Don't You Remember

Слова тяжело повисли между ними. Себастьян резко поменялся в лице, и что-то вроде вины кольнуло Курта в сердце, но он был слишком занят своими обидами, чтобы осознать это. Смайт неверяще смотрел на него, то открывая, то закрывая рот, будто хотел что-то сказать, но не мог выдавить ни звука. Они стояли друг напротив друга целую вечность, и, наконец, Себастьян, коротко посмотрев на Берта, вышел из квартиры, негромко хлопнув дверью. Курт медленно развернулся к отцу, все еще сидевшему на диване. Вина теперь уже ощутимо давала о себе знать, Хаммел-младший смущенно поднял глаза на отца и тут же ощетинился, заметив его осуждающий взгляд. - Что? – спросил он, скрещивая руки на груди. - Ты знаешь, что, - строго ответил Берт. Курт вздохнул и плюхнулся рядом с ним на диван. - Только не говори, что ты на его стороне. - При чем тут чья-то сторона? Бедный парень столько пережил в прошлые две недели, а ты снова растоптал его. – Курт прикусил губу и обхватил себя руками, словно ему стало холодно. – Я видел, как он сидел рядом с тобой днями и ночами, держал тебя за руку и почти беспрерывно бормотал всякую чепуху, которая сводилась лишь к одному – «не бросай меня, пожалуйста». Представь, каково ему было, когда ты пришел в себя и даже не вспомнил его. Курт тяжело сглотнул, избегая смотреть на отца. - Я не виноват, - слабо возразил он. – Я не виноват, что не помню. - Я и не говорю, что ты виноват, сынок. Но это не дает тебе права так с ним разговаривать. Глаза Курта снова обожгли слезы. - Это нечестно, - покачал он головой. – Я не мог выйти за него замуж. - Но ты вышел. Хаммел-младший, нахмурившись, посмотрел на отца. - Почему ты разговариваешь со мной так? Разве ты не видишь, каково мне приходится? Я не хотел жениться, пап. Я не могу быть замужем. Я не понимаю, как я мог сделать такое со своей жизнью. Я не попал в любимый колледж, и, даже если у меня есть работа, я не знаю теперь, что там делать. То, что я женат, только еще одна проблема, вот и все. Берт обнял сына за плечи и притянул его к себе. - Думаешь, я этого не понимаю? Ты очень хорошо держался до этого момента. Так что я не виню тебе за твой срыв. Но, Курт, ты замужем за очень хорошим парнем. И не смотри на меня так. Ты не помнишь того, что знаю я. Вам было очень хорошо вместе, хоть тебе и трудно в это сейчас поверить. Поэтому каждый раз, когда ты говоришь, что не мог жениться на нем, ты только унижаешь самого себя. Курт нахмурился. - Почему это? - Потому что ты не дурак. Когда ты соглашался на его предложение, ты ведь наверняка делал это потому, что хотел, и не думал о том, каким придурком он был в восемнадцать. Неужели ты считаешь, что мой сын настолько глуп, чтобы жениться на человеке без любви и желания? Курт не придумал, что ответить, и отвернулся от отца, сразу же наткнувшись взглядом на многочисленные фотографии, расставленные и развешанные по всей квартире. Десять лет счастливых воспоминаний, издевательски смотрящие на него из каждого угла. - Не думай, что развод решит твои проблемы, - продолжил Берт. – Все кончится тем, что твоя память вернется и ты осознаешь, какую ужасную ошибку совершил. Только будет уже поздно. Курт снова разрыдался, уткнувшись отцу в грудь. - Что мне делать, пап? - Ты со всем этим разберешься. А я буду с тобой, пока нужен. Ну и еще ты должен перестать обвинять Себастьяна в том, что он делает что-то неправильно. Позволь ему быть рядом и стать хотя бы твоим другом. Вот каково бы тебе было, если бы я проснулся завтра и начал отрицать, что ты мой сын? Кажется, именно этот довод поразил Курта больше всего, и он невольно крепче сжал в кулаках рубашку отца. - Я бы чувствовал себя потерянным, - тоненьким, почти детским голоском ответил он. - Я здесь, - мягко ответил Берт. – И, что важнее, ты здесь. Когда