Рога и копыта

- Ну ёлки-иголки, где ж солнце-то? – Крош задрал голову и недовольно поморщился. – Первый раз за неделю выбрались на пляж - и на́ тебе! - Я же говорил, - развел лапами Ёжик. – По радио обещали низкую облачность… - Привееет, - протянул подошедший Бараш. – Что делаете? - Да вот, как видишь, впустую тратим время! – с досадой отозвался кролик. – Ладно, Ёжик, пойдем хоть мяч погоняем… - Вам хорошо, вам можно время впустую тратить… - завистливо произнес любимец муз. – А у меня вот ни минуты свободной! Вы Карыча, кстати, не видели? - А зачем он тебе? – поинтересовался Крош, скатывая свой пляжный коврик. - Дело у меня к нему, важное, - уклончиво ответил поэт. - А, ну придется твоему делу подождать! – легкомысленно отмахнулся приятель. – Карыч отправился в отпуск, в тропики. Сказал, соскучился по туризму, по экзотическим фруктам… - По благоуханной тени деревьев… - тихонько прыснул Ёжик. Бараш разочарованно покачал головой. Сейчас ему бы очень пригодился совет афериста высшей пробы. Но делать нечего, придется справляться самому… - Кстати, - окликнул он уходящих друзей, - вы что-нибудь понимаете в маскировке? Крош и Ёжик переглянулись. И дружно рванули обратно к поэту. - Выкладывай, – возбужденно прошептал кролик. Глаза его горели азартом. Ёжик в волнении топтался рядом. - Да это я так, просто поинтересовался… - торопливо произнес Бараш, попятившись и усердно пытаясь изобразить скучающий вид. – Ну, до встречи! И он почти бегом направился к дому. - Ёжик, - медленно проговорил Крош, глядя вслед удаляющейся фигуре. – Ты думаешь о том же, о чем и я? Этим утром на пороге обнаружилась большая коробка. Недоуменно пожав плечами, Лосяш наклонился и открыл ее. Зеркальный телескоп системы Ньютона! Надо же, а ведь он давно подумывал обзавестись рефлектором! Не то чтобы привычный линзовый его не устраивал, но эта вечная хроматическая аберрация! И потом, бо́льшая апертура не помешала бы… Кто же мог сделать ему такой подарок? И по какому поводу? Теряясь в догадках, лось бережно приподнял коробку, прижал ее к груди, и она вдруг отчетливо хрюкнула: - Эй, ты чего это? Окружающее пространство резко поплыло, теряя ясные очертания... Он чуть помотал головой, с трудом стряхивая остатки сна. - Лосяш! - голос Нюши был полон сдерживаемого возмущения. - Не мог бы ты уже отпустить меня? - Параболоидные зеркала… единая точка фокуса… – только тут ученый осознал, что держит в объятиях вовсе не коробку с телескопом, и поспешно отдернул копыта, словно обжегшись. – О, прошу прощения! Мне тут снилось… Впрочем, неважно. А вообще, который час? - Полдевятого, - щеки ранней гостьи постепенно возвращались к нормальному цвету, переставая напоминать спелый помидор. – Мы вчера договорились… - Да-да, припоминаю… - Лосяш спустил ноги с кровати и зевнул. – Нетерпеливая вы моя, не могли бы вы дать мне несколько минут? Возвращаясь из душа и вытирая на ходу рога, он непонимающе огляделся. Легкий ветерок проникал в открытое окно и уносил едкие запахи реактивов. Чашки, обычно стоявшие где попало – у компьютера, на подоконнике и даже на стеллажах, теперь выстроились на столе, поблескивая вымытыми боками. Рядом стояли тарелки с бутербродами и печеньем. Нюша невозмутимо разливала чай, не замечая, как ученый удивленно приподнял брови. - Гм… хозяйственная моя, вы, видимо, недавно общались с Совуньей? – пробормотал он, садясь к столу. - Позавчера, а что? – подняла на него глаза Нюша, устроившись напротив. – Тебе сахара сколько? - Восемь… - растерянно ответил хозяин дома. – Ох, то есть три! - В общем, так, - деловито начала свинка, придвигая к нему чашку. – Вечером заходишь