Глава 4. Бесстрашный рыцарь Алинор Гриворд
16 января 2014 г., 20:09
Рыцари хуже героев — ума поменьше, а амбиций побольше. И если рыцарь возомнил себя героем, это значит одно — надо срочно переезжать.
С того странного разговора в полутемной кухни на продавленном диванчике прошло несколько дней. Я проснулся на следующий вечер – заторможенный, с гудящей головой, отваливающейся спиной и шеей, а также со зверским голодом. Гадкий организм решил отомстить мне за издевательства и человеком я стал себя чувствовать только на следующее утро, когда отмылся, отъелся, сменил одежду и немного разобрал свои записи в лаборатории. В тот вечер, словно что-то незримо изменилось в наших отношениях. То ли она увидела во мне человечность, а не злобного колдуна, то ли я увидел в ней обычную девушку, а не правнучку Рафиуса, но это помогло нам построить диалог. И нас вместе невольно объединило существо, которое по недоразумению называлось сейчас Ларсиком. Принцесса все-таки сдержала обещание и принесла "кота" на осмотр, который за сутки успел обрасти шерстью, раскрыл глаза и явно прибавил в весе. Теперь он не был похож на новорожденное существо и перестал умещаться в кулак, словно ему уже было месяца три, а не несколько дней. Такой ускоренный рост поражал. Интересно, насколько он увеличится в размерах дальше? По идее, рост не должен был превышать размеров средней собаки, но я уже ни в чем не был уверен, потому что эксперимент уже вышел из под контроля и вместо собаки вышло нечто внешне похожее на кота. Я записал свои наблюдения в дневник, измерил рост, вес существа, чтобы оценить в дальнейшем динамику и спросил у Ирен, чем он теперь питался. Питался он свежим мясом, которое сердобольно давала Милена – та добывала мясо из леса, ставя силки на мелкую живность. Пальцы у девицы больше не страдали, ночью загрызть он ее не пытался, сладко посапывая на ее подушке, как обычный питомец. Разочаровывать девицу о том, что этот питомец должен был стать сторожевым зверем, смертоносным для моих врагов, я не стал. Похож на кота? Пусть будет котом. Дала ему имя? Ну что ж, пусть будет Ларсиком. Сейчас у меня голова болела об ином. Я попытался найти прохиндея Джека, чтобы высказать ему все, что я думал о совращении умов юных дев. Но наглое приведение, словно почувствовав мое настроение, не показывалось на свет. Оно затихарилось где-то в подземелье и так как времени на тщательный поиск у меня не было, то я вскоре махнул на Джека рукой. Когда-нибудь он же вылезет из своего убежища? Я не забыл о своем намеренье кинуть его любимые цепи в отхожее место. Филгус со мной связался на следующий день и попросил не говорить никому, что у меня в замке скрывается принцесса. Лира почему-то решила, что моя "гостья" это вовсе не гостья, а любовница и друг не смог в моменте придумать другого правдоподобного ответа, почему у одинокого мужчины внезапно загостилась леди, не выдав при этом тайну принцессы, поэтому он не стал ее переубеждать. За что он меня так ненавидел – друг не признался, но сказал, что говорить жене, что "гостья" это королевская особа, он опасался. И оно было понятно. Если Фил любил слушать сплетни, то его женушка обожала их разносить, имея вместо языка помело столичного масштаба. Об остальном, мы договорились поговорить при личной встрече на собрании. А с меня требовалось его организовать. Нужно было закупиться напитками, едой, немного прибраться в комнатах и обновить защитные руны, чтобы уберечь замок от разрушений. Этим я и занялся. Домовушка взяла на себя заботу о заготовке еды и инвентаризации кладовой, я же взял на себя руны и приборку в комнатах. Принцесса неожиданно согласилась мне помочь в уборке. Ну как помочь. Она просто ходила за мной по пятам и смотрела, что я делаю. Ей наверняка было просто скучно, а тут такое развлечение, либо же она хотела контролировать меня и поймать на применении запрещенных чар по уборке пыли. Я даже невольно задумался – а есть ли вообще какие-то запрещенные заклятья в разделе по бытовой магии? Создание мусорного голема? Стирка штор путем призвания демона стирки? — У вас будут гости? – удивилась Ирен, когда я признался о причине генеральной уборки. Мы как раз с ней вошли в очередную комнату, которую требовалось привести приемлемый вид. От пыли я очистил ее быстро с помощью заклятья и сейчас требовалось оценить целостность окон, мебели и других предметов интерьера. Ирен сняла белую простынь, что закрывала собой кресло и стала оценивающе щупать обивку. — А что, у злых колдунов не может быть друзей? – усмехнулся я. Она удивленно обернулась ко мне. — Но сезон балов начинается в конце лета. Никто зимой не разъезжает по гостям! – видимо для принцессы это было нонсенс. — А когда еще злодеям устраивать шабаш, если не зимой? Зимой - шабаши и оргии, а летом - балы и приемы. Колдунам тоже хочется везде побывать. Она поджала губы и нахмурилась. — Вы опять шутите. — Ну насчет гостей я не шутил, – я одернул шторы и проверил на рамах окон начертанные руны. Из окна не дуло, стекла были целы – магическая цепь пока держалась. – Поэтому можно попросить вас об одолжении? Девушка аккуратно сложила простынь на кресло и недоверчиво на меня посмотрела. — О каком? Я долго думал о том, что сказать друзьям по поводу Ирен и вариант Филгуса мне показался самым простым. Осталось только самое сложное – договориться с самой принцессой. — Притворитесь на время моей... – я попытался подобрать слово, чтобы ненароком не оскорбить принцессу, – моей нареченной. Ирен задохнулась от возмущения, и пока она не начала свою тираду, я быстро продолжил: — И чтобы у нас с вами не было недопонимания, я сразу обозначу причины для такой просьбы. Скажите, как вы бы объяснили другим, что у вас гостит леди, причем одна и без сопровождения? И она не ваша родственница, на прислугу не похожа, а детей для воспитания у меня не имеется. Вы же не согласитесь несколько дней безвылазно сидеть в своей комнате? — Нет, конечно! — Мне сказать им, что вы принцесса, которая сбежала из отчего дома? Она промолчала. — И что нам с вами делать в данной ситуации? Девушка задумалась. Она подошла ко мне к окну и оценивающе на меня посмотрела, словно решая, достоин ли я называться ее "женихом" или же не дотягивал до высот принца из соседнего королевства. Я приосанился и одернул рубаху, показывая себя во всей красе. Сегодня