случилась эта авария, я думал… - он оборвал себя и сухо кашлянул. – Не имеет значения, вернутся к тебе воспоминания или нет. Даже без них ты лучший. Курт тихо всхлипнул и выпрямился, вытирая слезы. - Ладно, мне нужно в ванную, - сказал он, вставая с дивана. - Ты голоден? В холодильнике есть обед, если хочешь, я разогрею. Хаммел-младший кивнул и приподнял уголки губ в едва заметной улыбке. - Спасибо, пап. Курт быстро нашел нужную комнату. Она была больше, чем он ожидал, и, лишь взглянув да душевую кабинку, он сразу понял, что это будет его самым любимым местом в квартире. Было немного странно видеть пузырьки разных продукций на полке над раковиной, и Хаммел невольно задумался, какими из них пользуется он, а какими Себастьян. Он поймал себя на том, что рассматривает зубные щетки и думает, какая принадлежит ему – фиолетовая с уродливыми полосами или не менее дурацкая оранжевая. Вообще-то, это не имело особого значения, но подобные глупые размышления неплохо отвлекали. В конце концов, он пришел к выводу, что Себастьян пользуется обеими щетками, а он свою прячет где-то еще. Курт открыл маленький деревянный шкафчик, висящий на стене – он сам не знал, зачем, наверное, ожидал, что его щетка лежит там, - и тихо ахнул, наткнувшись взглядом на огромную бутылку смазки. Он тут же захлопнул дверцу и отвернулся, словно это зрелище выжгло ему глаза. Хаммел плеснул в лицо холодной водой и вышел из ванной комнаты, чтобы не увидеть чего-нибудь еще такого же компрометирующего. Ближе всего оказалась спальня, и он вошел в нее. Комната казалась очень удобной. В центре, придвинутая к стене, находилась двуспальная кровать с тумбочками по обеим сторонам, на каждой из них стояли маленькие, красиво оформленные лампы. Покрывало на постели ему понравилось – хоть оно и было простым, зато отлично вписывалось в цветовую гамму комнаты, и Курт решил, что он его выбирал. Но, несмотря на то, что в спальне было приятно находиться, Хаммел чувствовал, что это не его комната – уж слишком обезличена она была. Он понял, что был прав, когда вошел во вторую спальню. Вот в ней он чувствовал себя как дома. Дизайн здесь был более современным, чем в предыдущей, гостевой, видимо, комнате, потому что они с Себастьяном (и Курт все еще чувствовал приступы паники, когда думал об этом) наверняка спали вместе. Курт подошел ближе к простой, но не менее стильной кровати, вздыхая и запрещая себе думать о том, что они со Смайтом могли на ней вытворять. Над ней висела огромная картина с абстракцией, личные фотографии были расположены на стене напротив. Хаммел подошел и к ним, чтобы изучить повнимательнее. В голове и ушах внезапно зазвенело от потока звуков и неясных чувств, обрушившихся на него. Курт, может, и смог бы ухватить хоть какое-то воспоминание за хвост, но его сердце колотилось в сумасшедшем ритме, заставляя хозяина паниковать. Хаммел протянул руку и коснулся своего лица на одном из фото, словно хотел мысленно связаться с самим собой через него. Странно было смотреть на этого человека. Он выглядел в точности так, как Курт представлял себя в двадцать с лишним лет, и, похоже, чувствовал себя совершенно комфортно, находясь с мужем и друзьями в городе своей мечты. Вздохнув, Курт подошел к книжной полке, висящей рядом с фотографиями. Она была гораздо меньше, чем такая же полка в гостиной, и была черного цвета, а не белого. Книг на ней было гораздо меньше, чем каких-то брошюр, видимо, связанных с работой Себастьяна, всяких электронных штучек и прочих мелочей. Курт узнал некоторые вещи, наверное, привезенные им из дома, что-то еще здесь, кажется, принадлежало Смайту, на некоторых гаджетах были знакомые логотипы, но Хаммел понятия не имел, для чего они предназначались. Эти десять лет, по всей видимости, технологии не стояли на месте и не