слишком короткие, чтобы завязать их в ленту, но слишком длинные для того, чтобы они не торчали.       Длинные волосы, как и бороду я не носил из-за практических соображений, чтобы не подпалить их во время эксперимента, а слишком короткие – потому что мне нравилась моя вредная привычка.       Но даже приодевшись, причесавшись и умывшись, данные процедуры не могли скрыть мои синюшные круги под глазами от недосыпа, слишком бледную кожу из-за редких вылазок на улицу и воспаленные глаза. Они были все в лопнувших капиллярах от напряжения, отчего казалось, что даже радужка в них не серая, а какая-то красноватая, как у какой-то нечисти.       Словом, выглядел я прелюбопытно – как оживший мертвец, просто герой из девичьих грез, отчего мне уже не казалось странным, что сумасшедшие из всего королевства решили, что я злодей.       Нужно было заранее выспаться, принять солнечные ванны и пропить курс витаминных зелий, но сейчас было поздно об этом думать. Я не думаю, что девица будет ждать несколько дней пока я наведу марафет, чтобы предстать перед ней приличным человеком.       Да и чего я так стараюсь? Я же вроде хотел ее отправить восвояси, как только она очнется.       Подождав еще минут десять для приличия, я захватил из лаборатории привычные зелья, которые она должна выпить для восстановления и переместился к двери комнаты. Обычно я сразу заходил во внутрь, но тут я постучался и дождался ответа, прежде чем заходить во внутрь.       Первое, что мне бросилось в глаза – раскрытый сундук и гора платьев на разворошенной кровати. Сама девушка оказалась все также у окна но уже, слава Великой, одетой. На ней было какое-то простое бордовое платье со шнуровкой по бокам, видно она выбрала его потому его можно было одеть самой без помощи служанок.       На прикроватной тумбочке так и остались стоять мои баночки с мазями и чистые полотенца. Вот только графин с водой был наполовину пуст.       — Добрый день, миледи, – я зашел в комнату, коротко поклонившись в знак приветствия и подошел к тумбочке, поставив на него зелья. – Как ваше самочувствие? Беспокоит ли головокружение, тошнота, потемнение в глазах?       Она отрицательно покачала головой, внимательно меня рассматривая. В ее взгляде я прочитал настороженность, отчего мне вновь захотелось пригладить волосы, но вместо этого я как можно дружелюбней улыбнулся.       Не нужно пугать людей, Ник. Веди себя прилично. Не язви, не ворчи, будь вежлив и обходителен. И главное, улыбайся, ведь улыбка – первый ключ к доверию пациента.       Я показал девушке рукой на кресло, предлагая присесть и она, после секундной заминки, исполнила мою просьбу. Причем она сделала это с такой непринужденной грацией, что я вновь невольно задумался о своем внешнем виде. Я наверняка в ее глазах вижу неотесанным деревенщиной.       Я сел рядом с ней в соседнее кресло.       — Вы не против, если я проведу небольшой осмотр?       Она удивленно вскинула брови.       — Вы целитель?       — Немного, – слукавил я, взяв ее за кисть и проверил пульс. Пульс был в пределах нормы, а поверхностное сканирование организма не выявило никаких отклонений.       — Тогда, получается, это вы спасли мне жизнь?       — Получается, что так, если вы, конечно, не планировали замерзнуть в лесу.       Поразительно, какой эффект произвела простая фраза. Взгляд девушки стал более доброжелательным, губы расплылись в улыбке, стена отчужденности исчезла.       Она резко встала с кресла и присела в реверансе, наклонившись так сильно, что я невольно выставил в перед руки, боясь что она не удержит равновесие и упадет.       — Я благодарна вам за спасение, милорд. И обязуюсь выплатить компенсацию за свое спасение.       — Да не стоит, – стушевался я. "Компенсация". Это она про расходы за лечение? – Ваше спасение было сугубо моим личным решением, да к тому же как я мог оставить леди в беде?       Девушка нахмурилась. Видимо я должен был принять ее благодарность с честью. Это, похоже, были какие-то великосветские заморочки, которые я упустил в силу своего этикетного скудоумия. И поэтому мне пришлось быстро исправиться.       — Но если вы, конечно, настаиваете, то я с радостью ее приму.       Она вновь лучезарно улыбнулась и у меня отлегло от сердца – мой ответ был верным.       Какие-то эмоциональные качели, ей-богу.       — Но к сожалению, я не нашла своих вещей и поэтому, если вы назовете мне свое имя то я пришлю свою благодарность позже.       