я выспался, был чист и моя прическа не напоминала воронье гнездо, хотя конечно, расчески она просила. Она так сильно вперила в меня взгляд своих пронзительных синих очей, что у меня невольно зачесалась спина между лопаток. Но я не дрогнул и стерпел. Вскоре ее вердикт был вынесен. — Вы хотите, чтобы я любезничала с вашими гостями, как хозяйка замка? — Я хочу чтобы вы поприветствовали их вместе со мной как моя леди и во время визита не выдавали им истинных причин присутствия в моем замке. — Это... было бы логично. Ирен скрестила на груди руки. — Вы же будете соблюдать рамки приличий? — А вы желаете, чтобы я их не соблюдал? – я шутливо сделал шаг вперед, отчего принцесса шагнула назад. И возмущенно выставила вперед руки, чуть не уперев их в мою одежду. — Никаких прикосновений и любезностей. — Но за руку взять можно? – я галантно попросил принцессу подать мне руку. Та замешкалась, но ее подала. Я едва сжал ее ладонь. Она была на удивление маленькой и холодной. – А прикоснуться к ней губами? — Нет! – девушка одернулась руку и спрятала ее за спину. Еще на всякий случай отошла, чтобы я точно не смог до нее достать. Я пожал плечами. Ну нет так нет. На самом деле я не собирался ничего такого делать, но у меня было отличное настроение и мне просто весело было ее дразнить. Поэтому я продолжал подначивания, наблюдая с интересом исследователя за ее реакцией. — А называть вас "милой"? Она скривилась от своего любовного прозвища. — Нет. Это звучит ужасно. Я засмеялся. — И как тогда вас называть? По имени нельзя, "милой" тоже. Дорогая, любимая? Принцесса покраснела и чтобы показать свое неудовольствие, кинула в меня маленькую подушечку с ближайшего кресла. Я с легкостью ее поймал. — Лучше зовите меня Рени. — Рени? – удивился я. — Это... – она замешкалась, спрятав глаза. Ей явно было неловко. - Так зовут меня братья. Наедине. Хорошее решение. Знакомое имя, про которое никто не знал кроме близких. Намного лучше "Ирен", с которой можно провести параллели и лучше незнакомого имени, на которое она может забыть отвлекаться. — Тогда и вы называйте меня Ники, – ободряюще улыбнулся я. - Меня так зовет семья и близкие друзья. Звучит же намного теплей, чем Ник, либо Никериал. — У вас есть семья? – видимо для нее это была шокирующая информация. — У всех есть семья, миледи. Даже у злодеев. Вы же не думали, что я и взаправду появился на свет из черной лавы давно потухшего вулкана, и был создан по воле Настерревиля, чтобы мучить добропорядочный народ Келионендора? Я кинул подушечку обратно принцессе. Та ее словила, но неодобрительно нахмурила брови. Видимо она вспомнила слух, который ходил вокруг появления "злого колдуна" и ей не очень понравились мои подначивания по данному поводу. — Вы так и не сказали, что какую услугу вы дадите мне за ваше "одолжение"? — А что вы хотите? – я отошел от окна и потрогал кресло, освобожденное девушкой от простыни. Оно не скрипело и обивка еще не превратилась в труху, что было просто замечательно. - Сразу оговорюсь, что сдаваться властям и каяться в грехах я не намерен. — Даже не знаю... Ирен прошлась по комнате, словно раздумывая, что у меня у меня попросить за такое огромное одолжение. Она сложила руки за спиной и поглядывала на меня через плечо, словно пытаясь оценить мою реакцию или же пределы моего терпения. Но я спокойно ожидал ее вердикта, невербально не высказав и тени раздражения. — Если я буду представлена в качестве вашей леди, – наконец произнесла она, после минутного молчания. – Могу ли присутствовать на вашей встрече? Я удивился. — Зачем вам это? Она остановилась возле двери и со всей серьезностью произнесла: — Вдруг они ваши сообщники и у вас будет тайная встреча по составлению плана о завоевании королевства? — Вы сейчас же пошутили? – не понял я. Ирен очаровательно улыбнулась: — Может да. А может и нет. Подумайте об этом самостоятельно. Он внезапно вышла из комнаты и хлопнула за собой дверью. От нее сверху отвалилась какая-то деревянная панель, а сама дверь натужно заскрипела на петлях, извещая о том, как ей плохо и сейчас она окончательно упадет. Я растерянно почесал рукой затылок, совершенно перестав что-либо понимать. И что сейчас это было? Она так обиделась или же нет? Ответ был дан мне в тот же вечер. Вместо того, чтобы возгордиться ролью моей спутницы, эта девица притащила огромный список того, чего я должен был достать в сей момент, чтобы не прослыть негостеприимным хозяином. Там было все – от капитального ремонта замка до обновления штор, постельного белья, скатерти и столового сервиза. И я понял, что принцесса мстительно решила разорить меня финансово.***
На следующее утро я проснулся от ужасного гула, который раздался прямиком в моей голове, возвещая, что кто-то пытался прорваться через замковые ворота. К нему присоединился реальный звук горна, устроив мне в голове какофонию из духовых инструментов. Я со стоном встал с кровати и оглянулся на окно. Я знал только одну братию, которая могла так бесцеремонно долбиться в ворота чужого замка. И имя им – герои. И ведь не поленились прийти зимой в мороз, тащась по сугробам через весь лес. А ведь раньше наплыв умалишенных был только в теплое время года, а тут такой зимний подарок! Пока я искал штаны, носки и теплую куртку, этот герой-шатун даже не думал униматься. Набрав побольше воздуха в легкие, он с удвоенной силой протрубил в рог, отчего защитные барьеры завибрировали прямиком на кончиках моих нервов. Мне захотелось выйти к нему и высказать все, что я думал о таком внезапном утреннем концерте, попутно засунув этот инструмент в то место, о котором не принято говорить в приличном обществе. Что я и сделал. Будучи злым и не выспавшимся, я вышел на крепостную стену замка и посмотрел вниз на этого горе артиста. Герой, сидя на белоснежном скакуне и полностью облаченный в латные доспехи, увидел меня, стоящего между зубцами стены и сильно обрадовался. Он убрал рог за пояс, достал меч, подняв его как можно выше, и прокашлялся. — Колдун! – во все горло провозгласил он. - Трепещи от ужаса и моли о пощаде, ибо ты сейчас падешь от руки славного сэра Алинора Гриворда, великого героя и искоренителя зла! На моем счету уже девятнадцать славных побед! Гордись, исчадье мрака, ты будешь двадцатым! Я подавил зевок и плотнее запахнул куртку. На улице шел снег, стоял крепкий