собирались облегчать Курту жизнь. На левой стороне комнаты царили огромные окна – Себастьян не врал, когда говорил о естественном освещении. Вид из них открывался просто превосходный. Город ярко сиял вечерними огнями, но Курт уже представлял, как по утрам их спальня купается в мягком солнечном свете. Хаммел провел несколько минут, не двигаясь и представляя, как красиво город будет выглядеть во время снегопада. Да случись тут хоть песчаная буря, Курт был более, чем уверен, что это будет прекрасно. Хаммел не выдержал и все же заглянул в шкаф, поддавшись искушению рассмотреть все более детально. Он наугад пооткрывал ящики комода, с интересом разглядывая какие-то бумажки и стикеры с нацарапанными им же цифрами и датами, нашел планировщик (и отложил его в сторону, чтобы после изучить более внимательно). Он все ждал, что хоть что-то натолкнет его на мысли о прошлом, но ничего такого не произошло, и это не могло не разочаровывать. Когда Курт думал о переезде в Нью-Йорк, он готовился к тому, что им с Рейчел придется сосуществовать в тесной квартирке, в которой они бы вечно оттаптывали друг другу ноги из-за отсутствия достаточного пространства. Иногда он мечтал о том, что они с Блейном будут жить вместе в квартире побольше, но без должной системы отопления. Тогда они бы, обнимаясь, грели друг друга. И это было бы здорово, несмотря на холод, ведь они были бы вместе. Он даже в самых смелых своих размышлениях не представил бы себе квартиру по типу этой. Она казалась нереальной, слишком совершенной, чтобы принадлежать ему. Независимо от этого, именно тут Курт чувствовал себя как дома и буквально ощущал ту любовь и заботу, с которой он (и Себастьян, конечно же) обустраивал ее. Конечно, будет трудно привыкнуть к его теперешней жизни, но Хаммел понимал, что первый и довольно большой шаг им уже был сделан, и все благодаря этому месту. *** Себастьян уже потерял счет выпитому. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что ему нужно еще. - Джек! – крикнул он. – Ты что, ваты в уши напихал? Я сказал, что хочу еще пива! - Я тебя прекрасно слышал, Смайт, - отозвался бармен, строго глядя на гостя. – Но сегодня вечером тебе больше пить нельзя. Тебя же сейчас стошнит прямо на мою барную стойку. - Ничего ты не понимаешь, - стукнул по столу ладонью Себастьян. – Мне. Нужно. Мать твою. Выпить. - Дай-ка мне свой телефон, - сказал Джек, протягивая руку. - Зачем? – поинтересовался Смайт, но трубку все же достал. Бармен отобрал у него мобильный. - Я звоню Блейну. Он отвезет тебя домой. - Ты слишком хорошо меня знаешь, - недовольно пробурчал Себастьян. – Надо найти другой бар. - Ищи, вернешься через два дня, - фыркнул Джек. – Никто не может справиться с твоей требовательной задницей, кроме меня. Ну и Курта. Смайт фыркнул. - Да уж. Курт. Пока Джек разговаривал с Блейном, Себастьян внимательно разглядывал свои руки, надеясь, что Андерсон слишком занят, чтобы приезжать и забирать его отсюда. Он не хотел его видеть. И домой он тоже не желал возвращаться. Он никому не нужен. - Я хочу еще пива, - умоляюще посмотрел он на вернувшегося бармена. – Дай мне еще. - Не сегодня, - непреклонно ответил тот, отдавая ему телефон. – Блейн приедет через десять минут. - Я подам на это заведение в суд. - Не запугивай, Смайт. К недовольству Себастьяна, Андерсон притащился слишком быстро. Он запыхался, выглядел взъерошенным и взволнованным и с облегчением выдохнул, увидев живого и невредимого друга. - Боже мой, ну какого черта, Себ? – возмутился он, усаживаясь рядом с ним. – Я звонил тебе миллион раз. Зачем ты выключил телефон? - Затем, что не хочу с тобой разговаривать. И вообще ни с кем не хочу разговаривать, - мрачно ответил Смайт. Андерсон посмотрел на Джека. - Сколько он выпил? - Достаточно, - ответил тот. Блейн схватил Себастьяна за руку и попытался поднять его со стула. - Ладно, пошли. - Не трогай меня! – оттолкнул его Смайт. Он вдруг вспомнил, что четыре часа назад эти же слова говорил Курт. Вау, целых четыре часа назад. Он так долго тут торчит? – Оставь меня в покое, - пробубнил он, роняя голову на руки. Джек отошел к другим клиентам, а Андерсон, помолчав, вдруг сказал: - Так ты свои проблемы не решишь. - Неужели? – поднял голову Себастьян. – Может, скажешь тогда, как их решить? Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, Блейн. - Возможно, - кивнул тот. – Но я более чем уверен, что пьянством горю не поможешь. - Он хочет развода, - тоскливо протянул Смайт. – Он хочет, мать твою, развода. Андерсон шокировано уставился на него. - Ч-что? Он правда такое сказал? Себастьян кивнул, горько ухмыльнувшись. - Он сказал, что у нас ничего не получится и что это – единственный выход из ситуации. Боже. – Блейн попытался обнять его, но Смайт снова отодвинулся. – Семь чертовых лет вместе, и он бросает меня так просто. - Он запутался. Курт напуган и ошеломлен, - медленно ответил Андерсон. – Но он любит тебя, ты знаешь, даже если он не помнит. - Ну почему он не мог забыть меня совсем? – разочарованно протянул Себастьян. – Или, наоборот, не забыть хоть что-нибудь хорошее? Почему это чертово мироздание так жестоко? – Он фыркнул, глядя на свое обручальное кольцо, и прошептал: - Почему это случилось не со мной? - Себастьян… - Ну правда. Все было бы намного проще. Курт влюбил бы меня в себя за считанные секунды. - Ага, и ты, испугавшись, сбежал бы в другой штат, - улыбнулся Блейн. – Поверь мне. Себастьян Смайт никогда бы не воспринял новости о своей женитьбе спокойно. Ты бы сошел с ума. Я был на вашей свадьбе и знаю, как ты всего этого боишься. Смайт не знал, рассмеяться ему или заплакать, так что он просто смотрел на Андерсона до тех пор, пока тот не поднялся и не потянул его за собой. - Пошли, отвезу тебя домой. На этот раз Себастьян послушался. *** Блейн оставил его на улице у здания, потому что Себастьян настаивал, что дальше пойдет сам. Ему хватило здравого смысла взять с собой ключи, когда он уходил, но он все равно чувствовал жгучий стыд, стоя у дверей собственной квартиры. Он не должен был так сбегать и оставлять все на Берта. Надеясь, что он не выглядит настолько пьяным, насколько себя ощущает, Себастьян медленно вошел внутрь. В квартире было тихо и темно, если не считать мягко светящегося ночника в гостиной. Смайт прошел на кухню и налил себе воды. Он не слышал звука шагов, поэтому чуть не выронил стакан, когда за его спиной раздался негромкий голос. - Ты вернулся. Себастьян оглянулся, боясь увидеть выражение лица Курта, но тот смотрел всего лишь устало. - Да. Я… э-э… ну, я гулял, - сказал Смайт, прижимая холодное стекло бокала ко лбу. - Ты что, пьян? – нахмурился Хаммел. Себастьян не хотел, чтобы их первый разговор после ссоры случился при таких условиях. Он не хотел, чтобы Курт видел его таким. - Нет, - соврал он, нетвердо шагая вперед. Координация подвела его, и он упал бы, если бы не ухватился за холодильник. Его лицо начало буквально гореть от стыда. - Слушай, я знаю, что был груб с тобой, - внезапно сказал Курт. - Ты правда имел это в виду? – выпалил Смайт. – Ты хочешь… получить развод? «Пожалуйста, скажи, что нет…» Хаммел вздохнул. - Я понимаю, что тебе тоже тяжело, но войди в мое положение. Сейчас я воспринимаю тебя, как человека, который пытался отбить у меня парня, постоянно выдумывал мне дурацкие прозвища и почти ослепил Блейна слашем с каменной солью, который предназначался мне. Для тебя это в прошлом, но я чувствую себя так, словно это случилось вчера. И ты ждешь, что я буду мягок и лоялен к тебе? - Курт, - умоляюще протянул Себастьян. – Пожалуйста, дай мне шанс. Скажи, чего ты от меня