Первый луч солнца

Наше речное путешествие проходило удивительно спокойно. Пиппин и Мэрри, сидя рядом с Боромиром, напевали веселые хоббитские песни, Фродо и Сэм доставали многочисленными вопросами Арагорна, управляющего их лодкой, а мы с Гимли сидели плечом к плечу и клевали носом. Леголас перебирал веслами очень ловко и умело. Его глубокий ясный взгляд был направлен вдаль, золотистые в солнечных лучах волосы развевались по ветру. Я скрипела зубами, вспоминая фразу Гэндальфа, услышанную мной возле волшебного Зеркала Галадриэль. Если бы всё сложилось по-другому, я была бы невестой принца и разделила бы с ним вечность… Обалдеть – не встать! Сколько всего зависело от одного только «если бы». Даже не оценивая свою внешность критически и несмотря на прошлое, я не могла представить нас рядом. Мои мысли были прерваны голосом Арагорна, который обращался ко мне: – Ллиан, кажется, я видел что-то темное в просветах деревьев на том берегу. Спроси у птиц что там? Я задрала голову и увидела нескольких ястребов, парящих высоко в небе и периодически прячущихся в кудрявых облаках. Я влезла к ним в сознание, задав интересующий вопрос, и ястребы тут же рванулись на осмотр прилегающей к реке территории. Опустив глаза, я встретилась с недоуменными взглядами Боромира и Гимли. – Что-что? – пораженно начал гондорец. – У кого спросить? Арагорн понял, что только что невольно открыл мой секрет, и поморщился. – Я могу говорить с животными и птицами, – нехотя пояснила я, обращаясь скорее к Гимли, чем к Боромиру. – Вот это да, – пораженно протянул гном, – что же ты раньше молчала? – До недавнего времени я была уверена, что многие эльфы так умеют, и поэтому здесь нет ничего удивительного, а потом… Всё так быстро закрутилось, вернулись воспоминания о родителях, и этот поход… – Так вот оно что, – пробормотал Леголас. Я вспомнила чудесную мелодию засыпающей природы, которую мы с ним слушали под светом звезд, и густо покраснела. Ну вот и всё. Теперь у меня нет тайн. Читайте, господа, как открытую книгу. – Как же ты жила в Лориэне, среди эльфов и не узнала больше? – спросил принц. – Я пробыла там совсем недолго, сдружилась только с Халдиром и Индис, но Халдиру было некогда тратить время на долгие разговоры, а Индис не из любопытных. Тем более, я не люблю откровенничать с посторонними. – Мы не посторонние, – заверил меня Пиппин, сдвинув брови и сразу становясь непривычно серьезным. – Теперь да, – ответила ему я. – С ума можно сойти, – подытожил Боромир, – и что, получается, ты колдунья что ли? – Чего?! – возмутилась я. – Никакая я не колдунья! Я не знаю заклинаний, не варю зелья, не предсказываю будущее… – Она – майя, – перебил меня Леголас, – живое олицетворение стихийных сил, что таятся в журчании ручьев, росте деревьев, дикой прелести гор и лесов. Просто поразительно! Странно, что Гэндальф ничего не рассказал тебе об этом. Я обреченно вздохнула. И уже никогда не расскажет. Что? Какая ещё майя?! – А вдруг, – внезапно подал голос Фродо, – всему причиной служит магия Кольца Защиты! Оно же у тебя с детства, верно? Все мгновенно замолчали, обдумывая слова хоббита. Настроение сразу же ухудшилось. Мой светлый и радостный дар, который приносил мне столько счастья и единения с природой, всего лишь следствие темной силы жесткого Владыки? Не может быть! Но не успела я углубиться в эти тягостные размышления, как в голову ворвался клекот ястребов. Я подскочила с места, чуть не перевернув лодку. – Орки! На том берегу! Их много, идут строем. Нас пока не видят. Все сразу же притихли и пригнулись, боязливо оглядываясь в сторону прибрежного леса. Дальнейший путь проходил в молчании и состоянии внутренней тревоги, терзающей душу и мысли. Ближе к вечеру мы сделали стоянку близ Амон Хена («холма зрения»), расположенного на западном берегу Андуина. Арагорн сказал, что такое название произошло от Кресла Зрения, находящегося на вершине холма и в прошлом служившего пунктом наблюдения за южными границами Гондора*. Беспокойство всё ещё не покидало меня. Леголаса, похоже, тоже, потому что он предложил поскорее убраться отсюда. Остальные с этим предложением не согласились. Хоббиты, как всегда, набросились на еду, гном ходил взад-вперед, разминая затекшие ноги, а Арагорн и Боромир отправились за хворостом. Позже за ними увязался и Фродо. Я села на одеяло и