за мной… - Позвольте-позвольте! – воскликнул Лосяш, поспешно проглотив кусок бутерброда. – Помнится, я ничего вам не обещал! Хотя, - он со вздохом посмотрел на стол, – этот натюрморт, пожалуй, убеждает меня в твердости ваших намерений… - Так вот, приходишь вечером, и ведешь меня на прогулку, - воодушевленно продолжала гостья. - К горам. Лось поперхнулся чаем. - А что, обязательно так далеко? Нюша взглянула на него так, словно он сморозил глупость: - Это вовсе не далеко! И, разумеется, обязательно! Дорога проходит мимо дома Бараша… Потом полчасика постоим на мосту, что возле дома Совуньи, полюбуемся закатом… - Вечером вроде дождь прогнозируют… - слабо запротестовал ученый. - Захватим зонтики, так будет даже романтичнее! – не смутилась авантюристка и невинно захлопала ресницами. Лосяш снова вздохнул. - А вам не приходило в голову, изобретательная моя, что если мы будем полчаса торчать рядом с домом Совуньи и пялиться в небо, то на следующий день вся долина будет гадать, что бы это значило? - Вот именно! – радостно зааплодировала Нюша. Затащив в шалаш последнюю охапку травы, ворон с кряхтением присел и потер спину. - Ну ничего, ничего, - подбодрил он себя. – Проведу денек на свежем воздухе, это даже полезно, а ночью потихоньку вернусь, никто и не заметит, что я снова дома. Будут по-прежнему думать, что я на югах греюсь… Зато хоть удастся отдохнуть от этих бесконечных психологических консультаций! Да с чего они все решили, что со своими переживаниями нужно идти непременно ко мне? Можно ведь делиться ими друг с другом! Он выглянул наружу, в который раз убедился, что его убежище надежно законспирировано, и блаженно вытянулся на травяной подстилке. - Итак, версия с нашествием марсиан отпадает, - произнес Крош и прошелся взад-вперед, заложив лапы за спину и сосредоточенно хмурясь. – Что там в списке осталось? Ёжик перевернул страницу и дрожащим голосом зачитал: - «Он узнал что-то о нашем секрете и решил выследить, где он спрятан»! – в его голосе прорезалась паника. – Крош, это катастрофа! - Спокойно! Рано впадать в отчаяние, - отозвался кролик, нервно постукивая ногой по земле. – Если Бараш правда что-то выяснил, то зачем он нам задавал вопросы? Ведь ясно же было, что это вызовет подозрения! - А может, это был намек? – предположил любитель кактусов. – Мол, «я всё знаю»? Может, он нас шантажировать готовится! - Не исключено, - кивнул Крош и помрачнел. – Значит, мы должны срочно всё перепрятать! И избавиться от улик! - Ага, а если Бараш как раз будет следить за нами? Если… если он уже сейчас следит?! – выпалил Ёжик и в ужасе прикрыл рот ладонью. Кролик быстро зыркнул по сторонам и наигранно весело воскликнул: - Да никто за нами не следит! И вообще, по-моему, мы зря опасаемся! Зачем Барашу, - он подмигнул другу, - ящик прошлогодней морковки? И, понизив голос до шепота, добавил: - Отходим к моему дому, спокойно, не торопясь… Ёжик поморгал, вникая в происходящее, и поднялся с земли. - Действительно! – громко и ненатурально засмеялся он. – Вряд ли перемерзшая морковь может помочь вдохновению! - А фантики, кроме тебя, вообще никто не собирает! – хлопнул его по плечу Крош. - Угу, - кивнул коллекционер, тревожно озираясь и торопливо прожевывая свой список. - Аха, значит, так… Объект проявляет повышенный интерес к возможности заинтриговать окружающих, однако… ммм… это не является самоцелью, а выступает как… - Кхм-кхм, - нарочито звучно кашлянул Бараш. Исследователь подскочил на стуле и резко обернулся, пряча за спину блокнот. - А, это вы, друг мой внезапный! – немного расслабился он. – Чем могу быть полезен? - Мы это уже обсуждали. Вчера, - хмуро