Valkyries

Я заперта в душе своей, Я позабыла имена, Я знаю, где-то здесь есть дверь, Но мне невидима она.

Шендельзар Я улыбаюсь – и плачу во сне. В глубоком смертельном сне, длящемся, кажется, века. Хотя кто знает, сколько на самом деле прошло времени? Сколько веков я лежу в саркофаге в покинутых руинах своего Гнезда, прижимая к себе бездыханное тело того, кто помог мне свершить месть – и умер от моих же рук? Лишенное крыльев существо, которое я так ненавидела – и так любила. Любила той частью себя, что была ещё скайрасом, а не одержимым местью духом. Того, кого я клялась отправить на тот свет следом за сестрой и бывшим возлюбленным, - и кого я убивала со слезами на лице. «Я – не ты, я не смогу жить без крыльев» Я сплю – и не вижу снов. Я не хочу признаваться, что не помню имен. Ни имени сестры, лишившей меня крыльев и отряда. Ни имени мага, предавшего меня. Ни имени моего милого задиристого воробушка – как же я кричала от боли и бессилия, когда ты умирала на моих руках…! Ни имени того, кто помог мне взлететь к Гнезду, кто был моими крыльями в свои последние часы. Но я помню одно имя. Имя своего командира. Я не хочу просыпаться, Тресдин. Если там, за стенками моего саркофага, за стенами руин Гнезда, и правда прошли века, я не увижу даже тебя – тогда зачем мне жить? Ведь месть уже свершена, а у меня не осталось никого – и лишь память о тебе и нашем первом и последнем полете греет мой вечный холодный сон. Я знаю, выход рядом. Протяни руку – и дверь откроется, выпустив меня обратно в реальность из царства мертвого сна. Но я не хочу возвращаться. Я боюсь не найти в новом мире тебя…

Сквозь сон я слышу звук шагов И голос, что меня зовет, И где-то очень глубоко, Я предрекаю свой восход.

Легион Мы идем сквозь пустынные залы, лежащие в руинах. Они так похожи на покинутые руины нашего города. Память сотен глаз, для которых та бойня была последней, воскрешает перед горящими глазами картины разрухи – и тварей, являющихся из Бездны. И память одних глаз, сквозь призму которых видел весь павший Легион, возрождает сражение в центре адских чертогов, когда в смертельном сражении глубоко в потусторонней пропасти танцевала одна лишь валькирия, объединившая в своем сердце весь свой отряд, давно истерзанными ошметками лежавший в холодной земле. Мы все помним тебя, последнего выжившего из нашего Легиона, Духа Мести. Мы смогли добраться сюда – и эхо наших шагов раздается в пустых залах. Я смогла взойти на пик – и мой голос, голос Легиона, раздается под холодными сводами мертвого и опустевшего Гнезда. Я знаю, что ты рядом, знаю тем странным чувством, что подарком Бездны – и её демонической отметкой легло на победителя последней дуэли. Я уже не человек. Я – весь наш Легион в одном лице. Мы свершили свою месть. Свершила ли возмездие ты, Шендельзар? Откликнись. Твой Легион зовет тебя, Валькирия.

Войди, войди в мой темный дом, Зажги свечу, что на окне, Пусть этот мир горит огнем, Мы не сгорим в его огне.

Под ногами хрустнули тонкие птичьи кости, рассыпались в прах крылья, некогда вырванные с костями из плеч предательницы. Так всё же испита до дна была чаша мести… наша прекрасная Валькирия, мы так гордимся тобой. Мы верили в тебя. Я верила. А вот и ты, лежишь на дне открытого саркофага, мирно, словно просто спишь. На тебе даже нет пыли, как на всем вокруг. Еле различимое слабое дыхание Духа, обнявшей полуистлевшие кости странного существа, некогда крылатого, но совсем непохожего на скайраса. Одного крыла нет, вырвано, а другое изорванным покрывалом накрыло твоё тонкое тело. И перед самой своей смертью это странное безлапое создание доверчиво уткнулось мордой в тонкое плечо Духа, уже зная, что её нож сейчас оборвет его жизнь. Что здесь было… кто знает. Рядом валяется клинок с давно засохшей кровью, а на твоей пепельной коже местами видны следы прилипших змеинных чешуек, брызги засохшего яда и пятна старой крови. Мирная улыбка на лице спящей Валькирии, и то полузабытое тепло, с которым она обнимала останки существа... Кем он стал для тебя?

