Идя вперед +450

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Доктор Кто

Автор оригинала:
LN29
Оригинал:
http://www.whofic.com/viewstory.php?sid=44319

Пэйринг и персонажи:
Доктор/Роза, Роза Тайлер, Десятый Доктор
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Экшн (action), Психология, Hurt/comfort
Предупреждения:
Насилие
Размер:
Макси, 146 страниц, 23 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от AlinaTARDIS
«"За лучший перевод!"» от ларатрейн
«Тысяча спасбо за перевод:*» от ЛилиLily
«За великолепный перевод!» от Ноlу Tаrdis
Описание:
Доктор и Роза оказываются в центре войны между планетами. Но вскоре они обнаруживают, что на кон поставлено намного большее, и им вновь придется столкнуться с кошмарами из прошлого. Продолжение истории «Шаг за шагом».

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Перевод второй части трилогии. Перевод первой части здесь: http://ficbook.net/readfic/618058

Глава1 - Под землей

22 января 2014, 17:41
Примечание переводчика: Итак, история продолжается )). Как я уже упоминала, у меня появился сопереводчик - это Крокодил и Крокожу, так что, надеюсь, продолжения будут появляться почаще ))

Примечания автора:
Я утвердила временные рамки для этой серии историй. Действие в «Шаг за шагом» происходит после «Фонаря Идиота», но перед «Невозможной Планетой». Это придает немного больше смысла заявлению Доктора о том, что он верит лишь в Розу. Потому что во время тяжелых испытаний в «Шаг за шагом» она стала нитью, связывающей его с реальностью - лишь она одна могла его убедить, что реальность – это то, что происходит здесь и сейчас.

Действие в этой истории происходит спустя несколько недель после «Бездны Сатаны».


Младенец извивался в его руках, и Доктор перехватил его покрепче, надеясь, что он его не уронит. Он сел на пол, прислонившись к стене, чтобы было удобнее держать ребенка и чтобы сократить расстояние между землей и младенцем, на случай, если он не сможет удержать его.

Доктор вздохнул, усаживаясь поудобнее и пытаясь понять, как же все-таки они оказались здесь в роли няни – где-то под землей, не понимая, что происходит или где они находятся.

Хорошо, справедливости ради приходилось признать, что установка случайного выбора координат была не самой лучшей идеей, но они с Розой уже поступали так раньше. Конечно, они, как правило, увязали по уши в неприятностях, но все же… откуда ему было знать?

Он бегло оглядел бункер и сразу увидел Розу, помогающую раздавать провиант. Один малыш удобно расположился на ее бедре, другой ребенок цеплялся за ногу, не давая ей свободно двигаться. Но она только улыбалась и трепала мальчика по голове. Поймав взгляд Доктора, она улыбнулась еще шире. Он не мог не улыбнуться в ответ.

Она выглядела естественно среди этих людей и в этой ситуации, в которой они оказались. Несмотря на то, что Роза часто утверждала, что не очень любила детей, она прекрасно с ними справлялась. В любом случае, она лучше него ладила с взрослыми, и в связи с этим Доктор счел благоразумным держаться в стороне до поры до времени, пока все не придет в норму и он не сможет выяснить, что здесь происходило.

– Так, – сказал он, глядя на извивающийся сверток, лежащий сейчас в его руках. Прошло много времени с тех пор, как он последний раз держал ребенка, и Доктор надеялся, что выглядел он не так неловко, как чувствовал себя. Но скорее всего так и было. – Не думаю, что мы были должным образом представлены друг другу. Я Доктор. Приятно познакомиться.

Ребенок моргнул и захныкал, и Доктор попытался устроить его поудобнее.
– Ты выглядишь так же спокойно, как я себя чувствую, – заметил он.

Младенец сморщил лицо. Этот взгляд был слишком хорошо знаком Доктору. Это был взгляд, который нельзя было забыть, как нельзя было забыть и то, что за этим неизбежно должно последовать. И Доктор хотел бы избежать этого.

– Эй, эй, – утешал он его, крепче прижав к себе, пытаясь вспомнить, нужно ли его качать, чтобы успокоить. Это варьировалось в зависимости от биологического вида. – Ш-ш-ш… все хорошо.