ответил вошедший. - Ах да, конечно-конечно! Я просто тут… - лось покосился себе за спину, - немного отвлекся… - Ты готов? – прервал его Бараш. - Эээ… - К свиданию готов? – еще более мрачно пояснил визитер. - Я… как бы это ска… ну, то есть… не вполне понима… - «Он что, подслушивал? – бешено завертелось в голове. – Так, звуковые волны в воздушной среде распространяются на… Стоп! Окно же было открыто! Как же выкручиваться?!» - Понятно… - проворчал Бараш. – Небось и не думал готовиться… Ладно, держи! Он протянул Лосяшу пышный букет роз. - Эээ… благодарю, но… - Это для дамы! – выразительно постучал себя по лбу поэт. – И вот, еще… На стол приземлился красный галстук-бабочка в веселенький горошек. - Нет уж, от этого увольте! – не сдержался ученый. – Что за… - Надень, - внушительно произнес Бараш. - Да глупости… - А я тебе говорю, надень! - А я вам отвечаю: нет! Если уж вы так настаиваете, то я воспользуюсь своей бабочкой… она и по цвету мне подходит… и по форме меня устраивает… - Ну ладно, - сдался поэт. – А зубы ты сегодня чистил? - Я бы вас попросил… - возмущенно начал Лосяш, и собеседник примирительно выставил вперед копыта: - Всё, молчу-молчу… И сразу же не сдержался: - Ну, собирайся быстрее, вдруг она куда-то уйдет! Копаясь в шкафу в поисках галстука, подставной ухажер рассеянно отмахнулся: - Да никуда она не уйдет, друг мой беспокойный, мы договаривались на восемь… - А, ну тогда хорошо, - облегченно выдохнул Бараш, и тут же насторожился, буравя взглядом спину сообщника. – Минуточку! А что значит «мы договаривались»? Не оборачиваясь, лось прерывисто вздохнул, что вполне могло означать: «Как я устал от глупых вопросов!» - Это значит, - процедил он напряженно, - что я заранее ее пригласил! На прогулку! Со мной! «Эксперимент грозит выйти из-под контроля, но я сознательно иду на риск», - черкнул ученый в блокноте, и, сунув его в стопку белья, наконец обернулся: - А вот и моя бабочка! Надеюсь, претензий к стилю не последует? Придирчиво наблюдая за тем, как Лосяш повязывает на шею что-то кипенно-белое и элегантно-атласное, Бараш проскрипел: - Сойдёт… - Всё, не могу больше, - простонал Ёжик, прислоняясь к стене. – И как тебя угораздило потоп устроить? - Да ладно, тут осталось-то ведра три, не больше, - отозвался его друг, не переставая возить тряпкой по полу. – Ты, что ли, книжки про шпионов не читал? Там герои всегда обсуждают всё важное в ванной… Открыв воду на всю катушку, чтоб не могли подслушать! Кто ж знал, что раковина пробкой заткнута? Я ее вообще никогда не затыкаю! Ёжик закатил глаза: - А кто в ней час назад шины заклеенные проверял? Забыл уже? - Нуу… вот и напомнил бы мне об этом вовремя! – конспиратор усиленно выжимал тряпку в ведро. – А сейчас ты просто нудишь… Зато мы составили отличный план! - Хотелось бы верить… Сколько там до выхода осталось? - Да много еще, - бросив взгляд на часы, отозвался кролик. – В сумерках пойдем. Ближе к закату низину заволокло сыростью, и застарелый радикулит начал настойчиво напоминать о себе, несмотря на теплый плед. «Кажется, я неудачно выбрал место, - недовольно поморщился Кар-Карыч. – В этих ельниках всегда такая промозглая, нездоровая атмосфера! Ну, да ладно, терпеть это осталось недолго, скоро я буду дома, в уютной постели…» Он вылил в походную кружку остатки чая из термоса и выпил их мелкими глотками. Затем достал прибор ночного видения, одолженный накануне у Пина, и положил его рядом, чтобы долго не копаться в рюкзаке, когда совсем стемнеет. Начертив на щеке последнюю полосу, Бараш отряхнул влажную землю с копыт и поправил молодые зеленые ветки, норовящие свалиться с