Имя? Зачем ей мое имя?       Неужели она завела эти слова про "благодарность" и "компенсацию" чтобы узнать мое имя, раз я сразу его не назвал? Не назвал я его по простой причине – чтобы не испугать впечатлительную барышню, а то что-то многие нервно реагируют, как только его услышат. Или же сказать ей, а после понаблюдать за реакцией? Соблазн был велик, но я решил поступить хитрей.       — А какое ваше имя? – вернул я ей её же вопрос. – Могу ли я узнать имя и род своей спасенной леди?       Она явно не ожидала такой прямоты и слегка стушевалась.       — Моё имя и род не так уж и важен. Считайте,что я обычная девушка из обычной семьи.       По ее глазам было видно, что она не продумала заранее свою легенду и судорожно пыталась создать ее на ходу. Видимо ей никогда не приходилось ранее перед кем-то оправдываться.       — Обычная девушка, которая оказалась в обычном лесу? – скептически поинтересовался я, не дав ей имя на раздумья.       — Я заблудилась.       — Вы сбежали из дома, я прав?       Она не ответила, но по ее виду все было понятно и так. Девица из богатой семьи (явно из аристократии), которая внезапно среди зимы оказалась одна в лесу на окраине королевства. История стара как мир. Видать не поделила что-то со "злыми родственниками" и решила показать им свой характер и самостоятельность. Вот только во внешнем мире её хватило лишь на лес и на оголодавшую стаю. Интересно, а драгоценности и меч она прихватила также у родителей? Если так, то ее родичи могли обратиться к дознавателям и наша милая девушка могла оказаться в розыске. Хотя, зная щепетильность аристократов в некоторых вопросах, они могли искать ее самостоятельно, чтобы не порождать ненужные слухи, которые потом могли негативно отразиться на будущем замужестве.       Но на самом деле это все было не важно. Меня интересовало совершенно иное.       — На самом мне не важно откуда вы, ваше имя и причины побега, – озвучил я ей свои мысли, чем явно заслужил в ее глазах благодарность. - Мне просто стало интересно, как вы оказались в моем лесу. Все же в него весьма непросто забраться.       Она даже не стала отпираться.       — Я... использовала артефакт и он меня перенес.       — О! Магический инструмент, – а вот это уже было интересней. Такие артефакты, которые могли перенести без начертанного магического круга и хранящие в себе весьма большой объем энергии без мага, питающего его, стоили баснословные деньги. – И почему он вас перенес именно сюда?       Девушка очаровательно улыбнулась, видно надеясь, что это сойдет за ответ.       — Он сломался.       Как мило. Видимо она вбила в параметры артефакта координаты от балды и он перенес ее туда, куда смог. А там она уже самостоятельно добрела до полянки, где и столкнулась со своей судьбой в виде волков и чуть не стала их ужином. Судя по тому,что я не нашел артефакт и его магические следы, выкинула она его где-то далеко, а может он сгорел после переноса от перегрузки – кто же знает что было на самом деле.       Я впервые встречал такую незамутненную наивность помноженную на житейскую глупость. Даже если отбросить ее юность, ее что, растили как тепличный цветок?       — И все же, если мы с вами решили остаться инкогнито, – она понизила голос, словно мы с ней заключили какой-то своеобразный пакт оставаться незнакомцами. – Не подскажете, где я нахожусь?       Я припомнил, что в ее сумке не было карты и судя по всему по звездам ориентироваться она совершенно не умела.       Мне уже стало жалко ее родителей.       — В днях четырех от приграничного города Ривен, – я прикинул расстояние,которое можно было проехать на коне до города от моей обители. Сам я пользовался порталами, если требовалось добраться до столицы, либо телепортацией, которая перемещала меня на небольшое расстояние до десяти миль вокруг и поэтому мне трудно было точно сказать сколько времени мог затратить обычный человек не пользуясь магией и магическими инструментами.       — Так далеко?       Я хотел уточнить от какого населенного пункта "далеко", но не стал. Живот девушки громко заурчал от голода, заставив ее смутиться и мне пришлось прервать нашу беседу на обед.       