прислушалась к своим ощущениям. Что-то явно было не так. – Я не слышу лес, – эта мысль поразила меня, и я сама не поняла, как произнесла её вслух. – И что? – переспросили хоббиты, набивая рты кусочками лембаса. – Такое бывает крайне редко, и это очень… настораживает. Гимли сделал вид, что все эти магические закидоны его не касаются, а Леголас, наоборот, прислушался и подошел ближе. – Я тоже чувствую неладное. Внезапно голову пронзила яркая вспышка боли, и я, попав в тягучие секунды застывшего времени, увидела видение, в котором испуганный Фродо бегством спасается от наступающего на него Боромира, охваченного безумием и жаждой обладать Кольцом Всевластия. – Нет! – я взревела, как раненный зверь, и бросилась в лесную чащу. Вся моя прошлая жизнь резко потеряла смысл, у меня было только две потребности: увидеть хоббита целым и невредимым, и убить Боромира. Моя вселенная сузилась только до этих двух одинаково сильных желаний. Я мчалась как ураган, сжимая кинжалы, и себе уже не принадлежала. Я снова стала точным и быстрым оружием, стоящим на защите Единого Кольца и его хранителя. Мимо меня проносились деревья и кусты, сливаясь в одно огромное зеленое пятно, ветер свистел в ушах, пронзительно хохоча и завывая. Неожиданно, боковым зрением, я увидела сначала темную броню Арагорна, а потом и стоящего рядом со Странником Фродо, который что-то судорожно объяснял, размахивая руками. Я затормозила и вздохнула с облегчением. Но не успела я подумать об исполнении второго своего желания, как прямо над моей головой с характерным тонким свистом пролетела черная стела, впившись в ствол дерева. Орки! Фродо угрожала новая опасность, поэтому я отложила хладнокровное убийство горндорца на неопределенный срок, сосредоточившись на куче врагов, так резко окруживших меня. Сзади раздались поспешные шаги Леголаса и Гимли. Я обрадовалась подмоге и настроилась на схватку с полчищем сарумановских тварей. В том, что именно Белый Колдун направил их сюда можно было не сомневаться. Гэндальф ещё на Совете рассказывал о силе и жестокости урук-хайев – ужасных и мощных созданий, которые носили белую длань Изенгарда. Они были быстрее и выносливее обычных орков и могли передвигаться на большие расстояния при свете солнца*. Сначала урук-хайев встретил поток крепких эльфийских стрел, которые Леголас выпускал со скоростью взмахов крыльев озерной стрекозы, а затем гном грозно рыча бросился в самый центр черного отряда, размахивая секирой и ловко отрубая неприятелям головы. Я же устроила целое представление, вихрем носясь по ковру шуршащих листьев и кромсая своими клинками всё, что встречалось у меня на пути. Я танцевала искусный танец, переступая ногами, запрыгивая на ветви деревьев, пробираясь по ним сродни дикой кошке, и прыгая вниз прямо на головы неуспевающих за мной орков. Где-то вдалеке я слышала звон мечей Арагорна и Боромира, и это давало мне надежду, что они ещё живы и защитят хоббитов. Мы с эльфом и гномом неплохо справлялись, периодически помогая друг другу увеличивать горы отвратительно смердящих трупов. Я расслабилась, так как Кольцо больше не сжимало мою руку ледяным жгутом, и достала лук, чтобы добить тех тварей, что ещё могли шевелиться, лежа на земле и истекая кровью. – Боромир! – услышала я пронзительный крик Странника, раздающийся где-то невдалеке, и тут же бросилась туда, следуя за Гимли и Леголасом. Зрелище, представшее перед нами, заставило меня испуганно вскрикнуть и судорожно вцепиться эльфу в руку. Арагорн стоял на коленях перед распростёртым на земле телом Боромира, из которого торчало несколько орочьх стрел. Дыхание гондорца было совсем слабым, слова давались ему с трудом. Он прощался со всем, что знал и любил, прощался с Гондором и его народом, прощался с отцом и братом, прощался с Арагорном и своими новыми друзьями, прощался со своей жизнью, которая по капле вытекала из него. – Позаботься о Фродо, – прошептал Боромир, глядя на меня, затем его рука дернулась в последний раз, а взгляд ясных глаз замер навсегда, отражая бездонную синеву неба. Я беспомощно посмотрела на его мертвое тело. Как же так? Сначала Гэндальф, потом Боромир… Я замотала головой, пытаясь найти в охватившем меня отчаянии какую-то точку опоры. Ну, конечно, Фродо! Я должна найти его! Краем уха я услышала, как Арагорн сдавленно рассказывает Гимли и