головы. - Я готов, - торжественно произнес он, набрал воздуху в грудь и пустился короткими перебежками по кустам, подбираясь всё ближе к домику Нюши. На тропинке показался Лосяш. Он шел, вслух рассуждая о чем-то, и увлеченно размахивал букетом, словно это был банный веник. Бараш, наблюдающий из кустов, тяжело вздохнул и покачал головой. - Добрый вечер, любезная моя, вот и я! – воскликнул лось, постучавшись. – Ну что, прогуляемся? - Ой, я еще не готова, подожди две минуточки! – прощебетала Нюша, которая уже полтора часа изнывала от нетерпения, ожидая назначенного времени. - Хорошо, - ответил ученый, рассеянно обрывая с цветов лепестки. - Неспешная вы моя, прошло ровно две минуты! – объявил он вскоре. – Вы уже достаточно нас задержали! Точность – вежливость коро… - тут его внимание привлек какой-то звук, и он на миг обернулся. Бараш в своем укрытии отчаянно схватился за голову, не замечая, что с треском ломает свои маскировочные ветки. Как себя ведет этот Лосяш? Да это неслыханно! - Это неслыханно, Лосяш! – сердито зашептала из-за двери Нюша. – Делать замечание даме – это верх невоспитанности! - Э… в самом деле? – удивился труженик науки. - В самом деле! – рявкнула дама. – Так что – жди, терпеливо и безропотно! - Хм… ладно, я приму это к сведению… - Да уж будь любезен! Выдержав необходимую, по ее мнению, паузу, Нюша наконец изволила открыть дверь и предстала на пороге во всей красе, изящно выставив ножку и чуть приподняв точеный каблук. Потрясенный Бараш привстал, вдруг совсем забыв дышать, и приоткрыл рот, дрожа от восторга. На ней было что-то струящееся, воздушное, сотканное из облаков… Пламенеющие пряди красиво ниспадали из-под изысканной шляпки. Полуприкрытые глаза смотрели томно и загадочно, но при этом их взгляд был как выстрел, попадающий прямо в сердце. На миг в этих прекрасных изумрудных глазах промелькнуло лукавство, приглушенное легкой дымчатой вуалью… - А эта занавеска на лице вам не помешает? – озабоченно осведомился Лосяш. Поэт с шумом рухнул обратно в кусты. - Я… забыла… сумочку, - процедила Нюша сквозь зубы и вернулась в дом, хлопнув дверью с такой силой, что в оконных рамах зазвенели стекла. - Лосяш, что ты делаешь?! – раздалось из-за дверей ее шипение спустя несколько секунд. - Жду, - ответил тот, - терпеливо и безропотно… А в чем, собственно, дело? - Я почти уверена, что Бараш сейчас следит за нами! И покатывается от хохота! – прошептала взбешенная барышня. Барашу было не до смеха. Он лежал в своем укрытии, схватившись за голову и проклиная себя за дурацкий план. Этот… этот умник всё испортит! Погрузившись в свое отчаяние, он не услышал, как Нюша объясняет незадачливому ухажеру значение слова «комплимент», перемежая свое объяснение ругательствами. Собравшись с духом, первая красавица долины вышла на крыльцо и послала Лосяшу убийственный взгляд. «Ну?» - Вы чудесно выглядите! – преувеличенно восторженно воскликнул тот, и с таким жаром всплеснул копытами, что букет улетел на крышу. «И она еще называет меня никудышным кавалером!» - свирепо стиснул зубы Бараш. Натянуто улыбаясь, хрюшка быстро шепнула: - Предложи даме руку. - Простите? – не расслышал ученый. - Твою. Руку. – с расстановкой повторила Нюша. - Ааа… - лось, похоже, пребывал в замешательстве. – Да-да… гм… Любезная моя, вы так очаровательны! Я хочу предложить вам мою руку! Поэт повалился на спину, ломая кусты, и забился в истерике. - Давай, и сердце еще предложи! – простонал он. – Пригласил на прогулку – тут же замуж позвал, правильно, чего тянуть-то? Он что, издевается, болван астрономический? Рыцарь лупы и пробирки! Или правда так представляет себе