Вслепую

***

      - Вот, так, сюда... Правильно... Осторожно, дверной косяк!       Аристэль успела во время остановиться, а если бы же не остановилась, то непременно напоролась бы на тупой, деревянный угол. За плечи ее ловко ухватил Фред, и, побыстрее оттащив чуточку в сторону, вернул на правильную тропинку в дверной проход, в комнату, которую ей так любезно предоставила в своем доме Флер Делакур после того, как Волен-де-Морт официально обосновал свой «штаб» в школе Хогвартс.       Обстановка для Ари была совершенно новой и, еле ориентируясь на слух (который в такой-то тишине, не считая возгласов дружной семьи Уизли на кухне, по причине ее изнеможения совершенно не помогал), она в нужные моменты крепко ухватывалась за Фреда, идя за ним как за верным другом-поводырем; Как за своим хранителем-львенком, который уже не только подрос, но и по-настоящему окреп и возмужал. Теперь его со всем почетом можно было назвать настоящим львом - отважным, решительным и благородным.       Чувствуя силу мышц в обнимающих ее руках, Аристэль замечала горячие дыхание идущего следом за ней парня на своем затылке, который, крепко прижимая ее спиной к своей груди, делал размеренные шаги, не позволяя заплутать или споткнуться слепой барышне. Заботиться о ней он привык уже с третьего курса. А значит, вести ее по своей комнате задачей было довольно простой и весьма изученной .Но если взять во внимание факт, что Ари утомилась за прошедший день и их очередную короткую битву с Пожирателями Смерти... Это и предоставляло Фреду сложности: вести и одновременно нести на руках свою обессиленную возлюбленную к аккуратно заправленной постели.       - Так, а вот здесь ковер... Не споткнись, ладно? - шепотом попросил Ари Фред и замком скрепив пальцы на ее животе, он медленно подвел девушку к началу потрепанного ковра, давая ей вольность самостоятельно занести ногу и сделать шаг, лишив ее ненадолго своего строго руководства и пустив все на самотек. В характере Аристэль было заложено нечто такое, от чего, если она была на что-то не способна, она стремилась добиться этого любым путем, совершенно самостоятельно и при этом не терпя чужой помощи. Если бы Фред постоянно одергивал ее и подсказывал, как нужно правильно ступить, Ари бы только терялась, что и грозило принести ей не мало серьезных травм при встречи с неизведанным. Как тогда на пятом курсе...       - Ты что, все еще помнишь тот случай с персидской подстилкой в кабинете Макгонагалл? - удивилась Ари, подав свой хрипловатый, осипшей голос, в котором и так слышались нотки утомленности и упадка сил. Ведь сегодня она доказала, что пусть и слепа, но ей под силам противостоять целому отряду приспешников Темного Лорда по бок со зрячими, опытными и взрослыми волшебниками. Результат был таков: она заслужила почет и уважение встретившихся в битве всех четырех факультетов и их семей, но при этом чуть не изувечилась по дороге домой, падая на землю от усталости, пока Фред не стал игнорировать ее возмущенные приказы не помогать и не подхватил ее на руки, спеша донести обмякшую девушку к порогу.       - Трудно забыть такое... - усмехаясь, протянул Фред, когда наконец доведя Аристэль до кровати, он помог ей мягко опуститься на подушки и присел рядом, принявшись ласково убирать с лица ее растрепанные, белоснежно-пепельные волосы. - Знаешь, тогда я думал, что мне придется отскребать тебя-лепешку от парты... Но проехалась ты здорово.       - Слепая лепешка по имени Аристэль... - пробормотала она, нервно захихикав, почему и вызвала на губах у Фреда слабую, подозрительно-прозрачную улыбку.       - Не-не-не, какая-то лепешка не катит, - возмутился он. - Только моя целехонькая, живая Ари. - Наклонившись к ней, Фред легонько поцеловал ее в лоб, убирая челку с миндалевидных зеленых глаз, которые были открыты и смотрели вплотную на него, однако ничуть не видели. Просто смотрели в то время, как сама Аристэль лишь воображает, как выглядит ее любимый умник... Фред знал это не только из своих соображений. Однажды она сама призналась ему в этом - в том, как видит людей, касаясь их или слыша. Она видит своей фантазией.       - Эй, гриффиндорский джентльмен, - шепотком окликнула его Аристэль, ухватывая за руку, когда тот уже хотел отстраниться и встать с кровати, но передумал. Оглянулся на неугомонную девочку, вздохнул и, прищурившись, сел обратно, внимательно слушая ее дальнейшие слова. Да, он никогда не мог уйти, когда она зовет его. Он не умел ей сопротивляться. - Почему ты со мной?       Фред совсем не удивился ее вопросу. Она спрашивала это каждый раз, когда предстояло время ложиться спать, а они оставались совсем одни. Иногда ему казалось, что она никогда его не спросит, как любая другая девушка, любит ли он ее на самом деле. Она всегда будет спрашивать одно и тоже: почему. А он всегда будет отвечать ей. Одно и тоже. Напоминать, убеждать в своей искренности, в которой Аристэль все равно не сомневается, но до сих пор боится. Чего - Фред не знает.       Но он будет продолжать говорить ей то, что говорит уже на протяжении нескольких лет, когда она, такая милая и глупенькая, будет думать, что у них может быть как-то иначе. Но другого «иначе» просто не существуют. Совсем нет. Они оба знали, что как это было, так оно и будет всегда. Аристэль Шевард и Фред Уизли одно, неразделимое понятия противоречивого целого. Просто Ари все еще не верит в то, каким счастливым делает Фреда лишь своим присутствием. Подозрительная.       - Потому, что я люблю тебя.       Она кивнула, как всегда удовлетворяясь таким ответом, но вдруг Уизли понял, что на сегодняшний день ей этого недостаточно. Она не смыкала век, как поступала каждый раз, когда он произносил ей это ласково на ушко, будто убаюкивая своим откровенным признанием. Она все еще смотрела на него хлорофиллово-изумрудными глазами, и Фред был готов поклясться, что она видит его. И не только внешне. Она видит его насквозь, пусть не то и не другое было невозможным для слепой.       Аристэль снова хотела что-то спросить, но не решалась. Ее молчание было всего лишь подготовкой Фреду к новому вопросу, еще более удивительному, чем он мог ожидать.       - Нет, Фред, на этот раз я хочу знать не только то, почему ты со мной, но еще и то, как ты вообще можешь любить меня... Хочу наконец понять и то и другое, - прошептала после минутной паузы она.       Такого Ари еще никогда у него не спрашивала.       Почему он ее любит?       Потому, что любит. Потому, что это она - его Аристэль.       Нахмурив брови, Фред расправил плечи и решив, что она может просто провоцировать его, идя на поводу своей низкой самооценки, он низко-низко склонился к ней, дыша в губы. Ее кончик носа коснулся его щеки. И Аристэль почувствовала, как близко к ней Фред. Именно в тот момент она по-настоящему захотела его любви. Сильнее, чем он мог то представить.       - Потому что... - собирался ответить он, но вдруг приподняв руку, она коснулась кончиком указательного пальца его рта, призывая к молчанию. И тот послушно замолчал, скорее не из-за собственной щенячьей покорности, а из-за удивления, потому что впервые увидел в слепых, но любимых глазах шальной огонь.       - Я передумала. Лучше не объясняй, - прошептала Ари, чувствуя на своем лице тепло-ореховый взор, который никогда не видела, но отлично представляла точно так же, как и все прочие и всех остальных. - Лучше докажи... Сможешь ли ты доказать мне свою любовь, Фред Уизли?       Фред не сразу понял, о чем она. Продолжая вопросительно хмурится, он потрясенно глядел на нее и продолжал находится без движения, нависая над лежащей под его телом девушкой до тех самых пор, пока та не поддалась вперед и не поцеловала оцепеневшего близнеца. Так глубоко, так нежно, что у Уизли перехватило дыхание, и тот был вынужден заерзать, в то время как мозг, подчиняясь команде сердца, велел не сопротивляться и лихорадочно ловить эйфорию.       - Ари... - шепнул Фред, пытаясь выкрасть секунду во время их поцелуя, чтобы выговориться. - Я не понимаю...       - Тс-с, - строго зашипела на него она, снова затыкая ему рот собственными устами. - Представь, что сегодня я не только не могу видеть, но и ничего не слышу.       - Слепень-глухарь? - нервно хохотнул Фред, когда Аристэль схватилась пальцами за воротник его рубашки, притягивая к себе.       - Нет, просто Ари, - тепло улыбнулась она, крепко обнимая его за плечи. И в тот момент, как она медленно, будто стараясь оставаться незамеченной, начала расстегивать верхние пуговицы его рубашки, Фред рывком отпрянул назад, потеряв дар речи от накатившего испуга. Да-да, храбрый грифиндорец, не боящийся даже Филча и его кошки, испугался собственной девушки, так неожиданно проявившийся первой инициативу. А ведь когда-то он думал, что проявит ее сам... Опа, какой сюрприз!       - Что ты делаешь? - Это было самое первое, что пришло замешкавшемуся Фреду на его со свистом затормозивший ум. - Эм... Молли вообще-то думала, что я останусь спать вместе с Джорджем в гостиной... Нет, я конечно могу и с тобой переночевать, но боюсь... Джи обидеться... Я пообещал ему. Нет, он конечно все поймет и бла-бла-бла, но...       Приняв на подушках такое же сидящие положение, какое принял и её умник-Уизли, Ари моргнула всего один раз, ведь этого уже было достаточно, чтобы показать свое удивление - просто так она не моргает вообще. Слепые глаза в этом не нуждаются. И сейчас чувствуя, как от смущения пылают ее щеки, и догадываясь, что Фред багровеет точно так же стремительно, как и она сама, Аристэль вскинула брови, пытаясь разобрать в бормотании близнеца хоть что-нибудь внятное.       «Он что, действительно думает, что я раздеваю его, чтобы уложить вместе с собой спать?» - подумала она, в последствии задумавшись над тем, что именно сделала неправильно: дала неверный намек парню или просто Фред сам по себе на столько туп, что не понимает? То ли надеясь на первое, то ли на второе, Ари встревоженно потеребила пальцами локон седых волос, тяжело переводя дыхание и строя по-новому цепочку своих дальнейших действий. Сдастся и сказать, чтобы Фред забыл и успокоился, а это просто так отражается на девушки усталость, или продолжить подобные нападки в его сторону и наконец-то вдолбить ему в голову, чего же она хочет, раз ведет себя подобным образом? Может быть, Фред думает, что ей просто приспичило поиграть в Дочки-Матери и сейчас она собирается его самостоятельно раздеть, а потом одеть обратно, как куклу бэби-бон? О, Господи... Неужели все-таки глупый?       Опасаясь, что мыслит Фред примерно так, Аристэль качнула головой и придвинувшись к отсевшему на край кровати парню, обхватила ладонями его лицо, заставляя глядеть на себя и не отворачиваться. А следовательно, заткнуться и забыть о таком обидчивом Джордже и данном Молли обещании.       - Фред, - прошептала она, вновь заскользив пальцами вдоль его плеч, вслепую находя две расстегнутые пуговицы и принимаясь за следующие, которые все еще были вдеты в соседние тканевые отверстия. - Думай дальше, милый...       Вновь застав Уизли врасплох, Ари наконец-то оголила его грудь до половины, и теперь прижавшись ладонью к разгоряченной, источающей терпкий, мужской запах кожи, она сглотнула, смачивая пересохшее от волнительного предвкушения горло.       А вот Фред нервничал совсем не по-доброму.       Разглядывая лицо слепой любимый, он действительно считал себя окончательным дурачком, ведь по правде не въезжал в то, что она от него хочет. Или все-таки уже понял, но просто боится это признать? Признать факт, что взрослеет не он один. Ведь Аристэль тоже стала гораздо красивее, чем была прежде те же два-три года назад. Ей почти девятнадцать.       Сейчас черты ее лица рисовались чуточку острее, стали тоньше, будто восковые, а внешность пусть и осталась по-прежнему девичьей, хрупкой, но в этой девушки Фред все равно стал находить какое-то искушение. Какую-то сексуальность. Эти вьющиеся к концам волосы, уж слишком соблазнительно обнажали ее лебединую шею, выделяющуюся ключицу, лопатки. Эти длинные, стройные ноги, по-мальчишески округлые бедра и округлившиеся формы. Это тело... Однажды Фред даже успел невольно заметить ложбинку меж грудей своей девушки, когда на свою свадьбу Флер заставила примерить ее декольтированное платье. И уже тогда Уизли удивился: с каких пор он воспринимает Аристэль как объект вожделения? Именно тогда он стал медленно осознавать, что пропустил какое-то очень важное, но не уязвимое изменение, переворот, случившийся с ними обоими. Вырос не только он, но и она - как снаружи, так и в желаниях и приоритетах. Они просто стали взрослыми, и эти незаметно повзрослевшие организмы требовали нового опыта друг с другом. Новой разновидности занятий, с помощью которых Фред и Ари смогли бы сблизиться еще больше...       - Аристэль, - сдавленно позвал ее он, когда понял, что не в силах сопротивляться ее выходкам. Он просто сидит и смотрит на то, как медленно она раздевает его, хотя все должно быть в точности наоборот - это он должен страстно освобождать ее от одежды, а она получать удовольствие.       Лишь слыша собственное дыхание, шумное и сбивчивое, Ари уже стянула с Фреда бордовую рубашку, прежде избавив его от этой повседневной, желтой жилетки, откинув все в сторону. Затем, склоняя голову и в слепую находя губами самые чувствительные места на груди Фреда, она нежно прижималась устами к впадинки у него под ключицей, целовала мышцы напрягшегося живота и сжавшихся широких плеч. Спустя несколько мгновений, ее пальцы неспешно перешли к металлической застежки ремня на его штанах, и, расстегнув черные, рабочие брюки, Ари наконец-то остановилась, пусть уже и было поздно что-то прекращать, ведь одним лишь раздеванием она неосознанно проиграла всю прелюдию, доведя юного мужчину до болезненного изнеможения одними прикосновениями.       - Тебе нравится, что я делаю? - спросила она его тихо, запрокидывая голову и по звуку шумного, прерывистого дыхания находя в кромешной темноте своих глаз его губы, нежно целуя сначала правый, потом левый уголок изумленно приоткрытого рта Фреда.       - Да, - еле собрав оставшиеся силы, признался он.       - Значит, ты понял?       Слабо кивая подбородком, он чуть не захлебнулся собственными слюнями, с предвкушением представляя то, что будет дальше и думая над тем, как Ари заставила его хотеть ее. Теперь же руки Фреда переместились на ее талию, на тонкую, точенную, и ласково придерживая и обнимая, он уселся на коленях напротив нее, а вместе они, ерзая и придвигаясь к друг другу еще ближе, окончательно смяли поглаженную Молли простыню.       - Понял, - вкрадчиво шепнул он, бережно заправляя белый локон волос ей за ухо, открывая своему обзору любимое, освещенное скудным светом из окон, лицо. Девушка радостно улыбнулась, почти победно, ведь наконец-то смогла растолковать ему то, чего так хочет и что жаждет ее тело в доказательстве их взаимной с Фредом любви. Она перевела дыхание, слыша, как бьется ее собственное сердце. Так неестественно быстро, беспощадно раскалывая девичьи ребра...       И вот, когда в нетерпении женские руки обняли мужские плечи, и Аристэль поддалась вперед, стремясь снова поцеловать его, Фред смутился, с неожиданной силой воли отодвинув желание на второй план, а первый позволив ступить здравому смыслу.       - Ты не боишься? - вдруг спросил он, неуверенно заглядывая в слепые глаза. Даже помня, что она все равно не увидит его смущения, он все равно залился стыдливой краской, потупившись. Родители близнецов и остальных четырех детей явно не предусмотрели, что однажды выявиться, что они во время не уделили своим чадам должных уроков по интимной воспитательной беседе, почему Фреду сейчас так и хотелось провалиться сквозь землю ко всем чертям. Сначала сквозь кровать, потом сквозь пол...       - А чего я должна боятся? - растерянно поинтересовалась Ари, откинув голову, чтобы навести немигающий взгляд в ту сторону, откуда она слышала приглушенный голос Фреда.       - Ну... Чего там обычно боятся в такие моменты все девушки? - замявшись, пробормотал парень, и Аристэль действительно задумалась над тем, что, кажется, он переживает больше нее. - Тебе должно быть лучше знать, чего боятся, разве нет? И у меня же родители за стенкой спят... Да и ты устала. Я думаю, тебе надо выспаться, а завтра утром снова поговорим об этом, как думаешь? - Пусть Фред и не хотел бы вообще разговаривать обо всем этом заново еще и завтра утром, но это был самый разумный по его мнению выход. По крайне мере, сейчас он был не готов. Морально. Он чувствовал не только ответственность за Аристэль, которая теперь же стала еще более тяжким грузом, так еще и переживал сам, будучи совсем неопытным и застигнутым врасплох.       