Ему хотелось, чтобы кто-нибудь еще смог взять ребенка. Кто-то, кто умел лучше общаться с младенцами, кто-то, кто знал этого ребенка. Но в бункере было мало взрослых, и все они занимались другими детьми, и Доктор понимал, что если он хочет быть полезным, это было единственным способом. Эти люди были достаточно добры, чтобы приютить их на ночь, и меньшее, что он мог сделать – это попытаться всеми силами облегчить их очевидное бремя.

Хотел бы он знать, как звали этого ребенка. Просто обращаться к нему, называя «он», казалось не очень дружелюбным, но у него не было других вариантов.

– Это ничего, – шепнул Доктор.

Ребенок захныкал, схватив его галстук на удивление сильно, и потянул его в рот.
– Эй! – запротестовал он, отбирая галстук, и лицо малыша опять сморщилось.
– Мне жаль, но тебе не следует есть галстуки, – сообщил ему Доктор. Ребенок потянулся и вместо этого поймал его палец.

Доктор взглянул на крошечные пальчики, обхватившие его собственный, и не смог не восхититься. Этот небольшой сверток был личностью… маленькой, беспомощной, идеальной личностью. С возможностью стать кем угодно. Эти крохотные ручки, уже прекрасно сформированные, когда-нибудь станут такими же большими, как и те руки, что держат его сейчас. В один прекрасный день эти руки будут держать своего собственного ребенка… Это было чудом, и Доктор не мог не поражаться, сколько бы раз он с этим ни сталкивался.

Временные линии ребенка были запутаны так же, как и у любого другого, и Доктор не мог узнать его будущее, если бы даже захотел. Но можно было разглядеть столько возможностей, что это захватывало. В данный момент этот ребенок мог стать кем угодно, и тысячи вариаций потенциального будущего – больше, чем Доктор мог сосчитать – простирались перед ним.

Он не мог не задаться вопросом, где родители этого ребенка. Где были родители каждого из этих детей? В бункере было четырнадцать человек, включая его и Розу. Из всех этих людей только четверо были взрослыми. Остальные были детьми, начиная с подростков и заканчивая младенцем, которого ему передали, как только они пришли сюда. Все были худыми и бледными, явно проводившими большую часть времени здесь, под землей. Все были одеты в изношенные вещи и спали на одеялах, постеленных прямо на каменном полу. Бункер был достаточно удобным, но это было не место для детей.

И все же… если учесть то, что он видел наверху, здесь было безопаснее, чем снаружи.


Они с Розой были вне ТАРДИС не дольше пяти минут, прежде чем их вытолкнули с улицы.
– Вы сумасшедшие? – прошипел голос. В тусклом свете (они материализовались ночью) он мог разглядеть лишь силуэт молодой женщины. – Убирайтесь с улицы!

В ту же секунду где-то разразилась стрельба. Доктор потянул Розу на землю, прикрыв ее своим телом. Девушка упала инстинктивно, извлекая собственное оружие, и Доктор огорчился, когда увидел, насколько привычно она с ним обращалась, учитывая, что она казалась очень молодой. Она не могла быть старше Розы.

Стрельба не приближалась, но девушка перевела взгляд с Доктора на Розу.
– Вы не можете оставаться здесь, – сказала она. – Следуйте за мной.

Доктор быстро решил, что это было благоразумно, и они с Розой последовали за девушкой по темным переулкам. Выстрелы все еще грохотали, но они раздавались издалека, и девушка даже не вздрогнула.

Они так много поворачивали, что Доктор довольно быстро потерялся в этом бесконечном лабиринте закоулков и начал опасаться, что им будет сложно вернуться в ТАРДИС, хотя он и знал, что в конце концов найдет ее. Наконец они вышли к заброшенному дому. В подвале дома был тоннель, который вел в бункер.


Доктор вздохнул, огляделся по сторонам и начал гадать, во что же он втянул их на этот раз. Роза хорошо справлялась в текущих обстоятельствах, как и всегда, но даже она, должно быть, недоумевала, что происходит. И все же на данный момент ничего нельзя было сделать. Прямо сейчас он был занят.

– Тебе действительно следует поспать, – сказал он младенцу, который смотрел на него поразительно большими глазами. Это был тот мутный взгляд, какой бывает у младенцев, когда они уже почти засыпают, но все еще продолжают доблестно бороться со сном.
– Правда, – шепнул Доктор. Оглядев комнату, он заметил, что остальные маленькие дети уже начали засыпать. – В противном случае ты будешь весьма капризным утром, и все будут винить в этом меня.