ухаживания? Угораздило же ляпнуть… Переведя дух, Бараш опустился на четвереньки и пополз под прикрытием растительности вслед удаляющейся парочке. «Пора», - решил Карыч и двинулся к выходу из шалаша, но тут его остановил чей-то голос, внезапно раздавшийся поблизости. - Да где-то здесь, точно! Я вон ту ёлку запомнил! – твердил Ёжик. – Посвети-ка получше! - Нет, ты что-то путаешь! - ответил Крош. - Давай сюда! Голоса приближались. «Сейчас найдут», - ворон забился в угол и зажмурился. Нечего сказать, в хорошеньком он оказался положении! Они что же, выследили его? И как он сейчас будет им объяснять, зачем тут от всех прячется? Вот же старый дурак! Луч фонарика скользнул по переплетенным ветвям, совсем рядом… - Нашел! – радостно воскликнул Ёжик. «Ну, всё…» Раздался непонятный шорох, еще и еще… Сквозь неплотные стенки шалаша в съежившегося Кар-Карыча полетели комья земли. Выждав несколько секунд, он недоуменно открыл глаза и уставился в щелочку на двух друзей, быстро орудующих лопатами. - Вот он, Ёжик, смотри! – вскричал Крош. – Помоги вы…тащить… Пыхтя, они выволокли из земли что-то тяжелое и бухнули в тележку. Ворон присмотрелся повнимательнее… - Батюшки! – почти беззвучно прошептал он. – Это же мой чемодан! Тот, в котором… О нет! Надо вернуть его во что бы то ни стало, вдруг они еще не успели увидеть… И он по-пластунски двинулся за друзьями. - Смотрите-ка, прогноз оправдался! – жизнерадостно воскликнул Лосяш, раскрывая зонт. Нюша кисло посмотрела на спутника, затем перевела взгляд на свой зонтик и тяжко вздохнула. - Что случилось, опечаленная вы моя? – поинтересовался любитель экспериментов. – Что-то не так с вашим зонтом? - Он от солнца, - хмуро пояснила свинка, даже не пытаясь как-то прикрыться от падающих сверху холодных капель. - Что? – хохотнул лось. - От солнца?! Но весь день было пасмурно! - Я знаю, - бесцветным голосом произнесла она, равнодушная уже ко всему происходящему. Нечего сказать, удалась прогулочка… Как вот объяснить этому твердолобому приверженцу науки, что ажурный зонтик от солнца лучше сочетается с ее нарядом? Лосяш притянул спутницу к себе, и она почувствовала себя немного лучше под защитой его зонта. Однако из чистого упрямства продолжала хмуриться. Полностью уйдя в свои переживания, она неожиданно поскользнулась, потеряла равновесие… и непременно упала бы, если бы Лосяш ее не подхватил. - Осторожнее, задумчивая вы моя! - А… ага… - выдохнула Нюша. И, взглянув вниз, потеряла дар речи. Изящный сверкающий каблук сиротливо лежал в луже, и по нему барабанили частые капли. Это было уже слишком! - Похоже, что наша прогулка подошла к концу, - спокойно констатировал Лосяш. – Придется отправляться домой. Нюша начала звереть. - Ты что, совсем с катушек съехал?! – взревела она. – Как, спрашивается, я пойду?! - О, эта проблема решается очень просто, - невозмутимо ответил ученый, передал ей зонт и, не обращая внимания на слякоть, опустился на одно колено. «Надо же, ну неужели догадался!» - ядовито подумала принцесса долины и приготовилась удобно устроиться на руках у спутника... Крррак!!! - Таким образом, путем несложной операции мы достигаем относительной симметрии, и проблема равновесия… В течение минуты Нюша ничего не могла, кроме как оторопело хлопать глазами. Потом в ее груди медленно стал зарождаться хищный утробный рык, стремительно набирающий обороты… - Вспыльчивая моя, держите себя в руках! – попятился Лосяш, выставив перед собой копыта. - Я тебе сейчас покажу «проблема равновесия»! У тебя у самого щас будет проблема равновесия! – наконец выкрикнула Нюша, перехватывая зонт поудобнее. - Не надо… так