И только Фред хотел подняться, не дождавшись ответ, и собрать с пола свою жилетку и застегнуть рубашку обратно, а затем уйти, как Ари настойчиво удержала его на месте, пересев парню на колени. Впервые Уизли задумался над тем, что она ведет себя так, будто уже уламывала робких парней-девственников на первый секс и это ей не в новинку. Но это просто глупость. Это просто невозможно. Аристэль выглядела невинной снаружи, и Фред знал, что таковой она является и внутри, ведь вместе они уже около семи лет. А значит, она просто хочет этого сильнее, чем он предполагал... В этом все дело.       - Если боишься, что я или ты будем слишком шуметь, то у нас всегда в подручных средствах магия, забыл? - Ари нежно улыбнулась смущенному парню и, заскользив рукой по его спине, второй нащупала пальцами волшебную палочку в кармане его штанов, вытягивая ее и на время присваивая себе. Лишь один взмах запястью - и всю комнату обволакивал невидимый, звукоизолирующий щит, не пропускающий никаких звуков как внутрь созданного купола, так и наружу. Теперь остальная семья Уизли ничего не услышит. Еще один взмах чужой палочкой - и послышался щелчок дверного замка. Закрыто. - Вот и все. А с моей усталостью мы как-нибудь справимся.       Фред поежился. Давление было слишком сильным, чтобы тот смог отказать, тем более что Аристэль уже смогла довести его до белого колеи своими ласками - до пика настоящего желания. Ему требовалось немедленно удовлетворить мужскую потребность, а Ари, в свою очередь, женскую.       - Может быть, все-таки поспишь, а? - с сомнительной надеждой в голосе предложил Фред, однако послушно обнял ее за талию, удобнее устраивая на своих подогнутых ногах. - А я рядом посижу...       - Фред, ты как маленький! - раздраженно воскликнула Аристэль, обнимая руками его голову. - Я не боюсь. Хочу и не отступлю. А вот ты, мой львенок, трусишка... - Она знала, как он отреагирует. С доброй ухмылкой приподнявшись, она носом уткнулась ему в висок, вдыхая мыльно-мятный запах рыжих, растрепанных волос, привлекая его лицо к своему.       - Что это я трусишка? - взорвался Фред, вскидывая подбородок. Встретившись теплым взглядом с совсем невидящим, он возмущенно нахмурился, позволяя Ари прижаться своей скулой к его щеке. - Я просто... побаиваюсь, как и любой парень перед... Г-хм.       - А ты не бойся, - шепнула ему на ушко Аристэль, томно улыбаясь. - У меня нигде кроме рта зубов больше нет. Уйдешь целым.       Это было странно, но данные слова действительно подействовали на Фреда чуточку успокаивающе. Наверно, его успокаивал юмор его любимой. Смех помогал не воспринимать всерьез даже самые свои потайные страхи. Вроде того, что предстоит им обоим. Прямо сейчас.       Все было уже готово: готовы они, подготовлены их рассудки, тесно связаны их чувства, создан звуковой барьер и с помощью заклинания прочно закрыта дверь с внутренний стороны. Все было устроено идеально. По крайне мере, пока что. Как это будет дальше - никто из них понятия не имел. Но оба надеялись на самое лучшее осуществление своих грез, открыто доверяя их воплощение друг другу.       Вздохнув, Фред расслабленно прикрыл глаза, когда Ари стала ласково перебирать пальцами его пряди. Кажется, он почти смирился с тем, что их взросление неизбежно. Тем более, чего страшного в том, что они испытывают обоюдную тягу усовершенствовать свои отношения? Наверно, ему слишком сильно хотелось побыть ребенком еще немного, особенно в пору алчных и кровопролитных войн, которые и без того неизбежно делают из него мужчину.       - Как там выражаются маглы? «Перейти на следующий уровень нашей любви»? - с усмешкой сказал вслух Фред свои мысли, позволяя Ари и дальше расправляться с ремнем его брюк. Но прежде, чем наконец-то избавить его от этого ненужного элемента гардероба, она сама потянула вниз свой джемпер, намекая на то, что была бы не против отказаться от него на эту ночь.       - Кажется, так, - улыбнулась она, нежно целуя его в губы. - Помнишь, однажды я сказала, что ты будешь у меня во всем первым? Во всем и всегда.       - Так же, как и ты у меня, Ари, - хрипло прошептал ей в кончик языка Фред, задирая ее майку, после чего уже три ненужные на сегодня вещи были скинуты с кровати. - Во всем и всегда.       И, покрывая поцелуями плечо слепой, Фред зарыл их обоих в простынях, мягко увлекая Аристэль за собой на подушки.