Помимо меня в замке еще жили два существа, которые скрашивали мое добровольное одиночество. Это был замковый призрак, который называл себя "Джек", он был связан с данной обителью посмертными узами и домовушка Милена, что выступала в роли моей поварихи, горничной, прачки и ворчливой тетушки в одном лице. Она постоянно корила меня за мою забывчивость в плане базовых физиологических потребностей и помогала мне не умереть с голоду уже на протяжении лет десяти.       Поэтому сейчас я решил попросить принести ее что-то легкое и питательное.       Но не успел я до конца оформить мысленную просьбу о каше, как как в комнату влетело нечто рыжее, и быстро, на немыслимой для человека скорости, поставило между креслами круглый столик, расставив на нем яства: две тарелки с тушеными овощами, пюре, свежеприготовленный хлеб и два бокала с вином.       — Ну, наконец-то Вы, милорд, соизволили покушать, — заворчала Милена, когда расставила еду. Уперла руки в бока, посмотрела на меня так, как будто я был ее нашкодивший сынок. Леди в ужасе смотрела на все действо, не зная что предпринять. Но ее можно было не корить за это. В аристократической среде было принято нанимать обычных людей, а не магических существ, которые в уплату требовали не золотом, а магией.       Домовушка была типичной представительницей своего народа: ростом мне по пояс, с слегка гипертрофированными чертами тела: длинными руками с широкими ладонями, крупным квадратным телом и короткими ногами. Она носила фартук и убирала свои рыжие волосы за платок, словно подражая человеческой прислуге. И для непосвященных это выглядело весьма странно, будто пародия на слуг высокородных господ.        Она оценивающе посмотрела на девушку, про которую слышала, но видела впервые, потому что ранее я никого не впускал в комнату.       — Красавица, — констатировала домовушка, так же рассмотрев миледи. — Но только слишком худющая. Но ничего, я тебя откормлю.       Чем, похоже, повергла в ужас впечатлительную барышню.       — Ты лучше унеси вот это, – я отдал Милене вино и тарелку с порцией леди, стараясь сильно не усмехаться. – И принеси нашей гостье кашу и травяной отвар. С ромашкой.       — А вы не ухмыляйтесь, милорд, — погрозила мне пальцем Милена. — Тоже скелет ходящий. И только попробуйте мне все не съесть, а то наведаюсь к вам сегодня в покои и заставлю съесть целую курицу.       Я невольно вздрогнул и подумал об обновлении защитных контуров в лаборатории. Она с завидным упорством пытается пробить барьер, чтобы накормить меня и выгнать спать на нормальную кровать.       — Милена, — укорил я домовую. — У нас гостья.       Она ничего не ответила, вихрем вылетев из комнаты. Видать побежала за кашей и отваром.       — А кто она? — проговорила девушка, отойдя от потрясения.       — Домовушка.       В ее взгляде повисло полное непонимание.       Ах да, я не учел, что в ее среде вряд ли встречались волшебные существа, которые повально обитали в деревнях, но редко заглядывали в города и тем более к господам. Их обычно привечали у себя маги, колдуны, травники – те, кто работал с природной энергией и мог "кормить" своего домового.       — Скажем так, она мой домоправитель.       — О, у вас есть слуги, – явно обрадовалась девушка. – Я просто никого не видела и подумала...       — Нет, в этом замке есть только Милена.       Миледи скисла. Она явно рассчитывала на слуг, раз у меня был замок и "домоправитель". Ну что ж, похоже я вбил еще один гвоздь в ее мироощущение.       Пока она переживала известие об отсутствии у меня прислуги, в привычном ей понимании, вернулась домовушка и поставила перед девушкой дымящуюся тарелку с пшенной кашей на молоке и кружку с травяным отваром, от которой явственно тянуло ромашкой и мелиссой.       Несколько минут в комнате стояла тишина, перебиваемая лишь звуками столовых приборов.       — И все же, где располагается ваш замок? – насытившись, леди отложила в сторону ложку и пытливо на меня посмотрела. - Я не помню, чтобы рядом с Ривеном были чьи-то владения.       — Мы же с вами решили остаться инкогнито, помните? – заговорщески прошептал я, подражая прошлой фразе девушки. – Никаких имен. Вы моя гостья, а я ваш благодетель.       — У каждого владельца замка есть титул, – не унималась она.       Ну хорошо. Я отложил вилку. Если она хотела поиграть в эту занимательную игру "угадай, какой господин сидит перед тобой", то я совершенно был не против.       — Барон.       