морозец и я немного пожалел, что оделся так легко, поспешив на утреннее свидание под стенами замка. — Уже дрожу и, как там, молю о пощаде. Вы закончили? Могу я дальше идти спать? Лицо рыцаря стало пунцовым. Он посмотрел на меня, выпучив глаза и от возмущения стал хватать ртом воздух, видимо ошарашенный таким пренебрежением к своей геройской фигуре. По его мнению я, видать, должен был благодарен такой великой возможности умереть с честью и выйти к нему на бой. А, забыл про пощаду. Нужно было еще в процессе молить его о снисхождении. — Вы — бездушное, лживое порождение зла! – крикнул он с двойным усердием. - Ваш голос не дрожит, я не чувствую вашего уважения ко мне, как к благородному рыцарю! Его конь заржал, соглашаясь со своим хозяином. — А вот и нет. Я дрожу и молю о пощаде. Дрожу от холода и молю вас дать мне поспать. Давайте мы с вами договоримся встретиться летним вечером. Когда будет тепло и не душно. — Рыцари не ведут переговоры со злодеями! — А что мы тогда сейчас с вами делаем? — Я провозглашаю свой ультиматум, а вы внимаете! – не растерялся сэр Гриворд. Я обреченно вздохнул и решил подойти к разговору с другой стороны. — А откуда мне знать, что вы настоящий рыцарь, а не какой-нибудь проходимец? Где ваш оруженосец, где ваш штандарт с гербом вотчины? — Рыцари никогда не лгут! И герб у меня есть на щите! – он поднял над головой щит, показывая его мне. Там и правда был греб – белая роза с шипами на синем фоне, увенчанная тремя белыми звездами. – А своего оруженосца я оставил у леса. Я не хочу, чтобы он пострадал в пылу яростной схватки! Его голос дрогнул, словно это решение с болью отозвалось в его сердце и стоило ему многих усилий. Какая жертвенность. Прелестно. — А теперь, — продолжил рыцарь, убрав щит и вновь подняв свой клинок. — Спускайтесь и умрите, как подобает злодею. — А это как? Я просто не умирал и не знаю, как мне следует правильно умереть? Он не понял моего сарказма: — Дрожа и моля о пощаде! Я ведь только что об этом говорил! — Прощу прощения. Я просто не слушал. Рыцарь повторно от возмущения поперхнулся своими заготовленной великолепной речью. И пока в этой отмороженной голове не появились новые мысли, я взял инициативу в свои руки. — А вам не холодно в латах? Он ошалело на меня воззрился, явно не ожидая такого ответа на свой приказ. — Вы это к чему клоните? — подозрительно сверлил меня взглядом сэр Гриворд. — Мне просто интересно. Понимаете, вы первый герой, который приехал забрать мою жизнь зимой. Вот я и спрашиваю, вам не холодно? Рыцарь смутился от похвалы и опустил меч. Видимо, он уже устал его держать выше головы. — Признаться, немного прохладно. Но я тепло оделся. — Везет, — я отряхнул куртку от снежинок и слегка поежился. — А я немного замерз и даже вам сочувствую, ведь в зимнем лесу легко околеть. Не простужайте ноги, когда будете идти обратно. — Не стоит беспокоиться, мне уже не впервой, я привык. Всего лишь надо запастись качественным ликером… Стойте, мерзкий колдун, вы хотели заговорить мне зубы?! Спускайтесь немедленно, иначе я вас сочту трусом и вызову на дуэль! — А если я не спущусь, то как вы вызовите меня на дуэль? — изумился я рыцарской логикой. — Как это не спуститесь? — удивился герой и почесал заднюю часть шлема латной перчаткой. — Это не по правилам. Вы должны спуститься и сразиться со мной в яростной схватке. Потом я отрублю вам голову и преподнесу ее в дар принцессе. За это мне Ее Высочество подарит свой платок и поцелует… кхм, а дальше вам подробности не следует знать! Ага, как же. Поцелует и признается в вечной любви. Узнав Ирен за эти дни поближе, я понял, что понятие "романтики" у нее было... своеобразное. Я облокотился на проем между зубцами и для удобства слегка очистил его от снега. Разговор, похоже, предстоял нам долгий, потому что рыцарь не желал уходить восвояси. Ну что ж. Он хотел побеседовать? Будет ему беседа. Начнем, пожалуй, со свода рыцарских правил. — Мне вот интересно, – начал я, подперев рукой подбородок, - а где эти правила написаны, а то очень хочется почитать. Знаете, я люблю читать развлекательную литературу. — Вы, оказывается, более невежественны, чем мне представлялось ранее! — самодовольно провозгласил рыцарь, найдя еще одно доказательство тому, что я злодей. — Как можно не знать кодекс рыцарей? Насчет того, что я не рыцарь, я решил промолчать. Не стоило расстраивать человека. Неожиданно я услышал скрип снега за спиной и обернулся. Принцесса, укутавшись в шаль, бодро поднималась на стену. Я досадливо хлопнул себя по лбу, обозвав идиотом. Надо было наложить сонные чары на ее комнату! Спросонья я всегда туго соображал… — Ирен, — тихо, чтобы не услышал рыцарь, сказал я, — идите в замок, а то простудитесь. — Вот уж нет! – возмутилась девица, ежась от холода. У нее уже покраснели щеки и нос, но глаза горели от предвкушения лицезрения чего-то интересного. – Что там такое? Я слышала звук рога! — Там нет ничего интересного, — с нажимом прошептал я. Рыцарь уже стал на меня странно коситься. Похоже, он думал, что я разговариваю сам с собой. Но та упрямо поднялась, не обращая внимания на неубранный снег и выглянула из соседнего проема между зубцами. И тут же, с оканьем, резко отпрянула назад и затихарилась за стеной. Она руками закрыла себе рот, в немом ужасе уставившись вперед. Ее лицо стало неестественно бледным. — П-п-прин-нцес-с-са? — заикаясь, внизу изумленно прокричал рыцарь. Я схватился за голову. Почему всегда случается то, чего я меньше всего хочу? Ирен, похоже, тоже была не шибко рада встрече. Она в ужасе посмотрела на меня и отрицательно замотала головой, невербально умоляя сказать, что ее тут нет и быть не может. Похоже, они с рыцарем были прекрасно знакомы. — Ваше Высочество! — прокричал рыцарь. И чего он не уймется? Не видит, что с ним не желают общаться. — Здесь никого нет, — произнес я. — Вам показалось. — Не врите мне, порождение тьмы! Я собственными глазами видел прекрасный лик принцессы! Ее золотые локоны невозможно не заметить! Я уже хотел было ответить, что у него начались галлюцинации, как принцесса, словно на что-то решившись, смело встала на ноги и, опасно свесившись с проема, прокричала рыцарю: — Сэр Гриворд, как я рада вас видеть! Скакун рыцаря встал на дыбы и, Гриворд отсалютовал Ирен мечом. Он, галантно кивнув принцессе, сказал: — Моя миледи, я спасу