хочешь – я сделаю. Объясни, как все исправить, как помочь тебе… - Я не смертельно болен, - ответил Хаммел дрогнувшим голосом. Себастьян заметил слезы, блеснувшие в его глазах, и почти запаниковал. - Нет, нет! Конечно же, нет, малыш, - начал он, делая шаг ему навстречу. Курт отступил, выглядя при этом ужасно виноватым, и Смайт внутренне ударил себя за промах. – Я пытаюсь… Я, Курт… - Напиваясь? Себастьян сглотнул. - Я сказал, что мы женаты, и ты тут же потребовал развода, - убито ответил он. – Как ты думаешь, каково мне было? - Извини, - искренне прошептал Хаммел. – Мне правда очень жаль. Но мы не можем вернуться к тому, что у нас было. Я просто не могу. – Он замолчал и отвернулся, как будто один лишь вид Себастьяна причинял ему боль. И что теперь? Это конец? Смайт чувствовал себя так, словно реальность обрушилась и погребла его под своими обломками. Он не смог сдержать слез, доставая из кармана обручальное кольцо Курта. Преодолев несколько шагов, разделяющих их, он протянул платиновый ободок Хаммелу. - Что это? – нахмурился тот. - Твое кольцо, - пожал плечами Себастьян. – Мы решили, что если когда-нибудь разойдемся, то… ну, я не знаю даже… продадим их? Этот договор никогда не рассматривался серьезно, он был шуткой. - Себастьян… - Забери его, Курт, - хрипло перебил тот. – Не усложняй это все. Хаммел принял кольцо, и Смайт, не успев себя остановить, быстро прижался губами к его лбу, не обращая внимания на то, как Курт напрягся при прикосновении. Себастьян постоял так несколько секунд, чувствуя губами горячую кожу, и, наконец, отстранился, найдя в себе силы двигаться дальше. Он прошел мимо застывшего мужа, не глядя на него, и остановился как вкопанный, когда тот еле слышно прошептал: - Я не хочу развода. *** Себастьян обернулся назад мгновенно, но ему показалось, будто прошла целая вечность. Он в очередной раз пожалел, что пьян – зрение расплывалось и лицо Курта было видно не четко. Однако даже замутненного алкоголем сознания хватило на то, чтобы осознать, что Хаммел плачет, сжимая пальцами тонкий ободок кольца. В горло словно напихали хлопка, и Себастьян сглотнул, прежде чем спросить: - Ты… не хочешь? Хаммел закрыл глаза, сделал глубокий вдох, и секунды тишины хватило для того, чтобы Смайф снова впал в панику. А вдруг Курт совсем не это имел в виду? Вдруг он снова передумал? - Ну ведь я выходил за тебя замуж по какой-то причине, - неуверенно ответил тот, открывая глаза. – Я не хочу рисковать, уничтожая то, чего я, наверное, хотел… - Он помолчал, закусив губу. – Пока мои воспоминания не вернутся… если даже они не вернутся, нам, возможно, придется учиться как-то жить с этим… всем. – Он помахал ладонью возле головы, словно блок в его памяти можно было легко убрать небрежным движением руки. Себастьяну очень хотелось, чтобы это было так. Он мельком заметил удивленное лицо Курта и обнаружил, что крепко стискивает его в объятиях лишь тогда, когда тот протестующее воскликнул, но тут же обмяк в его руках. Смайфу было все равно, что Хаммел не отвечает на его прикосновение, он просто гладил его по спине, счастливо улыбаясь в макушку. - Я так люблю тебя, Курт, - прошептал Смайф. – Очень, чертовски сильно. Я для тебя все, что угодно сделаю. - Гм, - пробурчал Хаммел в ответ. Он даже не пошевелился, но это привело Себастьяна в чувство, и он отпрянул, виновато глядя на мужа. - Прости. Не подумал. Я просто… - Пьян? – подсказал Курт. - Невероятно благодарен, - закончил Смайф. Хаммел слегка улыбнулся. - Послушай… Я понимаю, что мы женаты… как, кстати, долго? - Два года. - Два года. Ух ты, - выдохнул Курт. - Но мы вместе уже семь лет, - с гордостью улыбнулся Себастьян. - Да, я помню, ты говорил, - кивнул Хаммел. – Однако сейчас я не помню ничего, кроме тех месяцев, когда ты был не очень приятным человеком. - Но