Тот, кто исполняет желания.

Голова гудела от выпитого алкоголя, превращала дорогу перед Альфредом в какое-то непонятное месиво. Джонс уже успел проклясть все на свете, пока добирался до дома – организм предательски сдавался уже на полпути, наградив хозяина жуткой усталостью, расфокусированным взглядом и подкашивающимися ногами. Конечно, можно было бы попросить очередных новых знакомых подбросить его до дома, но Альфред тут же отбросил эту затею, рассудив, что людям, с которыми он задушевно беседовал несколькими минутами ранее, доверять не стоит. Тяжело вздохнув, Джонс поплелся дальше, благо, идти оставалось совсем немного. Темные улицы, освещенные лишь редкими фонарями, окончательно окунулись в бархатную темноту. Она силилась поглотить все вокруг, даже впалые глаза окон, что слепо глядели в упор на Альфреда, будто осуждая его за что-то. Медленно шагая по холодному асфальту, Джонс кожей чувствовал этот сосущий взгляд. Будто медленно, совершенно беспристрастно темные квадраты на каменных стенах - которые в темноте, казалось, уходили куда-то в бесконечность – хотели вытащить из него душу. Внезапно чувство того, что за ним кто-то наблюдает, усилилось. Резко обернувшись, Альфред успел выцепить взглядом чью-то фигуру, резко контрастирующую со всем окружающим его миром. Незнакомец, казалось, светился, будто и вовсе не боялся быть поглощенным темнотой. Джонс моргнул, с удивлением поняв, что фигура внезапно исчезла, как и приторный запах преследования. Списав все на выпитый алкоголь и свет мигающих фонарей, выхватывающих из темноты первое, что попадется под руку, Альфред тяжело вздохнул и быстрее зашагал по направлению к своему дому. Все же, на следующее утро было запланировано много дел, даже не смотря на то, что наступающее на пятки воскресенье никогда не несло в себе никакой нагрузки. *** Встав пораньше, Альфред первым делом зашел в интернет и проверил почту. Прочитав с десяток предложений встретиться, от которых следовало бы тут же отказаться, Джонс согласился на половину из них. - Хм… А ты популярен… - Джонс вздрогнул и обернулся, однако в комнате было совершенно пусто (да и кто бы мог зайти?). Еще раз оглянувшись по сторонам, Альфред вернулся к электронной почте, начав быстро набирать сообщение родителям. «У меня все хорошо, экзамены пройдены успешно» - курсор на светящемся холодным светом экране, казалось, отсчитывал время до какого-то события, которое должно было вот-вот произойти. Оно топталось на пороге, любопытно заглядывало в жизнь Альфреда, но тут же отступало, все еще повинуясь мигающим пикселям на широкой панели монитора, обклеенного по краям потертыми наклейками с изображениями супергероев. Джонс коллекционировал их еще в детстве – отец часто покупал их, потакая капризам сына. Расставаться с наклейками – а, может, воспоминаниями - не хотелось даже после отъезда из родительского гнезда, именно поэтому осколки теплого и солнечного детства нашли свое последнее пристанище на всей мебели и технике, попавшейся Альфреду под руку. Помедлив еще немного, Джонс отработанным до автоматизма движением нажал кнопку отправки сообщения, явно оставшись довольным результатом своих трудов. - Не слишком информативно, не считаешь? – Джонс вскочил с места, воровато оглянувшись. На этот раз показаться ему просто не могло – в комнате был кто-то еще. Тщательно обойдя каждый уголок комнаты, Альфред прислушался… И со всего маху хлопнул себя по лбу. - Телевизор… - И правда, в соседней комнате тихо бормотал телевизор, беспорядочно кидая обрывки фраз в незадачливого хозяина квартиры. Тяжело вздохнув, Альфред направился в гостиную. Герои на экране совершенно не заметили вошедшего в комнату Альфреда. Яростно о чем-то споря, они жили своей жизнью, которая должна была трагично оборваться с концом вселенной, которую взрастил фильм, окружающий актеров со всех сторон. - Эх, похмелье еще не отпустило. Совершенно не помню, как включал ящик… Щелчок пульта – и вот в комнате снова воцарилась спасительная тишина. Довольно кивнув, Джонс направился обратно к компьютеру. У него оставалось много незавершенных дел. *** Остаток дня, как, впрочем, и начало следующего не было ознаменовано ничем интересным. Учеба не доставляла Альфреду особого удовольствия, так что он просто сидел в аудитории, рассеянно бродя взглядом по окружающим. Аудитория была похожа на тесный улей. Жужжащий и беспорядочный, он практически полностью поглотил внимание Джонса. Однокурсники, словно пчелы вились вокруг него, о чем-то беспорядочно говорили, становясь от этого еще более похожими друг на друга. Тем не менее, Альфред лучезарно улыбался – ему нравилось