вас из лап злодея! — Нет, не надо, — Ирен замахала руками. — Не надо меня спасать! — Не волнуйтесь, Ваше Высочество, я быстро! — Сэр Гриворд, не надо! — принцесса закусила нижнюю губу, а потом, вдруг, показав на меня пальцем, продолжила. — Он вас убьет! Он очень сильный и злобный колдун! Я возмущенно воззрился на эту выдумщицу. Она, вообще, на чей стороне? — Вы что творите? – прошипел я в сторону девицы. – Зачем его подначивать? Он же дурной! — А как его еще прогнать? – прошипела она мне в ответ. – Сэр Гриворд не просто дурной. Он с принципами! — А вы ему сейчас только и даете мотивацию, чтобы взять замок в осаду и куковать под его стенами до весны! Вам понравился сегодняшний концерт? Хотите его слушать ежечасно? Принцесса скривилась. Видимо, она тоже не оценила музыкальный талант сэра Алинора Гриворда и его игру на роге. Пока мы выясняли отношения, рыцарь смеялся. Долго и напоказ, словно думая, что высмеивание врага его деморализует. Жаль, конечно, что он не заметил, что его усилия были тщетны и никто его не слушал. — Он не сможет меня убить, — уверено проговорил рыцарь, гордо показывая на себя рукой. — Я легко одолею этого колдуна и освобожу вас, миледи! Ирен сжала кулаки, будто уже раздумывая лично спуститься к рыцарю и пинками его отправить восвояси. Единственное, что сдерживало ее – это рамки приличий и закрытые ворота. — Сколько раз вам повторять, меня не надо спасать! Я тут провожу важное расследование, а вы мне мешаете! Кому говорят, уезжайте! — прокричала принцесса и после последней фразы закашляла. Когда она хотела обернуться ко мне и видимо что-то возмущенно высказать, девушка случайно поскользнулась и упала на спину. Я невольно улыбнулся, потому что извалявшись в снегу, Ирен очень смешно выглядела – как взъерошенный воробушек. Я подал ей руку, помогая подняться. Пальцы у нее были ледяные. — Я придумал гениальный план, как его прогнать, – прошептал я ей. — И какой же? – заинтересовалась она и стала отряхиваться от снега. — Давайте я сейчас ему крикну, что сдаюсь и боюсь его до дрожи в коленях, и вы сядете к нему на коня и обретете счастье в его сильных руках. Ну как вам? Она перестала отряхивать от снега свою юбку и недовольно на меня воззрилась. — Ну уж нет! — Вы что, не хотите поехать с благородным сэром? — притворно изумился я, поправляя на девушке съехавшую шаль. — Он ведь благородный рыцарь без страха и упрека! Да за такого красавца любая благородная леди с радостью бы вышла замуж! — С ним? — она повернулась в сторону проема. Я последовал за ней и чуть не рассмеялся. Безупречный рыцарь, пока никто не видит, снял шлем, и приглаживал свои смоляные кудри, да накручивал шикарные усы. Ирен поморщилась. — Вот сами с ним и идите! — И вообще, у нас же... у вас скоро гости! – Ирен стала активно жестикулировать руками, сильно негодуя из-за этой ситуации и тому, что словно я вот прям сейчас отдам ее в руки проходимцу. - Милена даже согласилась помочь мне и перешить одно из моих платьев! У меня куча дел! Нужно еще достать столовое серебро и почистить его, а еще я нашла приличные подсвечники и скатерть! У меня есть серебро? Точно, и вправду есть. Я как-то находил его и забрал из набора в лабораторию пару чаш и ножей... Но как она его нашла? Я удивился такой бурной деятельности: — Зачем вам это? — Вы забыли? – она скрестила на груди руки. - Мы же договорились, что я вам помогу и буду временной хозяйкой замка. Что ваши сообщники подумают обо мне, как о хозяйке, если увидят весь этот разгром? Я даже слегка опешил. А, так вот почему она мне представила тот список на сто с лишнем пунктов? Я-то думал, что она его сделала из вредности, а леди хотела показать себя хорошей хозяйкой. Хотя с другой стороны, ее всю жизнь учили как управлять внутренним дворцом, ведь будучи супругой одного из монархов, ей нужно будет взять на себя большое количество обязанностей по подготовке к банкетам и остальному, чему обязана научиться приличная леди и будущая королева. Конечно, у меня в замке не было где развернуться и откровенно говоря, приходилось выбирать лучшее из худшего, но я удивился такому старанию. И честно, мне стало даже как-то приятно. И совестливо, что я сперва подумал о ней так превратно. — Так что на все эти глупости у меня совершенно нет времени! – поставила она точку. Ирен перешла на другой проем и закричала рыцарю: — Сэр Гриворд, со мной все хорошо. Я нахожусь здесь по собственной воле! Не нужно меня освобождать! У нас тут любовь, а вы мешаете! Я удивился своему новому статусу: — А у нас любовь? — Ну а вдруг это сработает и у него проснется совесть? – обернувшись ко мне, прошептала она. — То есть, я могу сейчас называть вас "милой"? – пошутил я. Он на меня цыкнула и грозно нахмурилась. Страшно, страшно. Ну хорошо, пускай попробует разобраться с этой проблемой самостоятельно. — Но это невозможно! – рыцарь возвел к стене руки. - Злодеи не умеют любить, моя леди! Он одурачил вас своими чарами! — Почему не умеют? – пробормотал я. - Я люблю шоколад. На меня вновь обернулись, но уже показали кулак, словно я рушил ее гениальную стратегию по отваживанию прилипчивых рыцарей. Хорошо, хорошо. Я буду нем как рыба и постараюсь молча наблюдать за представлением. — Меня никто не дурачил! Я сама приехала и тут живу! А вы мне мешаете строить мое личное счастье! — Вы не можете построить с ним счастье, моя леди! — Почему это не могу? — Вы должны построить его со мной! – он соблазнительно тряхнул своими смольными кудрями и попытался подмигнуть девице, показывая себя во всей красе. Ирен еле заметно скривилась. — Я сделаю вас счастливой! — Вот видите, Ирен, – я еле сдерживал смех. - Он хочет построить с вами счастье, а вы отказываетесь. Нет в вас сердца и сострадания к убогим. — Мое сострадание закончилось на вас, – шикнула она на меня. Ого. Принцесса научилась язвить? Как же плохо я влияю на неокрепшие девичьи умы. — И что же дальше? – спросил я. - Мне кажется, ваш план не очень работает? Я кивнул на рыцаря, в котором все еще пылал огонь героизма и в нем не было ни тени сомнения, что он делает что-то не правильное. Ирен недовольно нахмурилась. Похоже, она сама заметила, что ее попытки были тщетны. — А у вас есть другое решение? Я сделал таинственный вид. — Возможно. — Ну тогда прогоните его самостоятельно! А то на этого упрямца у меня уже нет сил! Ну сделать