Это ее на время удовлетворило и она замолчала, видимо перебирая в памяти всех известных ей баронов. Ну что ж. Пожелаем ей удачи. У меня даже где-то была книга с геральдикой и родословными знатных семей королевства. Может, принести ее из библиотеки? И потыкать пальцем в известные рода? Авось, найду семью девицы.       Когда я доел свою порцию, моя пациентка нахмурилась еще сильней. Да так, что между ее прелестными бровками пролегла глубокая складка ее мыслительных раздумий.       — Барон Синхвен?       — Мимо. Насколько я знаю, тот уже десять лет как управляющий крепостью у Морштанских болот. А в моем лесу болот нет.       Девица помрачнела.       Я решил ей слегка помочь:       — Гор тоже нет.       — И рек нет? – явно съязвила она.       — Реки есть, – я попытался вспомнить сколько их, мысленно представив перед собой карту своих небольших владений. – Одна полноводная и несколько мелких.       Вообще титул барона у меня был чисто формально из-за замка и применялся только для сбора подателей с деревень и отправки их в казну королевства. Но так как деревень у меня во владений было мало, то и оброк я брал в натуральном виде: мясом, мукой, зерном и шкурами. В политике страны участия я не принимал, политического веса не имел и у меня была крайне скверная репутация из-за прошлого короля. Можно сказать, из-за него я пребывал в опале и был изгоем, но мне это особо не мешало наслаждаться одиночеством.       Поэтому вряд ли обо мне шептались в будуарах юные девицы, а их знатные мамочки составляли матриархальные планы с моим участием.       Я решил над ней сжалиться.       — Могу дать подсказку. Но за ответную услугу.       Леди заинтересовалась.       — Вы расскажете из какой вы семьи и я вам назову своё имя.       — Зачем это?       — Доверие. Вдруг вы окажитесь хладнокровной убийцей, скрывающейся от властей и я невольно стану вашим подельником?       На самом деле я раздумывал как бы ловчее ее вернуть семье. Все же хоть она и сбежала, то ее знания о внешнем мире внушали опасения. Я не желал, чтобы она, будучи одной, попала бы в беду лишь из моей сердобольности.       — Хорошо, – неожиданно согласилась она. – Раз вы спасли мою жизнь и так радушно меня приняли, то я назову вам свое имя, но хочу, чтобы оно осталось только между нами. Я путешествую инкогнито и не хочу излишнего внимания.       Я согласился. Мне все равно в этой глуши некому рассказывать о высокородных гостях, которые посещали мою обитель.       Девушка расправила плечи, вздернула подбородок и с неподдельной гордостью провозгласила:       — Перед вами Ее Высочество Ирен Келионендорская.       Возвращать ее к семье мне резко расхотелось. Как и говорить свое имя.       — Келионендорская… Внучка короля Рафиуса?       Принцесса скисла. Она видимо ожидала, что ее титул должен был произвести на меня большее впечатление. Оно и произвело, но только не так как ей хотелось бы.       — Правнучка, — мрачно поправила меня Ирен.       Какой кошмар. Этот слизняк и после своей смерти не дает мне покоя.       План с передачей девицы семье был отброшен как нереализуемый. Боюсь, если я попытаюсь ее вернуть самостоятельно, то меня могли обвинить в ее похищении. С этой семейки станется прикрыть свою оплошность в воспитании, как и в прошлый раз, бедным мной. А проходить вновь через тот ад мне совершенно не хотелось.       Что же делать. Может выдворить ее обратно в лес? Отправить в Ривен с запиской "вернуть королевской семье за вознаграждение"? А если она расскажет, где была или попадет в руки к непорядочным людям? Моя совесть не позволит так поступить даже с правнучкой ненавистного мне Рафиуса.       — И Вы не отдадите мне честь? Не преклоните колено? — еще больше удивилась девушка, обиженно взирая на меня своими синими очами.       Я внимательно на нее посмотрел, все обдумывая новый план, как избавиться от свалившейся проблемы.       — Но вы ведь сбежали из дворца и значит фактически отказались от своих привилегий.       — Можно сказать и так, — заметно стушевалась принцесса. — А могу ли я теперь узнать ваше имя?       — Никериал, — чего уж таиться, — магистр Никериал Ленге.       Можно было еще добавить титул "барона", но я не считал себя таковым.       — Никериал Ленге? — Ирен расширила глаза от удивления и, приподнявшись в кресле, переспросила, рассматривая меня. — Злой колдун Никериал?       — Ну почему сразу злой, — шутливо обиделся я. — Почему, например, не могучий и великий или на худой конец сумасшедший? Хотя нет, постойте, лучше зовите ужасным, это звучит более интригующе.       —  Но вы не похожи на злого колдуна! – с некой обидой произнесла девица.       —  Ну да. Я об этом постоянно всем говорю.       — И это вы насылали на королевство наводнения, пожары, эпидемии, засуху…       — Еще слабоумие, — тихо подсказал я. Принцесса возмущенно на меня посмотрела. Мне ничего не оставалось, как ехидно добавить. — Причем массовое.       — А еще эти ужасные слухи про молодых девушек, которых Вы крадете из деревень.       — Никогда не понимал – зачем мне девушки? — еще больше удивился я. — Пансионат для благородных девиц, увы, не держу. Так что — извините.       — Девушки злобному колдуну нужны для жертвоприношений, — как бестолковому ребенку стала объяснять мне Ирен. Ну и кто из нас злодей, точнее злодейка?       — Вот еще. Делать мне больше нечего, кроме как красть деревенских дур.       — А как же я?       — Ну мы же ранее выяснили, что я вас спас.       Она заметно стушевалась и попыталась найти логическое объяснение к этой непростой дилемме:       — И правда. А если вы сперва спасаете, а потом крадете и приносите в жертву?       — Если я злодей, то зачем мне такие сложности?       На это у нее ответа не было.       Она встала с кресла окончательно и в задумчивости прошлась по комнате, видимо пытаясь соотнести слухи с моими ответами. Это выглядело крайне забавно и я безмолвно наблюдал за ней, подмечая как меняется ее живая мимика, словно она спорила сама с собой и пыталась привести аргументы в пользу того, что я злодей.       Нет, я не был наивным и знал, что еще давным-давно прошлый король распустил обо мне слухи, чтобы уничтожить мою репутацию и спасти свою из-за одного очень некрасивого дела, в которое мы были оба вовлечены. Но вместо того чтобы рассеяться через десяток лет, людская молва все переиначила и появились новые подробности моих прегрешений, которые вывалились вот в эти "злодеяния".       Еще масло в огонь подливали разные рыцари, герои и проходимцы, которые находили мой замок в лесной глуши. И если первые хотели показать свою удаль и совершить подвиг, вторые пытались искоренить зло, то последние жаждали наживы и хотели разграбить одиноко стоящий замок. С чем я был категорически не согласен и защищал мой дом всеми доступными мне методами, порой, не слишком гуманными, отчего кошмарная репутация все ширилась. Легче же обвинить во всем "злобного злодея", чем признаться в своей неудаче, либо в своих грешках.       Ирен остановилась на полушаге и смуро посмотрела на меня.       — Вы не похожи на злого колдуна. Выглядите как то... – она обвела меня рукой, показывая наглядно что ей не по нраву.       — Невинно?       — Не внушаете страх. Вас описывали совершенно иначе...       Я подобрался и заинтересованно воззрился на девицу.       — И как же?       — Роста вы под три метра.       Я прикинул свой рост и понял что далеко не дотягиваю до стандарта злодеев. Хоть я не был низкий и был выше принцессы на голову, но его явно не хватало для заявленных цифр.       Пришлось мне признать поражение и пожать плечами.       — Увы, ростом я не вышел.       — У вас должны глаза гореть красным огнем пламени Преисподней, – девушка продолжала декларировать черты настоящего злодея, словно зачитывая строки с ориентировки "их разыскивает стража", - белые длинные волосы должны быть спутаны, закрывать безобразной паклей лицо, а при виде врага они должны схватывать его и опутывать словно паутиной.       Ирен оценивающего посмотрела покрасневшие от недосыпа глаза и перевела взгляд на волосы.       — Я не выспался, – в оправдание сказал я. – Но причесался. А волосы я мою и довольно часто.       Как не мыть, если после экспериментов и варки они пропитываются парами от зелий.       — На вас должна быть длинная черная мантия, из которой выползают пауки и вы злобно хохочете, внушая страх своим врагам.       — У меня есть красная, – припомнил я свой гардероб, - но могу перекрасить её в черную. А вот пауков у меня полно, это правда. Есть сушенные, есть живые, но придется их ловить по замку. Вот со смехом тут сложней, но я готов научиться злобно хохотать.       Она уперла руки в бока, возмущенно на меня воззрившись:       — Ваши деяния так ужасны, а Вы еще изволите шутить, Никериал?       — Ник. Для вас просто Ник, — я искренне улыбнулся, предложив Ирен вновь сесть в кресло.       Она с явным неудовольствием, но подчинилась.       — А теперь послушайте меня, принцесса, — вздохнул я. Как мне надоели эти россказни о том, что я виноват во всех бедах королевства. Нашли козла отпущения. — Все, что мне приписывают — полная чепуха. Вы сами должны понять, что наводнения, засуха, оползни и другие капризы природы - это прерогатива Пресветлой Богини, либо же Настерревиля. Заниматься такой ерундой как "погодными ритуалами" любой маг сочтет ниже своего достоинства и пустой тратой магического потенциала на эти дешевые фокусы, не имеющие за собой никакой выгоды.       — Но ведь слухи...       — Есть слухи, а есть презумпция невиновности. Вы же не казните всех без разбора на основании слухов. На каждое обвинение должно быть доказательство.       Она на мгновение задумалась.       — А я найду доказательства.       — Что? – поразился я. – Как?       — Я исследую ваш замок, – она обвела рукой комнату, подозрительно задержав взгляд на ранее исследованном ей сундуке с вещами, - и найду доказательства вашей вины, либо вашей невиновности.       Я заинтересованно на нее воззрился.       — И какой мне прок от этого?       Ее указательный палец чуть не уткнулся в мою переносицу.       — Мы с вами подпишем документ, где оговорим все пункты нашего соглашения.       Принцесса воодушевилась своему гениальному решению проблемы и стала загибать пальцы, придумывая на ходу пункты будущего соглашения.       — Если слухи были правдивы, то вы добровольно сдадитесь властям и признаете, что ваши злодеяния раскрыла Ирен Келионендорская.       Я скептически на нее посмотрел. Ага, как же.       — А если правда будет на моей стороне?       — Я вернусь в столицу и публично провозглашу, что слухи о вас были ложью и принесу извинения от имени королевской семьи.       Теперь пришлось задуматься мне. Предложение принцессы были хоть наивным, но в то же время она была членом королевской семьи, и хоть я ранее и говорил, что со своим побегом она лишила себя многих привилегий, на самом деле пока от нее не отрекутся официально, она будет считаться полноправной принцессой с сопутствующими ее положению преференциями.       Выше ее по положению был только король, но даже так, получить обещание от принцессы стоило... многого. Это слово не трактирной девки, которая обещает любить тебя вечно, а королевское слово, которое имело не только политический, но и общественный вес. Это могло бы мне помочь, если, конечно, я бы сумел правильно распорядиться открывшейся лазейкой.       Например, подписав официальный документ...       Надеюсь, на внешних слоях эфира Рафиус видит этот момент и пыжится от злости и бессилия. Представив эту картину я злорадно улыбнулся.       — Это интересное предложение. Не против, если мы его официально распишем все пункты?       Принцесса была только рада такому повороту событий и искренне поддержала моё стремление скрепить все в соглашении.       — И так, – Ирен держала перед собой только утвержденное после получасового спора многострадальное соглашение. – Магистр Никериал Ленге, то есть вы, – она внимательно посмотрела на меня и дождавшись кивка, что все сказано верно, продолжила, – И Ее Высочество Ирен Келионендорская, то есть я, без принуждения и полностью себя осознавая, скрепляют соглашение о том, что Ее Высочество Ирен Келионендорская может беспрепятственно исследовать замок, принадлежащий магистру Никериалу Ленге, с целью выявления запрещенных Советом Магов ритуалов, обнаружения похищенных людей, либо их останков, запретной атрибутики и других проявлений, порочащих имя Пресветлой Богини и созданных во славу Настерревиля.       Она остановилась и перевела дыхание. Вопреки нормам этикета, я присел на край столика возле кресла леди, внимая ее речам, а также вчитываясь в написанное на бумаге чтобы принцесса ненароком ничего не упустила. Стол позади меня был завален черновиками договора, также там стояла чернильница с пером. На мое ужасающее поведение она не повела и бровью, хотя злым колдунам априори требуется быть некультурными.       Принцесса хотела включить в договор еще пункт про наводнения, эпидемии, засуху и понос, но я убедил ее, что данные проявления природы и человеческого тела пока не под запретом. За это пришлось включить фразу про Пресветлую Богиню и Настерревиля. Ничего порочащего "Её имя" у меня не было, демонам я не поклонялся и поэтому я легко в этом ей легко уступил.       — При обнаружении вышеуказанного, магистр Никериал Ленге в добровольном порядке обязуется сдаться властям, а именно, Совету Магов и покаяться им обо всех своих злодеяниях, обязательно упомянув, что выявила злодеяния и направила его на пусть истинный именно Ее Высочество Ирен Келионендорская. Может, исправим фразу на "милосердно направила"?       Я недовольно воззрился на свою партнершу по соглашению. Та явно смутилась и продолжила прерванное чтение.       — Если же вышеуказанное не будет обнаружено, то магистр Никериал Ленге безоговорочно объявляется невиновным в злодеяниях и Высочество Ирен Келионендорская обязуется во всеуслышание объявить об этом в королевстве Келионендор, направив гонцов с королевской волей во все уголки страны, а также издать официальный указ о снятии всех обвинений со стороны королевской семьи в сторону магистра Никериала Ленге и разрешить ему посещать столицу нашего великого королевства.       На самом деле я и так посещал столицу, но неофициально и недолго, поэтому этот пункт я добавил на зло бывшему королю.       Принцесса замолчала и с сомнением посмотрела на последние строки. Я понял, что ее так смутило и не поленился в десятый раз уточнить:       — Вы точно уверены, что сможете уговорить Его Величество подписать указ?       — Да, – твердо ответила она. – Я смогу его убедить.       Ну что ж. Никто за язык ее не тянул. Думаю, она имеет свои рычаги давления на родителей, вот только если это было так, то почему принцесса сбежала?       — И что сейчас требуется сделать? Подписать?       Все наброски соглашения были написаны на обычной бумаге, которую я притащил прямиком из своей лаборатории, а вот готовый вариант, который Ирен самолично и очень аккуратно перенесла каллиграфическим почерком, был на гербовой бумаге с магическим оттиском. Это был особый вид бумаги для договоров, который применялся для важных соглашений. Ее использовали для соглашений между феодами, странами и при совершении крупных купеческих сделок. Бумага была зачарована на сохранность, не была подвержена времени и хранила в себе простую договорную клятву, словом, была гарантом того, что написанное на ней будет соблюдаться обеими сторонами. За нарушение договора у человека с даром магии она отнимала магию, а у обычного человека брала годами жизни. Аннулировать соглашение можно было только при обоюдном желании. Обойти магию было можно, ведь клятва распространялась только на то, что было написано, и поэтому в договоре прописывали все подробно, чтобы партнер не мог найти лазейку.       У меня было несколько экземпляров, как у владельца феода - барона, но у меня еще не было нужны ими пользоваться. Ирен, как принцесса, тоже была знакома с договорной магией, но похоже, только чисто номинально.       — Подпись не слишком важна. Нужна капля крови.       Она подозрительно сощурилась. Ага, знаю я о чем она подумала.       — В данном случае магия крови не запрещена. Мы будем связаны магически, как равноценные участники соглашения. Партнеры.       Пришлось встать и подойти к ней ближе. Я аккуратно забрал из ее руки перо и перевернул ладонь подушечками вверх.       — Требуется лишь капля.       Я достал иглу, которую всегда носил на изнанке кафтана и быстро сделал укол. Она даже не сопротивлялась, смотря как зачарованная на набухающую на пальце кровь. Я прижал подушечку к бумаге, почувствовав как принцесса вздрогнула, когда магия договора коснулась ее.       Когда бумаги коснулся и мой палец, по соглашению прошла магическая волна и разделила договор на два экземпляра.       — Теперь мы с вами связаны нерушимыми узами, миледи. – я передал девушке ее экземпляр и как можно очаровательней улыбнулся. - Замок в полном вашем распоряжении. Оставайтесь, сколько Вам будет угодно в моей «обители зла».       Когда я выходил из комнаты, Ирен поводила меня взглядом полным смятения, словно только сейчас поняв, какую она совершила глупость. Ну, она была сама виновата – никто ее за язык не тянул, так что пускай это для нее станет неким уроком на пути становления во взрослую жизнь.       Мне захотелось расхохотаться подобно "злобному колдуну", что я и сделал, старательно тренируя злодейский смех по пути обратно в лабораторию.       Я верил, что девице скоро надоест играть в дознавателя и она сбежит домой под крыло родителей, а я наконец обрету долгожданное отмщение.       Настроение, на удивление, было просто чудесным.