эмоционально… реагировать… на пустяки... – помотал головой ученый и, развернувшись, пустился наутек. Взревев повторно, хрюшка бросилась следом. - Вот видите! – торжествующе восклицал Лосяш, оборачиваясь на бегу через плечо, - видите, какой скорости вы достигли благодаря… - Уж я тебя поблагодарю! В близлежащем кустарнике заливался гомерическим хохотом промокший до нитки и заляпанный грязью Бараш. - Здорово, ребятки! – весело поприветствовал Копатыч двух неразлучных друзей. – Гляньте, какой улов! – он хвастливо покачал ведром. - Ух ты… - пробормотал Крош, безуспешно пытаясь загородить собой тележку. – Поздравляем… - А чавой-та вы там везете? – покосился на тележку рыбак. - Да это… - промямлил Ёжик. – Это… в общем… - А это… это мы подарок тебе везем! - выпалил кролик, обернувшись к любителю фантиков и сделав страшные глаза. - Да ну? – удивился медведь. – Ну, спасибо, не ожидал... А чаво там? - Это… понимаешь, такое… Короче, страшно полезная штука! – воскликнул Крош. – Я тут вычитал в одном журнале, что если закопать в огороде чемодан с камнями… с особыми такими камнями… - Редкими очень… - поддакнул Ёжик. - То… ммм… урожай… будет очень богатый! – вдохновенно плел Крош. - Богаче некуда! – снова поддержал его друг. - Во как, - сдвинув шляпу на лоб, озадаченно почесал затылок Копатыч. – Никада не слыхал… Переглянувшись, друзья наперебой стали излагать: - И мы… эээ… эти редкие камни для тебя отыскали! - Хотели сюрприз сделать… - Сами закопать… - Вот ты осенью бы удивился! - Но раз уж теперь всё равно увидел… - Забирай! – в один голос воскликнули Крош и Ёжик, щедрым жестом указывая на чемодан. - Тележку можешь взять, потом вернешь, - скороговоркой добавил кролик. - Эээ… спасибо… спасибо, ребятки, - немного растерялся Копатыч, принимая подарок. - Завтра ж с утречка и закопаю … - Забыл сказать! – хлопнул себя по лбу Крош. – Это нужно делать ночью, в темноте… - И желательно в дождь, - пискнул Ёжик. - Укуси меня пчела! – снова почесал затылок медведь. – Ну, раз так… тады ладно… Рыбу вот тока в дом занесу… - Ничего не понимаю! – сощурился Кар-Карыч, наблюдая из-за дальнего холма за тем, как Копатыч разворачивает тележку к своей избушке. – Ему-то зачем понадобились мои… Или они еще не знают, что там? Странно… если не знают, то почему отдали? Любопытство вдруг отшибло? А если знают, тогда тем более – зачем? Может, это все-таки не мой чемодан? Мало ли старых, потертых чемоданов с никелированными уголками! Надо проверить… И ворон рысцой припустил к своему дому. - Предлагаю… уфф… перемирие… - тяжело выдохнул запыхавшийся доктор наук, опускаясь на землю. - Ладно уж! – махнула копытцем Нюша. – Иди под зонт, хватит мокнуть! - Вы его для начала раскройте, темпераментная моя, - подстраховался Лосяш, – а то у меня имеются некоторые опасения… Плотный водонепроницаемый купол щелкнул, раскрываясь. - Ну и пробежка, - покачал головой ученый. - Да уж, - согласилась свинка, прислоняясь к нему. – Не променад, а скачки какие-то! Они помолчали, переводя дыхание. - А вы были правы, в прогулках под дождем есть нечто особенное… - мечтательно произнес Лосяш. – Дождь, как и всякое дисперсное явление, имеет свойство… Но позвольте, вы плачете? Уткнувшись в его плечо, Нюша мелко всхлипывала, вздрагивая всем телом. - Дис… дисперсное… явление?! – выговорила она наконец, задыхаясь от смеха. - Прошу прощения… но что смешного вы в этом находите? – удивился лось. – Я рассуждаю со всей… серьез… Дружный хохот разнесся по окрестностям. - Ненормальные! Парочка резко обернулась на возглас. Уперев крылья в бока, Совунья укоризненно покачала головой. - Немедленно встаньте с мокрой