то я могу, благо случай это не первый и как отваживать незваных гостей у меня был процесс настроен, но вот что про это подумает сама девушка? Не обвинит ли меня в излишней жестокости? Убивать его, конечно, я не планировал – все же, за дурость не убивают, но мой метод был немного... жестокий для излишне впечатлительных дам. — Вы же его не убьете, когда будете прогонять? — внезапно опомнилась Ирен и впервые за все время умоляюще на меня посмотрела. — Прошу вас, он благородный рыцарь и не заслуживает такой участи. — Физически он не умрет, — задумался я. - Только если морально, но если вы хотите, чтобы я прогнал его... как можно мягче, то у меня есть одно условие. — Какое? — девушка вмиг перешла на деловой тон. — Учтите, я не уеду! — Я на это даже не надеялся, — пробурчал я. Принцесса сжала кулаки и угрожающе сдвинула брови. Я на всякий случай отодвинулся. — Вы идете в замок и ждете меня в гостиной. Я хотел бы с вами побеседовать. — Но я хочу посмотреть, как вы будете прогонять сэра Гриворда! — А я не хочу смотреть на ваши синие губы. Я же вижу, что вы замерзли. Принцесса мигом закрыла рукой рот и пробубнила: «Я не замерзла». Ну конечно, так я и поверил. Я взял ее за плечи и повернул в сторону замка. Она оглянулась и отрицательно покачала головой. Я грозно нахмурился и мы минуту сверлили друг друга взглядами, пока нас не прервал звук горна. С ближайших деревьев встрепенулись птицы, с крыши упал снег, конь рыцаря заржал. Я и Ирен метнулись к проему, зажимая уши руками, и почти одновременно выкрикнули: — Что вы делаете? — Вы меня решили оглушить? Рыцарь виновато спрятал рог за спиной. — Мне стало скучно, — стал оправдываться герой. — Я думал, что вы меня бросили, а сами ушли в замок. Мы с принцессой переглянулись. Ну и как с таким разговаривать? Я снова показал рукой на замок. Принцесса отказалась. Ну ладно, как хочешь. Я предупреждал. — Сэр Гриворд, — обратился я к рыцарю, давая последний шанс этому дураку. — Уезжайте домой. — Да как ты смеешь, колдун! — возмутился рыцарь и снова достал свой меч. — Я не могу оставить Ее Высочество в ваших грязных лапах! Я посмотрел на свои руки. Вроде они чистые. — Ну как знаете! — крикнул я. — Тогда лучше наденьте шлем и достаньте свой меч. — Вы, наконец, решили со мной сразиться?! — обрадовано воскликнул рыцарь, резво надевая шлем. — Нет, — хмыкнул я, косясь на принцессу. Может ее натравить на рыцаря? Она все порывалась его избить. А я бы полюбовался зрелищем. — Я вас хочу познакомить с моим любимым питомцем. И предупреждаю, он обожает новых людей. Я повернулся к Ирен. — Леди, я бы вам порекомендовал заткнуть свои уши. Будет очень громко. Девушка безропотно подчинилась. Я достал из кармана куртки небольшой магический инструмент, похожий на карманные часы и направил в него свою магическую энергию. Ирен удивленно посмотрела на артефакт, не совсем понимая, что я буду делать дальше. На нем появился циферблат с настройками и я покрутил шестеренки, настраивая артефакт на определенное воздействие, длительность и размер иллюзорного объекта. Вдруг рядом с рыцарем появился дракон. Дракона я сделал не слишком высоким, всего в десять метров, но зато каким! Его изумрудная чешуя переливалась на свету, огромная пасть с острыми белоснежными клыками внушала ужас и трепет! Но думаю, рыцарь не успел оценить всю красоту и мастерство созданной мной иллюзии. Дракон наклонил пасть прямо к лицу ошарашенного сэра и издал рык. Громоподобный рев дракона оглушил всю округу. Не чета какому-то рогу! Я с любовью наблюдал за своим детищем. Рыцарь, оцепенев на месте, задрожал от ужаса, хотя было бы приятней думать, что от восхищения. Первым, после оцепенения очнулся скакун рыцаря. Он рванул через сугробы назад, не обращая внимания на всадника. Но сэр Алинор Гриворд не возражал, он наоборот пришпоривал лошадку, бросив в первом же сугробе свой меч. Дракон, довольно фыркнул, выпустив из ноздрей немного дыма, и лениво посеменил за конем рыцаря. Красавец! Сейчас он немного развлечется и исчезнет. К сожалению, слишком далеко магический инструмент не мог поддерживать свои иллюзии, но думаю, и этого хватит, чтобы обеспечить рыцаря незабываемыми впечатлениями. — Д-драк-кон? — пришла в себя принцесса. Я, довольно проводив иллюзию взглядом, повернулся к девушке и закрыл артефакт. Ирен шокировано все показывала пальцем туда, где несколько мгновений назад была моя иллюзия. Я вздохнул. А я ведь изначально всех предупредил о последствиях. Но кто будет меня слушать? — Это был не дракон, — нехотя признался я, — а иллюзия. — Он рычал, — упрямо сказала принцесса, постепенно успокаивалась. — Это была качественная иллюзия, — гордо произнес я, радея за свое детище. Ведь скольких нервов мне стоило создание магического инструмента, с заключенной в ней проекцией реального дракона и с возможностью настройки определенных параметров. Конечно, инструмент был не лицензирован и за его использование я мог получить штраф от Совета магов... Но кто об этом знал? Уж точно не принцесса и не пустоголовый рыцарь. — А теперь идите в замок. Жду вас в гостиной. Ирен покорно кивнула головой и стала спускаться со стены. Я не поверил своим глазам. Может это мне привиделось? Она с первого раза меня послушала? Девушка вдруг повернулась и посмотрела на меня. — А вы? — спросила она. — Почему не спускаетесь?! — У меня на улице есть еще одно дело, — я стряхнул с волос снег и посмотрел на небо. — Буду заниматься предсказанием погоды. — Зачем? — удивилась принцесса. Затем, что я не планировал, чтобы новоявленный герой не только заметит принцессу, но ее и узнает. Что было для меня весьма скверным поворотом событий и если рыцарь не совсем идиот, в чем я сомневался, он мог сейчас поскакать прямиком в столицу. Но до нее путь был не близкий. Надо узнать, сколько времени будет добираться до города Алинор Гриворд, и возможны ли будут телепортации. Может мне сейчас его, возможно, нужно будет догнать и отправить в далекое путешествие, например, в какие-нибудь казематы или в логово дракона? Или в хоромы к моему знакомому оборотню, с запиской не отпускать сего субъекта до полной потери памяти и способности мыслить. Что будет, я думаю, не сложно. — Нашлю метель на деревни, — усмехнулся я. Лицо Ирен вытянулось от удивления. — Погребу их дома под слоем снега и буду гадко смеяться. Вы ведь такого ждали от меня ответа? Принцесса сжала кулаки и, наклонившись, взяла в руки снег. Быстро слепив снежок, она, взбежав на пару ступенек повыше, кинула его в меня. Я легко увернулся. Шутливо погрозив возмущенной девушке пальцем, я переместился на крышу к флигелю. Оттуда было легче всего следить за настроением природы…***