Леголасу о том, как гондорец спасал Мэрри и Пиппина, и как затем их утащили урук-хайи. Видимо, они не знали какой конкретно хоббит необходим их Господину. Значит, у нас есть шанс! Бросившись к берегу, я увидела, что Фродо и Сэм уже пересекли реку на одной из лодок и высаживаются на той стороне. – Эй! – крикнула я им. – Подождите меня! Я мигом! Я схватилась за край ладьи, пытаясь сдвинуть её с места. Но не тут то было. Несмотря на всю легкость эльфийских лодок, для меня одной это была непосильная задача. Через пару минут мне на помощь пришел эльф, однако Арагорн остановил нас, проговорив: – Не нужно. Фродо сделал свой выбор. Он решил уйти и просил не следовать за ним. – Что? – я уставилась на Странника. – Что ты сказал?! – Ллиан, это его решение. Мы должны принять его. Эльф сочувственно посмотрел на меня и отпустил лодку, показывая своё согласие со словами Арагорна. – Ну и убирайтесь к Балрогу! – крикнула я им в лица, охваченная гневом и чувствуя себя преданной. – Я поклялась защищать его! Я не отступлю! Не хотите помочь? Не надо! Я пойду за ним вплавь! Я прыгнула в воду, сделав пару быстрых шагов и поднимая вокруг себя кучу брызг. Неожиданно, в моей голове раздался голос Фродо: «Ллиан, не надо, не иди за мной. Теперь это только моя ноша». – Нет! – крикнула я в пустоту, послушно замерев на месте. – Не прогоняй меня! «Я приказываю тебе остаться. Я освобождаю тебя», – сказал Фродо и покинул моё сознание. Я замерла, раздавленная и ошеломленная. Только не это! Мы же с ним одно целое, он не может бросить меня! Леголас и Арагорн вывели меня из воды, бережно поддерживая за плечи, и я, прислонившись к дереву, медленно сползла по его стволу вниз к земле. Внутри была бесконечная пугающая тоска. Тонкая нить, соединяющая меня с Фродо незыблемыми узами, только что оборвалась, вырвав мне клок сердца. Я больше не чувствовала запахов, не слышала звуков, не видела окружающих. Черная паутина одиночества окутала меня, будто саваном, и я растворилась в печальной вселенной пустоты и отчаяния. Эльф присел передо мной и попытался было привести в чувство, но Странник остановил его. – Не сейчас, дай ей прийти в себя. Пойдем, нужно забрать тело Боромира и проводить его в последний путь как героя и лучшего из воинов. Леголас, всё ещё настороженно смотря на меня, последовал за Арагорном и Гимли, углубляясь в чащу леса, в которой недавно развернулась очередная драма. Моя правая рука сильно ныла и саднила. Физическая боль ненадолго заменила душевную, и я сняла перчатку. То, что я увидела, повергло меня в ещё больший шок. Вокруг Кольца прямо под кожей растеклась ужасная темная клякса. Я попыталась оттереть её как грязь, но ничего не вышло. Это была черная метка, впитавшаяся в мою плоть как пиявка, метка моего Господина. Теперь я была бесполезна для Фродо, и Саурон начал по капле забирать мою душу и волю, пытаясь обратить в свою вечную слугу. Я-то думала, что потеряв хоббита, я подвергаю его жизнь опасности, лишая своей защиты, а вышло наоборот. Фродо ушел, разорвав мою связь с Единым Кольцом, и я осталась одна, уязвленная и беспомощная перед Великим Злом. На берегу появились мои спутники, и я быстро натянула перчатку. Зачем зря тревожить их, всё равно ничем помочь не смогут. Единственным, кто мог дать полезный совет, был Гэндальф, но его больше нет, а значит нечего разводить панику. Тело Боромира мы аккуратно положили в одну из лодок, готовя её к спуску по реке. Арагорн вложил ему в руки длинный гондорский меч, а я прикрепила на грудь цветок ландыша. Думаю, Индис меня бы поняла. Когда лодка скрылась из виду, теряясь в бледных отголосках заката, Арагорн проговорил: – Друзья мои, Братство Кольца распалось, но мы ещё вместе и можем держать оружие в руках. Наш долг спасти Мэрри и Пиппина от вражеского плена. Так выберем новый путь и убьем побольше орков, что встретятся нам на нем! – Да! – поддержал его Гимли. – Согласен, – выдавил улыбку Леголас, с грустью взглянув на меня. – Я с вами, – ответила Страннику я, – Гэндальф как-то сказал, что я стала частью этой истории. И он был прав. Это теперь и мой путь. Переглянувшись между собой, мы бросились по следам урук-хайев, а солнце уронило на нежно-розовую гладь неба последний оранжевый луч. ------------------------------------------ * По тексту книги Дж. Р. Р. Толкина (материал из Википедии)