Люди в бункере отнеслись к ним с подозрением, что было неудивительно, учитывая мир, в котором они живут. Но девушка, которая привела их сюда, высказалась в их защиту, хотя казалось, что ей, как и остальным, вся эта ситуация создавала неудобства.

– Что мне оставалось делать? – спросила она. – Оставить их снаружи, где их мог найти патруль?
– Но можем ли мы взять еще двоих? – спросил один из мужчин.
– Нам ничего не нужно, – вмешался Доктор. – Вам даже не придется кормить нас. – Он заметил сумку, которую несла их спасительница, и предположил, что это провиант, хотя было видно, что этой еды и близко не хватит, чтобы накормить столько людей. Они не смогут прокормить еще два рта.

Услышав это, люди согласились их принять. Они не были врагами, это было понятно. Доктор не знал, кто был врагом, но предположил, что «патруль», который упомянула их спасительница, имеет к этому отношение.

Он устроил ребенка поудобнее и начал петь галлифрейскую колыбельную, которую помнил с детства. Доктор не думал о ней уже много веков, но слова вспомнились так легко, словно он слышал ее вчера, и он стал тихо напевать на родном языке. Он старался не повышать голоса, чтобы незнакомый язык не привлек нежелательного внимания, но младенец хорошо его слышал и быстро начал проваливаться в сон под успокаивающую мелодию.

– Милая песня, – раздался голос рядом с ним, и если бы на его руках не было младенца, он бы подпрыгнул. Он быстро обернулся и увидел, что девушка, которая привела их сюда, сидела на полу рядом с ним. Она рассматривала его. – Правда, это было мило.
– Спасибо, – сказал он, слегка смутившись. Если бы он знал, что кто-то слышит, то не стал бы петь.
– Что это был за язык? – спросила она, и он уловил легкое подозрение в ее тоне. Эта девушка прочувствовала на своей шкуре, что нельзя доверять всем и каждому. – Я никогда не слышала его раньше.
– Да, тебе не приходилось, – согласился он. – Это мой родной язык.
– Вот как, – сказала она и продолжила его изучать.

В свою очередь, он внимательно посмотрел на нее. Он ясно видел, что она была довольно молода. Определенно не старше Розы, но ее глаза были полны мудрости не по годам. По какой-то причине она была вынуждена рано повзрослеть. Как и все остальные, кого он видел, она была худой и жилистой. Еще она никогда полностью не теряла бдительности. Она привыкла защищать себя.

– Как тебя зовут? – спросил он. Из-за всей этой суматохи они не смогли толком познакомиться.
– Мишель, – сказала она. – А тебя?
– Доктор, – ответил он.
– Нам не так уж сильно сейчас нужен Доктор.
– Нет… я не такой Доктор. Это просто мое имя.
– Понятно.

Наступило неловкое молчание.

– Спасибо, – сказал Доктор. – За то, что привела нас сюда.
– Не могла же я оставить вас снаружи с патрулем, – пожала она плечами. – Вы были бы мертвы еще до восхода.
– Патруль?
Она уставилась на него.
– Ты действительно не представляешь, что происходит, верно?
– Я же говорил тебе, мы не из этих мест. Мы путешественники.
– Путешественники? – она задумалась над этим. – И зачем же вы именно сюда отправились путешествовать?
– Это было… – он не был уверен, как правильно сказать, – нечто вроде ошибки.
– Очевидно.
– Где мы? – спросил он.
– Это длинная история, и у меня нет времени прямо сейчас. Нам нужно еще кое о чем позаботиться, – она пошевелилась, собираясь подняться. – Поговорим позже.

– Подожди! – Доктор остановил ее. Он посмотрел на спящего ребенка. – Как его зовут?
– Брэн, – сказала ему Мишель.

Доктор решил не упоминать о том, что это также завтрак из зерновых*.

– Где…
– Его родители мертвы, – быстро сказала Мишель. – Скорее всего.

Он ожидал чего-то подобного, но все равно это было больно слышать. Этому ребенку не было и года, а он уже столкнулся с таким горем. Это было нечестно.
– У большинства родители мертвы, – добавила она, показывая на других детей.
– А что насчет твоих? – спросил он, не подумав.

Она сердито посмотрела на него, и он буквально увидел, как между ними выросла стена ее защиты. Это было ему знакомо – точно такая же реакция возникала у него, когда его спрашивали о прошлом.

– Мы поговорим позже, – повторила она и отошла к остальным.

*«Bran» в переводе с англ. дословно «отруби».
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.