Ирен сидела на кресле возле горящего камина и смотрела на огонь. Ее золотые локоны намокли от снега и теперь в свете огня искрились. На коленях девушки покоилась та самая шаль, а на ней уместился клубочком Ларсик. Она легонько гладила его по голове и спине, отчего тот издавал звуки похожие на мурчание. На столике возле кресла уместился на подносе пышащий жаром чайник, в фарфоровой чашке был налит чай, а на небольшой тарелке лежал надкусанный пирожок. В комнате пахло душистыми травами, сдобой и горящей смолой от камина. Было тепло. Я снял куртку, кинув ее на диван и подошел к камину греть руки. Принцесса лениво на меня посмотрела, машинально теребя за ухом "кота". — Ну что, как там с метелью? — спросила она. Я отогревал замерзшие пальцы, тихо млея от тепла. Предсказание погоды несмотря на кажущуюся легкость, было коварно и с ним была одна морока. Поэтому раздел магии связанный с погодой я очень не любил, но, порой, приходилось им пользоваться. Например, как сейчас. Зима обещала быть снежной и холодной – для телепортаций самое гиблое время года. Число неверных выходов и расщепов увеличивалось в несколько раз. Кстати, я об этом ранее не задумывался, но вполне вероятно из-за этого принцесса и очутилась в моем лесу – координаты дали сбой из-за коварства зимней погоды. — Метель будет прекрасной, — довольно улыбнулся я. – Доехать до цивилизации будет сложно. И все окрестные деревни останутся под моим злодейским гнетом. — Вот и отлично, – пробурчала она. – Надеюсь, что сэр Гриворд будет сидеть на печи в какой-то деревне до весны. Я только сейчас заметил, что принцесса была явно расстроена прошедшей встречей со своим старым знакомым. Может, она вспомнила о доме или о том, что ее ждало? Или о том, что она натворила, когда сбежала из-под родительского крыла? Рыцарь явно ненароком растеребил ее старые раны и заставил задуматься о том, о чем она не хотела. Я присел на соседнее кресло и довольно вытянул замерзшие ноги поближе в камину. Второй кружки на столике не было, но домовая, словно почувствовав, тут же принесла мне и чашку, и пирожки. И даже управилась с этим без привычного ворчания, словно не желая мешать нашему разговору. Я с удовольствием налил себе душистый терпкий чай, надкусил пирожок, чувствуя, как силы постепенно ко мне возвращались. — Вы мне лучше расскажите об этом рыцаре, сэре Алиноре Гриворде. — Рассказать? — удивилась принцесса. Я кивнул. — А что именно рассказать? — спросила девушка. — Его жизнь или что-то более… конкретное? — Меня больше интересует то, как отнесутся к тому, что он, если вернется в столицу, будет на каждом углу рассказывать, что у некого "колдуна" видел принцессу, которая сбежала чуть ли не накануне свадьбы? Ирен покраснела и опустила взгляд, став рассматривать свои колени. — Так вы и об этом знаете, — тихо проговорила она. — Я ведь интересуюсь новостями, — хмыкнул я. Хорошо, что меня сейчас не слышал Фил. Она задумалась. — Сэр Алинор Гриворд из обедневшего рыцарского рода и он уже много лет всеми силами пытается поднять престиж своей семьи, но в своем стремлении он немного... перестарался. Придворные за его спиной давно смеются, называя его "рыцарский шут". — Почему? — Как вы могли уже, наверное, заметить, но Сэр Гриворд любит красочно описывать свои заслуги. То какую-то старушку спасет из-под копыт коня, описав это как "жертвенность во имя блага старой леди", то поможет починить дамбу, сказав, что победил водного змея, что мог затопить десятки деревень и поэтому он спас тысячу жизней, – она едва улыбнулась, словно припоминая забавные сплетни, что долетали до ее ушей. Вполне вероятно, с придворными фрейлинами они часто обсуждали причуды рыцаря и хихикали над беднягой. - Он может пропадать где-то полгода, а потом вернуться обратно и бахвалиться, что побывал на краю света и благодаря ему далекое царство устояло перед великой бедой. Поэтому, даже если скажет, что видел меня, то я не думаю что ему кто-то поверит. Не поймите меня превратно, я знаю что он добрый и благородный человек, но... — Эксцентричный? И всех вокруг раздражает? — Да. На королевском дворе над ним потешаются. За спиной, конечно. — А еще у него громкий голос и острое зрение, – я покосился на девицу, намекая, что зря она ему, конечно, показалась. Ирен смутилась, сразу отгадав мой посыл. — Я не ожидала его тут увидеть. Я удивился: — Почему же? "Злой колдун, что наводит ужас на целое королевство" – разве я не логичная цель для такого благородного сэра? — Но вы совершенно не злой, – еле слышно пробормотала она. — Вы что-то сейчас сказали? Я не расслышал. Ирен недовольно поджала губы и сощурилась: — Я сказала, что вы вредный, порой невыносимый, а также самодовольный и обожаете надо мной издеваться, но вы совершенно не злой. Я похлопал в ладоши. Браво. Она наконец-то это поняла. — А еще вы иногда бываете чуткий... к окружающим, – очень тихо произнесла принцесса, словно стыдясь своих слов и воинственно добавила. - Но это совершенно не означает, что я закончила свое расследование! Я никуда не уеду, пока точно все не выясню! — А я вас разве выгонял? — удивился я. — Ищите сколько хотите мифических девушек или что вы там ищете. Можете их хоть всю зиму искать. — Что? Я кивнул на окно. За ним снег только усилился, грозясь превратиться в метель. — Как я уже говорил ранее, погода нынче не для путешествий. — А наше соглашение? — Соглашение без срока действия. Поэтому ищите доказательства пока вам не надоест. Но мы отошли от темы про сэра Алинора Гриворда. Почему, раз он такой поборник добра и света, он не пришел ко мне раньше? Ирен пожала плечами. — Я никогда не могла понять, что творилось в его голове. А у меня засосало под ложечкой. Все это было как-то подозрительно. Внезапное появление принцессы у моего порога, которая воспользовалась чужим магическим инструментом, и тут же за ней - явление рыцаря под стены замка, славившегося тем, что у него мозги повернуты на стороне геройства и подвигов. Мне было как-то неспокойно, словно предчувствие шептало соединить