Я никогда не буду твоей

… – Думаешь, это оно? Это слишком похоже на то, что они когда-то делали с Полом. Он задавал ей глупый вопрос, она отвечала, и вопрос оказывался наводящим. Пол умел заставить ее говорить. И теперь Рейчел ведет себя как Пол. Это логично – они вроде как одно целое. Но с другой стороны Ли кажется, что в этом есть что-то в корне неправильное. В конце концов, Пол был ее другом. Пол, а не Рейчел. – Что? – переспрашивает она. Притворяется. – Импринтинг. Ли пожимает плечами. Она не знает. И она хотела бы не думать об этом, но… … что если где-то потом, в отдаленном или даже в самом ближайшем будущем, это произойдет? Что если она вдруг окажется для кого-то Сэмом? Что если она, прекрасно зная, как это, поступит так же? – Ты почти каждую ночь домой не приходишь, – подмигивает Рейчел. Как будто она знает, что это такое. Они определенно не друзья. Ли и Ноэль – что угодно, кроме друзей. Ли даже не уверена, что между ними можно ставить союз «и» - превращать это во что-то серьезное и, может, даже слишком серьезное. Ли и Сэм – это было серьезно. Все остальное? Нет. Она практически ничего о нем не знает. Они мало разговаривают. Милые глупости, которыми они когда-то занимались с Полом? Это прошлое. Она закрыта от Ноэля – как будто бы ее сознание, ее «я» отгородилось от него тяжелой железной дверью. Раскрываться для кого-то – это слишком больно. Те, кто не дорог нам, не могут причинить нам боли. Он ей нравится. Это да. Все остальное? Она не знает. – … когда он приедет. – Кто приедет? – переспрашивает она. Рейчел закатывает глаза – ее задевает привычка Ли пропускать большую часть ее слов мимо ушей. – Пол. – Пол приедет? И пауза – из тех, что называют многозначительными. Рейчел молчит, покусывая нижнюю губу, Ли поднимает голову от статьи. Она почти чувствует, что будет дальше. – Мне надо с ним поговорить, – Рейчел медлит. Да, Ли усиленно делала вид, что друзья Пола – ее друзья. Да, Ли вела себя как понимающая все, что можно понимать, девушка, и никогда не позволяла себе относится к Рейчел как к Эмили. Эмили сделала ей больно. Даже нет, не Эмили – Сэм сделал ей больно, очень больно, слишком больно… Эмили просто была с Сэмом. А Пол – не Сэм. И Ли даже специально попросила, чтобы их с Рейчел поселили в одной комнате. Потому что они, вроде как, подруги. Но все равно – Ли это Ли. Злючка Ли. Поэтому Рейчел медлит, прежде чем добавить, – … я беременна. Упс! – А, – Животная часть Ли уже делает то, что сделала бы волчица внутри нее – бросается вперед. Но Ли-человек улыбается. – Папаша-Пол. Рейчел улыбается в ответ. … Она просто делает вид, что этого нет. Слишком больно думать о том, что могло бы быть если… Слишком больно вспоминать те моменты, когда она уже решилась, что все должно измениться. Когда она была готова сказать… что-то важное. Она не знает (притворяется, что не знает) что, но это было важно. Упущенные возможности ее жизни собираются в одну длинную цепь, и эта цепь затягивается вокруг нее все сильнее и сильнее. И, наверное, в этом есть какой-то скрытый смысл, что тогда, когда она почти начинает снова задыхаться, она приходит к Ноэлю. … Она почти уверена, что застанет его с кем-нибудь. Суббота вечер, и весь колледж наслаждается жизнью. Даже отсюда слышна музыка и перебивающие ее крики, даже сюда пробиваются яркие лучи сине-желто-красного света. Ноэль никогда и ничего ей не обещал, а она никогда и ничего не просила – разве что однажды, случайно, но он и тогда ничего не пообещал. И они ничем друг другу не обязаны. Она почти уверена, что у него сейчас какая-нибудь красивая блондинка – белокожая, стройная, вроде президента студсовета Лорен Меллори, но когда Ноэль открывает ей дверь и пропускает ее внутрь – он один. – Привет, - говорит она. Самое банальное в мире приветствие. Он улыбается. На его столе куча книг и старых журнальных вырезок – что-то об охоте на вампиров в средние века. Ли встряхивает головой, отгоняя ненужные ассоциации – это она тут выродок, а он (вроде бы) нормальный. Она заправляет отросшие пряди волос за уши. – Мне просто захотелось… (… прикоснуться к кому-то, обнять кого-то, почувствовать себя чьей-то.) – У меня есть кола и пицца, – говорит он. Ли кивает. Когда он проходит мимо нее, она тянется было, чтобы прикоснуться к нему, но замирает, так и не дотронувшись. Почему-то не решается. … Телефон звонит, когда они, растянувшись на полу, кормят друг друга пиццей. – Привет, сестренка, – сквозь шум помех пробивается голос Сэта. – Давно тебя не слышно. Мы тут с Джейком уже скучать начали. Ли выходит на балкон и плотно закрывает за собой дверь. Ноэль смотрит ей вслед; ей кажется, что в его взгляде что-то есть, но она не успевает понять что именно. Просто отмечает этот факт. Для себя. – Не по телефону же, - шипит она. – Среднестатистическим обывателям не дано суперслуха, – хохочет Сэт. Его голос сильно изменился за последний год – еще одно напоминание, что ее маленький брат уже не маленький. Но все еще брат. – Мало ли. – С кем ты там путаешься-то? Кажется… – Заткнись, малыш! - рявкает Ли тоном очень злой старшей сестры. Но в ее голосе нет прежней озлобленности, к которой все так привыкли в Ла Пуш, и Сэт только фыркает: – Вот если б ты рядом была, я б, может, еще и испугался, а так… В переводе – «я скучаю по тебе, сестренка». – Я тоже. – Джейк хочет с тобой поговорить. Поговорить. Телефоны, подслушивающие устройства и глобальная паранойя. А значит, что дело плохо… – Что там у вас? … Она возвращается обратно в комнату и нагибается за своей сумкой. Ноэль растянулся на полу все в той же позе, только голову повернул, когда балконная дверь громко, надсадно скрипнула. Ли думает, что не должна ничего ему объяснять, но… … что-то приказывает ей объяснить. Что-то непреодолимо, непреклонно подталкивает ее к тому, чтобы сесть рядом с ним на пол, отодвинуть в сторону коробку с пиццей и рассказать ему всю свою историю – от начала и до конца, со всеми ее сверхъестественными подробностями. Ли сопротивляется. – Тебе не понравилась пицца, – усмехается он. Усмешка почти обычная, почти как всегда, но что-то в ней все-таки не так. Что-то в ней есть – ненормальное, нечеловеческое. Или наоборот – нормальное? Что-то… злое? Разочарованное? – Мне позвонить надо, – выдавливает она. – Дома… – А, - произносит он уже тогда, когда становится ясно, что она не будет продолжать. Поднимается с пола и легко притягивает ее к себе. Она обнимает его в ответ. – Знаешь… наш мир сходит с ума… …