Valkyries

Коснись губами глаз моих, Дай мне проснуться – и прозреть! Последний бой давно утих, И крылья распластала смерть… © Ветер Воды - Валькирия

Тресдин Ты помнишь тот миг, когда мы столкнулись впервые? Мой город ещё не лежал в руинах, а твои крылья прекрасными знаменами развевались за твоей спиной. Насмешливый командир Бронзового Легиона – не говори, что не помнишь, как приняла меня за мужчину. Впрочем, это мне привычно. Те, для кого война стала жизнью, не имеют права быть слабыми женщинами. Но ты и так это знаешь. Ведь под твоими знаменами, принцесса, не ставшая королевой, летел твой отряд. Твой Легион. Помнишь нашу первую дуэль? Это была прекрасная и достойная схватка, за которой наблюдали наши отряды. Немного ограничения твоей свободы, ведь ты не могла взмыть выше, чем под потолок Каменного Зала, - но ты сама сказала, что это будет честно, если мы будем сражаться под сводами, а не под открытым небом. Ты всегда была гордой и справедливой птицей, которой восхищалась даже я. Это не было победой. Это не было поражением. Эта дуэль была самой долгой – и продолжалась до заката. Мы уже путали кровь с красными лучами солнца, пробивающимися в высокие окна зала. А наши воины смотрели за нами, верные своим командирам. Это была не схватка нас – это было сражение за честь наших отрядов. Это было ничьей. Последнее столкновение двух лезвий, звон стали и высекаемые искры. Моя алебарда чертит на твоем лице кровавую полосу – и в тот же миг твой изогнутый скайрасский клинок рассекает мою щеку. Как поцелуй, кровавый и жесткий поцелуй двух валькирий, признавших свое равенство. Мы ещё можем сражаться дальше, но на этом всё – и мы опускаем клинки с последним звоном колоколов, с последним лучом солнца, скрывшимся за горизонтом. Это была прекрасная ничья, моя принцесса. Единственная в моей жизни ничья. Помнишь ли ты свой полет, когда наши армии вместе шли к победе? Как наяву я помню твой призывный крик - крик ястреба, этот гонг за мгновение до начала резни. Ты летишь в небесах, я ступаю по земле... И жажда нового сражения, новой смертельной схватки полыхает в наших глазах – и глазах тех, кого мы ведем за собой в этот бой. Ведь мы рождены сражаться, мы рождены побеждать. Да, Шендельзар? Я не слышу твоего ответа – за новым звоном клинков, новыми криками и опьяняющим запахом крови и смерти. Но я знаю, что ты согласишься со мной.

Я дочь ветров – в моих глазах Горел сиянием восход, И там, где тают облака, Прочерчен кровью мой полет!

Шендельзар Красивый ты человек, Тресдин. Как ты похожа на скайраса – если б только у тебя были крылья! Мне так хочется повторить тот танец-дуэль, но уже в небесной выси. Жаль, что люди не умеют летать. Когда эта схватка закончится – и два командира небесного и земного отрядов в очередной раз перемахнутся коротким приветствием, - я б хотела поднять тебя в окровавленную зарю, дать тебе почувствовать всю прелесть полета, полета после окрыляющей победы. И пусть даже у нас всего одна пара крыльев на нас двоих - пускай хоть ненадолго они будут и твоими крыльями тоже. Как же хочется забыть свой титул – и просто взлететь в раскрашенное в оттенки крови небо вместе с тобой. Но мое положение не позволяет подойти к тебе чуть ближе: и две валькирии могут лишь обменяться рукопожатием прежде чем уйти к своим армиям ждать нового боя. Красные знамена за твоей спиной так похожи на крылья. Мне на плечо ложится знакомая рука, заставляющая встрепенуться, вмиг вылетев из бездны размышлений. Драгонас. Мой верный маг… Нет, не надо беспокойства, со мной всё хорошо. Погоди… да ты ранен! Не прячь от меня свои раны. Ведь ты – часть моего отряда, а значит, и часть меня. Твои раны – это и мои раны тоже. Беспечная птица - я так легко забываю о своих недавних тяжелых мыслях, ругая неосторожного, как наивный птенец, мага, кинувшегося в сражение в первых рядах… Командиры должны быть со своими отрядами.

Я знала только звук войны, Когда клинок ломал клинок И человечества сыны Валялись мертвыми у ног

Тресдин Ты танцуешь в облаках, прекрасное белокрылое создание. Ты поешь - и твой голос звучит как вдохновляющий зов, твой прекрасный голос певчей птицы, ведущей за собой небесный отряд. Мы ещё не знаем, что вскоре твой, но ставший совсем иным, голос будет волной ужаса прокатываться по рядам врагов, а твой злой шепот бескрылой птицы звенящими колоколами войны звать твоих союзников в бой, заставляя вспомнить всех и каждого в схватке все свои личные счеты - и выплеснуть ярость в едином порыве. Но всё это будет потом. А сейчас ты еще беспечно танцуешь в глубинах неба, играя со своим влюбленным птенцом. Что ты чувствуешь к нему, магу из своей армии, принцесса? Любишь ли его так, как он тебя? Вы так забавны, две небесных птицы, беспечно играющие под самыми облаками после жестокой схватки, оставившей на земле кровь, кости и запах смерти. В этом мы похожи. Мы не жалеем убитых и павших. Мы лишь провожаем своих в последнюю дорогу – и насмехаемся над поверженными врагами, уже безжизненной грудой мяса и костей лежащими у наших ног.

И в час, когда закат смывал Лучами высохшую кровь И призрак смерти танцевал На груде сорванных голов.

Мне впервые немного жалко, что у меня нет крыльев… Я просто улыбаюсь, стирая кровь и остатки чьих-то внутренностей со своей алебарды – и смотря в такую манящую и такую недоступную высь, где алый закат медленно смывается ночными сумерками. Практически стемнело. Оба отряда уже на ночлеге – лишь я сижу на поле отгремевшего сражения, смотря в темную бездну с раскиданными, как перья, облаками. И отправив мага к своему отряду, ты подлетаешь ко мне - и садишься на камень рядом, с любопытством разглядывая мое оружие. Странное? Ах, да, вы же привыкли пользоваться другим. Видала я девочку из вашего крыла - остроперую ехидную бестию с двумя смертоносными клинками, похожими на перья. Как, говоришь, ее зовут? Хех. Неужели ты и правда помнишь имя каждого из своего отряда? Тогда позволь мне протянуть и пожать твою пернатую руку - я тоже. Ведь я и мои солдаты - один Легион. - Для меня тоже. Я лишь чуть усмехаюсь. Что это? Лишь красивые слова - или ты и правда понимаешь, что мой Легион значит для меня? Ты так долго молчишь, прежде чем задать вопрос, но когда ты начинаешь говорить, ты беспечно и радостно смеешься. Небо? Заманчивое предложение, моя принцесса, но по плечам ли тебе, такой хрупкой и изящной птице, вес человека в доспехах? Хей! Воу, а ты не так слаба, как кажешься…! Помнишь ли сейчас ты тот миг, когда, так легко оторвав меня от земли, взмываешь со мной в темное небо? Я помню твой беспечный смех – и одно мгновение паники, когда я понимаю, насколько далеко позади остается моя родная земля. Но твои руки неожиданно крепки, а размах крыльев тверд и силен. Ты знаешь, мне нравятся сильные… Как жаль, что ты не в моем Легионе. Помнишь ли ты наш первый – и последний полет?