паззл воедино, чтобы увидеть цельную картину. Могло ли это быть все подстроено? А если да, то кем и зачем? Или же во мне просто разыгралась паранойя? С другой стороны, кому я был нужен? Уже прошло более полувека с тех событий, все мои враги были мертвы, а то что меня королевская семья терпеть не могла – ну я же не золото, чтобы всем нравиться. Может, все же спросить Ирен, почему она сбежала именно по этим координатам? И как она эти координаты нашла? И вообще, куда хотела уйти от будущей погони? Не тыкала же она наугад? — Вы что, думаете, что кто-то его надоумил к вам явиться? Я подозрительно посмотрел на девицу. Какая же она, порой, бывает проницательной. Вот только совершенно не тогда, когда это требовалось. — Ко мне никогда не заявлялись зимой, – признался я. - Погода, знаете ли, не располагает к пикникам, прогулкам и походам в глухой лес к замку злодея на чаепитие. — Ну это же сэр Гриворд, – возразила она. - Когда все смотрят на фейерверки, он следит за темными углами. Может, он решил, что зимой вы не будете никого ждать? Стратегическая уловка? — Может быть, – задумался я. Неприятное чувство, словно против меня плели какой-то заговор, немного стихло. И правда, чего это я так напрягся? — А вы сами то, почему решили сбежать? То, что она бежала от нежелательного брака я и так знал, но вдруг причина была в ином? Мало ли что творилось в голове у молодой девушки. — Это сложно, — Ирен посмотрела огонь, на ее лице отразилась боль. — У меня были причины так поступить. — Я знаю официальную версию событий, но мне бы хотелось узнать, что было на самом деле. Ирен, я же вижу, как сильно вас гложет эта ситуация. Я умею слушать. Девушка внимательно посмотрела на меня, словно раздумывая, просвещать ли "злого колдуна" в свою тайну или же нет. И через мгновение, решилась. — Вы наверняка уже знаете про принца Родерика из соседнего королевства? — Я кивнул. Чего скрывать, что я про это знал. — Меня всю жизнь говорили, что моя жизнь не принадлежит мне, а должна послужить на благо королевства и я была с этим согласна. "Жертвенность во благо" – так заповедовала Богиня. Мне даже это льстило и я гордилась своей ролью. — И что же случилось? — Все это было ложью, – прошептала она. Ирен замолчала, явно погрузившись в неприятные воспоминания. За окном быстро темнело, снежная буря набирала оборот. В гостиной стало темно и только свет от огня в камине освещал печальный лик принцессы. В ее глазах застыли слезы. — Я услышала разговор, который не должен был коснуться моих ушей и во мне тогда что-то... умерло. Мои чувства, желания, стремления – я готова была принести все это в жертву и ради чего? Чтобы узнать, что я годилась только для того, чтобы как можно удачней выйти замуж? Я услышала, как отец говорил, что благодаря моей ценности он смог заполучить порт. Он так сильно его жаждал, что... я поняла - мой отец никогда не считал меня за живого человека. У него даже не возникало мысли, что я могу думать иначе, что я брошу все и сбегу, – она ядовито добавила. - Интересно, потеря дочери его опечалила? Или он больше страдает из-за потери порта? В ее голосе звучала невысказанная боль, обида на отца и на его решения. Она взяла в руки чашку с давно остывшим чаем, словно хотела занять руки и немного успокоиться. Чашка в ее руках слегка дрожала. Я взял свою чашку и сделал глоток. — Ирен, – успокаивающе начал я, - вы же должны понимать, нельзя бегать вечно и однажды погоня закончится и, вполне вероятно, не в вашу пользу. — Я знаю что это лишь отсрочит неизбежное, – согласилась она и положила чашку обратно на стол, так и не притронувшись к чаю. - Но я подумала, что если я смогу ему доказать, что я живой человек и имею право на свою волю, если смогу доказать, что стою чего-то сама по себе, то он заметит меня? Поймет? – по щеке принцессы покатилась слеза. - Если я вернусь героиней овеянной славой, он же поймет, что ошибался? А славу, видимо, она планировала получить через меня. Поэтому в соглашении и было условие, что когда я сдамся в Совет магов и буду покаянно рассказывать им о своих злодеяниях, я должен обязательно упомянуть, что доказательства моих грехов нашла Ирен Келионендорская. Вот только сейчас Ирен выглядела маленькой потерянной девочкой, которая совершенно не знала, чего именно она хотела. Она запуталась, потерялась в своих мыслях, желаниях. На нее давил груз ответственности, воспитания, которые противоречили ее стремлениям. Она бежала не от свадьбы и отца, она бежала от этой обязанности стать "жертвой во благо". Вот только "во благо" кого ей требовалось пожертвовать своей сущностью? Во благо отца, королевства или во благо норм общества, которое диктовало ей условия, как следует поступить? Признаться, мне было ее жаль. Я невольно перенес ее переживания на себя из прошлого. Вспомнил свои мысли, стремления, желание показать себя. Забавно. "Жертвенность во благо"- как точно эта фраза описывала все то, что случилось со мной. Вот только тогда, в отличии от Ирен, мне не удалось уйти от роли жертвы. Я встал с кресла и подошел к ней, в утешении положив руку на ее плечо. Она вцепилась в нее будто в поисках спасения, словно лишь она удерживала ее на краю. — Почему он меня не любит, — продолжала говорить Ирен, ее голос начинал дрожать, а хватка стала сильней. – Я ведь его дочь, я ведь живой человек... Почему ему порт важней меня? — Я уверен, он вас любит, – я присел перед ней на колени, попытавшись поймать ее взгляд. Ларсик от такого пренебрежения своей персоной недовольно мявкнул и Ирен, вытирая тыльной стороной ладони слезы, опустила его на пол. "Кот" тут же убежал. — Любой родитель желает своему ребенку только лучшего, – я взял ее руку в свои ладони. Из ее глаз текли беззвучные слезы и она неловко вытирала их второй рукой. – Может он думал, что если вы поженитесь с этим Родериком, то потом станете королевой Сирании и обретете в этом свое счастье и предназначение? — А почему он не спросил, чего хочу я? – она сжала руку, которую я держал, в кулак. - Почему он ни разу не поговорил со мной, как отец с дочерью? Я так тянулась к нему, но постоянно слышала одни и те же отговорки: "Его Величество занят". Так почему? Вдруг Ирен спрятала лицо в ладонях и начала еле слышно плакать, попытавшись от меня отвернуться, словно я мог осудить ее за минутную слабость. Я опешил и не знал как