Я беру это дело!

Я проснулся рано. Тело безумно болело, напоминая о событиях вчерашнего вечера. Майкрофт, кто бы мог подумать. Повернув голову в бок, я увидел спящую Мэри. Какая она красивая, а еще не знает о произошедшем. И, надеюсь, не узнает. Я ведь не гей, а возбудился так, что мама не горюй. Эти Холмсы, черт бы их побрал! Спокойно, Джон. Что было, то прошло. Я резко сел на кровати, что было ошибкой. Резкая боль в заднице, головокружение. Не завидую я тем, для кого это - образ жизни. Плавно встав, я поплелся в душ. Теплая, почти горячая вода всегда приводила меня в чувство. Вот и сейчас, стоя под упругими струями воды, разглядывая маленькие капельки на светлом кафеле, которые, будто стараясь обогнать друг друга, стремительно стекали вниз, я чувствовал облегчение и, наконец, смог расслабиться. Вымывшись, я выключил воду, обмотал бедра белым махровым полотенцем и вышел из ванной. Мэри проснулась и теперь с интересом разглядывала меня, на еще заспанном лице появилась улыбка. Круглый животик, обтянутый ночнушкой, в который раз напомнил мне, что скоро я стану папой. Сев на край кровати, я погладил чувствительную кожу прямо сквозь тонкую ткань и улыбнулся жене в ответ. - Доброе утро. Даже теперь, после ее обмана, после почти-убийства моего лучшего друга, я все равно до безумия люблю эту женщину. Она прикрыла глаза и тихим голосом сказала: - Тебе того же. Я снова улыбнулся, встал с кровати и подошел к шкафу. Брюки, клетчатая рубашка. Все как обычно. *** Утренний Лондон просыпался прямо на глазах: все чаще в окнах можно было увидеть свет, становилось больше машин на дорогах, а людей на тротуарах. Многие магазинчики уже открылись. Я зашел в один из кафе, заказал черный кофе с сахаром и блинчики. Мэри всегда говорила, что пристрастие к такому питанию когда-нибудь сделает меня неповоротливой свиньей, но я так не думаю. В помещении было немного народу, в основном те, кому рано на работу. А работают в этот день лишь некоторые. Суббота все-таки. Нет, мне не надо никуда идти, просто привычка еще с юности осталась - вставать рано. Да, это странно, но мне нравится. Доев свой завтрак, я заплатил и неспеша вышел обратно на улицу. Не знаю, куда я сейчас пойду. Не подумал об этом. Поэтому я просто пошел прямо, по тротуару вдоль дороги. Серое небо, затянутое облаками, навевало тоску, резкие порывы холодного ветра заставляли меня плотнее кутаться в куртку. Нет настроения. Желание вернуться домой становилось все больше, но я вспомнил, что Шерлок должен был следить за Мориарти. Он мне этого не говорил, но ведь я знаю его уже несколько лет. Довольно много для этого социопата. Да еще и в качестве лучшего друга. Так что я просто уверен - Холмс хочет знать все о его заклятом враге. Спустя пятнадцать минут я уже откровенно замерз. Как я ненавижу такую погоду. Решив плюнуть на здоровую ходьбу пешком, я хотел поймать такси. Но я бы не был Джоном Ватсоном, если бы не пропустил несколько машин подряд. Этот день начинался очень плохо! Когда и через десять минут я не поймал такси, мое настроение из плохого стало отвратительным. Знаете, за всю свою жизнь я усвоил лишь один урок: никогда не говори "хуже уже не будет"! Как только я уже плюнул на такси и пошел согреться в магазинчик через дорогу, громкий гудок послышался прямо над ухом, и острая боль пронзила тело. Конец POV Джона. - Миссис Хадсон, я ухожу! Не ждите. Шерлок надел свое пальто, повязал любимый синий шарф на шею и быстро спустился вниз. Но когда детектив открыл дверь, то вместо серых домов и дорог Бейкер-стрит он увидел серьезное лицо мужчины в полицейской форме. - Мистер Холмс. Вы - друг Джона Хэмиша Ватсона? - согласный кивок, - Боюсь, у меня плохие новости. *** - Что с ним? - непривычно