ты… - Я действительно попробую перестать относиться к тебе с неприязнью, - отвел глаза Курт. – Но ты должен перестать делать это. - Что делать? Хаммел помахал рукой между ними. - Это, - снова произнес он, но Себастьяну понятнее не стало, и он, нахмурившись, уставился на Курта в ожидании объяснений. Тот вздохнул и пробурчал: - Давай не будем торопиться. Сначала попытаемся стать друзьями, а потом посмотрим, как пойдет. Ты же не думаешь, что я начну вести себя, как твой муж, только из-за того, что отказался от развода. - Нет. Нет! Конечно, нет, - опомнился Смайф. – Я подожду столько, сколько нужно. Извини. Мне не нужно тебя… трогать? Боже, звучит так, словно я собирался к тебе приставать. – Он поморщился, и Хаммел рассмеялся. – Мы справимся, Курт. Я обещаю. - Спасибо, - негромко ответил Курт. Между ними повисла неловкая тишина, и теперь Себастьян отдал бы все, лишь бы только узнать, о чем думает его муж. Потому что его лицо сейчас было абсолютно непроницаемым. – Может, хочешь забрать что-нибудь из спальни? – наконец спросил Хаммел. – Потому что уже ночь, и... И так Смайф понял, что ему придется спать на диване в гостиной, потому что в гостевой комнате поселился Берт. - Разве что подушку и одеяло, - пробормотал он, потянул носом воздух и, поморщившись, добавил: – Ну и сменную одежду. Пока Себастьян забирал свои вещи, Курт молча стоял у окна. - Ты тут хоть немного осмотрелся? – спросил Смайф, снова прерывая тишину. - Да. – Хаммел повернулся и посмотрел на него. – Мне кажется, я уже немного влюблен в эту квартиру. - Здорово, - улыбнулся Себастьян. - Но разве мы можем себе позволить такие шикарные апартаменты? – спросил Курт, усаживаясь на кровать. – Я, конечно, знаю, что у меня хорошая работа, а чем занимаешься ты? - Я юрист. - И почему я не удивлен? – покачал головой Хаммел, натянуто улыбаясь. – Но даже при этом... Она должна стоить целое состояние, нельзя этого не признавать. Да и вещи… Я узнаю некоторые лейблы, все это стоит немалые деньги. - Ну, квартира была свадебным подарком, - ответил Себастьян, задумчиво потирая шею. – Мой отец давно предлагал, а мы все время отказывались. Сначала мы собирались жить в моей квартире, но потом решили, что грех упускать такой шанс, иначе мы пожалели бы о своем решении в будущем. В результате мы все же согласились. Обустраивали ее сами, все эти вещи покупали на свои деньги, благо мы оба неплохо зарабатываем, - улыбнулся Смайф, наблюдая за довольно улыбающимся Куртом. Видимо, его такие новости не могли не радовать. – Впрочем, ты всегда уравновешивал мою любовь к тратам. Так что, в конце концов, все вышло просто замечательно. - Лучше, чем замечательно, я бы сказал, - кивнул Хаммел, комкая в руках одеяло. Смайф усмехнулся. Хоть он и понимал, что Курт говорит о квартире, его безумно радовало то, что хотя бы что-то в их жизни ему понравилось. – Ну, ты все? Себастьян понял, что его вежливо выпроваживают, и неохотно направился к двери. Курт не попросил его остаться и даже не поинтересовался, удобно ли ему будет спать на диване. Впрочем, Смайф не стал удивляться. Только то, что они были женаты и Хаммел согласился попробовать начать заново, не означало, что он должен заботиться о его комфорте. - Последний вопрос, - внезапно сказал Курт, и Себастьян повернулся к нему. – Какая из зубных щеток в ванной моя? Смайф улыбнулся. - Фиолетовая. - Что ж, моя теория провалилась, - вздохнул Хаммел. - Какая теория? - Да так, никакая, - замял тему Хаммел, подходя к двери и вынуждая Себастьяна выйти из комнаты. – Спокойной ночи. Смайф медленно моргнул, когда дверь мягко закрылась прямо перед его носом. Он еще мгновение задумчиво смотрел на нее, а затем расплылся в широкой улыбке. По крайней мере, Курт не выставил его силой и даже пожелал спокойной ночи. Это был прогресс.