себя вести. Обнять ее? А если ей это не понравится? Что мне делать, чтобы не ранить чужие чувства? Отвернуться и отойти? — Ирен, — тихо произнес я, гладя девушку по руке. — Ваш отец, конечно, не идеал, но он не самый худший вариант. Вот мой был намного хуже. Я оглянулся на столик в поисках платка, но вместо него нашел только столовую салфетку из грубой ткани. Я подал ткань ей. Она ее приняла и стала вытирать слезы, стараясь на меня не смотреть. — ... Я продолжил. — Всей его отцовской любви хватило на то, чтобы отдать меня на попечение старому учителю, когда мне исполнилось пять лет. Думаю, он даже рад был, что от меня избавился. Ведь сколько я себя помнил, его всегда интересовали только эксперименты. Она постепенно переставала дрожать, видимо, начиная успокаиваться. Я решил, что это хороший знак. — Мы тогда жили в Башне, которая, как мне казалось, тянулась до небес, а ее шпиль протыкал небо. Еще я помню его руки. Он садил меня на широкий подоконник, где я болтал ногами и наблюдал за облаками. Целыми днями. А сам он уходил и запирался в комнате. Порой солнце сменяло луну, а луна сменяла солнце, а он все сидел там. Безвылазно. — А вы? – она подала голос. - Как вы ели, спали? Где была ваша мать? Я призадумался. — Ну, мать я не помню. Я даже не уверен, была ли она или я всегда был с отцом один, но я весьма рано понял, что никто не принесет мне еду и никто не спустил меня вниз с этого самого подоконника. Поэтому, хоть и мне было страшно, но я научился с него слазить. Хотя падать было неприятно. Еду я тоже находил сам. Хотя это было не сложно – она всегда стояла на столе, нужно было только до нее дотянуться. Знаете, – я хмыкнул, – спустя годы я подумал, а не было ли это все экспериментом? Ирен посмотрела на меня покрасневшими глазами, не совсем понимая про что это я. Я продолжил: — Его экспериментом над собственным сыном. Сможет ли он выжить в мире самостоятельно? Сперва нужно было слезть с подоконника, потом найти еду, после – туалет и кровать. — Какие-то странные опыты. Он точно вас любил? Я пожал плечами. И отошел к камину. Она уже почти успокоилась и пыталась незаметно вытереть нос, пока я не видел, наплевав на хоть какой-либо этикет. — Кто знает. Спросить у него я все равно не смогу. — Почему? Я грустно улыбнулся. — Через год после того как он меня отдал на обучение, его не стало. Нелепая смерть. Учитель говорил, что это был пожар. Но вот что именно произошло я так и не узнал. Но знаете, что я тогда точно понял? — Что? — Самое худшее чувство – это чувство сиротства. Знать, что ты остался один в этом мире и рядом с тобой никого нет. Ни друзей, ни родных. Каждому нужна опора и поддержка близких. Так что порадуйтесь, что у вас есть отец и братья. Судя по тому, что она не упоминала свою мать, то ее не было. Поэтому я решил про нее не говорить. — Мне жаль, что такое с вами произошло... Я отмахнулся: — Это было очень давно. Но сейчас я не одинок, у меня есть семья, – и предупреждая ее дальнейшие вопросы добавил. – Семья друга, с которым мы росли вместе. И мой приемный отец. Я помрачнел. Упоминать "отца" было тяжело. Даже спустя столько лет. — Но давайте вернемся к вашему побегу, – я решил быстро замять тему, чтобы Ирен не спрашивала о моих родных. А то я невольно поддался моменту и приоткрыл дверь, которая оставалась закрытой уже очень давно. И те воспоминания были для меня мучительны. Я вновь подошел к ней и сел в соседнее кресло. — Этот магический инструмент, который перенес вас сюда. Где вы его взяли? Это довольно специфический артефакт и обычный человек не может знать про него и как им пользоваться. Она удивилась вопросу. — У придворного мага. Когда я услышала то... что сказал отец, то я сразу пошла к магистру. Он с кем-то разговаривал о магических артефактах и упомянул этот предмет, сказав, что с ним можно перемещаться на большие расстояния, даже с багажом и с лошадью. Я это запомнила и на следующее утро нашла в библиотеке книгу по магическим инструментам. А накануне побега я стащ... позаимствовала артефакт, когда Придворный маг отвлекся. Странно. В королевской библиотеке была такая специфическая литература? И как она умудрилась стащить магический инструмент у мага да так, что он и не заметил? — А в вашей этой книге упоминалось, что нежелательно нагружать систему инструмента лишними живыми объектами, которые превышают массу и размер другого объекта в несколько раз? Она отрицательно помотала головой, видимо совсем не понимая о чем я ее спрашивал. Конечно, откуда ей было знать о специфике работы инструментов, основанной на теории сохранения энергии. Про стабилизаторы, точки перехода и проколы пространства? Этого не было в стандартной программе обучения благородных девиц. — А координаты? – продолжил выпытывать я. - Откуда вы их узнали и как вбили? — А я не вбивала, – с легкостью призналась девушка. – Магистр в том разговоре упоминал, что он постоянно перемещается в Ривен и я решила, что в артефакт настроен именно на этот город. Что мне было на руку. Он же совсем рядом с границей. Поэтому я просто нажала на кнопку и все. А что не так? Я на нее глянул, как на очень легкомысленную девицу. Но принцесса, похоже, совсем не понимала, как ей повезло. Она своими действиями нарушила весь регламент работы с опасными магическими инструментами – а этот инструмент был точно из таких. Ее могло разорвать на куски при нажатии кнопки, расщепить при переносе, либо полностью уничтожить ее материальное тело в процессе перехода. Там могли быть вбиты координаты любой точки в радиусе возможности работы артефакта, он мог быть неисправен, либо же в нем могло не хватить энергии для окончательного переноса. И то, что она сидела передо мной и мило хлопала глазками, не понимая мою реакцию, было сродни чуда. Я вздохнул, решив, что рассказывать вот это все девице было бесполезно и просто решил уточнить: — А как зовут вашего придворного мага? — Магистр Стефан, – тут же призналась Ирен и мне вмиг подурнело. — Мариус Стефан? — Да... Что-то не так? – она нахмурилась. - Никериал, вы как-то побледнели. Все было не так. Моя паранойя забила набатом, возвещая о том, что она была права и все события минувших были не просто случайностями, а частичками одного плана. Магистр Стефан. Мариус Стефан. Мой давний знакомый из прошлого. Теперь я мог сказать точно - против меня зрел заговор.