взволнованный Шерлок буквально ввалился в больницу Святого Варфоломея, сразу находя глазами нужного врача. Что ни говори, а такта детективу-консультанту никогда не хватало. Вот и сейчас, едва зайдя в больницу, он успел довести бедного лекаря, еще совсем молодого, к слову, до заикания лишь этим криком. - Мистер Холмс, мистер Холмс. Успокойтесь и не кричите, вы беспокоите больных. - взрослый темноволосый мужчина с редкой проседью подбежал к детективу и повел в сторону палаты номер двадцать семь, глядя серьезными темно-серыми глазами на нарушителя спокойствия. - Мистер Ватсон попал в автокатастрофу, у него сильное внутреннее кровотечение, гематомы, сотрясение мозга и переломы руки и трех ребер. Сейчас врачи пытаются остановить кровотечение, иначе он просто захлебнется. Вы ведь его близкий друг? - Ээ... Да, а... - Шерлок! По коридору быстрым шагом шла Мэри. Ее заплаканное лицо выражало такое беспокойство и испуг, такую боль, что Холмс невольно удивился, как она еще не закатила истерику в лучших традициях слабого пола. - Шерлок... - она вдруг обняла детектива, уткнулась ему в плечо и тихим, подрагивающим голосом, полным отчаяния и слабой надежды, заговорила: - Он ведь выживет, да? Он ведь войну прошел и просто не может нас бросить. Джон сильный, он справится, ведь так? Скажи, что я права, скажи, Шерлок! Как он вообще так попал? Всегда внимательный и осторожный, как так вышло, что он попал под машину? Шерлок... Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь Она и не заметила, как схватила Холмса за плечи и трясла, повысив голос. У женщины начиналась истерика. А детектиа совершенно, не знал, что надо делать в таких случаях, поэтому лишь пожал плечами и слегка напряженно произнес: - Не знаю, как это произошло, но я абсолютно уверен, что с ним все будет в полном порядке, и через несколько недель его выпишут. Он поправится, Мери. Ты же знаешь Джона. Миссис Ватсон лишь скованно угукнула и отвернулась, чтобы Шерлок не увидел навернувшихся на глаща слез. Все с ее Джоном будет хорошо. Он не посмеет ее бросить... Наверное. *** Джон выглядел ужасно, кажется, на всем его теле не было живого места: все в синяках, ссадинах, гипс на левой руке, забинтованное туловище. Капельница; приборы, фиксирующие его состояние - все это заставляло неуютно ежиться, напоминало о том, что их друг может вот-вот покинуть их, оставив лишь пустую оболочку. - Джон, - Мери села на стул рядом с койкой и взяла мужа за руку. Шерлок остался стоять. - Джон, поправляйся, пожалуйста. У нас скоро родится ребенок, ты не можешь это пропустить. Ты должен увидеть его первые шаги, услышать первое слово, должен держать его на руках. Ты не можешь оставить ребенка без отца. Пожалуйста, ты нужен нам с Шерлоком. Она все говорила и говорила что-то хриплым голосом. По щекам ее катились слезы, рука сжимала пальцы правой руки Ватсона. Холмс подошел к женщине сзади и положил ладонь на ее подрагивающее плечо. - Мери. Не плачь. Конечно, он не умрет, зная, что скоро станет отцом. А тебе нельзя волноваться. Давай лучше найдем медсестру, пусть тебе дадут успокоительное, а потом ты пойдешь и поспишь. Джон бы отругал тебя, если бы узнал, как ты себя сейчас изводишь. - Холмс был просто на себя не похож, сказывалось переживание за друга. - А завтра утром вернемся и поговорим с врачами. Все будет хорошо, увидишь. Мери кивнула и позволила себя увести, напоследок посмотрев на Джона. *** POV Джима Отлично. Первый пункт плана "Уничтожение Холмса" выполнен. Бедный-бедный Джонни. Так не повезло. Жена, наверное, ужасно переживает. Ну, не страшно. Главное, Холмс пострадает, а на эту тетку мне фиолетово. Зря вы связались с Джимом Мориарти. Ведь скука - ужасная вещь. Вот и развлекайтесь.