земли! Вы простудитесь! - Заботливая моя, вы же всегда выступали в защиту закалки! - весело возразил Лосяш, поднимаясь и протягивая копыто Нюше. Сова задохнулась от возмущения. - Закалка, дорогие мои, проводится по-другому! А то, чем вы занимаетесь… а кстати, чем вы тут занимаетесь? - Гуляем, - ответила свинка и звонко хрюкнула. Поборница здорового образа жизни взглянула на нее – и ахнула, прижимая крылья к щекам: - Нюша! Что это за грязные лохмотья на тебе? Ужас! Ужас! Так, оба! Ну-ка, марш ко мне! Без разговоров! Это ж надо додуматься – прогулки в такую погоду! А потом грипп, пойдут осложнения, перекинется еще на что-нибудь… - Букет жалко, - шепнула Нюша Лосяшу и зарделась от собственной откровенности. – Он был красивый… - Да пустяки! Он был от… - лось чуть не брякнул «от Бараша», но вовремя прикусил язык. – Он был несколько потрепан, романтичная вы моя… - … и пожалуйста, пневмония! А начинается все с таких вот прогулок! – нравоучительно подняла крыло Совунья. – Держите одеяла, чайник сейчас закипит… Это ж надо – прогулки! Заваривая сбор согревающих трав, сова оглянулась на своих неожиданных пациентов и пожала плечами. - И ведь нашли же что-то общее… - вполголоса пробормотала она. - С ума сойти! - Ну, где же, где я его в последний раз видел? – причитал Карыч, мечась по дому. Он уже проверил все шкафы, заглянул в стол, под кровать, и даже перетряс постель. Желаемого результата эти лихорадочные поиски не дали, зато в комнате образовался знатный погром. Половина занавесей оборвалась. Рояль был сдвинут к самой входной двери. Пестрый ворох вещей валялся на полу, гремя, перекатываясь и цепляясь за ноги. - Кажется, мой чемодан всё-таки у Копатыча, - обреченно проговорил ворон и прислонился спиной к роялю. – Эээй, куда?! Коварный инструмент, получивший последний необходимый толчок, с грохотом проломил фасад и, набирая ускорение, покатился вниз. - Держи его! Держи! – закричал Кар-Карыч, сам не зная, к кому обращается, и бросился вдогонку. Гоночный рояль со страшным скрипом и треском вломился в заросли, и спустя мгновение из них раздался оглушительный вопль: - Ляяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!!! Суетливо раздвигая ветки, артист побежал на звук. В самой гуще кустарника он внезапно обнаружил ранимую, тонко чувствующую натуру, держащуюся одним копытом за лоб, а вторым – за глаз. - Бараш? - поразился Карыч. – Как ты здесь оказался? - Лушше шкажи мне, как ждеш окажался рояль… - слабо прошепелявил тот. Ворон беспомощно развел крыльями. - Случайно, дружище… Совершенно случайно! - Ну, яшно, - кивнув, прошамкал поэт. И упал в обморок. ___________________________________________________________________ Аперту́ра - здесь — действующее отверстие оптического прибора, определяемое размерами линз или диафрагмами. Линзовые телескопы по сравнению с зеркальными значительно ограничены в возможностях расширения апертуры. Диспе́рсный – рассеянный, рассыпанный, раздробленный. (Диспе́рсная систе́ма — это образования из двух или более числа фаз (тел), которые совершенно или практически не смешиваются и не реагируют друг с другом химически. Первое из веществ (дисперсная фаза) мелко распределено во втором (дисперсионная среда). Здесь – попросту неоднородное погодное явление, характеризующееся рассеиванием. Хромати́ческая аберра́ция — паразитная дисперсия света, проходящего через оптическую систему . Приводит к снижению чёткости изображения, а иногда также и к появлению на нём цветных контуров, полос, пятен, которые у предмета отсутствуют. Весьма характерна для линзовых телескопов (рефракторов). У рефлекторов, напротив, отсутствует.