находиться в гуще народа, повод был совершенно не важен. Альфреду не был важен каждый человек по отдельности, он тянулся лишь к толпе. Внутри нее, согретый гулом голосов, он чувствовал себя в безопасности. - Эй, Джонс, подвинься. – Повернувшись, Джонс обнаружил перед собой своего старого знакомого. Его можно было бы назвать даже другом, если бы в определенный момент их дороги не разошлись так же резко, как несколько лет назад столкнулись друг с другом. - О, где это видано, чтобы наш примерный ученик опаздывал на пары? – Альфред шутливо ткнул соседа в бок, получив крайне недовольный взгляд. - Семейные обстоятельства. – И глазом не моргнув выдал собеседник, раздраженно взъерошив непослушные волосы цвета пшеницы. Устало вздохнув, тот принялся листать конспекты, сосредоточенно бегая взглядом по строчкам. - Эй, Арти, не дуйся, лучше расскажи, что делал. – Артур поднял глаза на крайне довольного Альфреда. - Во-первых, это не твое дело. Во-вторых, не называй меня «Арти». - Есть, Сэр Керкланд! И все-таки… - Боже, за что мне это? Артур Керкланд был родом из Британии. Как ранее узнал Альфред, в раннем детстве вместе с семьей Артур переехал в Штаты, чтобы расширить свой бизнес. Чем занималась чета Керкландов, было доподлинно неизвестно, именно поэтому слухи вокруг них вились неоднозначные – мигрировавшая семья была просто сказочно богата. Кто-то считал, что Керкланды обладают огромной корпорацией, кто-то поговаривал, что семья Артура уже давно преступила все возможные законы со своими денежными махинациями, а кто-то готов был поклясться, что статные англичане были наемными убийцами. Артур же слухам не придавал большого значения, а просто жил так, как хотел. Еще во времена старшей школы он стал одним из тех отъявленных хулиганов, которые бродили по ночам, пугая прохожих одним своим видом. Крашеные, казалось, во все цвета волосы, порванные джинсы, шипованная куртка, бутылка рома (которая, к слову, не совсем вязалась с образом) и вызов всему миру в глазах – именно таким предстал Керкланд перед Альфредом впервые. В то время Альфред уже был душой компании, он уже знал, насколько же легко сходиться с людьми, интерес к этому занятию уже был потерян – все происходило на автомате. Ровно до того момента, как перед взглядом голубых глаз возник Артур. Он не слушал того, что говорят другие, он заявлял свои права на все вокруг. Он заявлял свои права на это пропащий мир. По крайней мере, так могло показаться. Сказать по правде, Альфреда захватило это. Этот идеальный, по мнению Альфреда, человек, который запросто показывал то, что другие показать боялись. Казалось, только Артур дышал по-настоящему, только его сердце глухо билось внутри него, тихо нашептывая правильную дорогу. Джонс не мог стать таким же, но волне мог следовать за Керкландом. Он шел за ним след в след, периодически оглядываясь, не догадался ли кто еще о существовании такого яркого и живого человека, как Артур. Так, постепенно, год за годом он шел по следу, сотканному из задорного взгляда по-кошачьи зеленых глаз, запаха дорогого алкоголя и властных, практически безумных шагов навстречу неизвестности. Казалось, так будет всегда. Но ни Артур, ни Альфред не говорили об этом. Альфред – потому, что это казалось ему совершенно не нужным и очевидным, какими бывают только детские загадки. А Артур потому… Потому, что даже детские загадки могут быть неправильно разгаданы. Потому, что в определенный момент он резко изменился. Стал сдержанным и спокойным, а о его прошлом говорил только огонек азарта, который иногда появлялся в глазах цвета весенней травы. Он отказался от того мира, который раньше держал в руках. Так по крайней мере, могло показаться Альфреду. Он больше не мог следовать за Керкландом: тот уже не мог привести его туда, куда ему, Альфреду, хотелось. Их дороги разошлись так же внезапно, как и сошлись. И вот теперь другой, новый Артур сидел рядом с ним, недовольно перелистывая страницы учебника, изредка подчеркивая что-то важное. Он был так близко и так далеко одновременно, что у Альфреда захватывало дыхание. Предавшись воспоминаниям, Альфред не заметил, как закончилась последняя пара. В себя его вернул ровный и спокойный голос Артура: - Альфред. - М? - Все закончилось, пока. - Пока. - И… Будь осторожней, хорошо? – Настороженно мазнув взглядом где-то за Джонсом, Керкланд быстро развернулся и пошел к выходу из аудитории без дальнейших объяснений. Удивленно моргнув, Альфред принялся собирать вещи, беспорядочно кидая их в сумку. И почему ему именно сейчас вспомнилось, как Артур как-то обмолвился о том, что видит всякие паранормальные вещи? Смех, да и только.