Дай мне познать другую боль, Пусть это даже смертный грех, Позволь хоть миг побыть с тобой, Забыв, что я не человек…

- Проснись, - наши пальцы аккуратно стирают чешую с твоего лица. И вот тонкие зеленые блестки рассыпаются от одного касания. Сколько времени ты спишь в этом замке-склепе, вырвав с костями крылья своей сестры? Ведь и мы тоже не можем сказать, сколько прошло времени с того мига, как мы снова увидели небо и солнце над головой, выйдя из адского пламени. Наша гордая птица, нашедшая свое отмщение...

Забыв, что я могла летать, Что неба краски так ярки, И как приятно убивать, Одним движением руки.

Но не оно разорвало твой кровавый контракт со Скирок? Что-то немного большее…? - Твой Легион зовет тебя, - и голос наш впервые срывается на мой настоящий голос, голос единственного выжившего из нашей армии... Единственного ли? Проснись, моя Валькирия. Тебя ждем мы все. Тебя жду Я. Ты открываешь глаза - и по нашему лицу расплывается улыбка. Твои глаза... мы не помним, но помню я, как в них горел сиянием восход, когда ты вела, вдохновленная, за собой свою армию. И я помню ярость и месть в светящихся глазах Духа. Они снова прежние, прекрасные янтарные глаза юного ястреба... не то, что наш сейчас, пылающий взор Легиона. Ты вздрагиваешь - и от этого движения в прах рассыпаются останки существа, которое заснуло с тобой вечным сном. По твоему взгляду, со спокойным сожалением смотрящему на зеленовато-белый прах в руках, я все понимаю. Не печалься, девочка. Все близкие нам, воинам, остаются навеки с нами. Остаются нашим Легионом. Ведь мы знали лишь звук войны - и они шли за нами к нашим целям, ставшим их целями тоже. То живем как два берега - то как одной волной. Улыбнись. И поднимись. Я обнимаю тебя за плечи – они все такие же крепкие, несмотря на твой многолетний сон. Мой взгляд падает на твою спину. Среди черных перьев, оставшихся от прошлых крыльев, я вижу пробивающиеся белые пуховые еще перья - а пальцы нащупывают бугры на спине от вновь формирующихся костей. Ты еще не знаешь, ты еще не видишь, но за твоей спиной растут новые крылья, девочка. Мы чуть отстраняемся, держа тебя за плечи и заглядывая в глаза. Эти прекрасные глаза ястреба. Последнего живого из нашего Легиона. - Пойдешь со своим Легионом, Шендельзар?

Дай мне взглянуть на мир извне, И откровение познать, Я - жрица смерти на войне, Но я устала убивать.

Ты киваешь, поднимая свой клинок. Да я знаю. Все, кто тебе был дорог - мертвы. И твой прекрасный принц с белыми крыльями, и это странное существо, лишившееся крыльев... кстати, почему ты его убила? - «Я - не ты. Я не смогу жить без крыльев» - ты грустно улыбаешься. И я вижу в твоих глазах чужие желтые огоньки, на миг вспыхивающие в глубине. Наверное, так выглядела я, сидя когда-то давно над еще теплым трупом моего командира. Наверное, это проклятие и благословение нашего Легиона. И ты - его часть. До тех пор пока дышит хоть один из нас - мы все едины. Знай, что бы ни случилось, я всегда буду любить тебя – как часть себя. Пойдем, пора подставить лицо лучам восходящего солнца и встретить новую кровавую зарю. Мы рождены сражаться.

Я знаю - где-то есть любовь, Но только там, где нет войны Где не пугаются шагов И где спокойно видят сны…